Ночной вой

      Дженнифер заметила перемены в Джейкобе не сразу, долгое время даже не зная, с чем именно их увязать. Он стал мрачнее, часто будто замыкался от всего мира и мог часами ни с кем не разговаривать, обстрагировался от общих разговоров и мог часами бегать в обличье волка где-то по округе. Беатрис предложила как-то узнать что-нибудь у Билли, но Дженнифер категорически отказалась от подобной инициативы. Некое шестое чувство подсказывало ей, что дело снова связано с вампирами, но доказательств не было. Не было вообще ничего, что могло бы объяснить подобные изменения. — Как ты себя чувствуешь? — Уже лучше, — все еще хлюпая носом бубнит Мия. — Мне так жаль, что я пропустила свадьбу Беатрис. — Да ладно, мы здорово посидели у тебя на кухне. — Ты не заразилась? Все в порядке? — Не волнуйся, я бодрячком. Кстати, тебе нужно сдать проект по английскому. Не забыла? — Нет, — Мия громко чихает в трубку, тотчас утерев нос салфеткой, — он почти готов. А ты как, сдала? — Да. Мне кажется, я даже стала хуже видеть из-за этого проекта! Мия сдавленно рассмеялась, а Дженнифер вместе с ней. Поболтали еще какое-то время, потом одну девушку позвала мама, а другая поспешила выводить собаку на прогулку. Макс, с неохотой бросивший любимую игрушку, потрусил к двери, где его сразу же взяли на поводок. Идти в лес Дженнифер не хотела, подозревая, что там где-то сто процентов бегает Джейкоб в обличье волка. Порадоксально, но пес не бросался на него даже в такой испостаси, хотя порой девушке хотелось, чтобы тот укусил Блэка за зад в качестве назидания за излишнюю скрытность и подобные перемены настроения. Было решено пройтись до скал, с которой обычно прыгали квилеты. Хотя там тоже можно было встретить знакомых, все-таки вероятность натолкнуться на рыскающего Джейкоба казалась меньше. По словам Беатрис, которая часто приезжала к Билли в резервацию, он игнорировал всех членов стаи по причине никому неизвестной. С учетом того, что волки читали мысли друг друга, Дженнифер могла поклясться — все они в курсе, и только она одна играет роль идиота. Возле скал ей повстречалась Ли. Сидевшая в гордом одиночестве близ обрыва, волчица явно гоняла в голове дурные мысли, что, впрочем, Дженнифер не удивляло. Она даже понимала несчастную, с горечью осозновая, что если так пойдет и дальше, то она смело может составить девушке компанию. — Далеко вы уходите от дома. — Бросает через плечо Ли, даже не обернувшись. — Разве твой пес не боится нас? — Оборотней он любит как-то больше вампиров. Тебе составить компанию или хочешь побыть одна? — Как пожелаешь. Ты меня… не раздражаешь. Дженнифер тихо хмыкнула в ответ, усаживаясь рядом. Макс, найдя поблизости палочку, прилег подле хозяйки. — Как твои дела? — Словив косой взгляд, Дженнифер тотчас примирительно вскидывает руки, пытаясь оправдаться. — Не самая лучшая и оригинальная идея, как начать разговор, но все же. Вот я, например, теперь гадаю: Беатрис переедет жить к Билли или же наоборот. А может у них будет гостевой брак, кто знает. И ладно если Билли к нам махнет, с этим я готова без проблем мириться… — Билли не покинет Ла-Пуш. — Перебивает собеседницу Ли. — А пока ты учишься в школе, твоя мачеха не переедет в резервацию. — Значит, гостевой брак. Помолчали, полюбовались пейзажем. — Ты сегодня Джейка не видела? — Как же мне его не видеть! Твоему Джейку надо язык с мылом помыть за его ругательства. Он при Сете позволяет себе словечки, которые этот придурок потом будет повторять, как попугай. — Да, в последнее время он какой-то странный. — Ну, еще бы ему не быть странным. Дженнифер тотчас насторожилась, словно охотничья собака, поймавшая след. — Ты знаешь причину? — Ее знают все. — Кроме меня. — Ты же сказала, что доверяешь ему? — Да, — как-то неуверенно промычала Дженнифер, издав скорее звук с веселой фермы, чем полноценное утверждение, — но он явно что-то скрывает, не хочет мне говорить, а я же вижу, что ему плохо. И хочу ему помочь. — Нельзя помочь тому, кто сам не ищет помощи. — Хорошо сказано, но я все же надеюсь получить ответ. Ли как-то болезненно скривилась, отвернувшись от Дженнифер, и закусила губу будто бы в отчаянии. — Джейкоб убьет меня, если я тебе расскажу. Поэтому давай сама узнавай, мне проблемы не нужны. — Разве тебя в случае чего не защитит стая? Ну, в смысле, вы же как семья, братство… не важно. Не может один волк выгнать другого, если вожак против. — Я среди парней плохо прижилась. — Нервно дернув плечом, говорит Ли. — А вожак… Я не знаю, против он или нет. Что я вообще там нужна. Дженнифер громко захлопнула рот, уже собираясь задать очередной вопрос. Тактичность брала свое, вовремя проснувшись. Однако Ли успела заметить порыв собеседницы что-то спросить и грубо, наигранно рассмеялась. — Тебя удивляет это все, да? — Я начинаю привыкать. Правда поведение Сэма мне не совсем понятно, как и все эти ваши запечатления, законы стаи и прочее… — Запечатление это просто поиск подходящей самки для продолжения рода. — Глухо отзывается Ли, прикрыв глаза. — Волк внутри ищет подходящую партнершу, дабы передать ген потомству. — Я слышала более романтичную версию. — Продолжение рода, размножение, передача гена, — все одно и тоже! А я не подхожу, я больная! Ты понимаешь, что у меня уже менопауза! Дженнифер едва не сваливается с того бревна, на котором они вместе сидели и старается сохранять спокойствие. Откровенность Ли шокировала. Еще больше давила та боль, что затаена в сердце несчастной и которой она не могла ни с кем поделиться. — Это связано с тем, что ты теперь волк? Цикл человека не совпадает с циклом… — Да. — А забеременеть ты не можешь в теле волка? Ли удивленно смотрит на Дженнифер, как будто та ляпнула какую-то совершеннейшую глупость. Или гадость. Та же, пытаясь реабилитироваться, начинает философствовать на тему, в которой мало что смыслила, и чем больше углублялась в странную теоретику, тем больше Ли хмурилась или округляла глаза. — Никто еще не беременел в обличьи волка. — Не факт. Другой вопрос, что это просто вызывает отторжение, потому что тогда придется вынашивать ребенка в звериной ипостаси, и не факт, что тот сможет обращаться в человека. — Это отвратительно. Я даже сырое мясо терпеть не могу, хотя иногда приходится, а ты мне про… такое! Дженнифер равнодушно пожала плечами, мол, я предложила, а решать тебе. Макс устал грызть палку и начал тоскливо поскуливать. Пора бы возвращаться домой. — Он ведь мне прозвище придумал. — Тихо говорит Ли, вновь уперев взгляд за горизонт. — Я никак не могу понять, мешаю ему или он хочет меня видеть… — Он просто хочет усидеть одной задницей на двух стульях. Вы ему обе нужны, и я не удивлюсь, если когда-нибудь он, исполнив свой долг по разможению, начнет подкатывать к тебе. — Не будет. Он умеет держать себя в руках, и даже если захочет, то не сделает все рано. Тем более, волки имеют одну пару на всю жизнь. — Кто сказал? — Насмешливо фыркнув, спрашивает Дженнифер. — Волки не моногамны. Точнее, они такие же как люди. Бывает — с одним партнером на всю жизнь, а бывает и нет. Бывают и временные заходы в другую стаю, и лебединая тема. — Лебединая? — Гнездо с одной самкой, а веселье с разными. Даже гнездо бывает с разными, чего уж тут. Ли с некоторым удивлением смотрела на другую девушку, которая периодически почесывала своему псу шею, чтобы тот не слишком просился домой. Попросив рассказать еще про волков, Ли будто желала найти в льющейся на нее информации нечто, способное дать ей то ли совет, то ли объяснение. Объяснение чему — точно не скажешь, но начитанности Дженнифер можно было позавидовать. Во всяком случае, в некоторых сферах. — Самка дает добро на спаривание с другими самками? Ты где это прочла? — Там же, где и все остальное. Если популяцию нужно увеличить, такое происходит. А если уменьшить, она же не даст спариваться. С волками внутри стаи, во всяком случае. — Дженнифер, забывшись, потянулась к пачке сигарет в кармане, дабы перевести дух после мини-лекции, но вспомнила, как дурно оборотни реагируют на табачный дым, и убирала пачку обратно. — Но это когда большая стая, не только мать, отец и детеныши. — Зачем тебе эта информация? — Задает вполне логичный вопрос Ли, вскинув вопросительно бровь. — Во-первых, я люблю читать. Во-вторых, как только я узнала, что Джейоб — оборотень, то сразу и полезла изучать материал. Ли на какое-то время задумалась, прикидывая, распространяются ли полностью правила волков на оборотней, а в частности на того, по кому все еще кровоточило ее сердце, но копошение Дженнифер рядом отвлекло ее от лишних мыслей. — Знаешь, забей на все. Тебе нужно уехать и начать жизнь с нуля. Сэм, какой бы он ни был красавчик, того не стоит. Я своего первого парня тоже очень долго вспоминала, сравнивала других с ним, никого после него к себе не подпускала, а потом поняла, что трачу свою жизнь на тоску по человеку, которому уже плевать. Покажи Сэму, что тебе плевать, и, может быть, он еще прибежит к тебе, возможно даже поджав хвост. — Я бы с радостью. Но это не так легко, как тебе кажется. Дженнифер поднимается на ноги, собираясь домой. Ли встает следом. — Если захочешь как-нибудь поговорить, просто посидеть, выпить кофе… — Я знаю, где ты живешь. Обе девушки улыбнулись друг другу и распрощались. Дженнифер уже начала отдаляться от Ли, как тут она кричит ей вслед: — А есть хоть кто-то моногамный? — Да. — И кто? — Пингвины. И Ли зашлась лающим смехом.

***

— Джейкоб, что происходит? Она сидела на крыльце дома Блэков, нервно теребя в руках зажигалку, и выжидательно смотрела на стоящего перед ней парня, который категорически отказывался давать прямой ответ на любой из вопросов. — Что тебя гложит? И не говори, что все в порядке! Ты замкнутый, нервный; только что ты покрыл Джареда отборным матом только за то, что он случайно попал в тебя куриной ляжкой! — Джаред идиот. — Буркнул Джейкоб, пнув мыском ботинка небольшой камушек на дороге. — Ты не доверяешь мне? — Ты прекрасно знаешь, что я к тебе чувствую. Дженн, по отношению к тебе ничего не изменилось, я… — Понятно, значит не доверяешь. Джейкоб глухо рыкнул, сжав кулаки так сильно, что побелели костяшки. Ему бы сейчас убежать в лес, подальше от распросов и тревог, побегать в волчьем обличье, но он не мог — это больно ранит Дженнифер. К тому же, они и так давно не проводили вместе время, не считая тех дней, когда квилет прибегал к дому девушки и воем вызывал ее на улицу. Тогда они гуляли под лунным светом, навещали «поляну Хоббита», где, положив Дженнифер голову на колени, Джейкоб просто лежал рядом с ней, чувствуя, как по его телу растекается тепло и умиротворение. Он не мог и дальше ей лгать, но сказать правду могло означать нечто, пугающее Блэка подобно ночному кошмару. Причинить Дженнифер боль или продолжать врать? Глубоко вздохнув, Джейкоб опустился на колени и взял руки девушки в свои, отложив ее зажигалку в сторону. — Я. Тебя. Люблю. Слышишь? Дженн, я не могу тебя потерять. Просто… Обещай мне, что ты не убежишь сейчас и постараешься понять. — Хорошо. — Медленно произносит девушка, глядя оборотню прямо в глаза. — Я расстроен, потому что не могу ничего изменить. Это больно, понимаешь? Тупо, конечно, и я понимаю, как это звучит для тебя, но поверь… — Это из-за Беллы, да? — Глухо произносит Дженнифер и, увидев утвердительный кивок, криво усмехается. — Ладно. И что с ней опять стряслось? Джейкоба прорывает и он вываливает на девушку все, что лежало грузом на груди. И ненависть ко всему вампирскому, и страх за Беллу, страх потерять подругу, которую, конечно же, он любил не слишком по-дружески, и возможность нарушения обращением Беллы в вампира всех договоренностей со стаей, что означало возможную войну; Дженнифер только слушает, округлив от удивления глаза, и ей кажется, что все это происходит не с ней, а с кем-то еще. Да, страх за стаю и опасность войны были аспектами важными. Но, черт возьми, беспокойство за Беллу, опять! Глубоко вздохнув, Дженнифер не может заставить себя обнять Джейкоба, который буквально жался к ней, как побитый пес, и терся носом о ее щеку и шею. Он закинул ее руки себе на шею, жадно целовал в губы, заглядывал в глаза, дабы прочесть ее реакцию на объявленные новости. Наконец, ладонь девушки ложится на его макушку, когда Джейкоб настырно улегся ей на колени, и, прикрыв глаза, Дженнифер выдыхает: — Думаешь, он обратит ее в медовый месяц? — Не знаю. Она послала мне поздравление на свадьбу. Даже не хочу идти туда. Она рвет сердце отцу, а как все объяснит матери? — Это ее выбор. И чем больше вокруг нее суеты, тем дольше она не научится брать ответственность за свои поступки. — Дженнифер принимается рассеянно поглаживать Блэка по волосам, глядя куда-то вдаль, а на ее груди становится тяжело, словно туда наложили ведро камней. — Я знаю. Она бывает так… эгоистична. Но если ее не спасти, она сама никогда не сделает правильный выбор. Она вообще ничего не понимает, творит какую-то дурь! Дженнифер молчит, закусив губу, и устало прикрывает глаза. В доме слышится голос Беатрис — она зовет падчерицу на ужин. — Дочка, давай скорее! Все стынет! Джейкоб все еще лежит на ее коленях, а Дженнифер чувствует жуткую слабость в ногах и во всем теле, какую-то странную аппатию и усталость. — Пошли к столу. — Давай лучше еще посидим. Вдвоем. — Пошли. Ужин стынет. Что-то в голосе девушки подсказало Блэку, что нужно действительно пойти в дом. Какая-то хрупкая надломленность, точно стучали по хрусталю, и отстраненное безразличие. Но почему? Ведь он рассказал ей все, доверял все свои страхи, как и сердце, ведь он любил ее! Так что же не так? — Пошли. — Снова повторила Дженнифер, поднимаясь на ноги. — Ужин стынет.

***

            Свадьба Беллы прошла довольно тихо. Не считая того момента, что Джейкоб едва не разнес Эдварду физиономию и не схлопотал по собственной. Однако кое-что все же прояснилось в тот вечер, — прояснилось в очередной раз, если уж на то пошло. Во-первых, этот выбор Беллы стоит принять, если Блэк не хочет потерять Дженнифер, а во-вторых, мысль о том, как хороша была бы его девушка в белом свадебном платье застряла в мозгу, отчетливо убеждая, что именно она и есть его пара. Его якорь, его самка, столь удачно попавшая в его охотничьи угодья. И плевать, что он на ней не запечатлен! Да, любил он обеих. Но создать семью точно знал с кем. Он танцевал с Беллой, на прощанье целомудренно поцеловал в лоб и убежал, чувствуя, как мерзкая гадливость от осознания происходящего контрастирует с яркими образами его будущей церемонии, которую обязательно проведут в Ла-Пуш и желательно по индейским традициям. Интересно, какое платье выберет Дженнифер? Наверняка облегающее, с пышной юбкой и длинным шлейфом. Соберет волосы в пышный пучок, а губы накрасит красным, и непременно будут туфли на шпильке, чтобы не тянуться на цыпочках, дабы поцеловать будущего мужа, а, цокая каблучками, лишь слегка потянуться к нему, дразня лукавыми смешинками в глазах. Он прибегает к дому девушки утром, приготовив романтический ланч на их любимой поляне. Дверь ему открыла Беатрис. — О, Джейкоб. — С улыбкой на губах промолвила женщина. Глаза ее не улыбались. — А Дженнифер нет дома. — Нет? А где она? — С Мией в городе. Ей что-то передать? — Да, скажите, что я искал ее. А когда она вернется? — Не знаю. Она хотела с ночевкой к ней до утра, но может еще передумает. Вещи пока-что не собирала. Джейкобу, разумеется, Дженнифер ничего не сказала. Он уходит более чем расстроенный, а потом звонит ей вечером домой. Билли в тот день был с Беатрис и трубку взял он. Сказал, что Дженнифер осталась ночевать у подруги. Джейкоб сразу понял, в чем причина такого поведения девушки, но не собирался повторять прошлых ошибок. Он не прозволит ей просто так вновь исчезнуть и надумать себе лишнего. Он не отпустит ее, больше никогда, а потому уже утром он ждал ее возле порога, играя с Максом в мячик. Приехавшая с Мией Дженнифер, которых довез отец первой девушки, явно не ожидала его увидеть столь рано. — Джейк? — Удивленно вскидывает брови Дженнифер, остановившись в паре шагов от квилета. — Что ты здесь делаешь? — А мне нужно особый повод, чтобы тебя увидеть? Мия, будучи частично в курсе очередного разлада в отношениях подруги с этим, как она его называла, индейским Казановой, настороженно взирала на происходящее через открытое окно машины, попросив отца не давить на газ. Она-то не знала, что Казанова из Блэка выходил так себе и вообще даже не ведала, в каких дебрях увязла Дженнифер по самые уши, ведь ее-то собственный парень был простым старшеклассником из Форкса и единственное, чем выделялся среди остальных, так это татуировкой на шее и пирсингом в носу. — Все в порядке, езжайте. — Дженнифер подходит к машине, чмокнув подругу в щеку. — Ты уверена? — Абсолютно. Отец Мии, не собираясь вмешиваться в подростковые разборки любовного характера, кивнул девушке на прощание и повез дочь обратно домой. Дженнифер же, сев на крыльцо дома, молча ждала, сама не зная чего. — Ты не хочешь меня видеть? — Хочу. Просто мне нужно немного… пространства. — Пространства? — Да. Для себя. — Хочешь сказать, я на тебя давлю и мешаю твоей жизни? — Нахмурился Джейкоб, как-то с обидой взглянув на девушку. — Или что ты устала от меня и я надоел? — Нет. Джейк, просто… Ох! — Зарывшись пятерней в волосы, Дженнифер как-то по-звериному зарычала, дернув пряди на себя. — А если бы все было наоборот? — В смысле? — В прямом. Вот был бы у меня какой-нибудь парень на примете, с которым бы я дружила, любила его также, как ты Беллу, но больше любила тебя. И металась от одного к другому. Как бы ты поступил? — Порвал засранца на мелкие кусочки и скормил Максу на ужин. — Со злой усмешкой говорит Джейкоб, явно довольный шуткой, в которой было больше правды, чем приукрашения. — А что, — уже серьезным тоном спрашивает он, — у тебя есть кто-то… — Нет. — Твердо отрезает Дженнифер. — Но ты только что дал мне добро порезать Беллу на части. Когда Джейкоб подходит к девушке ближе, умостившись между ее раздвинутых ног, то сразу чувствует исходящее от нее нервное возбуждение и сильный запах сигарет, перебивающий даже его горячо любимые духи, которые являлись едва ли не визитной карточкой Дженнифер в представлении Блэка. Он берет ее руки в свои и тянет на себя, в итоге создав неловкую ситуацию. Если бы Беатрис и Билли уже не спали и высунулись бы в окно, то увидели бы занимательную картину: Джейкоб, сидящий на земле и оседлавшая его Дженнифер, упирающаяся в его грудь руками. — Что ты делаешь? Мне же теперь краснеть не только перед Беатрис, но и перед твоим отцом. — А ты не красней. — С насмешливой улыбкой произносит Джейкоб, обдав горячим дыханием губы девушки. — Ты такая холодная. — Это просто ты слишком горячий. — Тебя согреть? — Джейкоб… — Да ладно, я без каких-либо мыслей! — Издав гортанный смех, восклицает квилет. — Впустишь в дом? — Завтракать будешь? И проблема вновь рассосалась сама собой, хотя корень ее так и остался.