Abyss

      Они встретились случайно.       Это был первый день лагеря. Его переселили в корпус, где прописали Сайхару. Его — мальчика с вьющимися фиолетовыми волосами и в разных носках. Он приковывал взгляды из-за внешности и буйного характера. И для Шуичи он в скором времени стал особенным.       Кокичи Ома стал для него особенным.       В какой момент это произошло, Шуичи уже не помнит. Просто с ним было весело. Лёжа на своей маленькой кровати, он вспомнил, как они сбегали со скучного мероприятия, искали спирт по другим корпусам или бродили бесцельно по опустевшим дорожкам лагеря вечером. Он помнит, как в спящем корпусе они танцевали в узких коридорах, тогда Шуичи был искренне счастлив.       Кокичи тоже незаметно для себя полюбил его. Они были разными настолько, что это манило. В какой-то момент он даже начал думать, что не достоин такого, как Шуичи: слишком дотошного, порядочного и невероятно красивого.       Но вот прощальный костёр. Искры от него летят во все стороны. Ребята разного возраста сидят на земле, заворожённые зрелищем.       Поцелуй по инициативе Шуичи, медленный, неловкий, по-детски невинный и при этом столько значащий для обоих парней.       Да, так это началось. Началась история влюблённости, что колебалась от ненависти до любви.       Именно Кокичи проколол ему ухо, именно Кокичи покрасил ему впервые ногти, именно Кокичи дал ему первую сигарету. Это было невероятно — ощущать себя другим человеком. Возможно, этого Шуичи всегда и хотел. Это было его нутро, которое он всегда прятал от чужих глаз. Но с Омой он стал настоящим. А Ома с ним? «Я люблю тебя (⁠◕⁠દ⁠◕⁠)».

«Я тебя тоже».

      Столь пустые слова уже через несколько месяцев начали надоедать. Шуичи ненавидел это. «Я люблю тебя» звучало слишком часто в переписке, что уже казалось лживым. Но, может, они пытались сами себя убедить, что любят друг друга? Любовь ли это?       — Хочешь, стащу его для тебя? Ни-ши-ши, — говорил Кокичи про искусственный цветок в кафе.       — Ага, давай... — собирая свою сумку, невзначай бросил Шуичи.       Так и случилось. Вот они уже выбегают с украденным из старого кафе горшком и бегут по улице. Адреналин бьёт в голову, ветер развивает волосы, и ты бежишь рука об руку со своим возлюбленным.       В такие моменты Шуичи забывал о проблемах. Он забывал, как плакал ночью из-за очередного конфликта. Ему было весело, так как в этот момент всё было хорошо. Это было настоящее счастье.       Из раза в раз они раскачивали эти эмоциональные качели. Основная проблема заключалась в том, что мальчики жили в разных концах города друг от друга. Они не могли случайно встретиться. У каждого был свой забитый график, от этого именно Шуичи чувствовал себя одиноко. Он любил переписываться и говорить по телефону, но Кокичи был исключительно за живое общение. Это раздражало.       Кокичи Ома не был одиноким. У него много знакомых и друзей. Он постоянно влипал во всевозможные ситуации. Зачем ему был нужен Шуичи? Был ли он с ним настоящим? Сайхара не знал ответов. Он не хотел их знать.       Перед Новым годом они разорвали отношения. Они выгорели из-за недостатков друг друга, причиняя боль себе же.

«Я хочу видеться чаще, чем раз в две недели или даже меньше».

«Так я тоже этого хочу!» «Но, видишь ли, по-другому у меня не получается, милый((». «Есть дела и люди, с которыми мне надо встретиться в ближайшее время (⁠╥⁠﹏⁠╥⁠)».

«То есть у тебя нет времени на меня?» «Ты себя-то слышишь?»

      Это было глупо. Они выясняли отношения, как малые дети. Каждый был упрям и хотел что-то доказать другому.       Слишком много лжи, непостоянства и глупых споров. Это отнимало слишком много времени и сил.       Конец.       Конец, думали все, но нет.       Сайхара случайно перепутал чат и написал ответ на какой-то вопрос. Одно-единственное слово стало продолжением его болезни под названием «Кокичи Ома».       Череда разговоров о больных темах. Это мучительно больно осознавать, что твой партнёр — безответственный придурок. Больно, когда тебя игнорируют часами. Шуичи было больно.       «Отношения — это тяжёлая работа, но всё будет хорошо», — думал Сайхара, когда смотрел на улыбающегося перед ним мальчика с неуложенными фиолетовыми волосами, которые развевались на ветру.       Бывало и такое, что при мысли о Кокичи у него появлялось ощущение отвращения. Но он же любил его. «Блять, всё. Я так не могу». «Я люблю тебя. Но, блять, я не люблю долгие переписки и не люблю их в принципе!» «В общем, я моральный урод ^⁠_⁠^». «Я настолько перешагиваю через себя, что мне аж тошно от этого. И не говорю тебе об этом, чтобы не обижать». «Насчёт того, что мы не видимся... У меня очень плотный график, я хочу увидеться со всеми!» «Я не хочу начинать ссору и этот разговор. Постоянно ухожу от него, потому что не хочу портить отношения». «И я не хочу делать тебе больно, но это неизбежно».       Опять тот же монолог. Как же Шуичи устал. Эти отношения приносят ему боль, но он так привязан к ним. Глаза слипаются. Он выключает телефон. Однако по щеке бежит слеза. Сайхара понимает, к чему клонит Ома...

«К чему ты клонишь всё это?»

      Незримая надежда. Почему он не хочет, чтобы его страдания кончились?

«Наши отношения всегда ведут к пропасти».

      Запах скошенной травы. Уже почти год, как они находятся в отношениях. Лёжа у реки и перебирая чужие волосы, Шуичи не хочет думать, зачем они встретились. Всё как раньше: спокойно. Он не хочет рушить столь прекрасную тишину, но это делает человек рядом:       — Нам надо расстаться, — на лице, прикрытом фиолетовой чёлкой, появляется грустная улыбка.       — Нам надо расстаться...