Пост-иммигрантское

Наверное, в мае, сидя в холле третьего терминала Шарль-де-Голль за полчаса до вылета, я полагала, что меня застигнет по прилёту детское ощущение восторга и новизны, но... Всё оказалось привычным. Бизнес-комплекс, где я работаю, в шуме подсвеченных неоном фонтанов по вечеру. Бездомные на инвалидных креслах или с перемотанными гниющими ногами, просящие мелочь на новую порцию крэка. Здание мэрии с быками и сфинксами на барельефах. Реднек в местной кофейне, который всегда знает, что я захожу за поллитра американо с 1/3 холодной воды. Полуразваленная румынская католическая церковь у дома со священником, походящим скорее на фанатика, изгоняющего бесов из наркоманов в подвале того же здания. Сосед из дома через несколько номеров, который ждёт, кода я с ним поздороваюсь даже с противоположного конца улицы. Машины: от маслкаров и ржавых пикапов до кабриолетов и лимузинов на соседних полосах. Стрельба, рёв полицейских и пожарных сирен по ночам, диллеры, открыто толкающие продукцию на перекрёстках. И невероятно добрые, закалённые суровыми зимами канадцы, которым искренне не плевать, если ты нот окей. С холодком понимаю, что белый свет вместо зелёного на светофоре, даты в порядке месяц/день/год, адреса в порядке номер квартиры>дома>название улицы, прачечные с сушилками в подвалах за пять баксов, закрывающиеся в шесть вечера кофейни, комплементы от случайных людей на улице, цветные лица, чёрные кварталы, красные бездомные, бумажные письма вместо звонков, тесла и ленд роверы в убер эконом-класса, магазинные и ресторанные вывески — старые, затёртые, многие со времён 90-х без брендинга и со съемными буквами, — незнакомые дорожные знаки, коттеджи в колониальном стиле или выглядящие, как 4-звёздочные гостиницы парадные для жильцов среднего минус класса, брендинговая одежда в местном уоллмарте, которая стоила дома приблизительно х5 дороже и только в бутиках, автоматические бильярдные столы за два доллара партия, — ещё в мае всё это и многое другое должно было вызвать у меня дизориентацию. Вместо этого сотни новых факторов складываются в мозаику будней, похожих на моё настоящее прошлое куда больше, чем то, которое со мной буквально год назад происходило. Склонность человеческого мозга к адаптации мной же была слишком недооценена.