Глеб и его возлюбленная-арбуз

— Что скажешь, любимая? Тебе нравится? Глеб бережно накрывает арбуз украшенной салфеткой и садится напротив. Он улыбается, но улыбается ненормальной улыбкой. На столе стояла ваза с давно сдохшими розами, столовые приборы и две тарелки с красным кашеобразным блюдом на ней. Мы с Глебом знаем, что это, однако избавим вас от нежелательной информации. Глеб, не убирая улыбки с лица, вдавливает вилку в это нечто, но оно слишком жидкое, чтобы насадиться на зубчики, однако все равно сует в рот, тщательно облизывая каждый сантиметр. Глеб открывает рот шире, чавкает и выпускает слюну, но он продолжает облизывать уже чистую вилку. Вновь сует в кашу её лишь спустя некое время, пытается насадить, и в рот. Взгляд его был направлен на арбуз, а глаза наполнены странным возбуждением. В случайный момент он выронил вилку из рук и вскочил, словно ужаленный. — Как ты... можешь такое говорить?! Я так старался для тебя! Неужели мои старания для тебя ничего не значат!? Глеб выглядит взвинченным и глубоко оскорбленным. Его пропитанный ненавистью взгляд не отрывался от округлого предмета, он, словно, слушал ответ от него. Неё? — Ты такая же....такая же как остальные....ненавижу тебя!!! Ненавижу!!! Он рванул к соседнему стулу и одним движением руки смахнул чужую тарелку со стола. Она разбилась вдребезги, а все содержимое испачкало пол, оставляя неприятную липкую и сильно вонючую красную лужицу. Глеб падает на колени перед арбузом и осторожно, дрожащими руками, стягивает с него салфетку и осторожно кладет на свои колени. — Любимая... что же ты...не отвергай меня, умоляю...не делай этого.... Он кладет свою ладонь на ягоду и медленно поглаживает её, как что-то хрупкое, что попросту сломается вдвое. — Я же тебя так люблю...любимая моя...сладкая...моя хорошая.... Он мило улыбается и пытается обнять округлый предмет, наклоняется к нему и осторожно, нежно касается губами кожуры... С отвращением машет рукой и роняет арбуз со стула, поднимает, поднимает над головой и со всей силы впечатывает в пол. Теперь, помимо осколков и красной кашицы, на полу теперь сломанные дольки арбуза, его сок и множество черных точек, выражающихся косточками. Глеб смотрит на эту картину ледяным, безжизненным взглядом, словно пытается осознать смысл бытия этого арбуза, вспомнить весь его жизненный цикл. Большая часть арбуза сохранилась. Он медленно поднимает одну ногу, чтобы своим ботинком раздавить его в щепки, но останавливается. ... Боже мой. Глеб возбудился. Он берет более менее уцелевший кусок арбуза и прислоняет к своему паху. ... .... Расстёгивает ширинку штанов (трусы он не носит) и прислоняется телом к мягкой части. ... Надавливает на неё, ломает и впивается дальше. Трётся до тех пор, пока не кончает. — Глеб, пожалуйста... — Не желаю слушать никаких оправданий! Ян вздыхает и сдается. Спорить с ним - себе дороже. Глеб продолжает накладывать в тарелку каждому предвестнику маленькие куски арбуза, даже не дольки, а, скорее, квадратики, больше все равно не сохранилось. Ребята в Плотине, привыкшие к странным выходкам Глеба, молчат и не реагируют. Некоторые даже рискнули попробовать предложенное блюдо. Увидев это, Глеб улыбается во все зубы и произносит короткое — Приятного аппетита.