Пикник

— Это так глупо. — Нет-нет. — Лололошка, пытаясь сдержать смех, берёт руки Люциуса в свои. — Мне нравится. Даже если.. Он смотрит на милую, плетённую корзиночку. Точнее на то, что от неё осталось. Она вся покрыта фиолетовым соком, капающим из каждой щели на зелёную траву. Вся еда, что лежала в ней, была испорчена, хоть и небольшим, но сильным взрывом бомба-ягоды, не попавшей на них лишь по счастливой случайности. Люциус прятал лицо в воротник, слишком смущённый для того, чтобы посмотреть на Лололошку. А всё из-за Воланда, что придумал отличную идею: положить в их обед для пикника взрывчатые ягоды, тем самым испортив сюрприз. Лололошка и Люциус вступили в отношения совсем недавно, и последний решил устроить для них небольшое свидание посреди чудесной природы Даливарики. Он выбрал, по своему мнению, самое красивое место во всём мире. Поляна на возвышенности посреди леса, граничащая с большой рекой, течение которой бурлило с огромной силой. В ней нельзя было безопасно плавать, но приятная атмосфера и землистый запах чудесно дополняли вид. Люциус долгое время искал это место, пролетая кругами недалеко от дома, но как только нашёл — был безмерно рад. На подготовку времени ушло не долго, нужно было лишь прогнать надоедливых животных и привести поляну в более подобающий вид. Взгляд Лололошки, когда они, спустя недолгое путешествие сквозь ветки и листья, пришли, заставил сердце подскочить к горлу. Он был так счастлив и наполнен энтузиазмом, что это мигом успокоило любое волнение Люциуса, разгоняя тучи в его голове. Они присели на плед, любезно постеленный ранее и принялись распаковывать корзину с заранее подготовленной едой. Но, конечно, всё должно было пойти не так. Люциус никак не мог ожидать, что Воланд захочет испортить их маленькое свидание своими ужасными шутками, которые порядком надоели ему после общения с приятным Лололошкой. Он иногда подхватывал игривое настроение друга, но такие ситуации, как эта, напрочь портили все представления о компетентности Воланда. Не стоило ему давать менять меню обеда под предлогом помощи. — Ну, Люци, мне правда очень нравится. Не волнуйся по поводу еды. — Лололошка кладёт руку на холодную щёку, не впервые удивляясь такому контрасту между полубогом огня и его холодного, как лёд, тела, и нежно улыбается. — У меня всё ещё есть ты и это прекрасное место. Еда не испортит моей радости. Прикосновение к коже ощущается мазью на раны. Люциус и не понимает, почему так бурно реагирует. После того, как Лололошка появился в его жизни всё наполнилось такими красками, которых до этого будто и не существовало. Он открыл для себя новые эмоции и ощущения. Но самая сильная эмоция была любовью. Бесконечная любовь к человеку, сидящему сейчас напротив. Люциус жалел о том, как пренебрежительно относился по началу к этому парню. Сейчас же, готовый открыть своё сердце Лололошке, он осознал, что в этом мире всё же есть за что бороться и чего желать. Ему показали что значит уважать других и любить их. Лололошка также был до безумия красив. Люциус не раз ловил себя на разглядывании красивых черт лица. Каждая ямочка и складочка так восхитительно дополняли друг друга, создавая настоящее произведение искусства. Кудри тёмных волос то и дело лезли в разные стороны и когда желание пересиливало волю, Люциус запускал руки в них и наслаждался мягкостью. Лололошка всегда на эти жесты дарил улыбку, сила которой могла поспорить с самым могущественным существом в мире. Иначе как объяснить, что этот простой изгиб губ заставлял сердце биться с сумасшедшей скоростью? Люциус прижимается ближе к прикосновению, постепенно успокаиваясь в руках любимого человека. Лололошка наклоняется ближе, сокращая итак небольшое расстояние между ними, и оставляет целомудренный поцелуй на розовых губах. Он не настаивает, позволяя отстранится при желании и соблюдает все границы, выставленные полубогом от людей. Конечно, Люциус больше не тот колючий кактус, что был в первое время их знакомства. Теперь он скорее был красивой красной лилией, наполненной страстью и любовью. Но они пока только строили фундамент своих отношений, прощупывая почву и иногда натыкаясь на острые камни. Поэтому спешить не было смысла. Любовь приходит со временем. Ощущение губ с привкусом сладкой карамели заставляет Люциуса распахнуть глаза. Их лица близки к друг другу и он может разглядеть каждую пушистую ресничку на веках Лололошки и как они красиво дрожат от моргания. Его зрачки расширены, показывая комфорт, что он ощущает, а от радужки небесного цвета осталось лишь небольшое кольцо. Люциус хватает губы, что уже отстраняются, и тянет Лололошку в нежный поцелуй. Они делятся через него всей своей привязанностью, не желая переходить во что-то большее, чем простое проявление любви. Это чувство в очередной раз вызывает метафорические бабочки в животе у Люциуса. Каждый поцелуй с Лололошкой ощущается как первый и он думает, что даже через тысячелетия тело возлюбленного будет вызывать такой же огромный спектр эмоций. Он кладёт руку на колено Лололошки, слегка царапая чёрными ногтями белую ткань. Тепло его тела всегда будет сильнее любого адского огня. Оно горит, но не оставляет ожогов, лишь приятное покалывание. Через пару минут они отстраняются друг от друга, Люциус видит как губы Лололошки слегка покраснели от поцелуя и блестят на солнце, а щёки покрылись красивым румянцем. Хочется расцеловать каждый сантиметр кожи, но вместо этого он прижимает партнёра ближе к себе и лбом упирается в его плечо. — Спасибо тебе большое, Люциус. Это много для меня значит. Он никак не отвечает на это, лишь подарив короткий кивок, оставляет между ними комфортную тишину. Перебивается она лишь журчанием воды и шелестом листвы на ветре. Пусть обед и испорчен, но их любовь друг к другу никогда не будет испорчена.