Все сердечные решения Пак Чимина

Ветер ощутимо холодеет день ото дня. Чимин кутается в шарф, но в который раз за день убеждается, что пора перебираться в тёплые зимние вещи, хотя расставаться с любимым осенним пальто совсем не хочется. Чимину нравится вся осенняя пора, но переходная зона между осенью и зимой, знаменуемая сыростью, продирающим холодом и ледяными дождями его совсем не впечатляет. Так и сейчас он прячет покрасневший нос в тёплом шарфе и как можно скорее юркает в кафе. Неоновые вывески и жаркий свет жёлтых ламп выглядят очень привлекательно. Тэхён написал, что задержится из-за опоздавшего автобуса, так что Чимин сам выбирает им столик и берёт меню, чтобы ознакомиться с ассортиментом, так как кафе совсем новое и ни он, ни Тэхён ещё тут ни разу не были. Прошли сутки с предложения Юнги составить ему компанию на выставке, и за всё это время Чимин так и не смог избавиться от назойливой мысли, будто он что-то делает не так. Ощущение, словно он кого-то обманывает. Вот только кого? Себя? Юнги? Инсу? Всех троих? Этот нелепый треугольник смущает его и бесит, а то он и сам себе его выдумал, слепил из воздуха и теперь не может спокойно спать. Потому ему срочно нужна дружеская консультация и плечо, на которое можно опереться. А Тэхён всегда был хорош в том, чтобы вправить Чимину мозги. — Какая холодрыга, чуть не помер, — шумно заваливается на соседний стул Тэхён, стуча зубами. У него красные щёки и влажные из-за ветра глаза. Он хаотично снимает верхнюю одежду, предусмотрительно сменив её на зимнюю. — Я взял нам горячий чай. Сейчас отогреемся. — Чимин наливает в фарфоровые пиалы зелёный чай и пододвигает одну другу. — Ты уже глянул меню? — омега греет ладони о небольшую чашку и делает пару глотков, довольно щурясь. — Ага, тут очень заманчивый выбор острой говядины. На пятой странице, посмотри, — Чимин показывает нужную страницу и сам тоже определяется с выбором. Когда заказ сделан и встроенный гриль включается, официант уточняет, нужна ли им помощь с обжаркой мяса. Оба омеги принимают блюдо с закусками и отпускают официанта, принимаясь за готовку самостоятельно. — Рассказывай, ты поговорил с Юнги? — первым включается в разговор Тэхён, набрасывая на решётку несколько длинных кусков сырого мяса. — Поговорил. Неловкости из-за случившейся между нами течки больше нет. Но есть загвоздка. — Господи, что теперь? — удивляется Тэхён, выпучивая глаза. Чимин смеётся, но всё равно чувствует себя дураком из-за происходящего с ним. — Он позвал меня на выставку. Она… рабочая. Но развлекательного характера. В общем, это вроде бы просто вещи, которые делают коллеги, но меня не отпускает мысль, что у Юнги могут быть другие цели. — Выставка, значит… — задумывается друг и растирает подбородок. Чимин угукает озадаченно и подпирает щёку ладонью. Тэхён размышляет и бегает взглядом из стороны в сторону, а Пак ждёт хоть какого уже нибудь вердикта. — У тебя, Чимин, только одна проблема в жизни: ты слишком много думаешь. И за себя, и за других. У других на плечах есть свои головы, напичканные мозгами. Тебе не нужно утруждаться и делать выводы за других людей. Они сами справятся с этой задачей. — Но я же не могу, как дурак, пойти, искренне веря, что это просто рабочая встреча. Без вмешательства чего-то более личного. Конечно я буду думать об этом, тем более после течки. Я не наивный дурачок, в конце концов, и прожил в этом обществе больше тридцати лет. — Чимин, это правда, альфы постоянно ищут повод залезть в трусы какому-нибудь омеге. И вообще, предупреждён значит вооружён, но всё же лучше уточни у Юнги, какие у него планы на эту выставку. — Снова разговоры… — А как иначе? Или лучше мучиться в сомнениях и личных домыслах, часто не совпадающих с реальностью? Чимин молчит. Он хмуро ворочает поджаристое мясо на гриле и, найдя самый аппетитный кусочек, зажёвывает им стресс. Тэхён повторяет за ним, а затем подсовывает другу хороший сочный кусок, отрезая его ножницами от более крупного куска говядины. — Он тебя не привлекает? В этом дело? — выдвигает предположение Тэхён. Чимин смотрит в ответ удивлённо, но ответить не успевает. — Что ж, я тогда заберу его себе. Я, конечно, больше по омегам, но ты видел Юнги? Такого альфу даже я себе хочу. — А ну прекрати, — смеётся Чимин, прекрасно зная, что Тэхён шутит, да и Юнги не баран на верёвочке, чтобы его взять вдруг и увести. Он утирает масляные губы и смотрит на друга уже легче. — Я просто… не понимаю, что чувствую. После ухода Инсу я всё ждал, что кто-то выскочит из кустов с криками «это была шутка! мы всё засняли для нашего ютуб канала!» Ждал, что Инсу вернётся. Если бы он решил, что его решение было ошибкой, и захотел бы вернуться, я бы принял его без промедления. И я словно до сих пор жду этого. А тут Юнги вдруг красивый, заботливый и без лишнего пафоса, всё как я люблю, и получается так, будто бы я позволяю себе забавляться с другим альфой, когда мой собственный где-то маячит на горизонте. Это всё как будто чья-то дурацкая постановка с любовным треугольником, но мне не выдали сценарий. Тэхён смотрит внимательно, кивает и под конец поджимает губы, тоскливо вздыхая. — Слушай, тебе надо сделать сейчас два шага. Первый, — Тэхён разгибает один палец и кажет им в потолок кафе, — поговори с Юнги на чистоту и обозначь границы. Думаю, если ты скажешь ему «сейчас я ищу не отношений, а покоя и умиротворения», он всё поймёт. Твой коллега заслуживает знать, что ты думаешь на его счёт. А если вдруг он не поймёт тебя, значит, он мудак, и ловить с ним нечего. — Разговоры — я понял. А какой второй? — Второй шаг очевидный, но не для тебя. Надо признаться себе, что Инсу больше не с тобой. Должно быть, это трудно. Но стоит осознать этот момент, чтобы суметь двинуться дальше по жизни. Ждать у моря погоды ты можешь годами, но сколько ты из-за этого потеряешь? Тебе до сих пор мешало только фантомное ощущение того, что Инсу уехал в бессрочный отпуск и вот-вот вернётся. Но он не вернётся, Чимин. И начать нужно с этого, — Тэхён берёт его ладонь, поглаживая обручальное кольцо пальцами. Решение снять его пока не пришло к Чимину. — Я больше не понимаю, что чувствую к нему, Тэ, представляешь? — Чимин горько хмыкает, давя в этом смешке свою боль. — Еще полгода назад на вопрос «какие чувства у тебя вызывает Инсу?» я бы без промедления ответил «любовь, нежность и страсть». Но сейчас всё так размыто, больше похоже на «потеря, одиночество и разочарование». Но я же не мог просто разлюбить его, как будто выключатель сработал? Меня пугает такая перемена. — Наверняка ты всё ещё любишь, но теперь это чувство омрачено разводом. Возможно, со временем останется только чувство некоего родства, всё-таки вы не две недели были вместе. Но всё же… дай себе время на то, чтобы разобраться в себе и решить, какие у тебя теперь приоритеты. Работа? Отлично. Отношения? Супер. Самосовершенствование? Прекрасно. Секс? Почему бы и да. Но для этого тебе необходимо честно признать ситуацию. — Ты прав, — вздыхает Чимин, прикрывая веки. — Как всегда чертовски прав. Они ужинают, обсуждая уже менее глобальные проблемы. Тэхён рассказывает интересности с работы, и Чимин тоже хвалится, что они недавно под руководством Юнги закрыли прибыльный проект, так что надбавка к зарплате гарантирована. За окном глубокий вечер в свете неона. Гриль постепенно остывает, а мясо давно съедено. Они допивают чай, расплачиваются на выходе и недолго бредут до остановки общественного транспорта. Чимин обнимает друга, благодарит тихо за оказанную поддержку и провожает его до автобуса, а затем остаётся ждать свой рейс. Мысль о разговоре с Юнги не даёт ему уснуть. Он думает, как лучше это сказать и не оказаться в дураках, если Юнги в самом деле ничего такого и не планировал, а предложил пойти с ним на выставку просто по доброте душевной. И всё-таки утром выходного дня Чимин пишет Юнги и спрашивает, могут ли они созвониться. Юнги не заставляет ждать с ответом. — Доброе утро, — поджимает губы Чимин и прижимает телефон к уху. Да, говорить о таком по телефону — дурость, но он представить не может, как бы говорил нечто подобное Юнги вживую. — Не разбудил? — Нет, я отвозил Чонгука с утра на тренировку, а сейчас жду, когда они закончат. — На фоне слышен шум города, чьи-то разговоры и музыка, но очень отдалённо. — О… тебе наверно ужасно скучно? — делает вывод Чимин, представляя, как альфа грустно сидит в машине и смотрит перед собой в течение часа-полутора. — Да нет, тут неподалёку делают хороший кофе. Так что я как раз сейчас завтракаю, а пока ты не позвонил, то смотрел дораму. Что-то случилось? — вокруг Юнги немного шумно, и Чимин надеется, что его хорошо слышно. — В общем-то нет, но есть момент, который не даёт мне покоя. Хочу обсудить. Ты… настроен? — Да, думаю, да. Говори, Чимин. Возможно Юнги сейчас по привычке выпрямился и прищурился, как обычно делает, когда кого-то внимательно слушает или обдумывает сказанное на работе. — Это насчёт меня… и тебя. И выставки. Слушай, мы взрослые люди, а я теперь разведён, ты уже это знаешь. Всё произошло внезапно, я до сих пор не отошёл от всей ситуации. У меня метка альфы, резко потухшие отношения с бывшим и где-то не за горами депрессия. И… течка эта дурацкая выбила из колеи. В общем, я боюсь, что мог ввести тебя в заблуждение. И даже если ты ничего такого не имел в виду, я бы хотел прояснить тот факт, что сейчас не ищу новых отношений. А выставка… Не пойми меня неправильно, но мне сейчас правда тяжело, и я бы хотел развеяться с хорошим человеком, как ты. Без обязательств. Без шанса на романтику. Вот так. Чимин выпаливает это на одном дыхании, смущаясь под конец ужасно. У него сердце колотится и висках отдаёт набатом. Он прикрывает ладонью глаза и не дышит в ожидании ответа. Юнги молчит какое-то время. Возможно, ждёт продолжения. Возможно, думает, что сказать. Возможно, он расстроен. Чимин не знает, какой реакции ему ждать. — Хорошо, что ты сказал это, Чимин-а, — вдруг звучит голос Юнги. Такой же ровный, как и до монолога Чимина. — Я боялся, что все мои действия после твоего эструса и истории с разводом будут казаться флиртом, поэтому не знал, как вести себя правильнее. Я предложил авантюру с выставкой, потому что у меня были лишние пригласительные, а у тебя бесконечно тоскливый взгляд. Мне просто хотелось помочь тебе взбодриться. Но теперь ты проговорил свою мысль, и мне легче. Я тоже не нахожусь в активном поиске, и выставка… Я бы мог пригласить Хичоля, но если у меня стоит выбор между ним и тобой, уж прости, я выберу тебя. Чимин смеётся искренне и выдыхает, наконец, с облегчением. Он опирается спиной о стенку и прикрывает глаза. Юнги, к счастью, оказывается до миллиметров понимающим, и Чимин чувствует к нему огромную благодарность. — Юнги-хён, я в тебе не сомневался. Спасибо большое. Мне намного легче теперь. — Не говори только, что не мог найти себе места всё это время. Мне ужасно стыдно, если я заставил тебя мучиться, — раздаётся тихий смешок. — Я… да, есть у меня такая тенденция — надумывать. — Но теперь мы всё решили. — Да… так, во сколько выставка? И могу ли я рассчитывать, что ты подвезёшь меня?