Не смотря ни на что, они будут любить

«Сал, я знаю, что это будет трудно понять. Прости. Пожалуйста, не вини себя и не держи на меня зла. Мне очень повезло, что ты появился в моей жизни. О большем я и просить не мог, чувак. Я знаю, что ты будешь вершить великие дела. Не останавливайся. Продолжай бороться с тьмой. Она приближается. Я слышу её шёпот у себя в голове. Он становится громче. Я хочу, чтобы это закончилось. Больше не могу терпеть. Ты гораздо сильнее меня. Я люблю тебя, Салли-Кромсали. Всегда буду любить. Увидимся на другой стороне. Ларри» Сал выбегает из дома, бежит так, что путается в ногах. Дождь крупными каплями падает на его уже порядком запутанные волосы от бега. Кроссовки насквозь промокли и мерзко хлюпают, от чего стопы начинают замерзать от холодного осеннего ветра. Но он не обращает на это никакого внимания. Его мысли заняты лишь надеждами на то, что он успеет спасти друга. Протез мешает нормально вдохнуть свежего воздуха. От чего у Салли начинает кружиться голова. Но у него нет на это времени Фишер подбегает к домику на дереве, не даёт себе и отдышаться, сразу залезая по скользкой деревянной лестнице. Несколько раз его ноги так и норовили сорваться, но он продолжал. Наконец-то уперевшись руками в пол внутри домика, голубоглазый чуть ли не затаскивает своё уставшие тело, ведь раньше Ларри всегда помогал ему взбираться протягивая свою руку. Сал мигом срывает с себя протез, даже не прикоснувшись к застёжкам. Он жадно глотает воздух, пытаясь сфокусировать свой взгляд на теле друга. Оно лежит в луже собственной крови. Салли пытается приподняться на замёрзших ногах, что с трудом ему удаётся. Фишер подползает к другу, по его щекам стекают горькие слёзы. Его всего охватывает страх и паника — Ларри! Нет! Пожалуйста, не оставляй меня! – истерично кричит он еле дышащему другу. Пытается руками остановить кровь из перерезанного горла. Он не знает как спасти друга, что он может сделать? – Ларри, прошу! Только не умирай! Не оставляй меня! Не оставляй! Его дрожащая окровавленная рука тянется к карману джинс. Он пытается достать телефон и как только ему это удаётся по памяти набирает номер скорой, дожидаясь когда же ему ответят. Когда же в трубке звучит спокойный голос девушки, протезник сбившимся голосом просит помощи:«П-пожалуйста, пом-могите моему д-другу! У-у н-него перерезанно горло! Пожалуйста!» – его просят успокоиться и назвать место положение – «Апартам-менты Э-Эдисона! Позади Апартаментов Эдисона, в доме на дереве! Пожалуйста, б-быстрее!» Он пропускает момент когда приезжает скорая, как выносят его друга, а следом выводят и его. Не помнит как ехал в машине в шоковом состояние. Не помнит как его опрашивали..

* * *

Светло. Слишком уж светло в этой белой больничной палате. Какой-то прибор мерзко, переодически издаёт пикающий звук. Длинноволосый брюнет с трудом открывает глаза, пялясь в белый потолок. В его голову приходят мысли: «Я умер?..», «Рай ли это? Хахах, какой к чёрту рай.. Мне здесь не место.. Это место Салли..», «Как же там Салли?..», «Он простит меня?». Ларри пытается повернуть голову чтобы осмотреться, что с трудом и болью получается немного сделать. Он видит Фишера, который сидит боком к нему и смотрит в стену перед собой перебирая пальцами рук. На его плечах накинут белый больничный халат, а волосы заплетены в две косы. Он сидит без протеза. Патлатый пытается поднять руку, чтобы дотронуться ей до рук Сала. И у него это получается не смотря на дискомфорт в своей руке из-за капельницы. Голубоволосый резко вздрагивает и также резко оглядываться в сторону Ларри. Он не верящим взглядом смотрит на друга — Ларри! – протезник срывается с места, сжимает руку друга и кидается ему на грудь обнимая его – Ларри, ты наконец очнулся!.. Л-Ларри.. – по израненному лицу стекают слёзы, оставляя на больничном одеяле мокрые пятна. Джонсон пытается улыбнуться, в ответ сжимает руку голубоволосого. Он смотрит в потолок всё ещё каким-то потерянным взглядом — Салли.. – шёпотом хрипит брюнет — Нет, Ларри, не разговаривай. Я сейчас позову врачей, подожди немного.. – прерывает его голубоглазый и отстраняется, стирает свободной рукой остатки слёз, поглаживает большим пальцем костяшки пальцев патлатого и всё же встаёт подбирая протез с тумбы, застёгивая его на ходу. Через пару минут в палату заходят врач и медсестра, Сал похоже остался дожидаться в коридоре. И вот пройдя круг проверок, врачи удостоверились в стабильности его состояния на данный момент. Покидая палату оповещают стоявшему за дверью, что можно посетить пациента. Сал лишь кивает благодарно и заходит в светлую комнатку. Шатен был уже в сидячем положении в своей койке и старался улыбнуться как всегда. Салли смотрит на него стоя спиной у закрытой двери. Смотрит, и не может поверить что его друг жив. Его сердце кольнуло при взгляде на улыбку Ларри, как-будто видит мираж. Не может поверить. По израненным щекам голубоглазого снова начинают стекать слёзы, которые просачиваются из-под протеза. Джонсон с усилием поднимает руки, приглашая в свои объятия, улыбается всё как-то грустно. От входа всего лишь шага три до койки, поэтому Фишер чуть ли не подлетает к другу, резко, но всё же аккуратно сжимает его в объятиях. Он чувствует тёплое, мягкое прикосновение к своей спине одной руки кареглазого и мягкое поглаживание его голубых, слегка волнисты волос – другой. Салли всхлипывает и мелко дрожит, стискивая Ларри в своих руках прижимаясь к его груди — Ларри, к-какой же ты мудак! Самый настоящий, что ни на есть мудила! Как ты мог..! – плача и немного заикаясь произносит Фишер — Да.. Я знаю.. Знаю...– шепчет шатен, продолжая поглаживать друга по голове — Ты хоть представляешь каково мне было?! Почему ты мне ничего не сказал? Мы бы могли найти другой способ избавиться от тьмы в твоей голове вместе! Зачем ты так поступил!? – отрывается голубоглазый головой от брюнета, смотри в его тёмные глаза напротив своими заплаканными. Сжимает больничное одеяние со спины своего друга — Прости.. – всё продолжает шептать ему шатен — Я так испугался когда увидел тебя тогда.. Так испугался.. Я боялся потерять тебя навсегда.. Как маму.. – он вспоминал тот момент когда увидел Ларри в луже его собственной крови, как пытался ему помочь. Даже снова, невольно, вспоминает те самые сны где видел свою мертвую мать на койке в морге. И снова стал заливаться слезами прижимаясь к другу, дрожит и всё каждый раз громко всхлипывая, от чего чуть ли не задыхается в собственном протезе. Тёплые ладони поглаживают его спину, успокаивают как только могут, дают тепло, любовь и нежность – Я тебя тоже.. Тоже люблю, Ларри.. – шепчет дрожащим голосом Фишер. Руки на его спине на замирают, но вскоре возобновляют действие, уже одной рукой опять поглаживая его макушку. Джонсон улыбается нежно как-то, оставляет лёгкий поцелуй на голубоволосой головушке и хрипло произносит в ответ: —Да, и я тебя люблю моя принцесса-плакса.. – Ларри усмехается и трепает волосы младшего ладонью, от чего у того портится причёска и прижимает к себе как может ближе Что бы не случилось, не смотря ни на что, Джонсон будет любить его. Будет любить и поддерживать, никогда больше не оставляя этого мальчишку одного. Они вместе одолеют тьму. И наконец-то смогут посвять жизнь себе. Они уверены что смогут, уверены что справятся. Не смотря ни на что, они будут любить друг друга, пока их души не рассеются в пустоте этого мира