Ночной вой

— Открывай! — Зачем ты тратилась? Ведь я тебе ничего не дарил на день рождения. — Мы тогда даже не знали друг друга. Открывай, Джейк! Она стала звать его Джейк, как и Белла. Ей было неизвестно, что к ее парню так обращается еще кто-то, а еще, что порой он сравнивает собственные ощущения от этого. Чей голос, называющий его Джейком, заставляет сердце биться чаще? Чьи губы, произносящие его имя, хочется целовать с большим желанием? Джейкоб ненавидел себя за это. А еще за то, что никак не мог дать себе ответ ни на какой из вопросов. Белла же знала, что Дженнифер — не просто подруга Джейкоба. Сердцем чувствовала, что друг влюблен. Впрочем, она так же догадывалась, что и на нее саму он смотрит не слишком по дружески. У Беллы в животе холодело от одной только мысли, что она может лишиться Джейкоба, и сама не понимала почему. И она стала навещать его чаще прежнего, будто пыталась удержать между пальцев тоненькую цепочку, — всего лишь безделушку, дорогую сердцу, — ускользающую из рук. — Что… — Он достает из маленькой коробочки серебряное кольцо, с выгравированным волком на нем, и изумленно охает. — Нет, ты точно сумасшедшая… — Я могла не угадать с размером. — Закусив губу, бормочет Дженнифер, переминаясь с ноги на ногу. — Тебе не нравится, да? — Не нравится? Да оно супер классное! Кольцо и вправду было замечательным. Еще более замечательным являлся тот факт, что Дженнифер запомнила случайно оброненную фразу про грядущий день рождения и узнала у Билли точную дату. — Зачем ты… Главное, что ты пришла, а не подарок. — Джейк, — девушка смотрит серьезно, подойдя ближе, и молодой квилет был вынужден признать, что порой было крайне тяжело выносить ее твердый и слишком прямой взгляд, — у меня кроме Беатрис, тебя и Мии нет никого. Все те, кого я считала почти семьей, остались в прошлом. Так что, не обижай меня, если конечно тебе и правда нравится эта безделушка. Джейкоб сгребает Дженнифер в объятия, даже не зная, что ему на это ответить. В конечном итоге он надевает кольцо, которое подошло на средний палец, и тотчас показывает его друзьям. Шутки про то, что Джейкобу сделали предложение, не стихают до конца дня. — Ну вот, а говорила, что ему не понравится. — С набитым ртом говорит Мия, покусившись на чипсы подруги. — Я не хочу, чтобы он думал, будто я хочу его купить. — Дженнифер кисло кривится и кладет голову на плечо подруге. — У нас с ним слишком разное финансовое положение, понимаешь? — Ну и что? А сколько принцесс выходили замуж за нищих? Дженнифер искренне смеется, чмокнув Мию в щеку. — Он меня позвал на встречу старейшин сегодня вечером. Ты будешь смеяться, но мне как-то неловко в присутствии всех его знакомых в резервации. Будто я не знаю чего-то, что знают они, и из-за этого чувствую себя последней дурой. — Не думай ни о чем. Главное, что Джейкоб любит тебя, и это очевидно! Да, наверное это было действительно так. Они сидят в обнимку возле костра, с упоением слушая древние легенды старейшин, и Джейкобу кажется, что никогда еще прежде он не был к кому-то настолько привязан. Отец и сестры — не в счет, ведь это его семья; речь шла о ком-то, кто заполнял мысли и чувства с романтической точки зрения. Его первая влюбленность, первая девушка. Было очень неправильно возвращаться мыслями к Белле в тот момент, когда держишь другую девушку на коленках, но ничего поделать с собой парень не мог. Подруга детства снова стала посещать резервацию, стала чаще звонить и напоминать о себе; у нее был тяжелый период в жизни, и она нуждалась в старом друге. Это в какой-то мере не нравилось даже отцу Джейкоба, поскольку он понимал — сын загоняет себя в ловушку. Дженнифер стала частым гостем в Ла-Пуш, умудрилась как-то расположить к себе Билли настолько, что он согласился пройти обследование в клинике. Ее все знали как девушку Блэйка, шутили по поводу скорой свадьбы. А потом стала приезжать Белла, и это выходило более чем некрасиво. Только квилетам ли не знать, что любить двоих для многих из них — тяжелый рок. — Уходит одна, приходит другая. — Недовольно говорит Билли. — Это неправильно, ты ведь понимаешь это. — Белла только мой друг. — Не ври сам себе. — Отец состроил почти такую же гримасу, как и сын, которая была привычной в те моменты, когда надоедало слушать чьи-то оправдания или откровенную ложь. — Твоя мать никогда бы не одобрила такое поведение, Джейкоб. И, можешь мне поверить, любить двоих порой гораздо больнее, чем получить отказ от одной единственной. Джейкоб не был бессердечным ублюдком, чтобы не понимать всю неправильность своих поступков. Но как бы не старался разобраться в себе, лишь глубже запутывался в любовной паутине. Дженнифер была весьма амбициозна и привыкла к хорошей жизни. Она думала над тем, в какой кружок записаться, чем заниматься в будущем; стала заниматься акварелью, хотела научиться самообороне, и вообще стала крайне активной. А Джейкоб даже не представлял своей жизни вне резервации. Вне этого города. Вне привычной среды обитания. Белла была некой константой, будто якорь в том же море, что и сам Джейкоб. Она была проще, понятнее и тем ближе, в то время как Дженнифер даже наличием вредной привычки, которой совершенно не стеснялась, отличалась от нее в корне. Два противоположных полюса, а Джейкоб не знал, к кому его тянет больше. — Знаешь, не столь важно, сказки ваши легенды или нет, но мне очень понравилось их слушать. Почему ты раньше мне не рассказывал ничего подобного? Он провожал ее домой, прекрасно понимая, что внутрь зайти не может. Майк потерял бизнес, а любовница его бросила. Подсев на спиртное, мужчина портил жизнь всем вокруг, и, как сказала Дженнифер, Беатрис уже вовсю думала о разводе и подключила к этому своего адвоката. — Я думал тебе не понравятся глупые индейские сказки. Дженнифер на это демонстративно фыркает, тем самым выказав крайнюю степень возмущения. Джейкоб держал ее за руку, поглаживая большим пальцем по тыльной стороне ладони. Они почти дошли до дома девушки, где лежал на крыльце, играя в веревочный канатик, уже подросший Макс. — Завтра придешь? Дженнифер блаженно улыбается, оказавшись в плотном кольце горячих рук, и неопределенно пожимает плечами. — Мы завтра хотели провести время с Беатрис, и я уже давно не гуляла с Мией… — Тааак, — наигранно обиженно тянет Джейкоб, прижимая девушку еще ближе к себе, — измена, значит? — Так точно. Но я могу послезавтра, если ты свободен. — Свободен, конечно. Это вы, бледнолицые вечно в каких-то важных делах. А я человек простой… — Слушай, — вдруг озаряет Дженнифер, — а почему бы нам вместе не заняться чем-нибудь? Общее хобби, например? Рисовать ты не любишь… Что хочешь? А Джейкоб и не знал, чего он хочет. Он любил Ля-Пуш, любил этот лес, своих близких, и с большим удовольствием целыми днями колесил по окрестностям, возможно, катаясь на мотоцикле. Если бы Дженнифер любила плавать, они бы могли вместе прыгать со скалы, но, с другой стороны, подвергнуть девушку такому риску Джейкоб ни за что не стал бы. Она предлагала что-то, что могло бы их сблизить, но они были столь разные, что на ум не приходило ничего стоящего. Вдруг слышится грубый мужской крик, и лежавший на крыльце Макс тотчас подскакивает на лапы. — Что это? — Ничего. — Дженнифер выпутывается из объятий парня и испуганно смотрит в сторону дома. — Мне пора, Джейк. Я тебе позвоню. — Не ходи. — На запястье девушки вновь смыкаются горячие пальцы, а взгляд темных глаз становится обеспокоенным. — Переночуй сегодня у нас. — Не могу. Беатрис там одна… Джейк, все в порядке. Не в первый раз. Я должна идти. Она чмокает его в губы и убегает, скрывшись спустя минуту внутри дома. Джейкоб не уходит. Он внимательно слушает, вглядываясь в окна, где горел свет. Если этот мерзавец ударит Дженнифер, он ему голову свернет… Но в доме тихо, и спустя какое-то время парень все-таки двигается с места. Если что, Дженнифер ему позвонит. И она повонила, но лишь для того, чтобы отменить встречу. Глухим голосом она сообщает Джейкобу, что они не встретятся на этой неделе, потому что дома большие проблемы, а потом выясняется, что ее отец умер, попав в автомобильную аварию. Но Джейкоб не приходит ни к ней домой, ни на похороны Майка. Он узнает о чужих проблемах слишком поздно, чтобы хоть как-то помочь или поддержать. А когда вновь появляется в чужой жизни, то обнаруживает, что его место уже пытается занять кое-кто другой.

***

      Он бьет ее наотмашь, тыльной стороной ладони, вполне предсказуемо разбив губу и задев кольцом на среднем пальце крылышко носа. Она просто хотела защитить Беатрис, оттолкнув отца от сообщившей о разводе мачехи. Женщина собиралась забрать падчерицу с собой, как и дом, в котором они все это время жили; Дженнифер просто попалась под руку, за что расплатилась не самым лучшим образом. Макс лаял, почти бросался на Майка, и тот следом пнул ненавистную ему собаку ногой, что заставило Дженнифер полностью потерять контроль над собой. Она поднимается на ноги и, разбежавшись, толкает отца, который, будучи пьяным почти в стельку, падает на пол, ударившись головой о ножку стола. — Дженни… — Шепчет Беатрис, замерев от страха. — Он… На счастье, убийства по неосторожности не произошло, и Майк просто потерял сознание. Дженнифер не могла даже сдвинуться с места, не могла унять дрожь во всем теле. Просто глупо таращилась на слабо постанывающего отца, пока мачеха вызывала скорую. — Дженни, поднимайся к себе и не выходи, пока я не скажу. — Говорит мачеха, положив трубку. — Если что, все отрицай. Он просто споткнулся и упал, ясно? Девушка молча кивает и также молча позволяет Беатрис себя обнять. Слабо сомкнув руки вокруг ее шеи, Дженнифер слабо всхлипывает, но не позволяет себе разреветься, держась из последних сил. — Тише, моя девочка, все будет хорошо. Ступай наверх, я все улажу. — А если он тебя… — Не волнуйся. Иди. Негнущимися ногами Дженнифер подходит к забившемуся в угол Максу и жестом манит его за собой. Дойдя до комнаты, она осматривает пса, после чего, обняв животное за косматую шею, заставляет себя прилечь на кровать. Тело дрожало, сердце стучало набатом в висках. — Дженнифер? Резко подскочив на кровати, девушка видит в окне фигуру. В сумерках было сложно визуально разобрать сразу, кто это был, но Дженнифер узнала его по голосу. — Джаспер? Он сидел на подоконнике ее окна и внимательно рассматривал девушку. — Что произошло? — Ничего. — Глухо произносит она, смахнув с щеки успевшие пролиться слезы. — Что ты здесь делаешь? Как ты забрался? Джаспер молчит. Как он объяснит, что время от времени следит за ней, повинуясь странному чувству бешеной ностальгии по прошлой человеческой жизни, где была та, его первая любовь? Как он объяснит, что чувствует чужую боль, чужую горечь и разочарование, чужой страх? — Позволишь мне войти? Девушка молча кивает. Макс, почувствовав вампира, слегка дыбит шерсть, но потом все же подходит понюхать руку. Дает себя погладить между ушей, но на большее не соглашается, тотчас вновь вернувшись на кровать. Джаспер сразу замечает кровь на губе девушки. О чем он, черт возьми, думает? Рот тотчас наполняется слюной, а в груди будто что-то горит. Так чувствуют себя курильщики, когда в организм долго не поступает никотин. Джаспер старается держать дистанцию, не подходит ближе, потому что знает — может не выдержать. Но Дженнифер, будто поддавшись порыву, стремительно подходит к нему и зарывается лицом в мужскую грудь. — Я так больше не могу! Не могу, Джаспер! — Дженнифер… — Я его ненавижу! Ненавижу! Удушливый спазм схватил горло, а разум все меньше контролировал инстинкты. От нее пахло этими псами из резервации, — складывалось ощущение, что где-то подожгли мокрую шерсть, — но противный для вампира запах слегка заглушали духи и, разумеется, кровь. Он прижимает девушку к себе, с упоением ощущая столь желанный аромат крови, и мысль о том, что пора покидать чужой дом становится безумно далекой. Он действует спонтанно, держа монстра внутри из последних сил. Обхватив лицо Дженнифер руками, он целует ее с напором и жадно, буквально вылизывая ее рот и кровоточащие губы. Отсутствие первоначального сопротивления со стороны девушки Джаспер расценивает как согласие, прекрасно понимая — еще чуть-чуть и он перейдет рубеж. Дженнифер будто отмерла и теперь пыталась вырваться, упираясь в грудь вампира руками, — он был такой холодный, что по телу невольно пробежали мурашки, а на контрасте со столь горячими губами Джейкоба, поцелуй Джаспера казался мертвецки ледяным. Он царапает клыками ее разбитую губу и слизывает свежую кровь с особой жадностью. Сопротивление Дженнифер, ее маленькие кулачки, бьющие по его крепким плечам, не возымели на него никакого эффекта. — Джаспер, перестань! Джаспер! И тогда на помощь приходит Макс. С глухим рычанием пес резко бросается на чужака и одним прыжком достигает зажатой в ледяные тиски хозяйки. Он пытается укусить Джаспера за бедро, глубоко вонзить зубы, но не получается; складывается ощущение, что у парня была не кожа, а настоящий мрамор. Тогда пес просто напрыгивает на названного гостя с кровати, вцепившись в его волосы и только команда Дженнифер отпустить его заставляет Макса отскочить в сторону. Еще немного, и Джаспер вонзил бы в девушку клыки, возможно, даже разорвав ее на куски. — Прости меня. — Не своим голосом басит вампир, рассеянно проведя ладонью по волосам. — Мне очень жаль. Я не должен был… А Дженнифер не может оторвать взгляда от его лица. От окровавленных губ и острых клыков, слабо торчащих из-под них, от кроваво-красных глаз и будто еще более бледного лица. — Что происходит? — Спрашивает девушка, сделав пару шагов в сторону двери. — Что с тобой? — Это было моей ошибкой приходить сюда. Больше я не совершу такой глупости. И молниеносным движением Джаспер скрылся в окне.

***

      Джейкоб никогда бы не подумал, что в его жизни могут произойти столь разительные перемены. Никогда бы не подумал, что кто-то будет готовить его к тому, во что ему суждено превратиться. Он пока не мог стать волком, но Сэм готовил, что это может произойти в любой момент. Всю неделю он обучал его, рассказал то, что было сакральным, но волк Джейкоба продолжал дремать внутри. Он не мог навестить Дженнифер, дабы не подвергнуть ее опасности, а потому решил избегать девушку, пока не научится себя контролировать. Джейкоб просил Сэма узнать, все ли у нее в порядке, и именно тогда он сообщил квилету то, что буквально выпотрошило его изнутри. Он видел, как из окна девушки выпрыгивал Джаспер Каллен. — Он пробежал почти мимо меня, и я почувствовал на нем запах Дженнифер. Может, это ничего не значит, но ты должен знать. О том, что сама Дженнифер ничего даже не ведала о приезде Бэллы в резервацию, никто ничего не сказал. Тот день, когда Сэм сообщил Джейкобу про Джаспера, был первым знаком того, что обращение не за горами. Злость и ревность пробудили волка внутри, заставив его впервые царапнуть когтями по самому сердцу. Если он увидится с девушкой до того, как остудит свой пыл, то вполне может не только выдать секрет стаи, но и совершить такую же непоправимую ошибку, что некогда Сэм со своей возлюбленной. Так проходит какое-то время. Дженнифер звонит несколько раз, но неизменно попадает на отца парня, который, слегка смущенным тоном, вечно придумывает причину, почему его сын не может подойти к трубке. Почему-то девушка тотчас думает о Белле. И оказывается не так уж далеко от истины. Она едет к нему сама, оседлав своего железного коня, и в ее глазах тлеет назревающий огонь злобы. Обида грызла сердце, и, когда девушка увидела наконец Джейкоба, то с великим трудом держала рвущиеся обвинения при себе. — Дженнифер? Он никак не ожидал ее увидеть, тем более, не знал как себя вести. Что-то в глубине души подсказывало — самому пылить нельзя, но у Джейкоба хватало собственных претензий, которые он не собирался откладывать в долгий ящик. — Твой отец сказал, что ты плохо себя чувствуешь. — В голосе Дженнифер сквозит едва сдерживаемое негодование. — Вот, приехала навестить. — Мне уже лучше. — Тогда почему не позвонил? — Я был немного занят. — А-а-а. — Тянет девушка, криво усмехнувшись. Видела по глазам, что ей врут, но не давила, надеясь, что парень признается сам. — Кем-то или чем-то? — На что ты намекаешь? Настала очередь Джейкоба раздражаться. Как она может предъявлять ему претензии, если сама встречается в тайне с Калленом? — Ни на что. Просто в прошлый раз, когда меня не было в твоей жизни около недели, тебя было кому занять. Вот хочу знать, как обстоят дела в этот раз. — Не нужно втягивать в это Беллу! Я же не говорю тебе о том, как мне не нравится вид белобрысой пиявки, выпрыгивающей из твоего окна! Джейкоб сам не ожидал, что это вылетит из его рта в принципе да еще и так резко. Дженнифер сразу тушуется, и парень решает высказать все, что лежало грузом у него на сердце. — Мне нельзя появиться даже на твоем пороге. А он чем заслужил такую честь? — Я не звала Джаспера к себе! Ты вообще ничего не знаешь, чтобы так судить! — А ты мне ничего и не рассказываешь, чтобы я знал! Что он делал в твоей спальне да еще и так поздно? Откуда мне знать, может быть я у тебя про запас и… Договорить парень так и не смог. Обида на Бэллу за то, что она ставила его всегда на второе место после Эдварда, как вариант на крайний случай, и желание выгородить себя и свои тайные от Дженнифер встречи с подругой несли Джейкоба на всех парусах. И даже не совсем его, а волка, агрессивно ощерившегося внутри. Но звонкая оплеуха, прозвеневшая в секунды, быстро охладила его пыл, хотя ладонь просто прошлась по его лицу и причинила девуше куда больше боли, чем самому Блэку. На глазах у Дженнифер блестели слезы, а отбитая рука стала ныть. — Ненавижу тебя… Будь проклят тот день, когда я влюбилась в тебя. Она уже садится на мотоцикл, когда Джейкоб успел полностью осознать, какую глупость ляпнул и какую ошибку совершил. Он ведь по факту и впрямь ничего не знал. А она влюбилась, только что призналась ему в этом… Какой же он придурок. — Дженн! Дженни! Рев мотора оглушил лишь на мгновение, а в следующий момент девушка уже неслась на всем ходу, едва на сбив проходящих мимо ребят Сэма. — Не надо. — Предупреждающе выставляет руку вперед Сэм, не дав Джейкобу рвануть за девушкой. — Дай ей остыть. И помни, как ты можешь ей навредить, если на эмоциях явишься в ее дом. И Джейкоб, внемлив совету, решает остаться.

***

      Дженнифер понимает, что искать встречи с Джаспером — идиотизм в высшей степени, но ничего не может с собой поделать после того случая, что произошел в ее комнате. Она не идет к нему напрямую домой, но шпионит за ним, наблюдая издалека. Ей кажется, что Каллены знают об этом. И все чаще кажется, что она сходит с ума. Она приезжает в лес несколько раз, и все эти несколько раз следит издалека за происходящим в доме, сама не понимая, что хочет увидеть. Ей могло все причудиться, она могла все преувеличить. «Держись от него подальше», — твердила она себе свои же слова, но упорно думала о произошедшем, стараясь занять свои мысли хоть чем-то после расставания с Джейкобом. И в один прекрасный момент, ответ на желанный вопрос нашел ее сам. Она как раз гуляла с Максом, когда к ее дому подъехала дорогая машина. Едва не выронив сигарету от удивления, Дженнифер наблюдала перед собой явление Элис Каллен. — Привет. — Привет. — Как поживаешь? У тебя милая собачка. — Да, спасибо. — Дженнифер чувствует, что Макс напряжен, слышит его тихий рык, похожее скорее на недовольное ворчание, и притягивает его ближе. Одного Каллена он уже почти лишил волос, не хватало пополнения списка. — Ты к Беатрис или… — Нет. Я к тебе. Дженнифер молча кивнула. В голове тотчас промелькнула мысль, что ее засекли за дибильным шпионажем в лесу. — Я должна извиниться. За Джаспера. — Элис мило улыбается, хотя ее глаза остаются холодными. — У него не самый легкий период в жизни. — Я понимаю… — Нет. — Резко обрубает чужую речь Элис. — Не понимаешь. — Ее голос, зволнованный и высокий, на мгновение затихает, и продолжает она уже куда спокойнее, но все с той же нервной и насквозь фальшивой улыбкой на губах. — Тебе не понять. Ему тяжело принять некоторые моменты, тяжело измениться. Даже ради меня. Но он старается и не бросает борьбу. Это его борьба, Дженнифер. И я прошу тебя забыть о том, что произошло у тебя дома. Дженнифер ошарашено смотрит на девушку, едва ли понимая, о каких таких моментах говорит приехавшая гостья, но все же кивает — чисто по наитию, совершенно неосознанно. — Ладно. — Наконец говорит она, громко вздохнув. — Проехали. Было и было. — Я рада, что ты понимаешь. — Элис слегка опускает взгляд и уже тише добавляет. — Ему очень не хочется причинять тебе хотя бы какое-то неудобство. Только я пока что не понимаю, почему именно тебе. И, сев в машину, она уезжает, даже не попрощавшись, оставив Дженнифер еще долго думать над ее столь надрывно сказанными последними словами.

***

      Каллены уехали из Форкса, а Эдвард расстался с Беллой. Разумеется, она тотчас поспешила навестить друга в резервации, которого раньше не видела целыми месяцами. Беатрис, которая в последнее время стала весьма неплохо общаться с отцом Джейкоба, долго думала говорить ли падчерице о том, что видела в Ла-Пуш, но решила все же не делать девушке больнее. Та велела не пускать Джейкоба на порог, и все те несколько раз, что молодой квилет приходил разговора ради, парню тактично давали понять, что ему не рады. Они с Дженнифер расстались, и, казалось бы, теперь он имел полное право гулять и общаться с кем хотел. Тем не менее, Беатрис злилась и ей откровенно, до скрипа зубов не нравилось происходящее. Белла привозит какие-то старые мотоциклы, и они вместе с Джейкобом их приводят в более-менее презентабельный вид. Белла предлагает вместе позаниматься, и они вместе сидят над уроками. Белла предлагает сходить в кино, и Джейкоб охотно соглашается. Все это время он старался не думать о Дженнифер, но даже если днем эти мысли удавалось прогнать, то ночью ее образ навязчиво преследовал его во сне. Сначала это были просто невинные картинки. Дженнифер бежала по залитому солнцем полю в легком белом платье, точно какая-нибудь языческая богиня, с венком из полевых цветов на голове, и увлекала Джейкоба за собой, улыбаясь игриво, лукаво. Потом сны сменились, и вот они уже вдвоем прыгают с обрыва в ледяные волны, держась за руки и не размыкая сплетенных пальцев даже когда полностью погружаются под воду. Но то, что стало сниться Джейкобу незадолго до его первого обращения, не походило ни на одну, даже самую смелую юношескую фантазию. Дженнифер лежала под ним, выгибаясь всем телом навстречу его алчным касаниям. Он никак не мог насладиться бархатом ее кожи, каждый миллиметр которой он исследовал ладонями и губами, исступленно выцеловывая дорожку от середины лопаток до маленькой ямочки над ягодицами. Волк внутри утробно рычал, старался вырваться на свободу, чтобы взять то, что принадлежит только ему, и на что больше никто не имеет никакого права, но Джейкоб даже во сне не давал зверю свободы. До определенной поры. Вся картина в одночасье перевернулась верх дном, когда он коснулся нежной кожи девушки мохнатой лапой, а внутри проснулось желание вонзить зубы в изгиб девичьего плеча, дабы она не могла даже пошевелиться, пока он будет… Джейкоб просыпается в поту и с острым возбуждением, — казалось бы, нормальная вещь для подростка, — но парень понимал насколько слабо это связано с его возрастом. И чем больше он чувствовал приближение первого обращения, тем больше его тянуло к той, кого выбрал своей его волк.