Хлеб

      — Что ты делаешь?       Ричард сел на кровать, где лежал Гэвин. Рядом с Ридом на тумбочке стояла из вредности нетронутая тарелка супа, а сам он, укутанный в свитер, шарф и плед, как-то странно вертел в руках хлебный мякиш. Рид был сильно простужен. Поэтому же рядом с ним лежало несколько смятых и несколько чистых носовых платков, а также целая гора лекарств.       — Я леплю из хлеба шахматные фигуры. — Сказал Гэвин явно обиженным, показушно невозмутимым тоном. — В общем, делаю то же, что и все заключенные в тюрьмах.       — Гэвин, ты не в тюрьме, ты на больничном. — Нахмурился Ричард, забирая из рук Гэвина кривоватую лошадиную морду и стряхивая с кровати крошки.       — Но я здесь против своей воли! И верни мне моего коня. Немедленно.       — Не верну. — Отказал Ричард, прикладывая руку ко лбу Гэвина.       — Нет, вы посмотрите на этих андроидов! — Гэвин активно замотал головой, не позволяя Ричарду использовать датчики температуры. — Себе, значит, свободу выбили, а теперь людей насильно удерживают! Последний кусок хлеба отбирают!       — Гэвин. — Ричард сдержал смех и остановил вертящееся лицо партнера. — Голова не болит так трясти?       — Пиздец как, ты бы знал. Но оно того стоит! Это война за свободу! — Погромче сказал он, тут же закашливаясь.       — Гэвин, пожалуйста. У тебя температура 38°… Ты как некрепкий бренди.       — Вообще-то. Для тебя я всегда, как алкоголь, потому что я тебя всегда пьяню. Пьяняю. Опьяняю.       На этот раз короткий смешок Ричард сдержать не смог.       — С этим я и не спорю. Ложись, пожалуйста… — Он помог ему сползти ниже, по пути оставляя поцелуй на лбу. — Пожалуйста, побудь пару дней в постели. Мир не рухнет, если Гэвин Рид одну недельку отдохнет.       — А вдруг именно сегодня появится дело, которое смогу раскрыть только я, но через неделю будет уже поздно, кто-то убьет президента Уоррен, начнется ядерная война и мир действительно рухнет?       — Гэвин, все, что я знаю — что рухнет мой мир, если ты решишь помереть от осложнений. Так что, пожалуйста, поправься, а потом уже возвращайся к работе. Если случится что-то, что тебе действительно нужно будет знать, я тебе скажу. Обещаю.       Гэвин тяжело вздохнул, смотря на Ричарда и явно пересиливая себя.       — Ладно. Уговорил. Но ты мне будешь должен.       — За то, что я убеждаю тебя лечиться?       — За то, что я согласился. Так и быть. Но хлеб все равно верни, я еще не долепил.