Умиротворение

      Мегуми нежно любит укромный уголок на заднем дворе их техникума. Скрытый густой листвой древних деревьев, он насквозь пронизан уединением и спокойствием, коих так не хватает душе Фушигуро. Мегуми может не появляться здесь неделями, но когда приходит — подолгу лежит на земле в тени раскидистых деревьев, погружая кончики пальцев в яркую из-за недостатка солнца траву. Это место его якорь, его спасение от тесного мира, грязного города, бездушных людей. Мегуми ревностно охранял тайную полянку — до появления Итадори Юджи в его жизни.       Этот яркий подросток, кажется, целиком состоит из солнца и любви ко всему живому: даже демона, поселившегося в его теле, Итадори пытается разговорить, задорно вещая тому последние события, произошедшие в Токио. Сукуна зло рычит, проявившись на левой щеке парня, посылает Итадори на пару с Фушигуро в далёкое пешее путешествие и снова скрывается внутри своего носителя. Юджи улыбается, переводя взгляд янтарных глаз на Фушигуро — у последнего сердце гулко колотится в груди и ладони потеют. Разве это законно — смотреть таким взглядом? Мегуми чудится, что эти глаза видят все потаённые уголки его души, знают о тщательно скрываемых ото всех чувствах. Фушигуро опускает взгляд вниз, на землю, пока Юджи, идущий рядом с ним, продолжает так же быстро говорить, увлечённо рассказывая о просмотренном вчера фильме. Мегуми представляет, насколько правильно Юджи будет смотреться на той поляне — и решается, резко останавливаясь на месте и осторожно, но крепко хватая Итадори за локоть. Юджи тут же оборачивается, вопросительно поднимая брови, но Фушигуро молчит, только чуть кивает головой в сторону и ведёт за собой парня, не без разочарования отпустив его руку.       Юджи не задаёт вопросов, только сверлит пристальным взглядом спину Мегуми, гадая, что же взбрело в черноволосую голову напарника. Покорно следует за ним по узким тропинкам заднего двора техникума, нагоняя Фушигуро, оглядываясь по сторонам и подмечая про себя, что ни разу не забредал сюда. Здесь тихо, только щебечут птицы высоко в кронах деревьев да ветерок лёгким прикосновением ерошит волосы, перебирает тёмные пряди, и Юджи зачарованно смотрит, как открывается высокий лоб Мегуми, как красиво ниспадающие волосы оформляют бледное лицо. Они идут рядом, совсем близко друг к другу, и им так спокойно и уютно вместе, так восхитительно правильно. Фушигуро резко сворачивает с дорожки, пролезая под ветвями, что низко склонились к земле, скрывая его уголок от любопытных взглядов; Юджи не медля следует за ним.       Мегуми пересекает поляну, приземляясь в тень под своим излюбленным деревом — Юджи застывает на месте, потрясённо оглядываясь. Полянка совсем небольшая, Юджи спокойно мог бы перепрыгнуть её, хорошенько разбежавшись; её окружают мощные деревья, почти закрывающие солнечные лучи, что упорно пытаются проникнуть внутрь, но раз за разом терпят поражение в вечном противостоянии. Тут спокойно и уютно, Мегуми идеально вписывается в представшую перед Юджи картину, действительно находясь на своём месте. Довольно высокая трава щекочет голые лодыжки парня, когда он медленно идёт к Мегуми, не отрывая взгляда от синих-синих глаз, что цепко удерживают янтарные, не позволяя отвести взор. А Юджи и не хочет отворачиваться, он глядит доверчиво и влюблённо, бесстрашно раскрывая душу перед другом. Мегуми видит всю лавину чувств и эмоций, плескающуюся в медовых глазах, выдающую своего хозяина с головой, тонет в ней — и чувствует, как задыхается от собственных вырвавшихся из-под контроля ощущений.       Фушигуро откидывается назад, ложась на землю, утопая в траве, а Юджи склоняется над ним, медленно расставляя руки по бокам от головы Мегуми, всё также не отрывая проникновенного взгляда от его глаз, словно если он на секунду отведёт их или же моргнёт, произойдёт что-то ужасное. Проходит несколько безмолвных секунд, прежде чем Мегуми решается заговорить:       — Это место всегда было и будет для меня… домом? Да, назвать его так будет как нельзя правильно. Раньше я проводил здесь довольно много времени, но с возрастом появилось великое множество дел, и у меня не всегда получается выбраться на эту поляну. Но если прихожу — часами размышляю над всем, что происходит в моей жизни и в этом мире. — Юджи внимательно слушает, всё так же не отводя взгляда от по-настоящему искренних сейчас синих глаз. — Это место словно часть меня, и я словно являюсь его продолжением. Никогда и никому я не показывал её — никому до тебя, Юджи. — Имя легко и приятно слетает с его губ, и Юджи вздрагивает; он чувствует обжигающее тепло и пьянящую нежность каждой клеточкой собственного тела.       Итадори полностью склоняется над Фушигуро, обнимая, ластясь всем своим существом к лежащему на земле парню. Мегуми аккуратно вплетает пальцы в короткие розоватые волосы на затылке Юджи и утыкается носом в подставленную тёплую шею, облегчённо прикрывая глаза. Мегуми думал, что его сердце выпрыгнет из груди, когда он откроет душу перед Юджи, но оно бьётся спокойно и уверенно, непоколебимо и сильно, переполненное прекрасными чувствами, что наконец нашли выход.       Юджи приподнимается и в нетерпении накрывает его губы своими — касание лёгкое, как крыло бабочки, махнувшее и тотчас исчезнувшее. Мегуми этого мало, он тянется вверх, словно крошечный росточек дуба к яркому солнцу, прикрывает глаза и нежно целует пухлые губы любимого. Зажимает верхнюю губу между своими, тянет на себя — чувствует ласковую улыбку напротив и влажный язык на своих собственных губах. Приоткрывает рот и робко отвечает на поцелуй — опыта у них обоих нет абсолютно, они сталкиваются языками и зубами, улыбаются, отстраняясь только для того, чтобы заглянуть друг другу в глаза, и снова целуются, упоённо и уже более уверенно.       Если кто-нибудь спросит у Мегуми, что держит его на плаву и не даёт сорваться в пучину отчаяния и плотных теней, он, не раздумывая, ответит — Итадори Юджи, безмятежно сопящий в его объятиях на крошечной полянке заднего двора их техникума.