Любовь к городу в котором нас нет

«Ненавижу. Ненавижу людей. Ненавижу свою жизнь. Всё люди лицемеры, они притворяются хорошими, а за спиной ругают и выбрасывают как мусор, если человек больше не нужен. Ненавижу ложь и лицемерие — это самое гадкое что можно встретить в людях. Но к сожалению всё люди такие. Я не могу никому верить. И не хочу! Каким бы был мир, в котором все бы умели читать мысли? А я скажу. Он был бы идеальным. Видеть потаëнные секреты других, и быть всё время на стороже в любом случае лучше, чем если тебя предают или обманывают. Как давно это началось не знаю. Я уже писала об этом, но всё же… Опять я безошибочно слышу ложь в словах людей! Даже когда хочу поверить, что мне искренне сопереживают, получаю только пустую жалость. Ладно плевать на этих людей. Мне пора делать уроки, если хочу попасть в РИИИ. А! Среди людей есть исключение. Это моя любимая ассистентка.» На этих словах Мика захлопнула толстую тетрадь, служившую дневником и отложила в сторону. Она откинулась глубже в кресло, откинув планшетку. Как же она ненавидела ходить в школу. Сегодня все снова смеялись и обсуждали еë за спиной, а перед ней распинались как могли, чуть ли не в пол кланялись. Чем она провинилась? Тем что не может встать с инвалидной коляски? Но она же не одна такая. Эта школа где совместно учатся здоровые дети и инвалиды, хотя большинство тут дети богатых родителей. Причиной столь двуличного поведения служило как раз таки то, что Мика была из обеспеченной семьи. Ну иначе ей трудно было бы даже по квартире перемещаться. — Мил! — раздался крик из комнаты, — Подойди пожалуйста. Мне надо сесть за рабочий стол. — Мика звала свою ассистентку. — Секунду! Чайник поставить кипятится? — Да, пожалуйста. В комнату зашла высокая стройная девушка. С тëмно-каштановыми волосами, аккуратно собранными в низкий хвост, и очками. Она помогла Мике перебрался за стол. — Леди, мне кажется или вы стали легче? — Шутишь? Куда мне худеть? Хотя у меня и так уже довольно плохой аппетит. Мил, а Мил… — Тебе принести зелëного чая и закуски? — Да. Заранее спасибо. Доставая учебники и тетради девушке пришлось повозится. Она снова чувствовала, что ей не место за рабочем столом. Еë место на сцене, там где куча зрителей, свет прожекторов и раздаются звуки музыки. Она опрокинула голову назад и осмотрела комнату. На всех стенах весело множество плакатов и вырезок с известными и не очень танцорами и певицами, балеринами и фигуристками. А в шкафу, стоявшему у двери на самой нижней полке стояли различные туфли, пуанты, балетки и даже кеды с кроссовками — в общем, вся танцевальная обувь которую приходилось использовать девушке. Она потупила взгляд и прошипела: — Чëртова авария! И было чему злится. Мика была много обещающей танцовщицей, изучавшей далеко не один вид танцев. В танцевальной студии куда она ходила, у неë было множество друзей и даже парень. Она встречалась со своим партнёром по танцам и была вполне счастлива. Но эта авария разрушила всё. И карьеру, и отношения. Девушка долго была в депрессии, потеряв смысл жизни. И неудивительно. Полностью парализована левая нога, а в правой 2 спицы и 5 болтов. Мика была лишена возможности не только танцевать, но и ходить. После травмы она на эмоциях порвала всё свои связи, а после услышала слухи, что еë младшая сводная сестра и еë парень теперь вместе. Отец тоже не сделал ничего хорошего. Он просто перевëл девушку в элитную школу с очень сильной программой, из спортивной, где та училась. Вот подоспел и чай с закусками. Мика пришла в себя и уткнулась в учебники. — Мила, ты же сейчас на магистратуре учишься? — Да, а что? — Я не знаю как решить это уравнение. — У меня конечно направление никак не связано математикой, но школьную программу я ещё должна помнить. Давай посмотрю. — Знаешь, Мил. Я тебя люблю, ну как сестру конечно или как лучшую подругу. Ты единственная кто обо мне заботится. Младшая сестра не навещает, а этому старому хрыщу на меня плевать. — Боже! Не говори о таких вещах с таким блаженным выражением лица! И кстати что вы хотите сказать? Я уже наслушалась этих подвохов. — Правда есть правда! — с усмешкой сказала Мика. — Ладно, перехожу к сути. Я хочу попасть в РИИИ. Это в Санкт-Петербурге. — Знаю. Так… Наших сбережений должно хватить чтобы купить билеты, небольшую квартиру и в общем устроить нормальную жизнь как минимум на месяц. — О! Даже больше чем я ожидала. Значит переедем как только я окончу школу или отучусь на балакавриате. — Эх, Мика. Мне кажется что ты забегаешь вперëд… Для начала закончи домашнее задание и отучись 10 класс! — Ладно. Кстати, Мила, сколько у меня наличных в этом месяце? — Удивительно что ты только сейчас это спросила. Около 30 тысяч. Напоминаю, что в скоро день рождения мистера Оливера Стенида. Оливер Стенид — отец Мики. Он любит еë младшую сестру Марию, но только не свою старшую дочь. Настолько, что дал ей фамилию матери, которая умерла, когда девушка была ещё малышкой. К счастью он глава обеспеченного рода, чья фамилия весьма известна. Если бы пошли нехорошие слухи о том что он не заботится о своей дочери, его репутация упала бы. Поэтому он купил 3х комнатную квартиру на имя дочери, нанял ассистентку и выделял Мике наличные, хоть и меньше чем своей любимой дочке. До травмы он благоволил Мику. Она приносила ему доход и репутацию своими успехами в шоу-бизнесе. Но стоило ей получить травму и стать инвалидом, еë наличные на месяц редко сократились, и он показал своë истинное лицо. К счастью девушку это не задело. Она всегда подозревала что такое могло случиться. У девушки было много сбережений, да и 30 тысяч тоже не малые деньги в месяц, с учëтом того, что за квартиру платил отец. — Эх! Тогда — 10 тысяч. Отец любит получать дорогие подарки, но к счастью от меня он не ждëт многого. Я просто хотела заказать кое-что и по магазинам с тобой поездить. Мне надо поменять обстановку в комнате. Я больше не могу видеть эти плакаты, вырезки и даже эти шторы, в которых всë напоминает о танцах! Шторы оплатит отец т. к. это «житейские» расходы и это входит в его компетенцию. Обувь убери пожалуйста подальше в шкаф с одеждой. — Хорошо. Когда поедем по магазинам? — На следующих выходных. Ладно мне нужно закончить уроки, ведь завтра понедельник. После ужина у девушки было хорошее настроение. Она думала какое же счастье что Мила живëт и работает тут. Она была уверена, что еë лучшая подруга останется с ней даже если ей и не будут за это платить. Но сейчас не об этом. Она заказала кучу плакатов и значков по своим любимым новеллам. Она вспомнила о подаренных отцом на свой недавний день рождения деньгах, которые она ещё не успела потратить. Этим 60 тысячам тоже нашлось применение. Мика заказала ещё и томики новелл в печатном варианте, и даже мангу. Свой гардероб она обновила в прошлые месяцы. К счастью времени и денег ей хватало. Этих книг должно было хватить, чтобы заполнить все полки в еë шкафу, ну те что остались, ведь как минимум 4 из них были уже плотно заставлены художественной литературой. А все старые «декорации» убрали, даже шторы. Вся обувь тоже переехала, но только в гардероб, а не на помойку. В комнату зашла Мила с словами: — Ты просила меня подойти, что случилось? — Ах! Ой! Я и забыла. Достань пожалуйста карандаши, бумагу А3, бумажный скотч, канцелярский нож, и подними пожалуйста крышку стола на высоту удобную мне для рисования. Это всё кстати лежит в столе. — Сейчас. Но ты уверена что хочешь заняться рисованием в 7 вечера? — А, да. Но посиди пожалуйста со мной. — Хах, неужели наша храбрая леди боится остаться одна? — Милана! Нет! Ни в коем случае нет! Я просто хотела чуть-чуть порисовать, а потом с тобой фильмы посмотреть… Я понимаю что у тебя есть своя комната в этой квартире, но мне может понадобиться помощь и я хочу с тобой поспать. — Хорошо. Но я до сих пор не понимаю почему мы в разных комнатах живëм. — Ну в таком случае переезжай ко мне. Кровать у меня большая, двуспальная, поместимся. — Ну на том и порешили.