Колыбельная для рыцаря

— Пра-пра, у тебя деменция началась? Ты чего Чень Ченя выгоняешь? — недовольно ворчала я, когда этот старикашка разбудил нас не самым приятным образом, а позже и младшего за шкирку взял и выставил за дверь, меня же утащил на поле. — Для моего душевного спокойствия, — в ответ ворчал прадед, ветром закрывая двери, ведущие на тренировочную площадку. — Я считаю, что пора. — Что можно делать ночью? — сонно спросила я, упав на землю. Сейчас я хотела спать, а не слушать нудную лекцию. — Вы теперь стали оружием пятого уровня, — сказал Дон Лэй, будто открыл нам новый свет. Кто, по-твоему, страдал неделю, я или ты? — Правда? А я и не знала, — ты разбудил меня, а я тебе слегка отомстила. — Как ты узнал, прадедушка? И кто именно стал… В ответ пра-пра ударил меня тростью по спине: — Не ёрничай. — Как тут не ёрничать? — зло посмотрела я на старика, что лишь непринуждённо завязывал волосы в хвостик. Я знала, что это значит: либо будут бить, либо тренировать. — Почему ты вспомнил об этом сейчас? — Ждал, когда ты привыкнешь к новому Ёжику. — Мне уже это не нравится. Я отползла назад в надежде сбежать. Пра-пра лишь пару раз постучал тростью об пол, как меня придавил к земле мощный поток ветра. — Особенность пятого уровня? — тут же начался допрос. Как мило со стороны прадеда, что он не покалечил меня во время спарринга, а просто удерживал с помощью обезьянки. — Жидкая мана. Она усиливает атаки и защиту. — Всё верно. Теперь ты можешь использовать жидкую ману Ёжика, — он продолжал спокойно говорить, иногда усиливая или ослабляя течение ветра. Перемена скорости очень бесила меня. Только вставала на ноги, как меня снова припечатывали к грязной земле. Зараза. Он же знал, что мне тяжело мыть волосы, а их я мыла только вчера, но всё равно втаптывал в грязь. Ёжик пытался мне помочь, но сам не мог сопротивляться ветру. — Да прекрати уже издеваться! Ветер прекратился, а я спокойно могла встать на ноги, готовая наброситься на родственника в любой момент. — Прекрасно, — улыбнулся старик. Я заметила, что его волосы покачивались от сильного ветра, но сама я ничего не чувствовала. Осознав это, я почувствовала, что тело стало тяжелее. Слишком тяжёлым, так что дышала я с трудом, но самое страшное — это тьма, которую я видела. Будто всё поместье было у меня на ладонях, я отчётливо видела движение каждого существа в здании, слышала дыхание каждого, чувствовала шаги, будто проходилось по мне. Я сосредоточилась на привычном мне взгляде, облегчив своё тело от нагрузки лишь немного. — Что за чертовщина? — недовольно прошипела я, оглядывая тренировочное поле, будто была здесь впервые. Посмотрела на руки, но на миг показалось, что это были лапы чудовища. Это не мой взгляд, а Ёжика. — Ну как? — поинтересовался прадед, словно ожидал, что я снова упаду в обморок. — Терпимо. Я выпрямилась и начала регулировать зрение, а позже переключила внимание на энергию, что непрерывно текла по сосудам. Вот с ней было сложнее. Я ещё не использовала слияние, а сила Ёжика была рассредоточена во время боёв. Его энергия из тёплой, мягкой и медленной превратилась в обжигающе горячую и сильную, словно столетнюю дамбу прорвало. — Укроти же жидкую ману, — это был приказ от главы седьмого Храма. Пришлось исполнять его, иначе он убил бы меня здесь. Я села на землю, приняв позу для медитации. Спокойнее, Роу Джи. Ёжик не навредит тебе, значит, всё должно пройти гладко. Но все мои попытки заканчивались плачевно для меня. Энергия не поддавалась, а будто отвергала меня, усиливая свой напор и прибавляя ещё пару градусов. Зря я жаловалась на постоянный холод, жара намного страшнее этого. — Ли! Брат, прошу, вставай! Вставай! — пронзительный крик раздался отовсюду. Я повернулась и увидела, как над грудой камней сидели два парня-демона, убирая валуны. Один из них не сдерживал слёз и продолжал отчаянно звать кого-то. — Ты не можешь так умереть! Ты обещал! Обещал, что мы сможем одолеть его! — кричал второй брат. Я подошла к ребятам и увидела, что из завала торчит чья-то лапа. Когти изредка подрагивали, но потом лапа упала, словно из тела иссякла жизнь. Я потянулась к руке, но моя ладонь прошла сквозь неё. Постойте. Это воспоминания Ёжика. Испугавшись, что под завалом может быть мой демон, я прошла сквозь камни. Свет, что просачивался сквозь камни, освещал тело Ёжика. Мой демон был крупным и высоким. С массивными рогами, но некоторые из них были сломаны или украшены трещинами. — Ёжик? Это мой демонёнок? Тот самый, который всегда рядом, поддерживает меня во всём; успокаивает меня, даже если причина очень глупая и банальная; защищает меня. — Ёжик, вставай… — я упала на колени, касаясь его лица. Я ничего не чувствовала, как и он. Хотела стереть кровь, помочь как-нибудь, чтобы он открыл глаза. Это просто воспоминания, Роу Джи. Ты уже ничего не можешь поделать, но я не могла видеть его таким. — Ёжик, пожалуйста.— стало только жарче. Слишком жарко. — Задолбали орать, — хриплый голос Ёжика меня сильно обрадовал. Так, что я наплевала на сильную жару. Демон расправил крылья, и все валуны отлетели от него. Но что-то было не так. Ёжика всего трясло, а меня саму душили эмоции. Стало невыносимо испытывать жажду мести и крови, гнев и обиду, ненависть и страх. Все эмоции путались в один клубок, застревая в горле, не позволяя и слова сказать. — Брат, что с тобой? — Отойдите! — приказал демонёнок, увеличиваясь в росте. От его превращения в нечто мне самой было слишком больно. Слишком больно, словно к телу прикладывают раскалённое железо. Хотелось сбежать и спрятаться, главное не чувствовать всего этого. Нельзя. Я должна была пережить эту боль, разделить воспоминания Ёжика, узнать его настоящего и укротить жидкую ману. — Я буду рядом, Ёжик. Я подползла к демонёнку и обняла его за шею в надежде, что забрала его боль, облегчила ему превращение и просто подарила то чувство безопасности и поддержки, которое дарил он. — Я исполню твою мечту, мама, — тихо прохрипел Ёжик. Произошел взрыв, отбросивший меня на пару метров. Когда я только упала на землю, я почувствовала, что проваливаюсь в пропасть. Снова вокруг спасительная тьма, которая мне стала роднее света. — Ёжик. Меня поймало что-то объёмное и мягкое, а позже помогло встать. Тьма ещё придерживала меня, казалось, обнимала со спины. — Я справлюсь, Ёжик. Боль и жара постепенно утихали, а течение энергии стало нормализоваться. С каждым вздохом энергия становилась спокойной и тёплой. Когда я удостоверилась, что смогла справиться с потоком силы демонёнка, я снова открыла глаза. — Как ощущения? — поинтересовался прадед. На этот раз не было тяжело, но голова слегка болела. Встала на ноги, высвобождая жидкую ману, окутавшую всё моё тело. — Очень странно, — честно призналась я. Жидкая мана ничем не отличалась от первичной энергии. Я могу её высвобождать или копить внутри. Ощущения были странными, словно по мне что-то ползёт, от чего стало жутко и неприятно. Вскоре жидкая мана стала равномерно течь, обволакивая всё тело. Я направила ману на правую руку, слегка съёжившись от прохладного ветра. — Атакуй. Меня о таком просить дважды не нужно, пра-пра. Хватило пары прыжков, чтобы оказаться перед ним, и я замахнулась парными мечами. Старик блокировал мой удар тростью, откинув меня на пару метров. Жидкая мана ускорила меня и укрепила защиту, тогда как насчёт техник? — Удар солнечного затмения. Мечи вспыхнули чёрным огнём, пока я бежала на главу. Сам прадед не уворачивался и не атаковал, позволяя мне ощутить реальную мощь пятого уровня.

***

— Ну как? — с улыбкой спросил пра-пра, слегка согнувшись, чтобы я могла видеть его лицо. — Потрясающе, — тихо пролепетала я, пытаясь набрать побольше воздуха. Несколько часов непрерывного боя стоили того. Когда тело остыло, я села на землю, глядя в окно. Уже рассвет. — Но почему ночью? — Ёжик достигает пика своей силы ночью, когда темно, — спокойно ответил прадед. — Ночь — лучшее время для создания новых техник. — Точно, — и как я сама не догадалась? Ёжик — демон, а все демоны — тёмные создания, но не все демоны становятся сильнее ночью. Может, мой демонёнок имеет какое-нибудь родство с тьмой? — Пра-пра, а как ты укрощал силу Шан Фенга? Развитие сосудов происходит индивидуально и с особенной изюминкой. Пусть мы с пра-пра одной крови, но обращение с демонами у нас разное. Мне тяжело сдерживать Ёжика внутри себя, тогда как Дон Лэй не может долго выпускать свою обезьянку наружу. — Тренировался высоко в горах, чтобы понять стихию ветра. — Мне хватает ночи или тёмного помещения, — покачала я головой, запоминая эти факты. Вскоре напишу об этом в блокноте. — Ты видел воспоминания Шан Фенга? Прадед взглянул на меня, явно удивлённый. Я тоже удивилась, когда впервые увидела короткое воспоминание Ёжика. До сих пор сердце сжимается при виде его состояния, находящегося между жизнью и смертью. — Нет. — Значит, это уже наша особенность, — тихо прошептала я, боясь снова увидеть такие сцены. — Не думай об этом сейчас, — пра-пра взял меня за плечо и поднял на ноги. — Лучше отдохни, сегодня третий день турнира. И возможно, я встречусь с рыцарем пятого уровня. Среди пятерых рыцарей я — самая слабая по силе.

***

«Выпендрёжник...» — единственная мысль, крутившая в голове. Фанатик с весельем в глазах смотрел, как его техника летела на противника. Лишь в последний момент он встал перед бедным рыцарем и остановил атаку. Ещё спрашивает, почему же он так бесит меня и цветочка. — Ян Вэнь Чжао — лучший из нового поколения рыцарей возмездия, — оповестил меня Вей Йи, будто сам не знал блондина. Я прекрасно знала о способностях фанатика. Не зря же мы ходим на задания и постоянно дерёмся. — Будь с ним крайне осторожен. Я никогда не показывала фанатику свою настоящую силу и Ёжика. Хотя до сих пор думала, что одолею его, показав демонёнка во всей красе. Махнула рукой, показывая, что бояться нечего. Я овладела жидкой маной, потому стала намного сильнее. — Девяносто седьмому явно не везёт. От такого заявления я тут же взглянула на экран, и сердце остановилось на миг: Чень Чень сражался с рыцарем под номером четыре, а последний — рыцарь пятого уровня. Хао Чень не справится. Каким бы одарённым он ни был, разрыв между пятым и четвёртым уровнями слишком большой. Придётся тебе, брат, подождать ещё несколько лет. Ёжик? Демонёнок уплотнил рукавицу доспехов изнутри, успокаивая меня. Легкое покалывание было приятным и отрезвило меня, но что-то не давало покоя Ёжику. Его энергия бушевала, будто пыталась предупредить о чём-то. Это явно не связано с Хао Ченем, но тогда, что произошло? — Ёжик? — на свой страх и риск прошептала я так тихо, как могла, привлекая внимание демона. Снова посмотрела на монитор, разглядывая единственного рыцаря-хранителя пятого уровня. Рыцарь-хранитель. Художник тоже относится к этому классу. Он говорил, что будет участвовать в турнире, но я его не видела. Неужели рыцарь номер четыре — бродячий художник? — Девятка, что не так? — спросил Вей Йи, заметивший моё волнение. Один из них проиграет, а второй станет охотником. Роу Джи, просто смотри на бой и успокойся. Тебе должно быть всё равно, кто будет победителем. Да кого я обманываю? Мне не всё равно! Пусть и звучит жестоко, но пусть проиграет Хао Чень. Пусть ещё потренируется пару лет, а потом выиграет этот чёртов турнир. Это не значит, что я болею за художника. Также я не хочу, чтобы и он шёл на смерть! Но у него гораздо больше опыта, да и этот бой уже предрешён. — Всё будет хорошо.— на плечо легла тяжёлая рука. Сделала пару вздохов и успокоилась. Стала следить за боем, в котором лидировал художник. Парень давил на брата, требуя, чтобы тот сдался. Хотя разумно с его стороны такое требовать, ведь исход уже предрешён. Возможно, художник хотел быстро завершить всё. И чего только Хао Чень выпендривался и продолжал биться, зная, что шансов у него нет? — Никогда не недооценивай врагов, — посоветовал Вей Йи, указав на брата. Хао Чень не выглядел, как тот, кто проиграл, а наоборот. Он чего-то ждал, выжидал момента. Неужели у него есть туз в рукаве? Чего я не ожидала, так это то, что брат раскроет свою принадлежность сразу к двум классам. Что этот идиот сделал? Ему строго-настрого запрещено рассказывать об этой изюминке. Лонг Хао Чень, ты полный кретин, дебил, идиот... Я даже описать свой гнев не могла, но долго зацикливаться на эмоциях не могла, так как ситуация на поле внезапно изменилась. Художник, не ожидавший такой подставы, стал проигрывать, а его меч отлетел в сторону. Это были лишь жалкие пару секунд, но Хао Чень выиграл. — Рыцарь номер четыре, ты забыл десять заповедей рыцаря? Из шока и раздумий меня вывел голос святого рыцаря. Я посмотрела на Хань Цзяня, а потом на художника. Что случилось? Что я успела пропустить? — Не вставай, — приказал Вей Йи, когда все рыцари встали и стали перечислять те самые десять заповедей. Но мне было всё равно на эти заезженные заповеди. Моё внимание было приковано к раненным парням: у Хао Ченя текла кровь изо рта, которую он старался не выплюнуть, у художника же обильно текла кровь со лба. — Рыцарь номер четыре будет изгнан из Храма Рыцарей, не имея шанса вернуться. — Этот старик совсем обезумел? — оскалился Вей Йи от такого заявления. Он ценил талантливых существ, а для него художник был одним из лучших талантов. Стать рыцарем пятого уровня до двадцати лет — признак гениальности и упорного труда. Потому ему было непонятно, за что именно выгнали парня. «Это не наше дело.»— указала я ему жестами, дабы тот успокоился. Это не наш храм, и мы не имеем никаких прав. — Продолжаем бои! — крикнул Хань Цзян, а художник ушёл из поля битвы. Жаль его.       Третий день прошёл без проблем. Мне снова попался рыцарь четвёртого уровня. В итоге осталось двадцать участников. Завтра будет финал предварительного этапа.

***

— Как думаешь, жестоко ли к нему отнеслись? — тихо спросила я, обнимая подушку. Ёжик, читавший книгу, обернулся ко мне, повернув голову на бок, пытаясь понять, о ком я. Потом недовольно скорчил мордашку. Да с таким сожителем по телу я, похоже, останусь одинокой. — Да ладно тебе, ревнивая задница, — нахмурилась я для устрашения, но пугать Ёжика всё равно, что пугать меня демонами. Демонёнок переместился на шкаф, открывая его хвостом, намекая, чтобы я искала художника. — Ты уверен в этом? Я не думала, что художник хочет видеть меня. В гневе каждый страшен, особенно униженный перед всей толпой. И до мести будет недалеко. Ёжик появился у меня на плече в форме птички, потирающей голову. Потом он спрыгнул с плеча, став кошкой, прищурив глаза. — И вправду. Когда я боялась кого-то? Я-то главу Бай Дон Лэя не боялась, а тут простой разъярённый парень. Быстро одевшись, я вылетела из поместья, кинув горничной, что хочу встретиться с братьями, а кто конкретно мне попадётся, пусть сами гадают.

***

      Дойти до центрального парка казалось неким испытанием. Каждый шаг давался тяжело, а привычное расстояние будто увеличилось в разы. Нужно быть перед художником спокойной и непринуждённой. Бай Роу Джи ничего не знает. — Джи Джи! А вот и нежданчик. Обернулась к брату, который тут же налетел на меня с объятиями. Я не могла понять, почему брат такой тактильный и постоянно лезет обниматься со мной. Может, в прошлом я не дала ему достаточно сестринской заботы и тепла? Или он меня обидел настолько сильно, что я хотела забыть о его существовании? Хотя такое вряд ли. Хао Чень — божий одуванчик, который мухи не обидит. Что если он скучал по семье за эти два года, а тут ему попалась я первой? А может, просто жалеет меня с потерей памяти? — Чего такой весёлый? Я подавила свои эмоции, дабы естественно улыбнуться. Ты ничего не знала, должна узнать в сегодняшний день и... — Ох, сегодня... — улыбка брата пропала, а взгляд стал полон сожаления. Похоже, ему покоя не давали мысли, что из-за него прогнали рыцаря. И я была права. Мы сели на лавку, где Чень Чень рассказал про сегодняшний день: бой Вэнь Чжао, его собственный, где он сначала проигрывал, но позже раскрыл свой секрет, про художника и изгнание. Его рассказ был наполнен виной по отношению к рыцарю под номером четыре. Потом внезапно рассказал о предложении Хань Цзяня сделать художника вассальным рыцарем. Похоже, старик не хотел отпускать такой талант. — И ты отказался? — А как я должен был поступить? — спросил Чень Чень, сжимая ладони в кулак. — Я не могу решать судьбу человека. — А если бы он согласился? — глаза брата потупились, и он задумался. — Ты бы тоже отказал ему? — Я не знаю, — признался он, а я хотела ушатать этого маленького недоноска. Тебе всего четырнадцать, естественно, ты не сможешь сделать выбор между любимыми блюдами, а тут решать жизнь неизвестного человека. Нахера ты вообще полез в этот турнир, Хао Чень? — Ты поторопился, Хао Чень, — честно сказала ему, потому что этот мальчик слишком упрямый и не видит проблем, которые касаются его самого. — Да, ты талантлив, но тебе не хватает опыта. Потому лучше уйди с турнира и продолжай тренироваться, бери задания в гильдиях, а когда будешь уверен в себе и своих силах, пробуй себя снова в турнире. Хао Чень поджал губы, осознавая, что все мои слова правдивы: — Возможно, ты права, сестра, но я не уйду, — он встал передо мной. — Я стал рыцарем, дабы не сражаться с демонами, а защитить то, что мне дорого! — Но кто защитит тебя? Ты не думал обо мне, той, кто не сможет сражаться с демонами наравне с тобой? — грёбанные идеалисты, которые не желают видеть жизнь с другой стороны. Почему? Почему все так бегут на эту войну? Почему нельзя создать мирный договор между людьми и демонами? — Раз не я, то подумал ты о матери, отце или той слепой девушке? — Роу Джи, я уверен в своих силах, поэтому не стоит беспокоиться обо мне. Зараза. Как это не беспокоиться о тебе? Ты постоянно влипал в самые разные истории, а таких в будущем будет только больше. Что если в одной из историй ты не вернёшься живым? — Не смей такое говорить, особенно мне, — скорее это уже стало привычкой, после которой меня никогда не наказывали, — давать пощёчины своим подчинённым. — Запомни одно, Хао Чень! Ты — малолетний кретин, который не может отличить добра от зла. — Вторая пощёчина. — Ты лишь однажды видел смерть, а уже возомнил себя сильнейшим? — Третья пощёчина. — Я не удивлюсь, если ты помрёшь первым. Возможно, я переборщила с силой, раз после третьей пощёчины Хао Чень выплюнул кровь, но ни о чём не жалела — Ты всего лишь ребёнок с оружием, Лонг Хао Чень. И что прошлая я делала с ним, раз он вырос таким самоуверенным? Может, не хотела ранить его, сказав всё напрямую? Возможно, родители не могли ему это сказать. Лонг Синь Юй — строгий учитель, но плохой родитель. Ему главное, чтобы родной сын стал в будущем великим, но не научил его терпению. А мама... наверняка она беспокоилась о нас, но против наших желаний не могла пойти. Тебе, братец, не повезло, а возможно, очень сильно повезло, что я потеряла память. Для меня ты остаёшься человеком, в котором течёт и моя кровь, потому не стану скрывать от тебя правду. Мне будет всё равно на твои чувства и переживания, а ты услышишь от меня то, что никто тебе не говорил до этого. — Думать о себе слишком эгоистично, особенно в наше время, — прошептал Хао Чень. — Лишь благодаря жертвам и боям люди остаются свободными! А из-за таких, как ты, люди могли стать рабами этих проклятых существ! Эгоистка? Желать спокойной жизни — разве эгоизм? Желать спокойствия и гармонии после всего дерьма в храме Бай Дон Лэя? Просто хотеть счастливого конца, как все книжные герои? Это эгоизм в наше время? — Тогда я с гордостью объявляю себя эгоисткой, брат, — улыбнулась я ему, а его лицо лишь сильнее исказилось в гримасе злости и удивления. — Хорошо тебе погулять с твоей девушкой.       Дальше я гуляла по всему городу в надежде найти художника, но так и не увидела его. Похоже, поражение в турнире сильно ударило по нему. С этим я ничего не могу поделать. — Куплю что-нибудь чудовищам.       Оставшиеся часы я выбирала подарки для бойцов нашего Храма. Ассасин любила сладкое, потому купила несколько видов тортиков. Призывательнице нравились всякие побрякушки, потому пару украшений не стали проблемой. Магу хватит с полна головоломок. Воину пару бутылок пива, которое он умудрился попробовать при первой же прогулке. Жрецу куплю фейерверки. Он давно мечтал их увидеть, но сейчас не сезон праздников.

***

— Принцесса! Ко мне подбежали маг и жрец, чем-то сильно обеспокоены. Они забрали у меня покупки и провели к внутреннему саду. Атмосфера в саду была не из радостных. — Что на этот раз? — устало спросила я, как призывательницу всю передёрнуло. Она сжала своё демоническое оружие, её всю потряхивало не на шутку, а на глаза уже наворачивались слёзы. — Принцесса, прошу, простите меня! — она тут пала ниц. В чём же она провинилась? — Я… я… не смогла пройти предварительный этап! — Проиграла, — испуганно прошептала я, не ожидая такого. Как же так получилось? Ещё бы чуть-чуть, и она бы прорвалась на пятую ступень, но вместо этого... — Нас всех ждёт смерть? — спросил жрец, готовый к ближайшему будущему. Чудовища переглянулись друг на друга с мёртвыми взглядами. Лишь маг и воин не хотели мириться с этим. — Никто не умрёт! — не надо мне таких сюрпризов. Я должна доложить Дон Лэю о случившемся, а также сохранить всем нам жизни. Хотя лучшим исходом будет смерть призывательницы. Ну, почему всё так сразу навалилось: изгнание художника, ссора с братом, а тут ещё и это. — Главы сейчас нет, а потому есть время подумать. — Я лучше убью себя! — заявила призывательница, и сразу получила от меня пощечину. — Я сказала, что никто не умрёт! — я схватила её за плечо и подняла вверх, дабы наши глаза были на одном уровне. — Кто был твоим противником? — Девушка с растениями. Те вишни, они оказались с кислотой. Я не успела увернуться и… Я взглянула на парней, что тут же отвернулись. Ассасин помогла снять с девушки вверх, а вид меня сильно поразил. На владелице демонического оружия не осталась живого места. Её кинжал парил возле меня, а глаз, находящийся в центре рукояти, с сожалением смотрел на напарницу. Так покалечить своего оппонента? Да в Храме Душ все с головой не дружат? — Сяо Мо? — прошипела я, чувствуя, как ярость вскипает во мне. Мерзавка. Только попадись мне в турнире, покалечу тебя так, что родная мать не узнает. — Да, — плакала призывательница, когда на неё снова надевали вверх. — Вы! — крикнула я горничнам, что проходили мимо. Они тут же остановились и поклонились. — Подготовьте лекарства и бинты, оставленные Лилинг, также наполните ванну целебными травами и закиньте магические кристаллы зверей света восьмого ранга! Горничные тут же убежали, поняв, что я не в самом лучшем настроении. — Принцесса? — удивлённо прошептала убийца. — Никто не смеет калечить чудовищ, — зло прошипела я, стирая слёзы с лица призывательницы. — Могут остаться шрамы, но обещаю, что и они пройдут. Я лично займусь твоим лечением. Как эта дурёха ещё может спокойно двигаться? Она ведь человек, а её тело более хрупкое, чем у кого-либо из нас. — Но что делать с главой? — спросила убийца, подняв на руки призывательницу, пытаясь не задевать ожоги. — Я приму на себя наказание за всех. Призывательницу затрясло ещё сильнее. Она качала головой, молча прося ничего не делать, но меня уже было не переубедить. Сейчас меня не убьют, а возможно, наказание будет не таким жестоким. Волноваться мне было не о чем. Миг, и нас всех оглушил странный взрыв. Я вытащила мечи и оглянулась, а Ёжик скрыл девушек в куполе, дабы те не пострадали. Посмотрела на парней, что в шоке стояли над покупками, а потом взглянула на небо. — Нападение? — спросила убийца, как к ней прижалась призывательница. — Вы… — зло посмотрела я на демонов, что испуганно переглянулись друг с другом. После посмотрела на призывательницу, а та с восхищением смотрела на небо. Накопившиеся негативные эмоции за день тут же улетучились при виде детской и невинной радости. — Тащите сюда коробки! Сейчас будем салюты запускать!