talk peace to a wolf

А ты спрячь от греха всё своё серебро. Я клянусь, что не съем никого. Мне по жизни идти суждено одному. Ною на Луну, ною на Луну

С самого утра в школе царит небывалое возбуждение. Арсений, мало с кем контактирующий, а потому узнающий все новости в последнюю очередь, когда информация дойдёт до непрошибаемого Серёги, с удивлением обнаруживает, что пытается прислушиваться к разговорам проходящих мимо студентов. Он быстро приходит к выводу, что у тех началось какое-то временное помешательство, потому что новостью дня стало заявление о том, что в школу якобы перевёлся новенький. Это не стало бы причиной для подобной шумихи, если бы не два факта: семестр начался два месяца назад, а новенький якобы перевёлся сразу на седьмой курс. Слухи эти настолько бредовые, что верить им Арсений не собирается. Ни один волшебник никогда в здравом уме не станет менять учебное заведение в старших классах, перед самым важным периодом в жизни любого студента — выпускными экзаменами. Арсений направляется в комнату, стараясь игнорировать воцарившуюся в замке суматоху. Кто бы ни распустил этот глупый слух, он определённо очень талантлив. Нужно постараться, чтобы заставить поверить в этот бред такое огромное число студентов. Он быстро проговаривает про себя заклинание, отпирающее дверь, и недоумённо замирает на пороге. Одной из главных особенностей семьи Поповых считается умение чувствовать магические потоки. Арсений в этом плане — паршивая овца, потому что навык у него развит не так хорошо, как у отца или даже сестры. Но его умений достаточно, чтобы заметить присутствие чужака в комнате. И эта магия кажется странной, непривычной, не такой, как у большинства студентов. Перебрав в уме защитные заклинания, он осторожно открывает дверь и тихо проскальзывает в комнату. Арсений уверен, что не издал ни звука, но сидевший спиной ко входу парень все равно поворачивается и широко улыбается. — Здорова! — восклицает он с каким-то неприличным почти энтузиазмом. — Сорри за вторжение, но мне сказали, что нужно подождать в комнате, пока документы зарегистрируют, форму выдадут и всё такое. Очевидно, что слухи о новом ученике оказались не слухами. Не менее очевидно, что он теперь будет соседом Арсения (какая досада). Что не очевидно — как он заметил присутствие Арсения? Особые навыки, идущие дополнением к обычным магическим способностям, есть только у аристократов. Это аксиома. Аристократов в СНГ не так уж и много, это тоже факт. И все именитые семьи знакомы между собой. Так что этот новенький к аристократии относиться никак не может. Если только... не является магическим существом. Это могло бы стать хорошим ответом и на вопрос о том, как он заметил Арсения, и на то, почему у него такая странная магия. Но. Не то чтобы в школе нет других магических существ. Есть оборотни, сирены, парочка вампиров. Их магия, безусловно, отличается. Но Арсений её знает. Этот же парень обладает силой, не похожей ни на что из того, что Арсений чувствовал ранее. — А, кстати, меня Антон зовут, — бросает парень как бы между прочим. Словно знакомство — какая-то мелочь, не стоящая внимания. Арсений оглядывает Антона: долговязый, немного нескладный из-за чрезмерной худобы. Явно не болезненной, просто телосложение у него астеническое, не иначе. Русые волосы подстрижены коротко, по моде не-магов. Да и одежда тоже явно не имеет никакого отношения к магическому миру. Это дезориентирует. Допустим, он родился в семье не-магов. И на первом курсе такой внешний вид мог бы показаться нормальным. Но обычно к этому возрасту даже волшебники из немагических семей всё больше держатся ближе к волшебному миру. Просто потому, что именно ему они и принадлежат. Этот же парень выглядит так, словно его привезли в школу прямиком из какого-нибудь немагического города. Это странно. Но ещё более странно, что пальцы у него усеяны целой россыпью всевозможных колец. Среди них и массивные перстни, и тонкие, будто цепочки, и круглые как обручи. Понять, какое из них — магическое, просто невозможно. И это действительно странно, потому что никто, буквально никто так не делает. Волшебники очень щепетильно относятся к своим кольцам, ведь это их главный инструмент. И никакие другие кольца обычно никто не носит. Можно надеть ещё одно, тоже магическое. Так получается раскрыть дополнительный потенциал своей магии. Но так делают очень сильные волшебники. Из учеников сразу два кольца носит, кажется, только Дима Позов. Арсений учится с ним в одном классе, но близко не общается. Хотя Позов тоже является аристократом, ведёт он себя намного более свободно, не задумываясь ни о каких условностях. Привилегия младшего ребёнка, что тут скажешь. У Арсения есть старшая сестра, но наследником в любом случае является он. Это правило всегда казалось ему дурацким пережитком прошлого, особенно если учесть, что Виктория куда талантливее. Но кто Арсений такой, чтобы переписывать правила магического общества, которым аристократы следуют столетиями? Иными словами, множество колец на руках Антона — какая-то аномалия. Да что там, он весь похож на такую аномалию, не вписывающуюся в рамки этого мира. — Арсений. Он подходит к Антону и протягивает руку для рукопожатия. Но даже в такой базовой вещи Антон вдруг ведёт себя нехарактерно. Он слегка отшатывается назад и демонстративно вскидывает ладони. — Воу-воу-воу, давай без рук, приятель. Я не фанат тактильного контакта. Арсений поджимает губы, чувствуя себя оскорблённым, но всё же отходит. Этот парень, кажется, будет настоящей головной болью. Но, возможно, Арсению и не придётся с ним сближаться и пытаться его понять. Да, они стали соседями. Но это ещё не означает, что они должны быть друзьями. Арсений будет скучать по своему уютному одиночеству, конечно. Но не стоит чрезмерно поднимать панику и раньше времени ставить на Антоне крест, полагая, что тот обязательно окажется надоедливым. Может, хотя бы одной своей странностью он совпадёт с Арсением и будет достаточно тихим.

***

Удача определённо оказалась не на стороне Арсения. Антон не просто надоедливый, он ещё и прилипчивый до ужаса. В комнате он мешал Арсению делать уроки, расспрашивая о школе. Такое ощущение, что по загадочной причине у Арсения в спальне поселился первокурсник. Огромный, умственно отсталый первокурсник. — То есть серьёзно коридор ни с того, ни с сего может привести тебя в абсолютно не ту часть замка, куда ты собирался? — изумляется Антон с такой искренностью, что Арсению становится даже немного мерзко. Какого чёрта этот человек вообще забыл здесь?! — А зачем? В смысле, это же нелогично и неудобно. — Прихоть замка, — равнодушно жмёт плечами Арсений. — Он же всё-таки живой. В каком-то смысле. Кажется, это заявление производит неизгладимое впечатление на Антона. Арсений раздражённо закатывает глаза. Нет, ну серьёзно, это как-то ненормально. Может, Антон таким образом разыгрывает его? Но Антон в своём стремлении узнать о замке как можно больше кажется вполне искренним. Арсению очень хочется спросить у Антона какого хрена вообще? Как так вышло, что он дожил до шестнадцати лет и не знает элементарнейших вещей. Он не кажется учеником зарубежной магической школы и ведет себя как не-маг. Он же с такой нулевой осведомлённостью просто не сдаст экзамены. Однако задавать такие вопросы, учитывая, что они едва знакомы, Арсению не позволяет воспитание. И необходимость сделать эту чёртову домашку, пожалуй. «Все оборотни, зарегистрированные в реестре, в обязательном порядке должны принимать во время полнолуний «Аконитовое зелье», которое облегчает течение трансформации и помогает сохранять ясный рассудок», — едва слышно бормочет Арсений, чтобы чуть больше сфокусироваться. — Хуйня, — неожиданно громко говорит Антон. Не похоже, что у него в числе странностей оказался ещё и синдром Туретта. Значит, он так отреагировал на строчку из учебника. Но он не должен был её даже расслышать! — Это ты так учебный материал оцениваешь? — сухо спрашивает Арсений, повернувшись к нему. — «Аконитовое зелье» официально признано лекарственным средством при ликантропии, если ты не знал. Антон резко садится на кровати и смотрит на Арсения пугающе серьёзным взглядом. — И тот факт, что аконит буквально ядовит, никого, конечно, не смущает, — говорит он с какой-то неуместной насмешкой. — И славяне древние его «пёсьей смертью», видимо, по приколу называли. Звучит как странный, но аргумент. Нельзя сказать, что Арсения никогда не удивляло лекарственное применение этого растения, учитывая его ядовитую природу. Но оборотни признаются магическим сообществом, их права никто не ущемляет. Наверное, они бы сообщили, если бы лекарство причиняло им боль или дискомфорт. И Арсению вроде хочется всё это озвучить, но вместо этого он выпаливает: — Ты оборотень? Вопрос, конечно, кажется преждевременным, потому что о таких вещах обычно люди рассказывают сами. Тем, кому хотят, и когда хотят. Но и слишком неуважительным Арсений его не считает. Даже на их курсе учится несколько оборотней. Никто этого не скрывает и не стыдится, ведь это естественно. Просто одна из форм магических созданий, существующих в мире. Конечно, несколько веков назад ситуация была намного хуже. В библиотеке среди древних фолиантов можно даже найти учебные пособия по защите от магических существ. В том числе оборотней. Сейчас это кажется немного диким. Параграф об оборотнях Арсений читает в учебнике по врачеванию. Антон смотрит насмешливо, чуть искривив губы. В глазах видны какие-то лукавые искорки, словно вопрос Арсения его не задел, а скорее позабавил. — Неа, — лениво отвечает он, даже не задумавшись. Арсений, чёрт знает почему прочитавший заклинание, позволяющее распознавать ложь, понимает, что Антон отвечает абсолютно искренне. — У меня просто был немного другой учебный план. Звучит логично. Арсений определённо заинтригован. Где Антон, в таком случае, учился и почему кажется таким странным? Но он не уверен, что во всё это нужно лезть. Арсений смотрит на наручные часы и вздыхает. — Ладно уж, пойдём на ужин, покажу, где у нас столовая. Столовая является отдельно стоящим зданием, поэтому промозглым ноябрьским вечером в обычной одежде не выйдешь. Арсений натягивает зимнюю мантию, плотно оборачивает вокруг шеи шарф своей группы. Подумав, надевает ещё и шапку. Арсений плохо переносит холод. Антон, всё-таки переодевшийся в школьную форму, после каких-то неприлично долгих раздумий надевает зимнюю мантию. Но на этом его сборы и прекращаются. — Там холодно, — предупреждает Арсений, решив устроить аттракцион невиданной заботы. — Я знаю, — безразлично жмёт плечами Антон. — Просто терпеть не могу шарфы. — Ладно. Кажется, спустя несколько часов совместного пребывания, Арсений привыкает к тому факту, что Антон странный. И нелюбовь к шарфам занимает далеко не лидирующее место в списке его странностей. Они выходят из комнаты в неловком молчании. Даже удивительно, что Антон, не затыкавшийся на протяжении нескольких часов, сейчас идёт молча. Он не оглядывает замок восторженно, не пытается что-то уточнить. Если так подумать, со стороны он даже не отличается от остальных обитателей замка. Такой же студент, привычно бредущий на ужин. Идиллию нарушает лишь то, что на них пялятся. На пару часов Антон очень удачно забаррикадировался в комнате, избегая чужого назойливого внимания. А теперь новость дня наконец предстала перед взбудораженными студентами во всей красе. И они не собираются отказывать себе в развлечении, восторженно перешёптываясь, стоит только Антону появиться в поле их зрения. Чужое внимание Антона, кажется, совершенно не беспокоит. Он идёт уверенно, широкими шагами, словно знает, куда ему нужно. Арсений не отстаёт только благодаря тому, что разница у них в росте не так уж велика. Но тем же спокойствием, что и Антон, вовсе не отличается. Из-за того, что они идут вместе, Арсений и на себе чувствует любопытные, изучающие взгляды. Естественно, все пытаются понять, как новенький связан с Поповым. Можно ждать новой волны идиотских слухов, ведь никому в голову, разумеется, не придёт, что они просто соседи. Немного утешает то, что хотя бы с расспросами пока никто не пристаёт. Но в столовой никто церемониться не будет. Арсению Антона даже немного жаль. Он не уверен, что хочет ещё и во время ужина находиться в его обществе, но бросить бедного парня на растерзание изголодавшимся по сенсациям студентам почему-то кажется неправильным. Они успевают выбраться на улицу, покрытую первым снегом, когда на Антона вдруг налетает стремительное нечто. — Шаст! — радостно восклицает это нечто, при внимательном рассмотрении оказавшееся Димой Позовым, укутанным даже сильнее, чем Арсений. — Так это правда! — Здорова, Поз! — радостно восклицает Антон с широкой улыбкой. Он весь как будто начинает светиться, встретив кого-то знакомого. Правда, Антон и до этого не выглядел напряжённым. Но на контрасте всё равно заметно, что встреча с Позовым поднимает ему настроение. — Вот и я. Маме в итоге не удалось ничего сделать. Это какая-то понятная лишь им двоим реплика. И Арсений невольно чувствует, что слышит что-то, чего слышать не должен. Но он ведь не подслушивает. Просто машинально остановился вслед за Антоном. Он бы с удовольствием пошёл дальше, скинув ответственность в виде Антона на Позова. Но это, наверное, будет грубо. — Ну, может, оно и к лучшему, — фыркает Дима. — О, ты, видимо, с Арсом живёшь, да? Антон кивает и как-то неопределённо жмёт плечами. Это читается как «ну да, видимо, но мне как-то поебать». И Арсению становится даже немного обидно. Он не набивается к Антону в друзья, тем более, что эту роль, кажется, заберёт Позов. Но, по крайней мере, старается быть вежливым. И совершенно не видит ответной вежливости. — Ладно, Шаст, ещё увидимся! Мне тут спешить надо! — заявляет Дима, вцепившись в руку Антона. Это даже не рукопожатие, а рукотрясение. Антон, несколько часов назад шарахнувшийся от Арсения, как чёрт от ладана, дружелюбно хлопает Позова по плечу. Они несколько секунд стоят после того, как Позов уносится прочь. Словно забыв, что им тоже желательно поспешить. Ужин, конечно, не требует, чтобы все студенты собирались в столовой в одно время. Но он тоже не длится вечно. — А почему Шаст? — спрашивает Арсений, слегка прочистив горло. Эта сцена его немного сбила с толку. — Ну так Шастун, — заявляет Антон так, словно это что-то само собой разумеющееся. — Фамилия моя. У нас же на двери написано. К своему стыду, Арсений, чрезмерно увлёкшийся выискиванием странностей в поведении нового соседа, даже не подумал посмотреть, какая у того фамилия. Зато полез с вопросами, не оборотень ли он часом. Хорош аристократ, ничего не скажешь. — Необычный вариант прозвища. А имя чем не угодило? — интересуется Арсений скорее для того, чтобы как-то поддержать разговор. Почти уютное молчание, в котором они шли до этого, безнадёжно нарушено Позовым. И теперь, если Арсений снова замолчит, это будет даже немного надменно с его стороны. — Ну я же не спрашиваю, почему тебя называют Арс, — поддевает Антон. Он не кажется оскорблённым, это скорее какой-то дружелюбный подкол. Но Арсений всё равно чувствует себя пристыженным. Он не может сказать, что относится к Антону с негативом. Нет, тот кажется неплохим парнем, пусть и странным. Но Арсению ужасно не нравится, что в присутствии Антона он почему-то постоянно выставляет себя бестактным дураком. Чтобы загладить вину (в большей степени выдуманную самим Арсением, потому что Антон явно не выглядит задетым), он предлагает сесть за один столик. — Свободные столы, скорее всего, будут, конечно. Но я просто подумал, что ты никого не знаешь, поэтому, может, тебе будет комфортнее всё же сидеть с кем-то, — почти оправдывается Арсений то ли перед Антоном, то ли перед собой. — Позов вряд ли будет в столовой, он из неё скорее всего возвращался, когда мы его встретили. Последнее предложение становится совсем уж неприятным. У Арсения складывается ощущение, что он Антона пытается уговорить сесть вместе. Хотя вообще-то ему будет комфортнее вдвоём с Серёжей. Матвиенко сегодня был на отработке, поэтому они договорились встретиться сразу в столовой. — О, было бы классно, спасибо, — соглашается Антон с лёгкостью, не чувствуя никакой неловкости. Его вообще хоть что-то в этом мире способно выбить из колеи?! Как бы то ни было, даже если Антона сбить с толку сложно, то Матвиенко — без проблем. Он разглядывает Антона немного растерянно. И, в отличие от внимания остальных учеников, тут дело не в том, что Антон является новеньким. Серёжа поражён скорее тем фактом, что Арсений с этим новеньким начал общаться. — Антон, — представляется своим раздражающее спокойным и позитивным тоном. И протягивает Матвиенко руку. Арсений чувствует, как закипает от злости. Человек, заявивший, что не является фанатом тактильного контакта, едва ли не обнимался с Позовым, а теперь спокойно жмёт руку Серёже. И что это за херня тогда была? Арсений не может этого понять и чувствует, что его это злит. Матвиенко, само собой, быстро улавливает настроение Арсения и посылает вопросительный взгляд. Арсений тяжело вздыхает и машет рукой, потом, мол. Но оба сидят в некотором напряжении. Один только Антон уминает бефстроганов, то ли не замечая, то ли намеренно игнорируя царящую атмосферу. — Значит, ты перевёлся к нам... — осторожно начинает Серёжа. Он попадет в ту же ловушку, что и Арсений, чувствуя, как всё больше разгорается любопытство. Антон вызывает интерес не только своими странностями, но и тем, насколько спокойным остаётся. — Ага, — бормочет Антон с набитым ртом. — Из Воронежа. И замолкает. Так, словно это должно было хоть что-нибудь объяснить. И Арсений начинает закипать ещё больше. Неужели нельзя хоть раз что-то сказать по-человечески?! — В Воронеже нет волшебных школ, — чуть более резко, чем следовало бы, говорит Арсений. — Их вообще нет больше в России. Антон прекращает есть и с удивлением смотрит на притихших Арсения и Серёжу, словно не подумал даже, что от него ждут какого-то ответа. — А, — фыркает он, наконец заметив чужое любопытство. — Я на домашнем обучении был. Вы так удивлены, будто не знали, что так можно. Вообще-то они действительно не знали, что так можно. Арсений не может вспомнить ни единого случая, когда кто-то учился бы не в школе. Да и как вообще это может быть реализовано? Студенты осваивают разнообразные умения, взаимодействуют с различными магическими животными, занимаются зельеварением. Да колдуют, в конце-то концов! Несовершеннолетним запрещено колдовать вне стен учебных заведений. Для того, чтобы избежать неприятных инцидентов, у детей даже кольца магические забирают во время каникул. Как мог Антон учиться на дому? Это же нарушает все законы. — Если честно, мы впервые о таком слышим, — спокойно признаётся Матвиенко. — Так разве возможно? — Ну да, — кивает Антон, словно это что-то само собой разумеющееся. — Подаёшь заявку, министерство её рассматривает. Если повод веский, ковен одобряет домашнее обучение. И приставляет тьютора. Ну, у вас это называется магический наставник. Просто я то жил среди не-магов, поэтому приходилось всем рассказывать немного отредактированную версию правды. Так что привычнее говорить тьютор. Он улыбается. Он вываливает эту историю так, словно в ней нет ничего необычного, и, блядь, улыбается! Хотя, если так подумать, для Антона в этом и правда нет ничего необычного. Это ведь по сути то, как прошла большая часть его жизни. Наверное, странно злиться на него за то, что он не возводит свою жизнь в статус чего-то не просто особенного, а почти дикого. — Значит, ты тусовался с не-магами! — заинтересованно восклицает Серёжа. — А какие они? В смысле, я знаю, конечно. Но мы редко с ними пересекаемся. Чем вообще может заниматься подросток, не имеющий магии? Антон обводит взглядом столовую, наблюдая за движущимися картинками из языческих мифов. Такое ощущение, что он сравнивает эту реальность с той, что является для него более привычной. — Да много чем, на самом деле, — приходит к выводу Антон. — С пацанами иногда в футбик гоняем. В игры разные на компьютере играем. Можно ещё гулять ходить. На электросамокатах кататься, на фудкорте где-нибудь посидеть. На концерты ещё гонять, в кино, — Антон ловит абсолютно непонимающий взгляд Матвиенко, косится на такого же растерянного Арсения и вздыхает. — Забей. Долго объяснять. Просто поверь, не-магам тоже весело. — А правда, что девчонки не-маги более раскрепо... — начинает Серёжа, но Арсений его перебивает. — Блядь, ну вот чем тебе поможет информация о том, можешь ли ты залезть в трусы к не-магам?! — возмущённо повышает он голос. Серёжа недовольно хмурится. Арсений знает, что такие вот разговоры абсолютно нормальны для парней их возраста. Ему самому обсуждать такие темы мешает то ли воспитание, то ли общая зажатость. Обычно к трёпу Матвиенко Арсений относится лояльно, но именно сейчас почему-то не выдерживает. Возможно, просто опасается, что Антон тоже окажется любителем подобных рассуждений. И, во-первых, их в таком случае будет не заткнуть. А во-вторых, Арсений совершенно точно не хочет знать ничего о сексуальном опыте Антона. — Да ладно, Арс, не горячись, — вдруг примирительно говорит Антон, и тут не утративший своего ебучего спокойствия. — Я думаю, что слухи преувеличены. Но, в любом случае, не могу сказать ничего конкретного. Просто не с чем сравнить, потому что все волшебницы, с которыми я общался, являются моими родственницами. Неожиданная перепалка здорово портит атмосферу. Серёжа больше не рискует ничего спрашивать, осознав, что Арсений в довольно паршивом настроении. А Арсений ничего не говорит именно потому, что теперь действительно в паршивом настроении. Антон же молчит, поскольку его рот занят котлетой по-киевски. Для такого тощего парня он ест удивительно много. И как будто мало всех этих проблем, заставляющих Арсения нервничать, происходит ещё одна странность. Арсений хочет взять немного соевого соуса со стола, в то время как Антон начинает тянуться за салфеткой. Вернее, Антон протягивает руку первым, но когда Арсений опускает свою, резко её отдёргивает. И, надо же, впервые демонстрирует мимикой что-то кроме непрошибаемого умиротворения. Он досадливо морщится и недовольно поджимает губы. Это длится всего секунду, но Арсений всё равно успевает заметить. И чаша терпения Арсения, которого вовсе нельзя назвать сдержанным человеком, наконец переполняется. Он готов устроить неприятную драматичную сцену, чтобы спросить у Антона, какого хуя вообще происходит. Почему он готов прикасаться ко всем, кроме него?! Не то чтобы Арсению зачем-то понадобились прикосновения Антона. Но это просто пиздец как странно. И Арсений из-за такого поведения чувствует себя прокажённым. Но истерике случиться не суждено. Возле стола мистическим образом появляется Позов. Его семья славится тем, что может улавливать настроение людей. Через магию, конечно. Если злится маг, его магия становится более резкой. Если маг счастлив, и магия его будет иметь лёгкий налёт эйфории. Ну и так далее. И Арсений готов поклясться, что появление Димы — не случайность. Но он не может ни на что повлиять. — Шаст, раз ты доел, пойдём, я тебе кое-что покажу! — заявляет Дима, игнорируя напрочь тот факт, что Антон заказал себе ещё яичницу с беконом. Антон, вздохнув, скомканно прощается, и уходит вместе с Позовым. А Арсений остаётся один на один со своим гневом, переходящим в досаду. Но, в самом деле, не орать же Антону оскорбления вслед. — Арс, ну ты чего так завёлся? — спрашивает Матвиенко, подперев щёку кулаком. — Тебе он так не нравится? Вроде чувак как чувак. Хорошо быть Серёжей. В жизни Матвиенко всё довольно просто устроено. Если человек не ведёт себя как заносчивый мудак, то Серёжа относит его в число нормальных. Он не любит искать скрытые смыслы и разгадывать тайны чужой личности. Если для Арсения социальные контакты похожи на партию в покер, то у Серёжи это скорее блэк джек: тебе либо везёт, либо нет. Никаких хитростей. — Он очень странный, Серёж. Вроде и нормальный, а потом что-нибудь как выкинет. И вообще не понятно, что у него в голове. Эта непредсказуемость утомляет, понимаешь? — Да, знакомо, — многозначительно ухмыляется Матвиенко. — Очень напоминает по описанию человека, с которым я дружу семь лет. — Ой, да иди ты! — отмахивается Арсений, а Серёжа начинает ржать. И всё вроде бы наконец становится нормальным.

***

Утро Арсения начинается паршиво. Дерьмово. Отвратительно. Гадко. И в целом его можно охарактеризовать словом «пиздец». Он привычно тянется к тумбочке, чтобы взять своё магическое кольцо, но понимает, что его там нет. Поисковое заклинание не даёт никакого результата. И Арсений, вручную обшаривший всю комнату, чувствует первобытную ярость. Если кольца в комнате нет, значит, его кто-то украл. Подозрения, естественно, падают на Антона, который, судя по звукам, решил с утра пораньше принять ванну. В другое время Арсений бы ужаснулся от собственного поступка, но он слишком зол, чтобы думать. Он распахивает дверь, оказавшуюся не запертой, рассчитывая таким образом застать Антона врасплох. — КАКОГО ХУЯ ТЫ... — начинает он, даже не переступив порог ванной комнаты. И не успевает договорить, потому что Антон, встретившись с ним взглядом, демонстративно захлопывает дверь с помощью магии. Настолько мощно, что Арсению приходится даже отпрыгнуть. Эта ситуация его немного отрезвляет. Недостаточно, чтобы перестать злиться, но достаточно, чтобы к злости добавился ещё и стыд. Даже за эти пару секунд Арсений успел разглядеть обнажённого Антона. В ванне, к счастью, было очень много цветной пены, поэтому, по сути, Арсений увидел лишь чужой влажный торс. Даже не слишком непристойно, пожалуй. Но Арсений всё равно чувствует, как начали пылать щёки. Почему, ну почему этот человек заставляет его выставлять себя таким идиотом? Смирившись с тем, что обвинения в воровстве удастся высказать лишь после того, как Антон выйдет из ванной (ещё раз так вломиться Арсений не отважится), Арсений начинает обдумывать произошедшее. Что-то в поведении Антона его поразило, привлекло внимание. Но понять, что именно, удаётся не сразу. Пытаясь посекундно восстановить в памяти эту сцену (хотя это предполагает также и воспоминания о голом Антоне, что довольно смущающе), Арсений всё же осознаёт, что конкретно показалось ему странным. Руки Антона в эти несколько секунд лежали на бортике ванны. И на них не было ни единого кольца. Но дверь была захлопнута с помощью магии, никаких сомнений нет и быть не может. Чёрт, что не так с этим парнем? — Ну и что это было? — насмешливо спрашивает Антон, выйдя из ванной. Он стоит, прислонившись к стене спиной. На нём надета красная футболка, выглядящая чуть влажной. Её можно высушить магией за секунду, но Антон почему-то оставляет всё как есть, словно он не-маг. — Ты украл моё кольцо, — не спрашивает, а утверждает Арсений. Потому что ну а кто ещё мог это сделать? Семь лет Арсений живёт в этой комнате. Семь лет носит магическое кольцо, являющееся семейной реликвией. И с этим кольцом ничего не происходило до тех пор, пока в школе не появился Антон Шастун, который сейчас пялится на Арсения с видом оскорблённой невинности. — Совсем дурак, что ли? — удивлённо, но беззлобно спрашивает Антон. — Нахуй мне твоё кольцо сдалось? Думаешь, мне своих мало? — он поворачивает ладони тыльной стороной, демонстративно кивая на гору колец, унизывающих каждый его палец. — Я ж не сорока, чтобы пиздить любую блестяшку. Понятия не имею, где твоё кольцо, Арс. Хочешь, поищем вместе? Разумеется, Арсений снова проверяет слова Антона с помощью заклинания. Обойти его, конечно же, можно, но Антон говорит очень убедительно, и Арсению правда хочется ему поверить. И заклинание, подтверждающее, что слова Антона — чистая правда, дарит облегчение. — Ладно, — вздыхает Арсений. — Прости. Я перегнул. Просто это фамильная реликвия, и я что-то психанул. Извини, что вломился вот так. — Да нормально, — отмахивается Антон, забравшись на кровать. Он начинает складывать в сумку учебники, которые понадобятся на занятиях. — Я заметил, что ты парень темпераментный. Давай искать твоё кольцо, пока уроки не начались. У Арсения есть подозрение, что за такой короткий срок кольцо они не найдут. Поэтому он отрицательно качает головой и достаёт чемодан. Большое везение, что на шестнадцатилетие бабушка решила подарить ему другое кольцо. Реликвией оно не является, покупалось в обычном магазине магических колец. И раз оно изначально подобрано для Арсения, то колдовать он по идее должен без проблем. Вообще, ему бы и стоило носить это кольцо, а реликвию бережно хранить (Арсений с ним не слишком совпадал), но беда в том, что оно золотое. Арсению золото кажется пошлым, по крайней мере, в виде украшений. Серебро в этом плане более утончённое. Ну, на его вкус. Но не волшебник выбирает кольцо, а кольцо — волшебника. Поэтому, как бы Арсений ни отсрочивал неизбежное, в итоге всё равно пришёл в ту точку, где ему нужно носить это уродливое, но своё кольцо. — После занятий поищем, пока с этим буду, — поясняет Арсений, показав Антону новое кольцо. — Хорошо, — соглашается тот, вернувшись к своему миролюбивому состоянию. — Найдём, не переживай. Видимо, Антон всерьёз проникся проблемой Арсения. Потому что дальше происходит, если вспомнить о всех событиях прошлого дня, нечто невероятное: Антон осторожно хлопает Арсения по плечу в знак поддержки, когда они выходят из комнаты.