Охота за Лисицей

Проснувшись, на Миэко резко накатила паника от неосознания где она. Повертев головой по тёмному помещению, взгляд зацепился за фигуру на стуле у входа. — Ты проснулась, — по голосу Миэко определила, что это была Коё. Сморщившись от неприятных ощущений, когда она села, Миэко резко начала кашлять. Прикрыв рот рукой, Миэко заметила кровь на одеяле. Она кашляа кровью? Кажется, что ее положение уже хуже некуда. — Тебе надо поесть. На то, что она не укрывалась одеялом, она не заметила. За то придала огромное значение тому, что она кашляет кровью. Это ненормально. — Не переживай, Миэко, — заговорила в её голове Афра. — Это временно. Это из-за того что Тосиаки передала тебе способность. Кивнув самой себе, она перевела взгляд на стол у дивана. На столе был варёный рис, выглядел он свежим и недавно приготовленным. — Ешь давай, дура. — раздался голос Аморе. Как всегда приветлива. Миэко попыталась сесть поудобнее, но боль во всем теле давала о себе знать. «Я не хочу есть то, что дают мне убийцы семьи.» — Тогда хотя бы переоденься, идиотка! Рядом с тобой лежит новая юката! Разве тебе приятно нюхать всю эту вонь?! — Аморе давно так не повышала голос, поэтому Миэко быстро схватила одежду и понеслась в ванную комнату хватаясь за уши, будто это чем-то могло помочь. — Аморе! Ей и так плохо! Сейчас вообще не до тебя! — взревел также Кацу, один из старших кицунэ. Миэко взглянула на себя в зеркало. Лицо уже выглядело лучше, не то что вчера. Быстро умывшись, Миэко сменила одежду на ту, что дала ей очевидно Коё. Взглянув в зеркало, Миэко смогла полностью рассмотреть юкату с белым верхом и чёрным низом. — Ага-ага, белый верх, тёмный низ. Ну прямо как в школе, осталось только глефу за спину для отличия. «Заткнись, Аморе.» — Не бесись. Я не просто так сейчас говорю. Убери уши и смени цвет глаз. «Что? Зачем?» — Слишком много вопросов. Убирай уши! — раздражённо вздохнув, Миэко сосредоточилась и закрыла глаза. Сделав вдох, она сложила ладони так, будто молится и через пару секунд хлопнула, одновременно вильнув белым хвостом. Лисьи уши постепенно начали скрываться в серебряном сиянии. Открыв глаза, Аморе осталась довольна результатом, ведь иллюзии такого рода Миэко практиковала редко. — Ага, молодец, а теперь глаза. «Что?..» — у Миэко округлились глаза. — Ты действительно такая тупая?! Господи, кого Риэ родила. Просто поменяй цвет радужки. — девочка не понимала ход мыслей лисы. «Так зачем?.. Ладно уши, но глаза-то?» — Потом поймёшь, меняй на-а-а, — Миэко уже начинала беситься от того, что Аморе намеренно тянет время. — на красный! — раздражённо выдохнув, Миэко согласилась и проделала то же, что и до этого с ушами. Выйдя из ванной комнаты, Миэко повиновалась приказу Коё идти за ней, которая до этого удивлённо оглядела её, но решила промолчать на такие изменения в виде девочки.

***

Сидя в машине в полном неведении, Миэко глядела на Коё. Она до сих пор ощущала от неё опасность. Учитывая то, какая у женщины способность, ей не составит труда убить Миэко меньше чем за пять секунд. Моргнуть глазом не успеешь, как уже без головы останешься — это откровенно напрягало. — Ты будешь жить у меня, — заговорила Коё, смотря на Миэко через боковое стекло. Сама Миэко же чуть скосила на неё глаза, внимательно слушая, стараясь не упустить не звуку. Всё таки наставления Аморе и Кацу она слушала внимательно. — Я выделю тебе комнату. И ещё, что важно, я также держу опеку над одной девочкой. Я её руководитель, и возможно, она будет твоей напарницей в ближайшем будущем. — Миэко кивнула и продолжила диалог с Кацу у себя в голове. — Можем попробовать переманить её на свою сторону, как тебе идея, а, Миэ? «Можно попробовать, но как?..» — Кацу на её слова тяжело вздохнул. — Главное, не наори на неё при знакомстве. Будь приветливей, хорошо? Не надо её пугать сразу. Будь приветливей, учитывай её мнение, проявляй инициативу в вашем общении, потом потихоньку спрашивай про мафию. — Кацу остановился и опять вздохнул. — Ход мыслей хотя бы понятен? «Я все поняла, спасибо, Кацу.» — Всегда рад помочь юной Госпоже. — Миэко кивнула и отключила способность. Теперь наступила полная тишина в голове, казалось, что даже собственный внутренний голос покинул её. Возможно, думала она, отключать свою способность было слишком самонадеянно. Выйдя из машины, первое ха что зацепился взгляд, был дом построенный по японским традициям. И он очень был похож на её дом. Правильно ли она поступит если будет называть эту постройку своим домом? «Что вообще теперь я могу называть правильным?» — поняв, что её заносит не на те темы, она не стала углубляться в философию и самообвинчевание, а просто последовала безмолвной тенью за Коё. Зайдя в дом следом за Коё, перед ней моментально очутилась темноволосая женщина, которая с презрением оглядела её сверху вниз. — Госпожа Коё, у нас гости? — презрение она скрывала плохо и Миэко лишь усмехнулась. Ужасная бы из неё актриса получилась. — Миэко? — Коё махнула рукой в её сторону. — Отныне она тут живёт. Все таки это гостевой дом. Фумико, выдели ей комнату. — Каваками проводила взглядом удаляющийся силуэт женщина до поворота, а после перевела свои ныне красные глаза на названную Фумико. — Где же вас таких уродливых находят, — фыркнула Фумико и махнула рукой, дабы шла за ней. Идя по коридору гостевого, как выразилась Коё, дома, Миэко понимала, что этот дом намного больше чем её, — Вот комната, обустраивайся, не подавись. Всё нужное потом принесут. — ещё раз фыркнув, Фумико удалилась, оставив Миэко в одиночестве. Комната самая обычная была. Самый обычный футон, самые обычные зелёные стены, самый обычный шкаф, самый обычный бамбук в углу — все самое обычное. Ничего в этой комнате не было, что могло бы вызвать хоть какой-то отклик в душе. Это наводило ужаснейшую тоску. Тоску по дому. Вспомнив о том, что здесь есть ещё одна девочка-эспер, Миэко вышла из комнаты. Хотелось рассмотреть вблизи выродка мафии и расхохотаться в лицо, указывая пальцем во все её грязные и чёрные уголки души, что хранят в себе всю гниль общества. Хотелось сказать, что такие люди как они, тянут мир на дно. Идя по коридору, девочка одновременно старалась запомнить расположение комнат. Идя по коридору и заглядывая в каждую комнату, Миэко дошла до поворота. Аккуратно посмотрев нет ли той противной женщины с противным именем Фумико, Миэко прошла дальше. Заглянув в одну комнату с белой дверью, девочка заметила лежащий на футоне силуэт. Миэко прошла в комнату и прикрыла дверь, не закрывая, чтобы не создавать лишнего шума. Пройдя к футону, она наклонилась над девочкой, чтобы рассмотреть её. Чувство страха она в этот момент потеряла, она не боялась что её заметят. Рассматривая не азиатские черты лица, а европейские, Миэко напряглась от чувства чужого присутствия. До этого его не было, так что изменилось? — Так ты и есть, та девочка лисица? — вот оно что, она просто успела проснуться. — Каваками Миэко, верно? — Как быстро ползут слухи у мафиозных выродков. — с отвращением сказала Каваками. — Сколько тебе лет? — Мне тринадцать и я уже убила сорок девять человек. — словно робот произнесла девочка, принимая сидячее положение. Несомненно девочка была красива. Кареглазая блондинка. Миэко всегда умела замечать то, что недоступно остальным. Сейчас, лисий слух улавливал акцент, девочка напротив неё явно не японка, хотя это понятно даже по внешности. — Ты же из Англии, да? — девочка напротив Миэко кивнула. — Как тебя зовут? — Каваками поклясться могла, но она увидела удивление на её лице. — Вернон Ли.. — односложно ответила девочка. — Вернон Ли, — мягко начала Миэко, тепло улыбаясь. — знала бы ты как я ненавижу мафию. Клянусь, я убью и тебя тоже. — с этими словами, она оставила Ли одну, быстро выбежав из комнаты. Она тихо посмеивалась, будто сейчас кто-то ей рассказал какую-то ужасно смешную шутку. Добежав до комнаты, она быстро закрыла дверь и упала. По щекам градом стекали слезы. Она размазывала их по лицу, пытаясь остановить, ведь мама не любила когда она плакала и ругала за это. — Я отомщу, обязательно отомщу! — заикаясь клялась Миэко. — Прости меня, мам, я правда не хотела! Я никогда не хотела чтобы вы умирали! Прости меня, Сатико, Тосиаки, простите. Простите! Заберите меня с собой..Я не хочу жить..

***

Миэко шла по коридору следом за Дазаем, и чувствовала неладное. Внутреннее напряжение не давало спокойно вдохнуть. От ее наставника исходила ужасная давящая аура. Даже по движениям его головы, думала Миэко, можно было определить что он слишком опасный, да к тому же ещё и ублюдок. Хотя все в мафии такие. Каваками очень хотела задать вопрос о том, куда они идут, но все же сдержалась и промолчала. Все таки пока что молчание лучше. — По тебе видно, ты слишком очевидная, задай ты уже свой вопрос, — этим предложением из неё словно весь дух выбили. «Слишком очевидная?!» — нервно вздохнув, чтобы не закричать от негодования, Миэко все же озвучила: — Куда мы идём? — О, тебе непременно понравится. Это сюрприз. — не нравилось ей это. Сюрпризы от какого-то мудака из мафии ей не прильщали, а знакомый запах крови давал понять о том, что ничего хорошего не стоит ожидать. Зайдя за поворот, Миэко заметила массивную железную дверь, и судя по направлению Дазая они идут именно туда. Шаг чуть замедился от головокружения из-за слишком резкого запаха крови. Этот металлический шлейф наводит на нее сейчас крайне ненужные воспоминания. Сглотнув, ставшей вязкой, слюну, Миэко ускорилась чтобы догнать наставника. Когда Дазай открыл дверь, Миэко услышала голоса. Много голосов. Миэко застопорилась, когда Дазай комично поклонился и пропустил её вперёд. Сглотнув, Каваками осмелилась пройти вперёд. Место очень похоже на подвал, думала она, аккуратно ступая вниз по ступеням. Удушливый запах крови становился сильнее и Миэко прикрыла нос рукавом юкаты. «Это что..пыточная?..» — первая мысль Миэко, когда она увидела тех же людей в деловых костюмах — таких же безликих которые были у неё дома — и человека, закованного в цепи. На удивление он был спокоен и смотрел на всех с высокомерием, которое в этой ситуации для него явно было не той реакцией, которую ожидают увидеть люди пытающие его. Все эти люди были скорее всего подчинёнными Дазая, как только они его увидели, все как один одновременно поклонились. Отвратительная картина, видеть, как люди из своего страха подчиняются. Возможно, кто-то и не боится Дазая, но Миэко не видит их глаз из-за солнцезащитных очков, а глаза — зеркало души. Но в этом подвале Каваками чувствовала дикий страх. И свой, и чужой. Но он шёл явно не от пленника. — Есть продвижения? — Миэко вздрогнула от его голоса, который был так рядом. Дазай смотрел на своих подчинённых, и вышел один из них. Странно, но он был без этих уродских очков, может правая рука? «Кто-то по типу заместителя?» — Какая ты у нас догадливая. — Миэко поморщилась, она уже забыла о язвительной Аморе. — Нет, молчит как удав. Совершенно ничего. — безэмоционально отчитался мужчина. Дазай кивнул и перевёл свой взгляд сначала на пленника, а потом на Миэко. Что-то напрягало Каваками в его улыбке-ухмылке. — Считай это показательным выступлением. Можешь думать, что тоже самое будет и с тобой, если ещё раз покалечишь кого-то из своих. — он двигался в сторону пленника и взгляд его потемнел, она уловила. — Что он сделал? — подала голос Миэко, и свой голос уже был будто чужим. Молчать от страха — самое ужасное. Невольно поджимала хвост от давящей ауры. — А ты как думаешь? — Миэко рванно вздохнула. Её опять заставляли говорить. — Предатель? — В яблочко. — с этими словами, последовал удар в челюсть предателя. Смех разнесся по всему помещению. То как он улыбался надолго запомнится Миэко. Глаза его выглядели искренне счастливыми, будто мечтал умереть в пытках. Последнее, что отпечаталось в сознании Миэко — это то, как предателю разбили челюсть об ступень и всадили три пули в грудь. Он умер с улыбкой.

***

Веки были тяжёлыми. С трудом открыв слипшиеся веки, Каваками аккуратно потерла опухшие глаза. Горло саднило от сухости, от чего она и покашляла. Оглядев весь кабинет в котором она оказалась, Миэко приняла сидячее положение. «Кабинет, как кабинет, ничего необычного вроде.» — думала Каваками, поднявшись с дивана. Пройдя вдоль шкафа с книгами, Миэко остановила свой взгляд на «Осенней Истории». Пролистав всю книгу, она поставила ее на место. Сейчас было утро, Миэко поняла это взглянув в окно. Каваками чувствовала этот запах свежего воздуха, ведь у всего есть запах, верно? Детская наивность или же правда? Не суть. Вдохнув поглубже, она ощутила это неописуемое чувство. Свобода? Возможно. Закрыв глаза, она представила что сейчас она где-то в поле, среди красивых разноцветных цветов, а не в пыльном кабинете среди гор документов, в главном здании Портовой Мафии. Сейчас она ощущала себя свободной. Как выглядит свобода? Как она ощущается? Миэко никогда не сможет ответить на эти вопросы. Какой бы ответ она ни дала, они будут также далеки, как и раздающиеся шаги в коридоре. Выйдя из кабинета, ведомая непонятным порывом, Каваками шла по коридору. Шла она тихо. И пока шла, задавалась одним вопросом: «Почему мы все не свободны?» На этот вопрос можно ответить по разному, ведь для всех сама свобода разная. Рассуждать на эту тему заведомо проигрышный вариант — она это знала. А если не знала, то чувствовала. Чувствовать тоже можно по разному. Душой, сердцем, разумом. Душа и сердце тоже разное. Миэко шла тихо, ведь лисы ходят тихо, а у неё кровь с рожденья лисья. Но раз кровь лисья, раз в ней древнейшие воплощения кицунэ, то не Госпожа ли она с рождения? Всем на это плевать, ведь она теперь лишь пешка. Она лишь полезная вещь для достижения цели. «Но люди же не вещи..» — промелькнула мысль в голове. Неверная мысль. В том мире, в каком вынужденно оказалась Каваками — люди тоже вещи. В этом мире все материальное и это пугает. Пугает что? Неизвестность. Неизвестность перед чем? Или может быть кем? Она не знает. Она ничего не знает. Сколько бы вопросов в голове не звучало, ответ лишь один — «я не знаю». И сейчас она не знает сколько время, и сколько она идёт. А она хочет знать. Каваками хочет знать всё. Ради своей цели, ради семьи и себя она хочет знать все, уметь всё и отомстить. Но она боится. Боится? Да, и очень сильно. Когда-то Сатико ей сказала, что дорогу осилит идущий. Дойдёт ли она до конца? Каваками не знает. Возможно, у неё опустятся руки и она отчаится, а возможно будет другой исход. Например, она под гнётом дикого страха склонит голову и будет покорно выполнять все то, что ей прикажут. Но низкая душа, выйдя из-под гнета, сама гнетет. Получится ли у неё жить без приказов, если она будет подчиняться? Каваками не знает.

Каваками ничего не знает. И это правда.

Выходя из здания, в нос бил морской бриз, но Миэко на это не реагировала. Она остановилась около ступеней и просто смотрела вдаль. Было мало машин, но шум от моторов откуда то все равно доносилс, Миэко не знала откуда.

Каваками ничего не знает. Проклятье ли это?

— Что мне делать, мам? — вопрос улетел в пустоту, ведь никто её не услышит. Да и мёртвые тоже не разговаривают. — Для начала не сбегать из здания, — раздался рядом знакомый голос, и Миэко словно током прошибло. Аккуратно повернув голову, стараясь не делать лишних движений, Каваками оценивала настроение её наставника. — И желательно не вырубаться. Что же ты будешь делать когда сама станешь пытать предателей? — от его насмешек уже кружилась голова. «Разве у нас есть право забирать жизни?» — Ну так спроси если кишка не тонка. — сказала Аморе в её голове. — Разве мы можем отбирать чужие жизни? Кто мы? Боги? — Миэко сдерживала себя и говорила тихо, не крича. На самом деле она и вовсе ненавидела кричать. Крики для неё совершенно несвойственны и об этом никто не узнает. — Разве это справедливо? — Если бы в этом мире была справедливость, то я уже был бы мёртв, — смотря на Дазая, ей казалась очень странной такая перемена настроения. Ведь сейчас он смотрел как-то..не так. — Разве справедливо что я так хочу умереть, но до сих пор жив? — Каваками подавилась воздухом от такого заявления. «Почему мне в наставники дали какого-то жестокого клоуна суицидника, который не ценит людскую жизнь?!» — сейчас Каваками поняла что её злиться больше всего — недооценивание жизни. И теперь она была зла на себя. — Ты недооцениваешь жизнь, — Скорее утверждая, чем спрашивая, сказала Миэко. — Только слабые не ценят жизнь, ведь не видят в ней смысла, в то время как сильные ищут в ней смысл и живут ради него. — Миэко! — все как один взревели лисы, перед тем как Каваками почувствовала удар в спину. Упав носом на асфальт, Миэко дотронулась до носа и посмотрела на кровь на своих пальцах. Не успела она и вдохнуть нормально, как дальше последовал удар в живот. Кашель настиг моментально, асфальт окрасился в красный ещё больше. Теперь Каваками прижимала одну руку к животу, другую к носу. Свои попытки подняться или хотя бы сесть Каваками оставила, когда она затылком почувствовала холодный металл. — Теперь ты знаешь, как заканчиваются нравоучения от таких как ты, — почувствовав ещё один удар в спину, Каваками услышала удаляющиеся шаги. Сплюнув кровь и утерев рукавом кровь, Миэко поднялась немного шатаясь. Иногда молчание спасает, теперь она это понимает. Проклятье Каваками — её собственный язык.

***

И снова Миэко ехала в машине до дома Коё. Когда она сидела на ступенях ко входу в здание и протирала кровь рукавом юкаты, к ней подошёл мужчина, что представился именем Хироцу. Тогда он сказал что Господин Дазай приказал довести Каваками до её нынешнего места проживания. Из-за своего обесилленого состояния Каваками даже не думая повиновалась и пошла следом чуть шатаясь. И теперь Миэко ехала в машине и рассматривала рукава юкаты, что были перепачканы в собственной крови. Все тело болело от сильных ударов. «Он ударил только несколько раз, а я уже умереть готова.Что это за человек? И человек ли вообще?» — Второй вопрос хороший. — Кацу хмыкнул, но Миэко его настроения не перенимала. Ничего весёлого. Заходя в дом, Миэко быстро пронеслась мимо той самой белой двери, которая даже сейчас была приоткрыта, и прошла на кухню. Быстро подойдя к крану, Каваками открыла его и стала пить просто так, без кружки и даже зная что вода нефильтрофанная. Ей было все равно. — Дикарка, — с отвращением прокомментировала Фумико, смотря на то, как жадно глотала воду Каваками и одновременно умывалась, заливая водой рукава. Выключив кран, Миэко оперлась руками о столешницу и словно завороженная смотрела на то, как каплю с рукавов стекают на пол. — Хочешь мне весь пол залить? — Фумико рывком приблизилась к Каваками и схватила ту за волосы. Намотав волосы Миэко себе на кулак, Фумико дернула её голову назад так, чтоб смотрела в глаза. — Еще раз я увижу, что ты как дикий зверь так кидаешься на что попало, то ты у меня потом весь дом языком выдраивать будешь. Ты меня поняла? — Миэко сморщилась не от болезненных ощущений натянутых волос, а от того как громко закричала Фумико. — Фумико–сама, пожалуйста, отойдите от Миэко-кун, — ни Каваками, ни Фумико не замечали Вернон на кухне ровно до этого момента. Миэко ещё раз поморщилась от её тонкого голоса, а Фумико раздражал и одновременно пугал тот факт, что Ли может запросто пойти и рассказать все Коё. — Отойдите от Миэко-кун. — повторила ещё раз Ли, но глаза её как-то странно сверкнули. Фумико аккуратно отпустила Каваками и медленно отошла, а глаза её тоже были теперь какого-то странного оттенка, лишённые всякого блеска. — Что ты сделала? — в этот момент Миэко овладел искренний интерес, и она будто забыла о том, что наговорила ей днем. — Это моя способность. — на щеках Ли проступил еле заметный румянец. — Я повелеваю разумом людей. — она опустила взгляд в пол и все также нервно теребила рукава своего хаори. — Завораживает. — честно сказала Миэко. — Тебе правда понравилось? — Ли удивлённо подняла голову и глаза её расширились. — Конечно, даже очень, — елейным голосом сказала Каваками. Ей нравилась наивность Вернон, если прислушаться к советам Кацу, то она быстро переманит её на свою сторону. Проклятье Каваками — её мысли.