te esconderé en mis brazos

Чимин не спеша прогуливался по тропинке, полностью погруженный в свои мысли и проблемы, и кажется никак не реагируя на внешний мир. Полностью находясь в «себе». Он снова «сбежал» от своих чувств, погружаясь во внешний мир, в семью, друзей, мелкие проблемы, которые можно было решить по одному щелчку пальцев, что совершенно забыл о «себе». Забыл позаботиться о себе во время, пока спектр чувств и эмоций не накрыл его с головой. И вот он здесь за несколько сотен километров от дома, гуляет по тропинке, даже не зная куда идти. Не зная что делать, как помочь себе. Просто идёт вперёд, мелком рассматривая открывшийся пейзаж. В какой-то момент все мысли пропадают, оставляя после себя адскую боль. Так чертовски больно, что хочется просто забиться в угол и прижать ноги к груди, и чтобы никто не трогал, не видел в такой уязвимый момент. Но Чимин продолжает идти вперёд, чувствуя боль. Дойдя до маленького и довольно уютного пирса, Пак останавливается, облокачиваясь на перила, смотря на гладкую водную поверхность. Вздохнув поглубже, и выдохнув, он больше не может держать слёз. Он стоит здесь за несколько сотен километров от дома и задыхается в собственных слезах, смотря на мелкие волны. Он определённо будет в порядке, просто не сейчас, не сегодня и возможно не завтра. Так много чувств сейчас, так много мыслей и так чертовски сложно справиться с этим сейчас. Справиться в одиночку с этим спектром, но делиться им с кем-то ещё, кажется невыносимо. Уж лучше одному перетерпеть эту боль, а потом вернуться домой, и с улыбкой рассказывать друзьям, как съездил на побережье и как же здесь красиво, утаивая момент со слезами и переживаниями. Раздался лай собаки, даже скорее тявканье. Вытерев слезы, Чимин опускает взгляд вниз и видит у своих ног маленького щеночка, что задорно бегает и прыгает возле его ног, тявкая время от времени. Легонько улыбнувшись Пак присаживается на корточки поглаживая малютку за ушком. — Танни не приставай! — выдохнул мужчина, устало смотря на своего питомца, что ластится к какому-то незнакомцу. — Он не особо и мешает, — тихо проговорил Чимин, поднимаясь с корточек, сканируя хозяина собаки взглядом. Перед ним стоял мужчина возможно его возраста или чуть старше, он был одет достаточно легко для вечернего воздуха, его волосы чуть кудрились, глубина глаз затягивала, а крошечная родинка на кончике носа умиляла. Тэхён тоже изучал незнакомца взглядом: миниатюрный рост и телосложение, мягкие губы, слишком большая рубашка накинутая поверх футболки, пушистые волосы и…сломленный взгляд, который излучает, кажется вселенскую боль. Тэхён знает, что значит этот «взгляд» и засохшие подтеки от слез на щеках. Это его любимое место — пирс. Каждый чёртов раз, когда он чувствовал что «теряет» связь с реальностью, то приезжал сюда, часто с Танни. И просто смотрел на воду не сдерживая боль внутри, давая ей выйти из себя в виде слез. Это было его место, тут редко кто ходит в такое время, обычно они с Танни единственные здесь. Место, где он мог побыть слабым некоторое время, прежде, чем снова натягивал улыбку на лицо. Ким приехал сюда с целью побыть наедине со своими мыслями, выплеснуть все, то что накопилось внутри. И он совершенно не ожидал увидеть здесь кого-то, но видимо не одному ему сейчас плохо. Они смотрели в глаза друг друга, кажется пять минут, находя во взгляд напротив, что-то знакомое и…родное? Каждый понимал для чего они здесь, и ни один не собирался покидать это место с целью «оставить этого парня одного, пусть побудет один в этот уязвимый момент». Они просто в какой-то момент неловко и совсем легко улыбнулись друг другу, и отвернулись, смотря на волны, облокачиваясь на периллы. Их разделяло каких-то жалких десять сантиметров, но никто не нарушал это пространство, и не отодвигался, их устраивало такое положение событий. Чимин не выдержал и просто заплакал через некаторе время, продолжая смотреть на водную гладь, не обращая внимания на незнакомца, чьего имени даже не знает. Тэхён напротив прикусил губу стараясь сдержать слёзы, но услышав тихий всхлип повернулся в сторону парня. Он смотрел на него несколько секунд, прежде чем сказать: — Можно я…? — шёпотом поинтересовался Ким, недоговаривая фразу. Но Чимин понял его, смотря красными глазами и легонько кивая. В следующую секунду он уже был утянут в крепкие и такие тёплые объятия.

Знаю, это больно,

Иногда бывает трудно дышать,

Долгими ночами

Ты теряешь желание сражается дальше.

Тэхён задержал дыхание, когда парень обнял его в ответ, утыкаясь красным носом в его ключицу несдержанно рыдая. Тепло. Вот что он сейчас чувствует и возможно…спокойствие? От объятий с незнакомцем. Не выдержав Ким заплакал, не было больше смысла сдерживать свою боль.

Есть ли кто-то рядом?

Ты проведёшь меня к свету?

Есть ли кто-то рядом?

Скажи мне, что все будет хорошо.

Они стояли здесь, за несколько сотен километров от дома, в объятиях незнакомца, задыхаясь в собственных слезах. Они стояли так довольно долгое время, Танни спокойно лежал рядом, не сводят с них своего заинтересованного взгляда. В какой-то момент они опустились на землю, продолжая обниматься. Эти объятия не были похоже, на то, как когда тебя обнимают родители или друзья. Это было что-то другое, но от того не менее ценно.

Ты не одинок

Я проведу тебя

Тэхён и Чимин даже и не догадывались как, оказывается сильно они нуждались в объятиях, в такой уязвимый момент своей жизни. Как им не хватало тепла в такие моменты. Они привыкли справляться с этим всем в одиночку, теряясь в итоге ещё сильнее, что были немного обескуражены «теплом».

Знаю, ты не можешь вспомнить, как вернуть себе сияние,

Твоё сердце — птица, лишенная крыльев, чтобы взлететь.

Разрывать такие нужные объятия было невыносимо, но они разорвали, чтобы подвинуться чуть ближе к краю пирса, чтобы можно было свесить ноги. Чимин и Тэхён держались за руки, и кажется делили одну боль на двоих. Им это было нужно сейчас. Знать что они не одни испытывают это. Знать что кто-то разделает их переживания, пусть они молчат и не говорят конкретно, о том, что все же их тревожит, само осознание, того что ты не один в такой момент успокаивает. Знать, что кто-то понимает тебя. — Я и не знал, что мне нужны объятия в такие моменты, — прохрипел Чимин, кажется они совсем недавно перестали задыхаться в слезах, и уже просто сидят державшись за руки и смотрят на волны. — Я привык быть один, переживать это в одиночку, закрывшись ото всех, что и…. — Не знал как отчаянно оказывается нуждался в тепле в такие моменты, — закончил за него Тэхён, действительно понимая, что чувствует парень, чью руку он крепко сжимает в своей. — нуждался в том, чтобы кто-то был рядом и просто держал меня за руку. Они переглянулись нежно улыбнувшись друг другу. И это пожалуй были самые искренне их улыбки за последнее время. — Чимин. — Тэхён. Они сидели так всю ночь деля одну боль на двоих, и это было так чертовски правильно. Кажется они давно так не говорили с кем-то по душам. Они нашли утешение в улыбке напротив. Нашли свое безопасное место в сердце друг друга. Нашли себя в этих объятиях. Со временем их посиделки были все чаще, наполнение смешками, нежными улыбками, разговорами и влюблёнными взглядами. Глаза, которые когда-то смотрели с болью на окружающий мир, со временем приобрели крошечные сердечки. Кто бы мог подумать что в момент отчаяния они смогут обрести такое нужное тепло и понимание. Они продолжали держатся за руки, когда сердце сжималось от боли. Продолжали прятаться от всего мира в объятиях друг друга. И с тёплыми улыбками прятали в своих объятиях друг друга. Они больше не были одиноки в такие моменты. И это было чертовски правильно. — Съездим на наше место? — обнимая Тэхёна со спины, прошептал Чимин, целуя Кима в основание шеи. Пирс — стал их местом. Местом, где они вдвоём могут быть слабыми. Место, где Тэхён сделал предложение Чимину спустя три года отношений, и услышал такое заветное «да». Место, где они нашли себя. Так много всего произошло на этом пирсе, и они делили это на двоих, будь то радостные события или грустные. Они были рядом, когда один из них нуждался в этом.