Я пытался привлечь внимание официанта, моргая на азбуке морзе

Очнулся тот уже развязанным, с пульсирующей болью в бедре. Рана слегка затянулась, но от каждого движения продолжала жутко болеть. Несмотря на это, тот осознал, что обязан отомстить. С верхнего этажа лилось негромкое пение голосом фиолетоволосого, доносился приятный запах еды. Он убьет его. Мучительно и жестоко, после чего сам насладится трупом с фиолетовыми волосами, осквернив его душу, покинувшую тело. Теперь, казалось, и сам Тсукаса обезумел. Встав со стула, стараясь делать всё как можно аккуратней, дабы не издавать лишних звуков и не навредить самому себе, тот подошёл к стене с красующимися на ней ножами, выбирая самый острый на его взгляд. Тихонько, не обращая внимания на кошмарную боль в бедре, поднялся на верх, пройдя в кухню, ориентируясь по голосу Руи. Он напевал одну из песен с их выступлений, как вдруг заметил Тенму. -Ах, Тсукаса! Ты очнулся! Присаживайся, завтрак почти готов. – Улыбнулся инженер. Вот такую его улыбку блондин знал. Не ту, яростную и беззумную. -Тебе той еды не хватило? – Милым голосом произнёс звезда, пряча нож где-то за спиной. -О чём ты, милый? – Пробормотал режиссёр, протягиваясь за поцелуем к Тенме, как вдруг тот вонзил острый нож прямо в шею парню, попав прямо в сонную артерию. Фиолетоволосый упал замертво, не успев опомниться -Теперь повеселюсь я, дорогой. – Приторно сладким голосом произнёс блондин, глядя на окровавленное тело своего друга. Взял его под руки, аккуратно и медленно стараясь перенести в ближайшую спальню. Закинув тело на кровать, тот стремительно раздел его, смущаясь. Изгибы его тела и вправду манили. Тонкая талия, бледная кожа, ярковыраженные ключицы. Может быть, если бы не его безумность, то Тенма бы и сам отдался ему. Но уже было поздно. Слишком поздно. Его тело слегка подрагивало в последний раз. Сняв с себя оставшееся бельё, Тсукаса удивился тому, что внизу уже всё стало твёрдым от одних лишь взглядов на труп его бывшего друга. -Не волнуйся, Руи, ты даже и не заметишь. И какого это, быть снизу? – Спросил тот с лёгкой насмешкой, не ожидая ответа, после чего резко вставил. Никто и ничего уже не может ему помешать. Мёртвое тело было ещё тёплым, чем блондин насладился полностью. Он надругался над своим другом как только мог и как только желал, в процессе вырезая на его теле сердца тем же самым ножом, от которого тот и умер. Поймают Тенму или нет – его не волновало. От такой стимуляции и психоделических мыслей блондин излился внутрь Камиширо, оставляя на месте убийства свой след, после чего приблизился своими губами к его синеющим губам, сомкнув их в поцелуе. Он только что надругался над своим другом, похитителем и жертвой одновременно, пока постельное бельё впитывало литры крови, вытекающие из каждой раны Руи, чьи конечности посинели от недостатка крови, а и без того бледная кожа стала практически белоснежной. А поймали Тенму или нет, мы так и не узнаем.