Темнота, вспышка, боль и свет

Шакал, хоть львиной шкурой накроется, львом не станет.

Боль

Что вы знаете о чувстве долга? Таком, от которого хочется сорвать с себя кожу, лишь бы сделать то, что требуется от тебя. Я узнала о нем гораздо больше в тот момент, когда услышала слова Рейтана о Киране. Мой малыш, мой маленький брат, такой важный – что с ним сейчас? Я обернулась на Амрита, в поиске ответов, но увидела на его лице лишь исступление. - Амрит, как? Как так получилось? – голос вырывался ломано, перемешиваясь с придыханием. Захотелось присесть на кушетку. Моменты, в которых ты чувствуешь себя хозяйкой положения ломаются один за другим. - Амала…я не знал… - обычно властный голос притих. Мужчина пересекал комнату, измеряя ее широким шагом. И если я чувствовала опустошение, то его буря эмоций более была более глобальна. Сейчас он был открытой книгой, прочесть которую можно было просто взглянув на нее, простой сюжет, старые герои и декорации – новые переживания. Он обещал мне, что все решит, что ему можно доверить – а теперь его люди не увидели огромную брешь в ситуации, из-за чего он в моменте мог потерять все, что для него важно вновь. - Не скули, Брамин. – Рейтан прервал тишину, в которой каждый из нас проживал свои эмоции. Холод и грубость стали его спутниками, сменяя теплоту, с которой он смотрел на нашу дочь. – Шехар идет. - Не прошло и секунды, как раздался настойчивый стук в дверь, все моментально оживились, выпадая из тягостного ожидания. Амрит подскочил к двери в два шага. - Господин Дубей, Госпожа Басу. О! – мужчина согнулся в поклоне. – Махадева Рита-Шива, и вы тут. - Шехар, быстрее. – Амрит притоптывал ногой, заламывал пальцы и кивал головой, словно от этого зависели движения стрелок на часах. - Госпожа Басу, простите, но эта информация будет не приятной для вас. – он вновь согнулся. - Шехар, БЫСТРЕЕ! – рявкнула я. – Хватит церемонится! - Ваш брат, господин Киран Басу обнаружен в больнице Аполло. Хорошие новости: состояние его стабильное. – судорожный выдох, тревога покинула тело. – Плохие новости: у него передозировка наркотиков и его собираются переводить в психиатрическую больницу. Второй раз за сегодняшний вечер и тысячный раз за свою жизнь земля уходит из-под ног. Ты даже ловишь себя на мысли о том, что реакции не такие яркие, а эмоции сливаются в один общий фон – безудержная боль. Больше я не слышала ничего, мои уши отказывались воспринимать дальнейшую информацию. Все, что я почувствовала – это ледяные руки с одной стороны своего тела и горячие – с другой. Ароматы вишни и жасмина слились в одно сладкое пятно. Тяжёлый ком образовался в горле, не давая расправить плечи. Книга в золотой обложке рухнула под ноги. «Мой милый братик, что же ты наделал?» - Поезжайте. Я побуду с малышкой. – за моей спиной происходил свой диалог, доходящий до меня обрывками слов. - Вайш. Я не оставлю на тебя свою дочь. – рычащий голос принадлежал горячим рукам, позволяющим себе явно большее, чем просто поддержка. - Совсем недавно ты доверял мне ее, и я тебя не подвел, зная обо всем с самого начала. Даже из Клифаграми вытащил. – владелец холодных рук был резок. - Возвращайтесь в поместье и не покидайте его ни на секунду. Узнаю о чем-то, наш разговор будет коротким, Махадева. – горячие руки обхватили меня полностью, крепко прижимая к груди. Ступор рассеивался, наполняя мои глаза горькими слезами – пятнами пропитывая шервани Дубея. - Как и с тобой, Брамин. Не забывайся. – голос Рейтана доносился уже на расстоянии. – Дубей! Амала вечером обязана провести пуджу. Одна. Но разбираться никто не стал, вопросы веры были крепки и важны для Амрита, и уверена – будь я в состоянии, он бы обязательно надавил на меня, но сейчас у него появился шанс на реабилитацию моего доверия и своей власти, поэтому вопросы решались незамедлительно. Перехватив под бедра – он рывком оторвал меня от земли и быстрым шагом направился к автомобилю. Минуты затянулись как раскаленное железо, которым жгли прямо по сердцу. Пейзажи за окном сливались в неясное пятно. Даже краски вокруг испарились, словно в моих глазах включили черно-белый фильтр. Мужчина рядом крепко держал меня за руку, пытаясь приободрить, он вложил в этот жест все тепло, которым он обладал. Я совершенно не понимала и не разбирала то, о чем приказным тоном он кричал своему помощнику. Здание больницы отличалось от американских: белая штукатурка где-то сменялась на черную плесень, автомобили скорой помощи природа окрасила в бледно-желтый цвет, и среди всего этого бегали люди в белых халатах, громко прикрикивая друг на друга. Я рванула вперед, бросившись на поиски брата. Но Амрит одернул меня за плечо, вынудив сбавить темп и зайти к нему за спину. - Амрит! Что ты делаешь? Тут же Кир! – я ничего не осознавала, кроме своей главной цели. – Амрит, Пусти! - Махарани, выдохни пожалуйста. – он развернул меня лицом к себе, одарив взглядом сочувствия. – Ты сейчас очень сильно наследишь. Дай мне поговорить с врачами, я узнаю, где он находится, и мы пойдем к нему. Только дыши, пожалуйста. - Амрит! Нет времени дышать! – я вновь дернулась вперед. – В пекло следы! Мой брат! - Сделаю все сам. – он покачал головой и отпустив мои плечи отправился в больницу. Я поспешила за ним. Его властный голос, тяжелый взгляд не давали и шанса на отказ в поиске информации, и уже через минуту он взял меня за руку и повел по коридорам здания. Спустя одну лестницу и два поворота мы остановились около белой двери. Табличка на двух языках вещала о пациенте, находящемся за ней. Амрит бросил на меня вопросительный взгляд, на который я смогла ответить молчаливым кивком головы. Не смотря на ясный день, в палате стоял полумрак. Спертый запах, смешанный с нотами йода, ударил по обонянию. Я бросилась к кровати, на которой мой милый братик крепко спал под писк приборов, подключенных к нему. Пульс, дыхание, давление были низковаты, но не критично – давая надежду о том, что все будет хорошо. Я упала на колени перед ним, хватаясь за ледяные ладони. Даже сквозь темноту выделялась его бледность и отсутствие румянца на щеках. Дышал он хрипло, потряхиваясь от холода. - Мой малыш…мой Киран… - прислонив его ладонь к своему лбу я горько заплакала, освобождая все переживания. – Мой малыш…как так получилось… - Мой мальчик…я такая плохая сестра…я такая плохая… - одежда намокала под градом моей боли. - Почему ты ничего мне не говорил…почему… - его ладонь была такой холодной, словно он и жив не был вовсе. Только пузатый монитор доказывал обратное. - Мой малыш…прости меня…прости пожалуйста… - я раскачивалась из стороны в сторону, стоя на коленях и плакала со всей силы, словно мои слезы могли смыть с него всю хворь и дрянь. Амрит, все время стоящий на входе в палату молча подошел ко мне. Мужская рука легла на мое плечо, как бы говоря «я здесь, я рядом», и это безмолвное прикосновение было громче любых слов в данный момент. Я позволила ему поднять меня, а затем уткнулась лицом в его грудь, ища спасения от тьмы, обступившей меня вокруг. Слезы пропитывали его одежду вновь, а он просто обнимал меня, поглаживая по спине. - Я такая ужасная сестра… - шепот, как заевшая пластинка слетал с моих губ. – Я не спасла его… - Ты хорошая сестра, Амала. Мы со всем справимся. Киран придет в норму. – его голос был настойчив, обогревая меня теплом надежды. И вновь время для меня потеряло свое значение, вновь я вернулась в пропасть, из которой еле вылезла. Но теперь казалось, что все будет по-другому, все будет проще, ведь рядом появился он. Каждое его прикосновение снимало тревогу, возвращая меня в состояние относительной стабильности. Пока двери палаты не отворились. - Господин Дубей! – голос Шехара выдавал некоторую взволнованность. - Закрой. – строго скомандовал Амрит, не давая вставить слова своему помощнику. - Господин Дубей! Тут! – он снова повторил, игнорируя приказ. - Шехар. Закрой. – я отстранилась от Амрита, пытаясь сохранить самообладание и вновь взяла Кирана за руку. Обстановка стремительно менялась. От надежного и теплого Амрита остались только воспоминания, на это место пришел господин Дубей – нахальный и самоуверенный. Ощущение того, что сейчас что-то произойдет было слишком сильным, отчего вслед за Амритом напряглась и я, вставая перед койкой брата, как бы закрывая ее собой. Моим удивлением стало то, что произойдет в этот момент – это появление моих друзей. - Лима! Киллиан! – я расплылась в улыбке, когда увидела своих родных друзей. А потом вспомнила, как Лайтвуд устроил скандал. – Что вы тут делаете? - Ц-ц. – то, как Амрит закатил глаза можно было услышать даже в цоканье его языка. – А вы что тут потеряли? Эмоции на их лицах менялись с каждой секундой, и далеко не в лучшую сторону. Изначальный тревожный гнев менялся на страх, перетекающий в шок. Сцена разыгрывалась так, будто мы находились в плохой комедии, а не в реальности – где была трагедия. Я так же стояла, прикрывая постель, Амрит прикрывал меня, а Шехар стоял в дверном проеме, готовый бросится на защиту своего господина. - Амала. – я вспомнила нашу первую встречу, когда чуть не ударила Киллиана, очнувшись от обморока. И даже тогда его голос не был таким чужим, холодным. – Слухи в вашей дыре расползаются быстро. Что с Кираном? – мой дорогой друг четко разделял нас, даже не справляясь о моих делах. - Он будет в порядке, атташе. – прошипел Амрит, приближаясь к Лайтвуду вплотную. – Я повторяю последний раз. Что вы тут потеряли? - Я спросил Амалу, а не тебя. – обстановка накалялась, заряжая воздух тяжестью. - А ну-ка, все вон из палаты больного! – из коридора выбежал низкорослый мужчина в белом халате, семеня к нам и ругаясь на бенгали. – Вы что тут устроили, молодые люди? Его грозный настрой никак не сочетался с внешним видом, вызывая недоумение. Но, все вокруг послушались его беспрекословно, пропуская внутрь. Я оставила разбирательства за стеной комнаты, задержавшись на месте, сейчас было важно узнать прогноз о здоровье Кирана. Вглядевшись в бейдж на груди мужчины я прочла «Доктор Ракеш Дас. Отделение интенсивной терапии». - Намастэ, господин Дас. – почтительный поклон и сложенные у груди руки. Кого индийцы уважают больше Богов, так это врачей. – Это мой брат. - Я знаю кто вы, госпожа Басу. И знаю кто ваш брат. – собеседник в манерах не распылялся, изучая мониторы и графики на них. В одну секунду мне стало не по себе. Киллиан обмолвился о том, что слухи ползут быстро, а доктор и подавно знает нас. Все складывается очень нехорошо. На секунду к горлу подступил комок тревоги и слез, который пришлось сглотнуть с силой. - Господин Дас, расскажите о его самочувствии, пожалуйста. – секундное оцепенение уступило место беспокойству, в котором я, заложив руки за спину, принялась хрустеть пальцами. - Мы ввели его в медикаментозный сон. – его слова больно ударили. - То есть, в кому? – скривилась я, вспоминая все медицинские термины из ТВ-шоу. - Первой степени. – доктор проверил капельницу, отсоединив ее от руки брата. - Какие прогнозы? – шмыгнув носом, я попыталась сохранить хладнокровие, но слезы вновь полились, обжигая щеки. - Рано говорить, госпожа Басу. – Дас покачал головой, слегка ущипнув кожу на сгибе локтя. Рука Кирана легко дернулась. – То, что он хорошо реагирует на раздражители – это уже позитивный процесс. Но его почки сильно пострадали, поэтому мы будем проводить процедуру диализа, благодаря которой органы восстановятся. А там, видят Боги – все закончится благополучно. - А какие риски? – я сжала губы в тонкую полоску. - Кома второй степени, но мы не допустим этого. Есть опасность того, что он войдет в вегетативное состояние, тут уже будет сложнее. - Махадеви, дай нам сил. – прошептала я в темноту. - Госпожа Басу, ваш брат в руках лучших докторов. Мы свою работу знаем. И не таких вытаскивали. – мужчина направился к выходу из палаты. – Но вот его зависимость… - Я и господин Дубей разберемся с этим. – при упоминании фамилии главы Бенгалии, глаза доктора сверкнули отголосками страха. – Не дайте его увезти в психиатрическую больницу, умоляю вас, по-человечески. Он мой последний близкий и любимый родственник. – я больше не смогла сдерживать эмоции, вновь заплакав во всю силу. - Госпожа Басу…Я сделаю все, что вам и господину Дубею нужно. Только не плачьте пожалуйста…не в мою смену. – развернувшись, он быстро покинул палату. В один момент я увидела, как он протирает лоб носовым платком. В комнате вновь воцарилась тишина, прерываемая размеренным писком приборов жизнеобеспечения. Я подошла ближе к койке и наклонилась поцеловать брата в лоб, вспоминая сцены из его детства, когда он требовал так делать каждый раз перед сном. - Не покидай меня так надолго, Кир. Я тебя жду. – погладив его кудряшки я направилась к выходу.

Вспышка

Чего еще не хватало для того, чтобы день был испорчен в конец? Конечно же этого мерзкого британца и его рыжеволосой подружки, филигранно играющих в заботливых «друзей». Тигр закатил глаза в очередной раз, выслушивая возмущения атташе по поводу того, что он всем запудрил мозги. Видит Махакали, как он хотел вспороть ему горло – подарив Богине порцию чужеродной крови. - Дубей? Ты вообще слушаешь меня? Что ты сделал с Амалой? – его переживания, такие картонные и не настоящие. - Киллиан, мы в больнице! Хватит уже кричать. – подружка дернула своего пса за рукав, принуждая его успокоиться. - Правильно, прикрой ротик своего щенка. Он мешает думать. – лениво протянул тигр, стряхивая с себя несуществующую пыль. - Что ты сказал? – вновь завелся атташе. - Ты мне надоел, Лайтвуд. Замолчи. – Амрит вновь закатил глаза, оглядывая коридор по сторонам. Ощущение того, что рядом присутствует кто-то неприятный не покидало его, отчего он решил сделать несколько шагов в сторону, убедится в своей интуиции. - Дубей! – вновь крикнул Лайтвуд ему вслед. Тигр обернулся, сжав челюсти. - Как у вас говорят в Британии? Заткнись, пожалуйста. – легко ухмыльнувшись, он взмахнул пальцами, пробуждая темные сущности вокруг. – Или я тебя заставлю замолчать. Ранее знакомый с такими вещами, он стушевался, наблюдая за тем, как Амрит расхаживает по коридору, словно пытается что-то найти. Реакции его тела были резкими, напряженными, в глазах сверкали отблески красных теней. - Дубей! – вновь крикнул Киллиан, ловя на себе яростный взгляд. – Что ты ищешь? - А ты умнее, чем кажешься, атташе. Браво за наблюдательность. - И все-таки? - Предатель рядом. – Дубей считывал чужеродную энергетику совсем рядом. Энергетика, пропитанная страхом и тревогой. Киллиан нагнал тигра, присоединяясь в охоте, и хоть Амрит не переносил британца на дух, его помощь сейчас была необходима, что вынуждало встать плечом к плечу. Бросив своему спутнику пару слов, о догадках Амалы по поводу юной Баннерджи – он нашел себе союзника, и даже постарался понять его. Ведь цели они преследовали одинаковые – уберечь и защитить своих любимых. Лима осталась возле палаты ждать Амалу, Шехар все это время находился неподалеку, безмолвно наблюдая за ситуацией. Ей хотелось просто обнять подругу сказать, что все будет хорошо. Ведь она знала – девушка только выглядит сильной, а на самом деле внутри нее сидит огромный ком переживаний обо всех вокруг, и их приезд будет для нее приятным и добрым сюрпризом. Но сюрприз ждал Лиму в первую очередь, наблюдая за тем, как сначала Амрит с Киллианом удалились вместе, а потом вернулись уже с компанией. - Глазам не верю. – хмыкнула Лалит, медленным шагом направляясь в сторону палаты. – Где Басу, там и верные друзья. - Лалит, сейчас не то время и место, чтобы язвить. – Риши кротко улыбнулся, кивая головой в сторону Лимы. - Нет, я просто глазам не верю! – девушка всплеснула руками, отчего браслеты на ее руках зазвенели. – Только поползли слухи что Киран Басу тут, а с ним и Амала, так и вы оказались здесь. - Это работает и в вашу сторону, господа. – Лима улыбнулась, отзеркаливая жест Лалит. – Мы видим Амрита 20 минут, а тут уже и вся его семья. Как это неожиданно. Двери палаты раскрылись, выпуская доктора Даса. Он скользнул взглядом по всей компании и быстро вытер лоб, засуетившись подальше от разномастной компании. - Шехар. Договорись о том, чтобы Дас вел Кирана до конца. Любая помощь, любые деньги, все что потребуется. Охранять палату будешь сам. – Амрит сжал переносицу пальцами. В этом жесте было столько усталости и беспокойства, различимых даже под типичной маской. - Да, Господин. А вы с Госпожой Басу? – помощник фиксировал все указания в небольшой блокнот, до этого таившийся в кармане курты. - Госпожа Басу и Господин Дубей будут под моим присмотром. – Киллиан вышел вперед, принимая свою настоящую роль защитника. - Лалит и Риши временно погостят у меня, больше глаз, больше бдительности. – Амрит кивнул каким-то своим мыслям. – Амала Амала… - Братец, тебе очень повезло с твоей невестой. Что ни день, то новое приключение. – девушка скривилась, понимая, что ее спокойная жизнь приостанавливается. И за все спасибо ее родственникам. - Она как заноза в мозгу. Она сводит с ума. Не дает покоя. – старший Дубей качал головой, не замечая того, как из палаты выпорхнула его нареченная и горько улыбнулась. - Это и привело тебя ко мне? – Басу, хотевшая бросится в объятия Амрита оглянулась, испытывая шок. - Лима? Киллиан? Риши??? Лалит?! Что вы тут делаете? – боль, плескавшаяся в ее глазах, скрылась за искренним удивлением, доходящим до растерянности. - Слухи ходят, Басу. Мы не могли пропустить представления. – Лалит хмыкнула. - Киллиан не смог сидеть на месте просто так, мы собрали вещи и вылетели через несколько часов после вас. – Лима тепло улыбнулась, заключая подругу в объятия. – Ну как мы оставим тебя? - Я просто рад видеть тебя в добром здравии, Амала. Да хранит тебя Махадеви. – Риши, обладавший добрым сердцем действительно был рад. И вновь вспышка странного присутствия накрыла Амрита, заставляя напрячься. Такое же ощущение посетило и Амалу, вызывая неописуемую вспышку ярости, она напрягла руку с кольцом, в которой уже клубились языки тьмы. Они переглянулись и кивнули друг другу, выходя в центр. Их спутники разошлись в стороны, пропуская пару вперед. В начале коридора послышались шаги, а затем появились трое людей – взрослая женщина с выраженной грустью на лице, серьезный мужчина с густыми усами и девочка. Лица взрослых показались всем до боли знакомыми – в больницу заявилось семейство Баннерджи. В первую секунду Басу хотела спустить гнев всех Богов на девочку, вперившую взгляд в пол. Ее щеки пылали от стыда, смешанного с мыслями о полном провале. Ей действительно было стыдно, и эти чувства усиливали тяжелые взгляды внезапно объединившихся тигра и львицы. Амрит придерживал Амалу за локоть, крепко сдавливая нежную кожу девушки, но вид его был - не менее опасным. Дубей физически ощущал гнев своей Махарани, и видели боги - он хотел понаблюдать за ней во всей красе, но сдерживал как мог. Не то время и, не то место. Баннерджи пересекала коридор больницы, пытаясь сжаться в атом, лишь бы не ловить на себя всю злость, выливающуюся со всех сторон. Тут были все - начиная с ее родственницы, готовой бросится и разорвать ее голыми руками за брата, заканчивая Риши, раздавшимся в плечах, он держал царственную осанку и стоял за спиной своей сестры, разочарованно наблюдая за тем, как девочка, которую он когда-то любил стыдливо прятала глаза, чуть не погубив человека. Когда семья Баннерджи дошла до палаты разглядев всю компанию, они резко развернулись в попытке покинуть помещение. Киллиан с Шехаром подскочили с двух сторон, отрезая им путь к отступлению. - Ты пришла добить его? – даже крепких рук Амрита не хватало для того, чтобы сдержать гнев Басу. - Сука. - Амала буквально плюнула ей в спину ядовитым английским ругательством. - Иди и молись, как-бы твоя голова не оказалась на алтаре Махадеви Кали. Окружающие перебросили взгляд на единственную Басу - она вырвалась из крепкой хватки своего мужчины и встала за спину Джае. Никто даже и не заметил, как Амрит тихонько ухмыльнулся, понимая, что сейчас будет. - Разыграй свое представление, Махарани. - прошептал он так, чтобы его услышала только Амала. - Госпожа Басу, вы не имеете… - на защиту дочери встал отец, но тут же стушевался под хваткой военного атташе. Киллиан заломил руки мужчины за спину, вынуждая стоять ровно и не делать лишних движений. - Я имею право на все! Она отправила его в кому! В кому! – львица купалась в своем гневе, накрывая всех его волнами. – МОЕГО БРАТА! Доктора, проходящие мимо коридора, начали активно возмущаться тем, что эти разборки нарушают покой больных, толпа вокруг разрасталась, но Басу словно не замечала никого кроме Джаи, обходя ее вокруг. Слезы девочки активно ударялись о кафельный пол, она даже не могла поднять головы, страшась встретится глазами со всеми. Темные полосы ползли к ее ногам, оставляя на коже ощущение холода и первобытного страха. Амала же не унималась, срываясь на гневный крик. - Махарани. – Амрит подошел к своей нареченной, наставнически хватая ее за плечи. – Махарани, приди в себя. - Нет, Амрит, не хватит! – рявкнула она, пытаясь вырваться из его хватки. – Пока она не будет страдать так же, как и Киран, я не успокоюсь! - Махарани! – мужчина тряхнул ее, силясь вернуть в реальность. Лалит, прежде не видавшая Амалу в таком состоянии ужаснулась, прошмыгивая за спину Риши. Лима только покачала головой, не одобряя, но прекрасно понимая свою подругу. – Шехар, в подземелье их, всех. – короткий кивок Дубея дал план к дальнейшим действиям. Одномоментно коридор заполнился людьми в красных одеждах, их слаженные действия больше напоминали танец, нежели работу охраны. Подхватив родителей Джаи, первая пятерка повели их на выход, затем трое мужчин взяли ее под руки и последователи следом за остальными. - Вы пожалеете об этом. Вас ждет смерть. – угроза, брошенная через плечо, дошла до слуха Басу и Дубея. Пара переглянулась и засмеялась, кого ждет расправа – так это не их.

Беспокойство

Тем временем в имении Дубей полубог с маленькой девочкой прогуливались по саду. Ее искренний заливистый смех делал саму атмосферу рядом очень теплой, а глаза ребенка источали такой яркий свет, от которого Рейтан испытывал настоящую, человеческую боль. Его знание об этом ребенке давили, а больше давило то, что родители, только нашедшие друг друга и обретя надежду на будущее – скоро потеряют ее. - Дядя Шива, смотри какой красивый цветок! – Гаури ткнула пальцем в пышную розу. – Папа рассказывал, что эти цветы называются так же, как зовут маму! - Почти. – улыбнулся Рейтан, присаживаясь около куста. Скользнув пальцами по стеблю, он нашел самое хрупкое место и надломил его. Шипы впились в белоснежную кожу. – Это роза сорта Амалия. - Какааааая красииивая! Прямо как мама! – девочка хлопнула в ладоши и заулыбалась сильнее. – А я вырасту такой же красивой? Был бы Рейтан человеком, по его коже спине обязательно пробежал холодок, но он только отвел взгляд в сторону и крепко задумался. Будет ли она помнить этот диалог? - Ты будешь красивее. – спустя минуту тяжелых раздумий ответил он. - Так невозможно, дядя Шива! Мама самая красивая! – столь бурные эмоции, переданные ей по наследству, проглядывали уже сейчас за детской наивностью. На дне ее радужки разрасталась красная тень. Такая же, какая выражалась у Амрита в моменты связи с высшими силами, и такая же, как у Амалы в моментах гнева. Аватар порядка притянул девочку к себе и потрепал темные кудри на макушке, отчего она сразу засмеялась. Тень мелькнула и растворилась в глубине зеленых глаз. - Гаури, а почему ты называешь меня так? – Вайш ожидал ответа, заранее зная его, но в глубине своих мыслей он ждал того, что все окажется неправдой. - Ну ты же Шива! – девочка сказала это так, словно подтверждала общеизвестный факт. Вот только для нее он был неизвестен, ей никто не рассказывал о божественной сути Рейтана. - Гаури, а откуда ты знаешь кто я? - Дядя Шива, я же вижу! И знаю о том, что ты добрый! – пухлые пальцы выхватили розу из его рук. – Я вижу всех! Папа добрый, но злой. Мама добрая и беспокойная. Киран тоже добрый… - она крепко задумалась. – Джая злая. Она Кирану больно сделает. Шипы оцарапали кожу малышки, но она даже не поморщилась, не издала писк и не обратила внимания на такую мелочь. Рейтан наблюдал за тем, как она рассматривала каждый лепесток цветка, царапаясь о шипы. И больше всего его смутило то, что у девочки из порезов не вышла ни одна капля крови.

Любовь

Очередной день разбивающий меня в клочья, а ведь солнце даже не стремится к закату. Вся наша компания вернулась в особняк Амрита, вдоволь пропитав его суетой и шумом. Пока Киллиан и Риши разыгрывали партию в шахматы – служанки суетились вокруг них, предлагая чай. Лалит же включилась в роль хозяйки дома, педантично наказывая служанкам готовить комнаты. Лима устремилась в сад – понянчится с Гаури. А мне просто хотелось смыть с себя минувшие события и ментально отдохнуть. Я нуждалась в тишине и уединении, разложить мысли по полкам, омыться перед пуджей. Купельная комната в особняке встретила роскошным простором и ароматом иланг-иланга. Дымок благовоний вился вверх, сталкиваясь с резным потолком. С одной стороны помещение было открытым, но при этом абсолютно приватным – витиеватые кусты служили живой стеной, сквозь которые пробивалось ясное небо. Красное дерево контрастировало с плиточной мозаикой цвета шафрана, и все это великолепие венчалось огромной мраморной ванной в центре, в которую молоденькие девушки подливали кувшины с молоком. Купелью пользовались редко, отдавая предпочтение душевым, имеющимся в каждой комнате особняка – один из признаков роскошной индийской жизни. Я быстро сбросила одежду, позволяя служанкам обмазать себя лечебной грязью с куркумой и маслом жасмина. Такие процедуры способствовали прогреванию и очищению организма и души. И честно говоря, я очень скучала по этому будучи не в Индии. Девушки напевали веселый незатейливый мотив, смывая грязь с моего тела. Мастерицы своего дела поливали каждый уголок кожи с бронзовых ковшиков. Когда с грязью было покончено я отправилась в парную комнату и прикрыла глаза наслаждаясь тишиной и одиночеством. То, что к Кирану приставили Шехара, определенно успокаивало, в отличии от его состояния. Ведь если я была бы наблюдательнее, этого бы не случилось, или случилось? Было ли предначертано судьбой или стало результатом наших действий? Я перевернулась на живот, рассматривая рисунки на деревянной стене. Внезапно вспомнилась эта странная книга о Кумари, откуда она вообще появилась в храме Тхакуров, ведь такой практики в Индии никогда не было. Почему Гаури называет Рейтана его настоящим именем? Зачем он сказал мне провести пуджу без Амрита? Что будет с нами? Какой подвох ждать от Баннерджи и что Дубей собирается с ними делать? Какой смысл в действиях Джаи? - ААААА, как много вопросов!!!! – в сердцах прикрикнула я, закрывая лицо руками. Голова закружилась из-за долгого пребывания в парной, и я решила покинуть ее, погружаясь в прохладную ванну с молоком и маслами. Контраст температур приятно ободрил, а вид на зелень и небо умиротворил мысли, даря драгоценную тишину в разуме. Тишина стояла и в комнате, служанки не пели песни, их просто не было в комнате. Только я и долгожданное короткое спокойствие. Жидкость ласкала кожу, пока я наблюдала за облаками, лениво плывшими по небосклону. Внезапно мою гармонию нарушили горячие руки, пристроенные на моей шее. Сильные пальцы разминали мышцы, заставляя прикрыть глаза. Когда обладатель рук приблизился к моей голове в нос ударил запах вишни. - Какого асура ты тут делаешь, Амрит? – массаж действовал гипнотически, расслабляя меня, из-за чего голос вышел слишком мягким. Это было слишком хорошо. - Снимаю твое напряжение, Махарани. – он промурчал в районе уха, вызывая мурашки. - Я и сама с этим отлично справляюсь, если ты не заметил. – я толкнулась вверх, принимая сидячую позу, и лучше бы я этого не делала. Все тот же идеальный торс, не скрытый одеждой, наглая улыбка, и гладкая кожа, поблескивающая на свету словно требовала дотронутся к ней. Я сглотнула, силясь не утонуть в желании. - Позволишь? – Дубей кивнул на ванну. - Я раздета, Амрит. – понимание того, что мою наготу скрывает только молочная вода несколько смущало. - Амала. У нас есть ребенок. – он ухмыльнулся, стягивая с себя брюки из серого шелка. Неповторимый мужчина, слишком красивый, слишком наглый, слишком…он слишком хорош. Смуглая кожа и молочная вода – ничего красивее в жизни не видела. Я сжалась сильнее, вызывая очередную усмешку. - Зачем ты пришел сюда? – пискнула я, растеряв самообладание. - Побыть с тобой наедине. Ты мне обещала, что я тебя раздену, но это шоу, к сожалению, я пропустил. Надо наверстывать упущенное. – легкие волны разбивались о его грудь. – Иди сюда. - Нет. – убегая от ошибки я приняла попытку встать и выбежать из этой комнаты куда подальше. Он словно читая меня успел перехватить мою руку быстрее и встал за мной. - Хорошо. Приду сам. – его взгляд терял ясность, зрачки расширились, заставляя меня молча и остолбенело смотреть на него. Хотела ли я уйти сейчас? Возможно. Хотела бы я остаться? Возможно? Хотела бы я поцеловать его? Определенно. Моя линия защиты рухнула, как только мои губы коснулись его, срывая с них жадный поцелуй. Не такой, который я подарила ему в Америке, более глубокий. В этом поцелуе заключался весь коктейль чувств: страсть, любовь, боль, нежность. Он был глотком воды в знойный день. Я прикусила его губу, от чего он издал стон и прижал к себе настолько сильно, насколько он мог. Мужские руки скользили по мокрому телу изучая все контуры, путая волосы и оставляя синяки. Когда его поцелуи спустились ниже к шее я застонала. Дыхание – поцелуй, вновь дыхание и вновь поцелуй. Неповторимые контрасты вызывали дрожь в коленках, но сильные руки не давали упасть. Легкий укус на нежной коже возродил новые ощущения, вынуждая сдаться ему полностью. Не теряя контакта Дубей аккуратно усадил меня в воду, нависая сверху – томный взгляд скрылся за очередной порцией жарких поцелуев, от которых перехватило дыхание. Его пальцы порхнули над грудью, задевая тонкую кожу сосков. Легкое движение сменилось на жесткое сжатие, чередуя ласки он доводил меня до наслаждения, от которого хотелось кричать. Я обняла его, скользя руками по упругой спине – столько раз защищавшей меня. Он тем временем обгонял меня, пересекая рубеж живота, в котором узел напряжения трещал по швам. Я хотела его, здесь и сейчас. Его поцелуи становились настойчивей, а дыхание глубже. Его ладони обняли мои бедра, разводя ноги в стороны. Дрожь стала осязаемой, когда пальцы Амрита коснулись чувствительного места, рисуя узоры, от которых кружилась голова. Мои стоны раздавались чаще, вызывая удовлетворительную улыбку на его губах. А затем он вошел в меня, первый медленный и очень деликатный толчок заполнил пустоту, давая разрядку напряжению внизу живота. Его нежное желание накрыло меня полностью, заставляя подстроится под ритм и нужный угол. - Махарани, а как хорошо ты читала тантру, прячась в моей библиотеке? – возбужденный голос пролетел над ухом. - Довольно хорошо. – простонала я. - Посмотри мне в глаза. – Амрит остановился, в его расширенных зрачках плескалось животное желание. – И не отводи взгляда. Не закрывай глаза. - Что? – новый толчок, более глубокий чем предыдущие заставил охнуть громче. - Не закрывай глаза. – вторил он, начав новую игру. Дубей испытывал меня, с каждым разом входя все глубже и быстрее. Мой голос уже срывался на крик, эмоции были на грани, я схватилась за его спину, оставляя царапины на смуглой коже. Разрядка была близка, отчего контролировать себя получалось плохо. Вода из ванной выливалась на пол с каждым нашим движением, но и этого я не слышала, попав в плен изумрудных глаз. А затем меня накрыла сладкая судорога, сковавшая тело. Амрит улыбнулся, догоняя меня. Спустя несколько минут он взял меня на руки, усадив на мягкую кушетку. Приятная истома туманила разум. - Я же пообещал, что помогу тебе одеться. – ухмылялся он, накрывая меня полотенцем.