Океан запутался в его волосах

Первая

Шум

Книга открыта на самой последней странице.

Сколько всё это продлится?

Целый день дождь.

В воздухе тают осколки разбитой посуды,

Тянутся долго и долго секунды,

Тянутся долго и долго секунды,

Тянутся долго секунды.

Ты меня ждёшь.

Сплин - время назад

-"Ну ты долго там ещё? Чего копаешься?" -"Да сейчас. Где моя белая рубашка ве́тренная." Утренний бриз со вкусом соли. Небо отражало гладь воды. Солнце слепило белизной. Всё как во сне или воспоминании. Размыто и расплывчато. Паренёк, с чёрными как уголь-антрацит волосами, быстро сбежал с крыльца. Сбежал из восьми душащих стен. Они блистали белыми полотнами штор и звоном бус из ракушек. Сбежал на встречу всему тому, что обычно называют мечтой. -"Хенджин!! Эээй, Хёнджин!! Не уходи далеко!!" Песок подминался под ногами. Пересыпался и прятался под бирюзовыми волнами. Следы длинной узкой линией тянулись от деревянной дорожки вдоль берега. Это были следы пятнадцатилетнего мальчика по имени Хван Хёнджин. Он жил со своими родителями на берегу океана. Все и всё рядом. Тепло и уютно. Что ещё может быть лучше для счастья?.. Но Хёнджину было одиноко. У него небыло друзей с начальной школы. Зато было красивое личико и пластичное тело. Многие могли позавидовать. И многие правда завидовали. Из-за того, что он был такой красивый, никто не замечал истинного характера. Настоящей души. Холодной и одной. Вода шептала что-то на своём солёном языке. Небо в белых пятнах облаков. И солнце блистело ярко. Хёнджин посмотрел в даль горизонта, где океан и небо сливались воедино и закрыл рукой глаза. "Красиво. Красивее чем я." Он провёл ладонью по лбу, убирая налипшую чёлку и открыл глаза. Повернул голову. Пляж пустой. Будто волна поглотила всё в свои бескрайние владения. Ни души. Золотистый песок и лазурь воды разделяла белая полоска пены. Идеальная гармония. Вдруг в дали показался силуэт. Нечто белое, словно созданное из ослепляющего света солнца и белизны пены, оно смотрело в даль водной глади. Хёнджин зажмурился, чтобы рассмотреть силуэт получше. Казалось, будто это был парень лет двадцати. С синими, как небо и вода, волосами. Над ухом заплетена косичка. На нем был белый строгий костюм, который придавал ему вид божества.. -"хёнджин. Хёнджин!! ХЁНДЖИН!!!" Хван обернулся и увидел своих родителей. Они уже направлялись в сторону дома. Он так далеко от них ушёл. Повернув голову обратно он увидел снова пустующий пляж. Снова ни души. "Кто это был? И куда пропал? Как будто ушел в океан." ...…⁠ᘛ⁠⁐̤⁠ᕐ⁠ᐷ Минуло много лет с того дня. Хёнджин много чего забыл. Он уже закончил школу и поступил в тот вуз в который хотел. Действительно хотел. Родители были против. Но его это не особо заботило. Его вообще редко стало заботить мнение и состояние родителей когда он "вырос". Главное - он решил добиться того, что обычно называют мечтой. Он поступил на художественный факультет. У него был талант.. нет, даже дар к рисованию. Он мог в движениях кисти и карандаша выразить все свои эмоции и мысли. Получалось завораживающе красиво. Рисование помогало ему расставить свои тараканов в голове по местам. Холст был лучше любого психолога. И Хёнджину хотелось показать свою боль и радость всему миру. Чтобы доказать, что он не только на лицо красивый. Внутри его души тоже что-то есть. И вот уже через неделю заканчивается первый курс. Хёнджин нашел себе пару "собратьев по разуму". Друзьями их не назовёшь. Они вместе учились, обедали, вечером пили. Но этого было недостаточно. Сердцу хотелось чего-то другого. Более трепетного. Более тайного. Сокровенного и родного. Идя по одному из миллиона коридоров университета, Хван напевал себе какую-то песенку под нос. На плече болтался и всё время сваливался чехол от мольберта. Тут, затормозив рядом с картонной дверью, Хёнджин распахнул её. Зажмурившись, предвещая атомную атаку, он аккуратно шагнул в аудиторию. К ниму тут же толпой подлетели девушки, засыпая вопросами о том как у него дела, хорошо ли он ел и что собирается делать вечером. Надоело. А вечером собственно ничего он и не собирался делать. Надо было собрать вещи. Скоро он вернётся домой. Из шумного, вечно куда-то несущегося города. И солнце здесь другое. Не такое как дома. Тут оно холодное и не живое, такое же как вечная масса этого города. А дома тепло. Там дом из ракушек, океан в стекле, простыни белые как облака и родители. Ждут. Уронив, с тихим скрежетом застёжек чехол от мольберта на парту, Хёнджин устроился за предпоследним столом в дальнем углу аудитории и поближе к окну. -"Ну что? Еле отбился опять?" - к Хвану подсел парень с красноватыми волосами и большими кошачьими глазами. Минхо вообще был весь как кот. Красивый, загадочный, всегда один и сам себе на уме. Парень, который однажды чуть не свалился с крыши. -"Ой, отвали а.. И без тебя тошно." - Хёнджин траурно уронил голову на свои руки. Блеклый солнечный луч ударил в глаз. -"Присмотрел бы себе уже кого-нибудь. Вон какое стадо за тобой бегает. Или ты что?.. по мальчикам?" - у Минхо заговорчиски дрогнула бровь. -"Я же сказал тебе - исчезни! Не хочу это обсуждать." - не высовывая носа из рук пробурчал Хёнджин. Минхо был одним из его "собратьев по разуму". Хёнджин дорожил общением с ним, ведь только через этого парня-кота можно было узнавать последние новости. Минхо был везде и в нужное время. Но бесил он в семь раз больше. -"Ладно молчу, а то покусаешь меня. Всё равно щас пара. Я с тобой посижу." - Хёнджин умирающе заскулил. От него не отстанут ещё как минимум час. Тянутся долго и долго секунды. Шла пара по истории искусств. Самая скучная и как на зло и счастье последняя. И если люди спереди ещё показывали вид активной деятельности, то задние ряды чуть ли не в голос жужжали о своих проблемах и новостях. Один Хёнджин молчал. Он терпеливо выслушивал трескотню Минхо. Тот рассказал, как набухался вчера и ничерта не помнит, о том так нашел четвёртую кошку и о том, как положил глаз на одного паренька с факультета кинематографии. Но на словах препода "А сейчас вы мне дадите конспекты" пробили три раза часы на главном здании и гул восторга заполнил кабинеты. Конец учебного дня. ...…Хотелось домой Хёнджин встал со своего места, последний раз бросил взгляд на солнечный луч, пробивающийся сквозь жалюзи, сгрёб остатки карандаша и стёрки в свой чехол для мольберта, и постарался как можно скорее выбежать из аудитории. Иначе шлейф вопросов, предложений и прозьб задержит его на добрых пол часа. Но уверенный хват за локоть пиджака заставил всё-таки его остановится. -"Ты мне так и не ответил. В общем-то мне плевать на твои романы, меня больше интересует то, занят ты вечером или нет." - Хёнджин вырвал, благо целый, рукав из лапы Минхо и призрительно цокнул. -"К твоему глубочайшему сожалению я сегодня занят. И хватит ко мне липнуть. Задрал со своими вопросами. И пить я тоже не собирался. А хотя.. Как освобожусь я тебе позвоню. -"Другое дело. А то занят-занят.." Голос Минхо заглушился гулом толпы, выходящей из аудитории. Хёнджин успел всё-таки просачиться вперёд и убежать первым. Подальше от этой железной душной тяжести вечно гогочущей толпы. Хотелось домой. Туда, где солнечно и ветрено. Туда, где небо сливается с океаном. Багряная улица тянулась в даль. Перепелиный свет рябил в глазах: неоновые вывески, разговоры людей, запах сигарет, звяканье мелочи и ключей в карманах. Тонкий слух улавливал все чистоты. Всё вокруг такое холодное и чужое. До сих пор чужое. В тени домов оставляло свой холодный воздух начало октября. Хёнджин неторопясь шел в сторону своего дома. А точнее крохотной, как спичечный коробок, съемной квартирке в общежитии. В которой он 'жил' всё учебное время. Тесно, неуютно, хотелось домой. Кеды скользили по мокрой дороге. Вывески разливали свою кислотную краску по лужам. Огни тонули во тьме, мокрой от моросящего дождя. Но вот, как картинка на катритджном плеере, улица сменилась тихим серо-синим двором общежития. Там, где жил Хёнджин. Это 'там' совсем не навивало уютных воспоминаний. Только запах спирта и жужжание соседского холодильника. Ключи звякнули о дверь и с гремящим треском упали на кафель. "Устал. Как же я устал." Последние силы уши на то, чтоб поднять ключи, открыть наконец-то несчастную хлипкую дверь, закинуть чехол от мольберта за книжную полку и упасть на не заправленную кровать. Если бы обычный человек зашёл в эту, сложно назвать квартиру - скорее комнату, то он сказал бы: "Холостятская." Хёнджин предпочитал называть её "Безперспективная". И правда - комнатка размером четыре на четыре с желтоватым освещением была будто с катронной открытки. Плоская, пустая и однотонная. На полу у оголенной стены стояли холсты с незаконченными шедеврами. Начиная от глаз и заканчивая стеклом. Книжная полка, служившая стелажом для комиксов, шкафом для одежды, столом, вешалкой для холстов и сумок. Но никак не полкой для книг. Стены кое-где разлинованы черными линиями маркера, изображая волны океана. В хмельной горячке много истинных мыслей вылазиет наружу. И не такое натворишь. Все это наскучило. Так наскучило. Мышцы отклеились от костей, глаза сомкнулись и Хван провалился в дремоту. Даже спать было лень. Телефонный звонок наруших глухое умиротворение комнаты. Хёнджин недовольно цокнул и дотянулся до тумбочки у кровати, зацепил телефон пальцами и чуть не уронил. Противная вибрация не давала покоя. На экране высветилось незнакомые цифры, но знакомый региональный код. Код города, где он жил. Океан мелькнул в этих двух числах. 61. Неужели родители? Но их номера подписаны. Хёнджин робко махнул пальцем по экрану, чтоб ответить на звонок. -"А-алло. Здравствуйте." -"Здравствуйте, вас беспокоит областная больница Вандо. По полученным данным ваши родители, они прибыли к нам в тяжелом состоянии. Произошла авария. Столкновение с цестерной. Связи они больше ни с кем не оставили.. Что? мама, папа ".. Мне очень жаль.. Родители? ".. Вы не могли бы приехать и.. Увидеть их в последний раз. Простите меня. Вы же простите меня? -"Да конечно, без проблем. Адрес я знаю." -"До свидания." До свидания. В глазах помутнело, будто туда налили мыла. Так жжется. Лучше зажмуриться. Соль, накопленная за детство проведенное на берегу океана, выступила и покатилась по бледным щекам. Холодный бриз с воды ударил в спину. Хёнджин открыл глаза и оглянулся. Вода как всегда синеватая и чистая. Спокойная. В руках трепетали на ветру документы - очень важные и непонятные бумаги, оставшиеся от родителей. Машинально сузив глаза от солнца, Хван пропустил в голове мысль: "Я остался один. Океан тоже одинок. Мы с океаном так близки. Абсурд." Сидя на берегу он опустил глаза на бумагу и песчинки, перебегающие по буквам туда-сюда. Вдруг чья-то рука опустилась на плечо. Такая невесомая. Хван даже не вздрогнул. Будто знал, кто стоит за спиной. Бархатистый голос прозвучал над ухом: -"Я ждал тебя так долго. Неужели ты забыл меня? Я так счастлив, что ты наконец вернулся." Хёнджин обернулся через плечо. Над ним вызвышалась фигура парня лет двадцати с синими, как небо над океаном, волосами. Он лучезарно улыбался и выглядел таким волшебным. Будто и не человек вовсе. -"И-извините, но я не знаю. Вы наверное ошиблись." - голос заикался, взгляд метался по фигуре парня, всё же в надежде понять или вспомнить кто это. -"Не может быть, Джинни, это же я - Феликс. Как по латински - Счастливый. Ты правда меня не помнишь?" - в глазах парня появились искры обиды и грусти. Казалось - ещё чуть-чуть и заплачет, как капризный ребенок. В голове вдруг всплыл образ из далёкого детства: вода, пена, синяя косичка заплетённая над ухом, белоснежное одеяние. И всё размыто, как во сне. Это ведь и был сон. По крайней мере так думал Хёнджин. -"Что-то.. нет не припомню. Простите, сейчас.. Я не думаю, что могу говорить." - вставая и отряхивая от себя песок, Хёнджин попутно старался подобрать слова. Новый приступ слез подкатывал к горлу. Рука Феликса стекла с плеча к запястью Хвана. -"Прости меня. Твои родители просили тебе передать, что они не злятся на тебя. Они горядтся тобой." -"Откуда.. Да кто ты такой?" -"Ты вспомнишь. Я уверен. В прошлый раз ты обещал, что вернёшся и вот - ты здесь." В голове продолжали всплывать картинки из снов. Этот парень. Будто был живым воплощением океана. Эта улыбка. А эти веснушки - как звёзды, рассыпанные по глади воды. -"Ты знаешь меня." - и этот бархатный голос, словно шёпот волн. -"Возможно. Хорошо, Феликс. Всё равно я остался один. Теперь совсем один.." -"Неееет! Я всегда был рядом с тобой." - Феликс перебивал как ребёнок. Улыбка тронула губы Хёнджина. "Такой невинный." -"Могу задать странный вопрос?" - ветер растрепал угольно-антрацитные волосы Хвана и Феликс аккуратно заправил их ему за уши. -"Я люблю странные вопросы." -"Ты - это океан?" - Хёнджин сам смутился от звучания своего вопроса. Феликс же наоборот, засиял как алмаз в солнечных лучах. -"Ты всё-таки вспомнил!!" - его руки сцепились на спине Хвана и тот почувствовал тепло щеки Феликса на своей. Звёзды-веснушки кололись. Они блистели стазами-самоклейками синего и серебряного цвета. Так близко. Можно ослепнуть от такого количества блёсток. Хёнджин мало что понял из случившегося, но кое-что понял точно - он не один.