Никаких тёть и дядь

Минхо обожает работать с детьми, особенно обучать их танцам, когда маленькие ножки ещё путаются при обычной ходьбе. Он с улыбкой наблюдает за прогрессом малышей, когда спустя пару занятий они более уверенно выполняют движения, глухо считая под нос, как это делает их учитель. С гордостью мужчина наблюдает за маленьким, слегка косолапым альфой с твёрдым характером, Ли Минхёком, который со слезами на глазах продолжает в сотый раз повторять самое сложное движение. Он не умеет сдаваться, как и его отец. Минхо не помнит, когда маленький сын потянул его за рукав домашней кофты и, состроив жалобный взгляд, попросил записать в его танцевальную студию. Кажется, ему нравилась симпатичная девочка, которую он мельком увидел, когда приходил со своим папой и заносил забытый альфой ланч. Любовь с первого взгляда, как мило. И сейчас он остервенело повторяет движение, игнорируя слезы и обиду, чтобы впечатлить даму своего сердца, смущённо наблюдающую за ним из угла зала. — Минхёк, отдохни немного, — Минхо нежно улыбается, подходя к сыну и теребя влажную от пота макушку. Мальчик поднимает на него расстроенный взгляд, агрессивно вытирая слёзы с пухлых щёк, и раздражённо выдыхает. Не умеет сдаваться, прямо как его папа. — У тебя обязательно получится это движение, если ты будешь практиковаться. Всё в порядке, для некоторых вещей нужно чуть больше времени. — Прям как для вас с папой? — В смысле? — мужчина хмурит брови, пытаясь понять вопрос сына, и тот делает глубокий вдох, чтобы вывалить всё, что накопилось у него за сорок минут тишины. — Папа сказал, что ты очень долго его добивался, но даже не подумал о том, чтобы сдаться. — Конечно, твой папа стоил всех усилий, ведь теперь у нас есть такой невероятно милый сыночек, — Минхо нежно улыбается, щелкая мальчика по носу, и оставляет мягкий поцелуй на влажном лбу. Обычно он не позволяет себе проявлять чувства во время занятий, но его сын заслужил похвалы и немного ласки. Альфа — строгий тренер и чуткий отец, и порой эта грань становится слишком тонкой. — Ты правда молодец. Ребята, — малыши, до этого занимавшиеся своими детскими делами, вскидывают головки, прислушиваясь к учителю, — вы отлично поработали сегодня! Занятие окончено, бегите к своим родителям. Дети радостно взвизгивают, нападая на Минхо и обнимая его своими крохотными ручками, и счастливые бегут навстречу взрослым. Одна из родительниц, очаровательная блондинка с россыпью веснушек на розовых щеках, смущённо подходит к альфе и слегка кокетливо улыбается. Слишком много лишнего внимания от замужних и разведённых женщин — один из огромных минусов его профессии. Минхо невероятно красивый: отросшие тёмные волосы, слегка вьющиеся из-за повышенной влажности, острый взгляд кошачьих глаз и обманчиво милая улыбка, порой переходящая в пугающий оскал. — Здравствуйте, спасибо большое за занятия, — женщина жеманно заправляет выбившуюся прядь за ухо, слегка склоняя голову. У неё какой-то приторно-сладкий запах, от которого у альфы слегка кружится голова. Мужчина оттягивает ворот просторной рубашки, чтобы показать выглядывающую метку своей омеги и обозначит границы, но его жесты нагло игнорируют. — Моя дочурка не может перестать говорить о том, какой вы хороший! Кажется, вы отлично ладите с детьми. — Да, мне действительно нравится работать с детьми, — Минхо вежливо улыбается, — они очаровательные. Малыши делают успехи, и я не могу не гордиться ими. — Вы невероятный, — восхищённо вздыхает омега, несмело вытягивая руку и касаясь кончиками пальцев предплечья альфы. Заигрывать с женатым альфой при живом-то сыне — нехорошо. Вот и Минхёк так считает, поэтому скрещивает пухленькие ручки на груди и твёрдым шагом подходит к паре. — Да, мой папа самый лучший, — встревает мальчик, щуря глаза и пробегая недоверчивым взглядом по женщине, которая, по его меркам, практически упирается макушкой в потолок, — спасибо, что вы заметили. — Ой, этот очаровательный малыш — ваш сын? — омега слегка теряется, отдёргивая руку, и едва заметно кивает головой, как бы извиняясь за лишнюю эмоциональность. При этом её глаза продолжают сиять в восхищении. — Нечасто встретишь альф, которых интересует воспитание детей. Наверное, тяжело воспитывать ребёнка одному? — Простите, вероятно, мы не поняли друг друга, но… — Тётя, вообще-то у меня есть папа, который во сто раз симпатичнее вас! — раздражённо заявляет маленький альфа, поджимая губы, прямо как его папа, когда злится во время ссоры, и влезает между взрослыми, практически теряясь в длинных ногах. — Вам разве не говорили, что приставать к замужним альфам неприлично? Омега закашливается, совершенно шокированная происходящим, и пытается придумать какое-либо оправдание. Дочка никогда не говорила, что у её симпатичного учителя есть муж, а тем более сын. Осознание грохотом бьёт по голове, и женщина жмурится, стремительно краснея. Как же стыдно. — Минхёк, — строго осаждает мальчика Минхо, — что за слова такие? Почему ты позволяешь себе разговаривать так со взрослыми? — Я это в папиной дораме видел, — дует губы маленький альфа и стоически игнорирует слёзы обиды из-за строгого тона отца. — Потому что я не хочу, чтобы ты ушёл к плохой тёте, как показывают по телевизору. Я ведь люблю вас с папой! — детские губки дрожат, из последних сил сдерживая рыдания. — Кто тебе вообще такое сказал? — Минхо расстроенно цокает, опускаясь на корточки рядом с сыном, вытирает пухлые щёки и прижимает кучерявую головку к своей груди, позволяя солёным слезам впитываться в футболку. Всё равно стирать. Он поднимает взгляд на совершенно растерянную омегу и просит прощения за эту сцену, но она только понимающе кивает и извиняется за неловкий флирт: у неё не было даже мысли рушить чью-то семью. — Я пойду, ещё раз простите меня, — женщина, мелко перебирая ногами, исчезает за дверью, и в душном спортивном зале остаются только альфы, один из которых горько рыдает. — Пожалуйста, не знакомься с чужими тётями и дядями, — Минхёк всхлипывает, всё ещё мелко дрожа от едва утихшей истерики, и обнимает отца за крепкую шею. — Я никуда не уйду, медвежонок, — альфа целует сына в висок, нежно прижимая к себе и слегка покачивая. — Всё, ты успокоился? — Кажется, да, — неуверенно бормочет мальчик, прислушиваясь к себе, как учил его папа. — Да, я чувствую себя на нетвёрдую пятёрку. — Это из пяти? — Минхо улыбается, смотря на родную морщинку между бровями, доставшуюся малышу от омеги. — Из десяти. Альфа чувствует прилив нежности и оставляет мягкий поцелуй на покрасневшем кончике крохотного носика. Как же сильно альфа любит свою семью — никогда не посмеет оставить их одних. — А что тут происходит? — бархатный голос омеги разрушает установившуюся тишину, и Минхёк вырывается из цепких объятий отца, чтобы броситься к папе. Сынмин ласково улыбается, подхватывая малыша на руки и прижимая к себе, и целует в лобик. Маленький альфа мурлычет, опуская головку на плечо папы, и прикрывает глаза. — Разве вы не должны уже были одеться? Я думал, что мы сейчас сразу домой пойдём, а мне вас ещё, грязнуль, ждать, — по-доброму журит мужчина. — Ким Сынмин, — Минхо с кряхтением поднимается и подходит к мужу, поглаживающему их сына по спинке. Он пытается быть строгим, особенно после сцены, устроенной перед посторонним человеком, но Сынмин выглядит таким очаровательным, что альфа чувствует, будто влюбляется ещё сильнее. — Боже, он просто устроил сцену перед одной из родительниц. Пожалуйста, не давай ему смотреть дорамы, а то он себе в голове уже остросюжетную драму разыграл. — Вообще-то, эта тётя лезла к нему и даже трогала его за руку, — жалуется мальчик, оправдываясь перед папой, — а он, между прочим, даже не оттолкнул её. — Да? — Сынмин нарочито равнодушен, хотя Минхо видит, как омега крепко сжимает челюсть. — Интересно. Ты снова не надеваешь обручальное кольцо? — Боже, ну Минн-и, в прошлый раз во время танца оно прилетело одному мальчику в глаз! — альфа вымученно стонет, вспоминая тот случай, когда маленький омега ушёл из его студии с синяком под глазом. Ему правда страшно представить, о чём подумали родителя, когда увидели сына в таком виде. — А если а детей покалечу? — Я доверяю тебе на все сто процентов, милый, — Сынмин нежно улыбается, вытягивая шею и совсем незаметно выпрашивая поцелуй. Минхо усмехается: омега всегда старается сохранять невозмутимость и сдержанность, но иногда он выглядит отчаянно нуждающимся. Как сейчас. Альфа выполняет прихоть своего мужа, роняя на сладкие губы поцелуй, полный нежности и благодарности: за появление в его жизни, за очаровательного сына и за самые тёплые объятия. Минхёк смущённо пищит над ухом, пряча взгляд в папиной шее, и улыбается: их семья останется такой же дружной, и никакие тёти не смогут увести его красивого отца.