Держи меня за руку

Паника накрыла с головой. И совершенно неожиданно. А ведь день начался так хорошо. Джисон сладко потянулся, бросив взгляд на часы. Почти полдень. Приятно проснуться в последний день выходных именно в такое время. Осознание, что никуда торопиться не нужно, идти тоже, да и вообще можно спать весь день, - очень приятное чувство. Хан решил сегодня именно ничего не делать. Никаких заданий, сплошной чилл и только те занятия, которыми он хочет заняться, а не которыми надо. Отличный план. И ему даже удавалось следовать. Ровно до этой минуты. По мокрым волосам стекали капли. Вообще капли катились по всему лицу и телу. Джисон стоял под горячим душем. Ему всегда нравилось стоять под водой. Что – то целебное и расслабляющее было в этом. Но не сейчас. Сейчас всё вокруг стало походить на ад. Казалось, что это не струи били по макушке, а непрошенные мысли. Паника действительно пришла. А ведь её никто не приглашал. И даже наоборот закрывались от неё на несколько замков. Но она умело обходила все преграды и просачивалась в щели и замочные скважины. Мысли. Зачем они вообще существовали. Почему нет функции их отключить. Хотя бы на выходные. Джисон так радовался тому, что мог насладиться жизнью, особенно учитывая то, что ещё вчера он безбожно пахал. Поэтому – то и решил устроить сегодня выходной. Но от себя не убежишь.  Всё началось с безобидной мысли о том, что скоро уже середина мая. Почти конец весны. Прекрасная погода, когда уже тепло. Возможность наслаждаться зеленью и ходить в лёгкой одежде. Приятные мысли. Но хорошие сны довольно быстро могут превратиться в ужасающий кошмар. Так же и с мыслями. Медленно, но верно Хан скатился к мыслям об экзаменах, защите проектной работы и ещё одного важного задания. И как иронично, что он ещё не готов ко всем этим вещам. Хотя проектная работа сделана, только дооформить чуть – чуть. Экзы написать не так сложно, он же не дурак. А до сдачи задания ещё куча времени, да и сам преподаватель пока о ней молчит. Но разумная часть Хана уже покидала его, а вот вечно недовольная собой часть души утаскивала его своими чёрными когтями в бездну. Мысли о своей никчёмности, безалаберности, лени роились в мозгу как пчёлы. Хану казалось, что сейчас они польются прямо у него из ушей ужасной чёрной тягучей жидкостью. Парень медленно осел в ванной. Перед глазами плыло и, кажется, даже тошнило. Джисон закрыл руками уши в надежде, что станет тише, но стало только хуже. Всем его мыслям словно вручили микрофоны. Крепко зажмурив глаза, Хан зашептал: - Заткнись, заткнись, заткнись… - на самом деле ему хотелось кричать или даже бить себя по голове, лишь бы эти мысли кончились, сбились, исчезли, заткнулись хотя бы на один ебучий день, чтобы он мог банально отдохнуть. От безысходности хотелось плакать. Почему он не может понять столь простые вещи, почему не может существовать спокойно. Многие считают выходные – лучшим временем, когда можно ни о чём не париться. Хан ненавидит выходные. Потому что он парится ещё больше. Ещё невыносимее засыпается с мыслью, что ничего хорошего не сделал. Джисон даже подумывал купить снотворного или успокоительного, чтобы засыпать сразу. Чтобы не приходилось сжиматься калачиком, крепче прижимая к себе плюшевую игрушку и чуть ли не с головой укутываться одеялом, в глупых попытках не думать. Хан с трудом успокаивается. Это действительно стоит ему больших усилий и внутренней борьбы голоса разума с мерзкой корящей сущность. Парень снова проиграл. План на день летит к чертям. Он решает снова окунуться в работу. Только тогда он может не думать и чувствовать какое – никакое спокойствие. Лучше уж он устанет от дела, чем от самого себя. Хотя он уже устал от всего. - Ханни, - в комнату заглянул Минхо. Он выглядел таким мягким и по – домашнему уютным. Хан испуганно дёрнулся и снял наушники. - А? – глаза почему – то испуганно округлились, а сердце забилось, словно поймали на каком – то преступление. - Ханни, ты чего? – недоумённо нахмурил брови Ли, подходя ближе к столу и заглядывая в ноутбук. – Ты что снова решил поработать? Отдыхать же сегодня хотел, - брови Минхо теперь удивлённо подлетели вверх, и он уставился своими внимательными кошачьими глазами на Джисона. - Передумал, - Хан отвёл взгляд и почесал затылок. - Пиздишь, - спокойно бросил Минхо и уселся на кровать позади стола. – Всё в порядке? - А с чего бы нет? – слегка с вызовом бросил Джисон, разворачиваясь на стуле и в упор смотря на Ли. - У тебя руки дрожат, - тихо произнёс Минхо. – Ханни…Опять… мысли? – во взгляде старшего читалось беспокойство. Джисон тяжело вздохнул. От Ли ничего не удавалось скрыть. Хану казалось, что он для него открытая книга. К тому же Минхо умел читать между строк. - Да, - устало выдохнул парень и закрыл руками глаза. – А я думал, я переборол это. Глупо, - и Хан усмехнулся. Он думал, что стал проще смотреть на вещи. Стал здраво оценивать ситуации. Стал больше думать о себе и своём комфорте. Осознал, что время есть, да и он работает в хорошем ритме. Но старые привычки всё ещё на месте. Мерзкая сущность в его голове никуда не делась. Он тщетно бежал, не понимая, что бегает по кругу. Минхо тихо встал с кровати и присел около Хана, положив руку ему на колено. - Ханни, ты не один. И ты прекрасно справляешься, - тихо и нежно зашептал Ли, ободряюще поглаживая колено парня. – И ты всегда можешь обратиться ко мне. Я же тут рядом. Совсем близко. Я защищу тебя от этих мыслей. Хан оторвал руки от лица и посмотрел на сидящего у его ног Минхо своими огромными блестящими глазами. На лице Ли читалась бесконечная любовь и желание помочь. Никакого осуждения, усталости от бесконечных тараканов Хана или раздражения. Казалось, что где – то в глубине его глаз засела боль. Боль, которая появлялась из боли Джисона. - Прости, - почти плача произнёс Хан. – Прости, что я порчу тебе выходной. Что я порчу тебе жизнь своими загонами, - и больше Хан уже не может сдержать слёзы. Они катятся и катятся по его щекам, как капли воды в душе. - Хей – хей, Ханни, ты чего, - Минхо подрывается с колен и начинает аккуратно утирать слёзы. – Не говори ерунды. Тебе не за что извиняться, боже. Ты не портишь мою жизнь. Она, наоборот, испортилась бы без тебя, - Ли притягивает Джисона к себе и крепко обнимает. Они сидят так ещё несколько минут, пока Хан не приходит в себя. Тогда Минхо медленно отстраняется и внимательно смотрит на парня с теперь ещё более блестящими глазами. - Ханни, возьми меня за руку, - тихо шепчет Ли. – И давай мы вместе отдохнём от всего. Просто вдвоём. Погуляем по городу, зайдём в кафе и купим твой любимый чизкейк. И нам никуда не нужно будет торопиться. И мы будем думать о всяких глупостях и говорить обо всём на этом свете, - и Минхо протягивает Хану свою мягкую ладонь. Джисон на секунду замирает, бросает взгляд на ноутбук с работой и крепко хватает руку Минхо, вставая со стула и следуя за ним. Его рука до жути тёплая и приятная. И кажется, пока они держатся за руки, все переживания уходят, в голове нет противного роя мыслей, а чёрная сущность молчит, зажавшись где – то в углу. Пока Минхо держит его за руку, пока он рядом, у Хана ничего не болит.