Тумины сделали меня слабой

— Джисон, ты специально хлопнул так дверью, чтобы мы проснулись, — Чонин закатывает глаза и проходит вглубь кухни, чтобы налить чай, — доброе утро всем. — Говорю же — сквозняк! Я аккуратно-аккуратно, а сквозняк — раз! И хлопок. Я сам испугался.  — Чонин, у нас правда было открыто окно с вечера… — Феликс улыбается, подходя к младшему ближе, и подталкивает его к столу. — Кстати, о сквозняке, — Сынмин вдруг говорит и все теперь смотрят на него, — Минхо, ты не мёрзнешь ночью?  — А? Нет. С чего бы?  — Ты просто всегда ко мне жмёшься, — Ким пожимает плечами под бегающим взглядом старшего, в то время как другие спешно отворачиваются и молчат, — может, тебе плед купить?  —…Жмусь и жмусь, что такого? — спустя долгое молчание Минхо бормочет, допивая чай и вставая с места, — я в комнату.  — Только не иди к нам, хён! Там холодно, замёрзнешь и заболеешь, — Феликс догоняет его словами, пока остальные трое смеются, — Сынмин, ты мог обидеть его.  Сынмин лишь пожимает плечами и тоже заканчивает кушать. Как раз в тот момент, когда в кухню вваливаются другие три парня — Чан, Чанбин и Хёнджин. Ким желает всем приятного аппетита и уходит в комнату.  Минхо, словно и не слышал, оказывается в прохладной комнате младших. Там даже не закрыто окно! Сынмин вздыхает и берёт с кровати Чонина одеяло, заваливаясь на свою кровать к Минхо.  — Не обижаешься?  — Нет.  — Хорошо, — Сынмин кивает, укрывая старшего одеялом, — можешь жаться ко мне сколько угодно, ладно?  Минхо кивает, поворачиваясь к Киму лицом, и прижимается ближе к нему.  На кухне слышится звон разбитого стекла, а после джисоново «щибаль» на всю квартиру.