i saw the sea, i saw our dreams...

Женщина наливает только что заваренный чай в кружку и ставит на стол к сыну, садясь напротив. Она внимательно разглядывает и спрашивает почему он не позвонил ей как обещал. Джисок молчит некоторое время, а потом решает рассказать про нового знакомого. Мама сначала не может поверить в услышанное, она очень радуется за своего ребенка и убеждает, что нужно пойти на встречу. Мысль и правда звучит неплохо. Джуён оказался очень интересным собеседником, не задает лишних вопросов и не давит, а главное, что Джисока почти слепит, стоит посмотреть на него. Ему хочется писать, и много, вдохновение заполняет до краев. Они с мамой сидят недолго, потому что Джисок спешит вернуться в комнату и достать бумагу. Он отнимает у капризной ночи почти шесть часов, за которые впервые появляется столько текста, сколько не было написано за все лето. Половина стихов лишь наброски и он потом долго меняет листы в руках, перечитывая каждое. Одно из них выглядит так, будто стоит подарить Джуёну, но его стихи еще ни разу не бывали в чужих руках. В этот раз он поступит также, просто отложит с остальными. Это парень сделал что-то необычное, даже не заметив. Джисок по-настоящему благодарен ему, пусть они завтра и увидятся скорее всего последний раз, ведь нужно ехать обратно в город: отгул не вечный и с работы его еще не уволили. Жизнь продолжает идти своим чередом, но ведь Джисок в нее не играет, тогда почему ему не подвластно что-то изменить и остаться. Раньше он не ожидал ничего кроме собственной смерти, сейчас ему хочется увидеться с Джуёном еще хотя бы несколько раз. Их разговоры легкие и льются словно вода в роднике, такая чистая и свободная. Джисока тяжело разговорить, но у него почти получилось это. Заснуть так и получается в мыслях о завтрашней встрече. Видимо он слишком надеется на что-то, наверное такие люди как Джуён еще опаснее, ведь непонятно, чего можно ожидать в итоге. В жизни Джисока этот парень первый. Впервые за последние несколько месяцев время утром идет настолько медленно, что Джисок пересчитывает все трещинки на потолке, заправляет кровать, чего обычно не делает. Раньше он ничего не ждал и ему некуда было торопиться. Рутинная жизнь только и делала, что начиналась работой, а заканчивалась крепким кофе. Сейчас он практически готов клясться, что никогда не стал бы так ждать встречи с кем-то. Джуён оставил после себя невидимый след, отметил его своей улыбкой и Джисок ждет встречи этого маленького детища, отпечатавшегося в его глазах, с создателем. Ему кажется до тошноты глупым думать так, но больше никаких объяснений в голову не приходит. Они должны встретиться сегодня и раскрыть все карты, может тогда Джисок сможет не только вскрыть джокера, но и свою собственную душу. Джуёну хочется верить. Верить и не тратить зря их предположительно последнюю встречу, которая пройдет там, где и договаривались, но Джисок не уверен в точном времени, Джуён говорил, что свободен не раньше обеда. Значит у него есть еще несколько часов, пустых и долгих, томящих его, словно целую вечность. Ему стоило хотя бы спросить номер телефона, они все таки в век технологий живут, а Джисок просто не сообразил. Его заторможенности и раньше можно было только удивляться, но видимо с тем парнем он и правда совсем забылся. Как странно, вроде говоришь мало, но тебя понимают, слушаешь еще больше и все равно слышишь, чувствуешь настроение партнера, чувствуешь..Джисока словно вырывает из транса, он переводит взгляд на зеркало и понимает, что у него расширились зрачки, а на лбу появилась легкая испарина. Сердцебиение едва ли участилось, но сердце пару раз дало о себе знать сильным размеренным стуком. Он поднимается и бредет в ванную умыться и принять таблетки, сам не знает от чего, может успокоительное или жаропонижающее. На кухне его встречает мама с теплой улыбкой и уже заваренным чаем. Сегодня она специально порылась на полочках и нашла сушеную мяту, чтобы день Джисока начался хотя бы немного лучше чем обычно. Она твердо уверена, что количество кофе, который пьет парень, частично делает его еще более отстраненным и нервным. Джисок бы возразил, стоит только уловить ход ее мыслей, но к чему сейчас беспокоиться о таких мелочах. Они вместе выпивают чай из своих старых кружек с ярким детским принтом, заедают рассыпчатым печеньем и Джисок уходит собираться на встречу. Маме он говорит, что отлучится на пару часов по работе, обещает вернуться живым здоровым, и после этого женщина не задает лишних вопросов. Она мягко улыбается и уходит в гостиную смотреть одну из своих многосерийных мелодрам. После полудня на улице становится сильно душно, солнце слепит и легкий ветер совсем не помогает надышаться. Джисок чувствует, что наоборот только больше начинает задыхаться. За время, которое он прождал, сидя на какой-то небольшой скамейке, около которой нет ни одного дерева, отбросившего хотя бы маленький кусочек тени, сотни человек прошли мимо. Ему почти физически больно. Людей вокруг слишком много и среди них нет того самого, ради которого парень смог вылезти из воображаемой берлоги. Дополнительным стрессом ко всему добавляется неуверенность в предстоящей встрече, он нервничает, очень. Что за чувства снова полностью заполняют его, он не маленький ребенок и не влюбленная по уши школьница, чтобы сидеть и слегка дрожащими руками мять края футболки в предвкушении от скорой встречи. Все это только в голове, нет большей проблемы, чем постоянные размышления, сводящиеся в тупик пессимистического настроения. -Я рад, что ты все таки смог прийти. - голос звучит так ярко и четко среди всей какофонии звуков. Джисок сразу находит источник, встречается с ясным взглядом светло-карих глаз, легкой улыбкой и чуть сморщенным носом в попытке не зажмуриться из-за сильного света. Джуён выглядит так, словно его придумали. -Извини, я наверное прилично опоздал, у меня не получилось вовремя сесть в автобус. - он сдержанно хохочет, смущенный своим проколом. -Я пришел минут пять назад. - пусть и маленькая ложь, но лицо парня от услышанных слов полностью меняется. Он ярче улыбается и подходит ближе, сразу с ходу начиная рассказывать чем был так занят. Они идут в небольшое, но довольно уютное и немноголюдное кафе, чтобы пообедать. Джуён настаивает на том, чтобы в одиночку заплатить за все. Джисоку непонятен этот порыв щедрости, но возразить он не пытается, мирно соглашаясь. Помимо отсутствия желания спорить, отдавая на это приличный заряд энергии, в кошельке денег практически нет, работа всегда покрывала только естественные потребности; Джисок даже бумагу для стихов сам никогда не покупал, таскал с работы понемногу. Казалось мелочь, но деньги сэкономил и Джуён доволен возможностью угостить его. Действительно странный парень. -Сходим после кафе в парк? Сегодня не так много людей, можно на чем нибудь покататься без получасовой очереди. - парень улыбается, доедая пасту, после чего запивает переслащенным чаем. Джисок на мгновение чувствует как противно скрипят зубы от количества использованных пакетиков для одной маленькой чашки. Джуён при нем открыл пять полосочек сахара, не задумываясь. Джисок довольствуется обычным кофе без добавок и каким-то дешевым салатом, название которого не запомнил, потому что искал что полегче и подешевле. -Я не катаюсь на аттракционах. - он поднимает на парня глаза и встречает немного озадаченный взгляд в ответ. Джуён молчит и не моргает, будто обдумывает другой вариант. Джисок решает не заставлять его переживать об этом и думает сам предложить что-нибудь. Но оказывается, что ему не понравится почти все, потому что он не любит любое место, где жарко или холодно, где нужно тратить силы на передвижение или много слов, большей частью бессмысленных, а особенно не нравится, когда вокруг есть люди. -Тогда может, на море? - Джисок замечает блеск в глазах парня, что выглядит как последняя надежда на согласие. -Звучит хорошо. - но мужчина не припоминает, чтобы здесь неподалеку где-то было море. Несмотря на это, Джуён смотрится весьма уверенно, говоря об этом. Вероятно, это действительно единственное место, где Джисок смог бы почувствовать себя хорошо, но день не самое лучшее время для этого. -Тогда я отвезу тебя туда. Возьмем машину и поедем с ветерком. Ехать где-то час-два, это ничего? Джисок качает головой, не находя, что ответить. Сам бы он никогда и ни за что на такое не согласился, но с этим парнем почему-то идея выглядит не так уж бредово. Джуён продолжает излучать какой-то необъяснимый свет, чем будто бы глушит что-то темное внутри. Это кажется странным, даже ненормальным. Человек в депрессивном состоянии не способен чувствовать такое, это точно. -Тебе нужно взять какие-то вещи? Думаю, к вечеру там будет немного прохладно. Парень продолжает задавать наводящие вопросы, Джисок соглашается уже на все: ему некуда отступать. Дверь кафе постоянно открывается, приглашая выйти на улицу и вернуться домой, но Джисок уверен в своем. Некуда. На сбор в поездку уходит еще полтора часа. Всё можно было бы сделать быстро, но мама, когда слышит новость, не может так просто отпустить. Женщина собирает еду и воду, теплый плед, даёт напутствие. Она все время пребывает в шоковом состоянии от новости, что у ее сына теперь появился друг, это стало лучшей наградой для нее. В конце концов Джисоку удается выйти из дома и сесть в уже забронированную машину. Джуён сидит за рулем и улыбается, словно не ждал кучу времени, когда Джисок выйдет. -Можем ехать? -Да. - хочется поскорее сдвинуться с места, пока женщина не решила самостоятельно проводить их. Чувство предвкушение немного исчезло, но довольный Джуён рядом возвращает все на свои места. Этот парень словно не слышал, что бывает плохое настроение или неудачный день. Наоборот, для него жизнь как игра с кучей жизней в запасе. Джуён включает музыку и начинает подпевать первой же песне, даже если не знает слов. Местами выглядит неловко и неуклюже, но кажется эти чувства одолевают только Джисока, и со временем он сам напрочь забывает о них. Время в пути пролетает незаметно, они всю дорогу больше не говорят друг-другу ни слова, но это кажется абсолютной мелочью. Джисок давно не чувствовал такого комфорта. Машина останавливается около небольшого пролеска, где уже не сможет проехать. Джуён глушит двигатель и предлагает немного прогуляться до места. Они берут все вещи и идут пешком по скромному лесу с редкими деревьями. Через десять минут ходьбы выходят из-за больших кустов и сразу же ступают на песок. Джисок осматривается и видит перед собой большую реку, или озеро, он не до конца уверен. Людей поблизости абсолютно нет, а вода впереди уходит за горизонт, будто и правда море. -Красиво? - Джуён не дожидается, когда Джисок переварит увиденное и идет вперед, чтобы постелить покрывало и кинуть на него вещи. -Невероятно. Проходит еще некоторое время, прежде чем Джисок все-таки сдвигается с места и подходит к Джуёну. Он не говорит парню, что тот ошибся, и это на самом деле не море, только с придыханием повторяет как здесь удивительно и садится на плед, глядя вдаль, будто сможет рассмотреть там что-то новое. “Море” Джуёна - просто мечта поэта, или любого другого творческого человека. И он бы рассказал об этом, но боится растратить на слова все очарование, которое мог бы нанести на бумагу. -Рад, что тебе нравится. Я нашёл это место в прошлом году и мне совсем некого было пригласить сюда. Так что ты первый, кому я показываю море. Джисок неосознанно улыбается. Слова Джуёна цепляют, веселят своей легкостью, наивностью, и пугают. Парень, не задумываясь, говорит такие вещи, а Джисон улыбается, словно только этого и ждал. Он чувствует себя так, будто в сказку попал, но все внутри него кричит, что дело нечисто, нужно вернуться домой. Джуён слишком яркий для него, можно ослепнуть. Джисок и так много настрадался, так зачем мучить себя дальше, если дома почти всегда было спокойно. -Послезавтра я выхожу на работу. - слова сами слетают с губ, неосознанно. Как зов о помощи, они словно кричат, что это последняя встреча и потом снова будет ничего. Все вернется в прежнее русло, они больше не встретятся. Только чего Джисок так боится, если с самого начала ни на что не надеялся, не строил никаких надежд. Сейчас он даже в глаза Джуёну не решается посмотреть. А парень рядом молчит, достаточно, чтобы заставить переживать еще больше. -Мы же еще увидимся, правильно? Из какого ты города, я мог бы приезжать к тебе, или ты ко мне. Джисок делает короткий, но тяжелый вдох и поворачивается к нему, качая головой. -Я не приеду. И тебе не стоит. Джуён перестает улыбаться и с его улыбкой заходит солнце, прячась за небольшими тучами, движущимися в их сторону. Как иронично. Джисок почему-то хочет биться в истерике. -Но почему? Я понимаю, это всего лишь наша вторая встреча, но мы же вроде так хорошо сдружились, и ты мне нравишься. С тобой интересно, несмотря на то, что тебе больше нравится молчать. Джисок. - парень выглядит крайне обеспокоенно. Где-то недалеко над морем начинают падать редкие капли дождя, медленно двигаясь к ним. Когда парни еще только ехали сюда, на небе даже облачка не было. Их снова разделяет тишина, в этот раз тягучая и неприятная. Джисок привык, что хорошее всегда заканчивается очень быстро, особенно в его жизни, но в этот раз, у него словно силой пытаются отобрать последнюю надежду на что-то светлое. Большее чем рабочая рутина и пустая квартира со смятым одеялом на полу. -Джуён, скажи мне. Почему ты соврал? -О чем ты? - парень выглядит удивленным, или пытается таким казаться, Джисок уже не уверен, на чьей стороне правда. -Ты же ничем не болеешь, у меня было достаточно времени, чтобы узнать как ведут себя ипохондрики и обычные люди. Почему ты соврал мне? Зачем пошел на сеанс, чтобы посмеяться над больными идиотами, такими как я? - впервые за последний год, когда он за раз говорит так много и так четко. Впервые, когда ему так тяжело говорить. -Джисок, я..Нет, я даже не думал смеяться над тобой. Это не то, что ты подумал, все не так. -А как? По лицу и мелким движениям Джуёна видно, как ему тяжело. Он явно не думал и не хотел оказаться в такой ситуации, Джисок почему-то снова верит в то, что видит и сам себе выдумывает. -Да, у меня нет никаких расстройств, но все действительно не совсем так, как ты думаешь. Пожалуйста, не считай меня мерзавцем, если я расскажу тебе правду. - Джисок ничего не отвечает, оставляя все на парня. - Я искал подработку, потому что сейчас туго с деньгами и нормальной работой, пошёл к дяде, думал, что он поможет мне. Но в итоге мы разговорились и поспорили, смогу ли я помочь хотя бы одному из его клиентов. На кон поставили его деньги или мои полгода отработки, если не получится победить в споре. У Джисока земля из под ног уходит, сидя на пледе, ему кажется, что он падает. Мужчина неотрывно смотри на Джуёна, уже не в силах считывать его эмоции. По всему телу расползается неприятное и горькое чувство предательства и обиды. В горле встает ком. Конечно все не могло быть так просто. Случилось так, как он и думал: ни один человек не способен быть с ним просто так, даже просто не способен быть. Джисок словно открытка на праздник, полюбуешься день, а после выкинешь, не вспомнив о мелком дополнении к настоящему подарку. -И ты решил спорить на меня. -Я просто подсел к тебе тогда в автобусе, не знал, что все так выйдет. Но мне правда нравится общаться с тобой. Здесь я не соврал тебе. Дождь доходит и до них, отрезвляюще капая по ногам, затем по голове и плечам. Джисок словно не своими силами поднимается с пледа и говорит, что пора возвращаться. Джуён вскакивает следом и не пытается больше ничего сказать, собирает вещи и они довольно спешно возвращаются к машине. Дорога обратно проходит в полной тишине внутри машины, только снаружи холодные капли бьют по стеклу, закрывая обзор. Джисок закрывает глаза и пытается собрать мысли в кучу. Перед глазами больше нет никакой красной тряпки с предупреждением об опасности, он уже и так все снова проиграл. Не было поступка глупее, чем пытаться снова довериться кому-то. Ложь и глупый спор, вот что скрывалось за ярким светом Джуёна. В мире нет чистой души, ни одной. Одни только лицемеры, которые прикрываются добрыми улыбками и красивыми словами, чтобы использовать тебя в своих целях до тех пор, пока им это выгодно. Больнее всего оказалось не то, что Джуён понравился ему, а то, что Джисок смог надеяться на что-то. -Мы приехали. - поток мыслей прерывает тихий и неуверенный тон, с которым Джуён говорит, поворачиваясь к нему почти всем корпусом. - Мы можем поговорить еще раз, прошу. Джисок, я не хочу расставаться так. Машина и правда не едет, а впереди, через залитое дождем стекло, виднеется силуэт дворика напротив маминого дома. Джисока больше ничего не держит. -Я не злюсь и не обижаюсь, если именно это тебя беспокоит. - он собирается открыть дверь, берется за ручку, но почему-то медлит, не решаясь открыть. Джуён видимо расценивает это как шанс. -Давай завтра в обед встретимся здесь, около твоего дома, если ты еще не уедешь. Я хочу общаться с тобой и дальше. Прошу, мне очень стыдно, что я согласился на этот спор ради каких-то денег. Прежде чем между ними снова успевает повиснуть неловкое молчание, Джисок разворачивается к Джуёну и двигается вперед, встречаясь с его губами, теплыми и мягкими, от самого парня в принципе пахнет какой-то сладостью и чем-то из детства, что обычно каждый раз ускользает из памяти, но всплывает в голове доброй ностальгической мыслью. Джуён теряется от неожиданности, но размыкает губы и сам двигается навстречу. Джисок прикрывает глаза и берет его лицо в руки, позволяя себе насладиться моментом. Снова накрывает ощущение, что он попал в сказку. Глупую и с плохой концовкой, но сказку. -Ты проиграл спор. - Джисок отстраняется и берет свои вещи, выходя из машины, прежде чем еще раз успеет посмотреть на парня. Он практически забегает в подъезд и поднимается в квартиру, где наверняка его уже ждёт распереживавшаяся из-за непогоды и отъезда сына мама. Но прежде он стоит около двери и собирается с мыслями, немного успокаиваясь. Женщина задает множество вопросов насчет проведенного вечера и не отпускает Джисока почти до самой ночи, она явно переоценила случившееся. Подробностей он не рассказывает, жалея нервы и без того вечно переживающей за него матери. Их разговор заканчивается на доброй ноте, и Джисок наконец возвращается к себе в комнату, где настежь распахивает окно; дождь все еще не закончился. Превыше всех остальных желаний и чувств, руки сразу же тянутся к бумаге и ручке. Он включает лампу и садится за стол, несколько секунд фокусируя взгляд на листе, после чего пишет, словно в трансе. Ситуация с Джуёном задела его, даже больше. Он давно не чувствовал себя настолько плохо, но после всего лишь двух их встреч из под руки льется что–то романтичное, наполненное надеждой, но грустное как и все, что он может сказать о своем нынешнем состоянии. Несколько альбомных листов быстро оказываются исписанными и отложенными в сторону. Джисок горбится над столом и перечитывает последний небольшой набросок, вспоминая “море”. В области груди всего на пару мгновений разливается что-то теплое и волнующее. Он промаргивается, отгоняя наваждение и уходит от рабочего места, сразу же ложась спать. Утром, ближе к десяти Джисок уже одет и собран, но намеренно долго прощается с мамой и обещает приехать как-нибудь на выходных. На самом деле он уже мог бы уехать и не пытаться растягивать разговоры, которых обычно избегает, но глаза все время посматривают на часы и отсчитывают сколько времени осталось до обеда. Джисок уже давно понял, что он круглый дурак, но все равно ждет чего-то. Только в назначенное время выходит из подъезда и садится на скамейку. Джуёна поблизости не видно. Торопиться пока некуда, поэтому Джисок сидит около получаса и только потом заказывает такси, постоянно оглядываясь по сторонам. Возможно парень просто снова опаздывает. Или даже не собирается приходить, как кричит ему разум, а не глупое человеческое сердце, помешанное на надеждах. Несмотря на все это, Джисок уже заведомо ожидает любой исход событий, потому что продумал все: как он может отреагировать и что скажет, если Джуён все-таки придет, будет ли смотреть в глаза и как отдаст стих. Такси подъезжает и он последний раз осматривается. Никого. -Какой же лжец. - Джисок недобро усмехается и комкает листок со стихом в руках, после чего выбрасывает его в урну и идет к машине. Хлопок двери становится для него неосязаемым концом так и не успевшей начаться истории. Джуён не пришёл, и не Джисоку было судить - яркое солнце этот парень, или же алчный лицемер. “Я видел море, видел наши грезы. Разбитое корыто - это мы. Хотелось рыбкой быть, но невозможно Себя и золото сравнить. Подкинутый волнами, взбушевался, В морскую пену точно превращусь! Тебя оставлю я. Быть может, Если вдруг с жизнью разойдусь. Забудь ты трещины свои, забудь мое молчание. Я разобью о камни небосвод Для твоего стабильного звучания. И отвержения нам чуждых гневных слов.”