Attraction

      Фушигуро, спрятав пол-лица в высоко поднятом воротнике школьной формы, плёлся за бодрым Годжо-сенсеем. Черноволосый никак не мог понять, почему учитель в настолько приподнятом настроении — неужели он совсем не переживает из-за смерти Юджи? Мегуми не мог простить себе фатальной оплошности, считал, что только он виноват в смерти напарника. Конечно, он видел уже немало смертей, всё же так устроен их мир, но Итадори должен был жить как можно дольше! Должен был наслаждаться своими любимыми сладостями, трепать и тискать его гончих-шикигами, веселиться с Кугисаки и освещать каждого из них своей такой красивой улыбкой… И вообще, куда они идут?       — Годжо-сенсей, куда мы направляемся? Надеюсь, то, зачем вы меня позвали, не займёт много времени, всё же у меня сегодня тренировка с сэмпаями. — Флегматично произнёс он.       Сатору странно усмехнулся, насторожив парня:       — Уверяю тебя, Мегуми, тебе очень понравится то, что ты увидишь, — мужчина развернулся к нему, продолжая идти спиной вперёд и невесомая улыбка легла на его губы. — Осталось немного.       Они спускались по ступенькам в… подвал? Да, именно так определил это место Фушигуро, равнодушно осматривая стены, словно давящие на него. Но чем ближе они подходили к последней двери в конце коридора, тем сильнее колотилось его сердце и странное волнение наполняло всю его сущность. Мегуми прижал ладонь к груди, пытаясь утихомирить разбушевавшееся пламя внутри. Годжо отворил дверь, первым проходя внутрь и спускаясь по ступеням ещё ниже; черноволосый осторожно последовал за ним, стараясь ступать как можно тише.       — О, Годжо-сенсей, вы вернулись! — Сердце Фушигуро остановилось при звуке его голоса. Не медля больше ни секунды, он ворвался в комнату, ошеломлённо глядя на живого и невредимого удивлённого Итадори. Сатору щёлкнул пальцами, и странная игрушка, которую держал Итадори, безвольно повисла в его руках. Парень отложил её на столик, прежде чем полностью развернуться к своему напарнику и широко улыбнуться:       — Хэй, Фушигуро, ты в порядке?       — Юджи… — Выдохнул Мегуми перед тем, как сорваться с места, в два шага преодолеть расстояние, разделявшее их, и схватить Итадори за плечи, прижимая к себе с такой силой, что тот крякнул под давлением, но, опомнившись, обнял Фушигуро в ответ; вжимая его в своё тело и не сдерживая слёз радости и облегчения. — Юджи…       Итадори смотрел на своего учителя, устроив подбородок на плече вцепившегося в него Фушигуро. Годжо ласково улыбался, глядя на сцену, развернувшуюся перед ним. Он прекрасно понимал Мегуми — сам испытал леденящие душу ужас и ярость, растёкшиеся по всему его телу, когда увидел тело Юджи там, в морге их техникума. Хоть он и не верил до конца в смерть ученика — всё же, вряд ли Сукуна бы так просто потерял свой сосуд — но иррациональный страх за жизнь Итадори возымел верх над его существом.       Фушигуро немного отстранился от напарника, оглядывая того с головы до ног, убеждаясь в том, что Юджи в полном порядке. В глубине синих глаз всё ещё плескалось беспокойство, но парень заметно расслабился, глубоко вдыхая и замечая, как Итадори украдкой смотрит на их сенсея. Коварно усмехнувшись, он поменялся местами с Юджи — теперь последний находился спиной к Сатору, ошалело глядя на Мегуми. Парень дёрнулся было из крепкой хватки, но тут же расслабился, уверенный в том, что Фушигуро не причинит ему вреда.       Взгляд Мегуми наполнился огнём, когда он наклонился к столь желанным губам напротив его собственных. Лёгкое прикосновение разожгло пожар внутри обоих, заставляя Юджи вплести пальцы в жёсткие волосы Фушигуро, судорожно выдыхая обжигающий воздух из лёгких, приоткрывая губы и чувствуя, как юркий язык осторожно коснулся его губ в немой просьбе. Подавшись вперёд, он обхватил губами язык Мегуми, посасывая его и приглашающе открывая рот шире. Тот не заставил его долго ждать, врываясь в жаркую глубину, сплетая языки вместе, задыхаясь от волн возбуждения, прокатывающихся по всему телу. Устроив руки на талии Юджи, он открыл глаза и чуть скосил их в сторону, чувствуя на себе пристальный взгляд глаз, скрытых под маской. На лице сенсея застыла усмешка, он, не отрываясь, жадно впитывал происходящее, наверняка изучая реакцию Итадори. Оторвавшись от припухших из-за поцелуев губ Юджи, Мегуми толкнул парня прямо в объятия Годжо. Не ожидавший этого Юджи впечатался спиной в своего учителя, но тут же был подхвачен сильными руками, а спереди к нему снова прижался Фушигуро, вдавливая парня в Сатору, задирая длинными пальцами его подбородок и целуя шею, выбивая этими действиями слабый стон Юджи, что выгнулся навстречу, задницей прижимаясь к паху учителя, совсем не замечая этого.       Сатору провёл руками по груди Итадори, приподнимая футболку, касаясь самыми кончиками пальцев обнажённой кожи и пуская тем самым электрические разряды по всему телу парня. Будучи зажатым между двумя горячими телами, Юджи испытывал невероятное чувство защищённости и возбуждения; заведя руку за шею, он вплёл пальцы в светлые волосы сенсея, прижимая того ближе к себе, задирая голову и невесомо целуя острый подбородок. Тот в нетерпении потянул футболку парня вверх, снимая её со столь желанного тела и отшвыривая ненужную сейчас вещь в сторону. Мегуми припал поцелуями к обнажённым ключицам, покусывая и тут же зализывая кожу, оставляя метки принадлежности на крепком теле. Годжо целовал шею; пальцами пересчитал рёбра Юджи, заставляя того коротко хихикнуть из-за щекочущих ощущений, но смех быстро перетёк в громкий стон наслаждения, когда учитель потёр пальцами его напрягшиеся соски, а Фушигуро опустился ещё ниже и взял один в рот, посасывая и резко прикусывая, тут же зализывая место укуса.       У Юджи кружилась голова от столь острых ощущений, от запаха кожи Мегуми и Сатору, от опьяняющего чувства возбуждения и лёгкого адреналина. Он выгибался в сильных руках, проводя ладонями по груди Фушигуро, подныривая под его форму и подаваясь вперёд, ловя губы напротив. Прикусив нижнюю губу напарника, Итадори отодвинул ворот в сторону и перешёл поцелуями на бледную шею, расцвечивая её засосами, что завтра будут насыщенного фиолетового цвета, получая в награду тихий стон, слетевший с губ Мегуми.       Юджи схватил обоих за рукава и потянул к дивану. Сатору хмыкнул и снял с себя кофту, та же участь постигла свободную футболку. Румянец украсил щёки и уши Юджи, пока он жадно оглядывал тело своего учителя. Годжо в нетерпении не без помощи магии расширил диван, опрокидывая на него парня и наконец снимая повязку с глаз. Ресницы дрогнули и прозрачные небеса распахнулись, впитывая, выжигая на сетчатке образ распалённого Юджи, что зачарованно глядел в голубые омуты напротив. Очнувшись, Сатору притянул к себе Мегуми, за шею наклоняя того ближе к себе, расстёгивая пуговицы на форме своего ученика. Фушигуро, не заморачиваясь, полностью содрал с себя одежду, забираясь на диван, оглаживая плечи Итадори.       — Юджи. — Бархатный шёпот растёкся по подвалу. — Ты доверяешь нам? — Годжо внимательно вглядывался в глаза своего ученика, силясь найти в их глубине страх или нежелание, но видел только похоть, приправленную нежностью и… любовью?       — Как никому другому, сенсей. — Горячий выдох в пространство — и громкий стон наслаждения уже оглашает комнатку. Сатору наклоняется и целует живот лежащего под ним парня, кончики пальцев проникают под кромку штанов, дразня нежную кожу невесомыми поглаживаниями. Мегуми вновь увлёкся шеей Итадори, оставляя влажные следы, выдыхая горячий воздух прямо в ушко Юджи, заставляя того задрожать и хрипло вдохнуть от наслаждения. Годжо и Фушигуро действовали как единый организм, так умопомрачительно лаская распластанное тело, что у Юджи взрывались звёзды перед глазами; он смотрел на своих любовников, но не видел ничего из-за пелены возбуждения. Мир словно померк для него в это мгновение, даже Сукуна затих, не пытаясь вмешаться в происходящее, отчего Юджи был ему несколько благодарен.       Длинные пальцы с нажимом провели по животу Итадори, уцепились за край штанов и потянули вниз, стаскивая их вместе с нижним бельём с парня и заставляя того зажмуриться в волнении и предвкушении.       — Открой глаза, Юджи, я хочу видеть в них своё отражение. — Сатору вёл раскрытыми ладонями от голеней к бедрам парня, намеренно касаясь так легко, словно пером щекотал. Итадори поспешил выполнить просьбу, распахивая глаза и попадая в плен синих омутов Мегуми, склонившегося над ним. Он протянул руку и зарылся в чёрные волосы, наклоняя Фушигуро ниже и трепетно целуя щёки, подбородок и губы, чувствуя, как его учитель завозился, снимая и с себя остатки одежды. Сатору нахмурился и исчез, чтобы через пару секунд снова появиться на прежнем месте, но уже с небольшой бутылочкой масла для массажа в руках. Его ученики в шоке вытаращили глаза, а сам мужчина беззаботно улыбнулся им:       — Не думал же ты, Ю-ю-юджи, что мы сделаем это насухую? — игриво подмигнул Сатору, откручивая крышку и вдыхая аромат персикового масла, невольно облизываясь, выглядя настолько сексуально, что рот Итадори наполнился слюной от желания немедленно впиться в губы сенсея и зацеловать того до беспамятства.       Годжо наклонился и провёл носом по внутренней стороне бедра, заставляя Юджи задрожать и вцепиться руками в предплечья Мегуми, что внимательно наблюдал за действиями Сатору, не забывая поглаживать грудь напарника, надавливать на возбуждённые соски и изредка прокручивать их в пальцах. Лизнув выступающую тазовую косточку, мужчина тут же вцепился в неё зубами, с удовольствием отмечая молниеносную реакцию Юджи — того подбросило на диване, громкий стон вырвался из его рта, а распахнутые глаза ошеломлённо уставились в потолок. Мегуми тихо рыкнул — и уже его зубы оставили свой след на шее Итадори. Тот выгнулся, пытаясь подставиться сразу обоим, протянул дрожащие руки к Сатору, то ли в попытке оттолкнуть, то ли, наоборот, вжать в себя, слиться с ним в единое целое. Годжо подул на налитую головку члена Юджи, кончиком языка слизывая выступивший предэякулят, чувствуя пальцы, вцепившиеся в его волосы и пытающиеся прижать его голову теснее к дрожащим бёдрам. Вылив всё же масло на пальцы, Сатору пока отставил флакончик в сторону, поднося их к дырочке Итадори и мельком глядя на Мегуми, что по одному только взгляду всё понял, обхватил пальцами подбородок Юджи, задрал ему голову и впился страстным поцелуем в его губы. Учитель осторожно надавил скользкими от масла пальцами на сжимающуюся звёздочку, проталкивая внутрь один палец полностью, втягивая в рот горячую головку, отвлекая парня от немного неприятных ощущений. Итадори поначалу напрягся, но сразу же расслабился, с упоением отвечая на поцелуй Фушигуро, обмякая в сильных руках и подаваясь навстречу Сатору.       Годжо помассировал тугие стеночки, надавливая на них изнутри, и добавил второй палец, одновременно заглатывая член Юджи до конца, начиная ритмично двигать головой и пальцами, не отрывая взгляда от лица парня, что оторвался от Мегуми, запрокинув голову и выгнувшись на постели. Фушигуро успокаивающе провёл ладонями по груди Юджи, лаская соски, потирая их. Он склонился над ним и втянул один в рот, весьма ощутимо прикусывая, касаясь стоящим членом шеи Итадори, что от этого касания вздрогнул, но не успел как следует среагировать. По его телу словно прошелся разряд тока, он вскинулся и застонал, принимаясь метаться на диване, пока Сатору с дьявольской улыбкой на лице продолжал стимулировать его простату, потирая ту длинными пальцами. Юджи задыхался, слюна стекала тоненькой струйкой из его рта по подбородку, пока он лепетал нечто бессвязное, подаваясь навстречу ласкающим пальцам, не заметив даже, как уже три свободно входили в его тело.       — Малыш, давай-ка сменим расположение. — Сатору легко перевернул Юджи на живот, подталкивая его, заставляя принять коленно-локтевую позу. Юджи ошарашенно хлопал ресницами, глядя снизу вверх на Фушигуро, что тоже выглядел весьма ошеломлённым. — Юджи-и-и, сделай приятно Мегуми, будь хорошим мальчиком.       Сатору ввинтил сразу три пальца в расслабленное тело Итадори, что вскрикнул от неожиданности и неосознанно попытался уйти от проникновения, вжимаясь лицом в колени Фушигуро. Но тут же поднял голову, сверкая глазами, выглядя невероятно уверенным и сосредоточенным. Оттолкнув напарника чуть назад, он задрал голову и, неотрывно глядя в тёмные глаза напротив, провёл языком по всей длине члена Мегуми. Тот хрипло выдохнул, вплёл пальцы в короткие волосы, массируя затылок и успокаивающе поглаживая кожу головы. Юджи сомкнул губы на налитой головке, проводя языком по уретре, чувствуя непривычный привкус на языке, распаляясь ещё больше от мускусного запаха. Сатору потянулся за маслом, вылил почти весь флакончик на свой член, и, размазав его по всей длине, подставил головку к судорожно сжимающемуся растянутому входу. Проведя ладонями по мокрой спине Юджи, он толкнулся вперёд, пока головка не оказалась обхвачена тугими мышцами, наклонился, ведя языком по позвоночнику парня под ним и вошёл наполовину, чувствуя, как сильно Юджи сжал его изнутри.       Итадори зажмурился, сильнее сжимая губы на члене Мегуми, пропуская тот глубже в горло; слёзы выступили на его ресницах, пока он пытался расслабиться. Фушигуро ласково оглаживал шею и щёки Юджи; Годжо прижался грудью к спине парня, успокаивающе целуя в шею, попутно лизнув пальцы Мегуми, что вздрогнул от ощущения горячего влажного языка, но тут же сам погрузил их глубже в рот своего учителя. Итадори полностью расслабился, вслушиваясь в хриплое дыхание Фушигуро и причмокивающие звуки над своим ухом. Сатору почувствовал, как расслабились мышцы, сдерживающие его член, и вошёл до упора, касаясь бёдрами ягодиц Юджи, выпуская длинные пальцы Мегуми изо рта и выпрямляясь, жадно осматривая Юджи. Фушигуро мокрыми пальцами провёл по щеке Итадори, подаваясь бёдрами назад и тут же плавно погружая член ещё глубже в бархатную глубину рта. Сатору сжал крепкие бёдра пальцами, вышел так, чтобы внутри осталась одна головка, и снова погрузился в горячее нутро. А затем сорвался на быстрый темп.       Юджи выгибался, пытаясь то ли насадиться сильнее на член, так восхитительно растягивающий его дырочку, то ли заглотить глубже орган Мегуми, что превращал его стоны в глухое мычание, что волнами вибрации прокатывалось по члену во рту, заставляя Фушигуро вздрагивать и крепче вцепляться пальцами в волосы Итадори. Наполненный с двух сторон, Юджи чувствовал себя невероятно цельным и живым, пока упоённо отдавался своим самым любимым созданиям. Фушигуро зарычал не хуже своей гончей, двигаясь быстрее во влажной глубине, закрывая глаза и кончая в рот своего напарника, что от неожиданности поперхнулся, но проглотил всё, чем наполнил его Мегуми. Фушигуро отстранился, склоняясь над парнем и целуя его припухшие губы, скользя языком внутрь, чувствуя вкус собственного семени. Годжо обхватил пальцами напряжённый член Юджи, двигая рукой по нему в такт своим толчкам, ощущая, насколько он близок к краю — а ведь не прошло и десяти минут их соития! Эти мальчишки превращают его в несдержанного подростка. Сатору замедлился, заворожённо наблюдая за тем, как его член скользит в растянутую дырочку, наполняя Юджи, как тот выгибает спину, насаживаясь до конца, до звучного шлепка кожи о кожу — и кончает, пронзительно застонав и невероятно умопомрачительно сжимая Сатору изнутри, отчего тот эхом откликнулся на стон Юджи, резко подаваясь назад и вперёд, за пару движений доводя и себя до оргазма, падая сверху на Итадори, сгребая его в объятия и перекатываясь на бок, так, чтобы Мегуми тоже мог лечь рядом с Юджи.       Они пытались отдышаться после случившегося; Юджи уткнулся носом в грудь Фушигуро, что ласково перебирал пальцами его волосы, наклоняясь и целуя кончики прядей. Сатору обхватил руками его и Мегуми, притираясь к спине Юджи, прикрывая глаза и сыто урча. Итадори хихикнул, услышав звуки, которые издавал его сенсей и зевнул, тоже закрывая глаза и полностью расслабляясь, чувствуя, как их сверху накрывает легким пледом, наверняка созданным Сатору. Казалось, эту идиллию невозможно нарушить, как…       — Чёрт возьми, я же опоздал на тренировку с сэмпаями! — Мегуми дёрнулся, сев на диване, чуть не свалившись с края — только сильная рука Годжо не позволила этому произойти. Юджи сонно завозился, притягивая Фушигуро обратно и кладя голову на его грудь, обнимая и прижимаясь всем телом к нему.       — Скажешь, что уезжал со мной по делам, — лениво пробурчал Сатору, возясь под одеялом, прижимая Юджи к себе и умиротворённо вздыхая. — Спи давай.       Мегуми закатил глаза, но всё же успокоился и тоже прикрыл глаза, наслаждаясь теплом Итадори и мирным дыханием почти спящих Юджи и Сатору. В данный момент он не смог бы их покинуть даже под страхом смерти.