Взаимная выгода

Когда Сынмин очнулся, он впервую очень попытался встать, то почувствовал, что что-то сковывает его движения. Из-за того, что он только пришел в себя мозг работал плохо и Сынмин вообще не понимал где находится. Обрывки воспоминаний не хотели показывать целую картину происходящего. Единственное, что он помнил было сообщение от Хёнджина с просьбой встретиться в кафе, Сынмин оделся, вышел из дома, а дальше ничего. Пустота.   — Ты понимаешь чем это нам сулит?! — услышал злобный женский голос  Сынмин. — Ты похитил и накачал снотворным человека! И не просто, а из семейства Ким! Что если его родители хватятся его? Что ты тогда собираешься делать?   — Его родители считают, что их драгоценный сыночек у одного из своих никчемных друзей, а когда его начнут искать мы уже будем в другом городе. — сказал Кёнмин.    — А дальше? Ты не можешь вечно быть в бегах и держать его без сознания. — сказала женщина.   — Я и не буду. Он меня полюбит, как и я его.   — Ты с ума сошел?! Ты думаешь он действительно полюбит тебя? Ахахаха, где ты и где он? Вы не с одного поля ягоды. Ты в сравнении с ним… — договорить женщина не смогла. Сынмин услышал глухой удар, будто что-то тяжелое упалo на пол.   — Ты никогда в меня не верила. Никто в меня не верил. Кроме него. Если не со мной, то он не будет ни с кем. — после этого послышался ещё один удар и вскрик женщины. «Что? Меня похитили? Кёнмин? Но как такое возможно?» — не мог понять Сынмин. Обрывки воспоминаний мелькали один за другим. Кроме последних событий Кёнмин всегда был добрым и чутким. Да, вспыльчивый, но не плохой. Этот образ человека никогда не мог никого похитить. Такое просто немыслимо! Сынмин отказывался понимать это. Из мыслей его вырвали приближающиеся шаги. Сынмин закрыл глаза, притворившись без сознания. — Ещё не проснулся. Это хорошо. Вечером мы с тобой уедем из Сеула, а дальше из страны. Все эти два месяца я активно работал на маму и заработал хороших денег.  — Кёнмин гладил щёку Сынмина. Ким еле сдерживал себя, чтобы не отпрянуть от него.  После того, как Кёнмин ушел, Сынмин снова открыл глаза, пытаясь понять где он находится. Сынмин бывал уже в гостях у Кёнмина и понял, что это комната Пака. «Сначала нужно освободить руки и сбежать!» — думал Сынмин, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь острое. Благодаря открытым шторам можно было увидеть, что уже утро. Так как он лежал на полу напротив кровати, то увидел что-то блестящее под ней. Он начал перекатываться в ту сторону. Под кроватью он схватил ножницы. «Не, всё таки Чонин был прав, Кёнмин реально походу проблемы с кукухой имеет!» — думал Сынмин, пока пытался порезать веревку. «Ай! Я эти ножницы ему в глаз воткну» — подумал Сынмин, когда случайно порезался. Когда он закончил освобождать руки, он услышал шаги, Сынмин с помощью рук быстро освободил ноги. Он еле как встал и пошел открывать форточку окна. Дом у Кёнмина был одноэтажный и не в самом благополучном районе. К счастью, москитной сетки у него на окне не было и Сынмин успел быстро выскользнуть оттуда. Сынмин быстро бежал в сторону своей улицы. Он часто приходил к Кёнмину в гости и мог даже с закрытыми глазами найти дорогу домой.   — Сынмин! — услышал как Кёнмин зовет его. Не оборачиваясь, Сынмин ускорился. Он бежал довольно долго и успел оставить Кёнмина позади. Он начал уже уставать и бежать медленнее, но завидев знакомую машину, Сынмин из последних сил ринулся к ней. — Это что, Сынмин? — спросил сидящий на переднем сидении Минхо. — Где? — высунул голову Джисон.   — Да вон же! — указал на растрепанного, запыхавшегося, бегущего к ним навстречу парня Хо. Хёнджин, увидев его, быстро остановился у обочины, выбежав из машины. Увидев его, Сынмин ринулся к нему.   — Хёнджин! — плача, позвал его Сынмин. Хёнджин обнял еле стоящего на ногах Сынмина. — Кёнмин, он… он…   — Мы знаем, за нами едет полиция, его арестуют. — крепче обнимая Сынмина, сказал Хёнджин. — Хорошо… — Сынмин выдохнул, как вдруг увидел Кёнмина с пистолетом за спиной Хёнджина. Видимо, он знал более короткий путь и хотел перехватить Сынмина оттуда. — Берегись! Сынмин выскользнул из объятий, толкнув при этом Хёнджина, звук выстрела и тупая боль в боку, дальше как в тумане. Он видел Хёнджина, который что-то ему говорил, шокированного Хана, которого успокаивал Минхо, плачущих Чонина с Феликсом. ^_^ Сынмин слышал где-то на подкорке сознания зовущий его голос.   — Минни, проснись пожалуйста, я скучаю по тебе. Без тебя так тоскливо… будто весь мир потерял краску… — это был голос Хёнджина, он был так печален, что у Сынмина заболело сердце, но проснуться не смог.   — Хён, поправляйся скорее. Через месяц будет концерт Day6, помнишь? Мы же уже купили билеты и хотели пойти вместе. Просыпайся поскорее… — в этот раз был голос Чонина.   — Хэй, Минни, ты уже так долго тут лежишь, неужто не выспался? Знаешь как говорят: на том свете отоспишься, а туда тебе ещё рановато. Давай-ка ты просыпайся поскорее. У нас скоро наступят каникулы, можем пойти в поход или на море. Давай, только приснись поскорее… — некогда яркий и жизнерадостный голос Джисона был печальный, молящий.   — Минни, мы скучаем все по тебе и любим. Просыпайся поскорее… — Феликс был немногословен, но Сынмин отчетливо услышал, что старший был на грани истерики.   — Эй, Ким Сынмин, просыпайся поскорее. Я уже не выдерживаю этой атмосферы печали. Феликс с Ханом больше не улыбаются, Чонин вечно уходит в себя, Чан с Чанбином пишут только грустные песни, Хёнджин вообще хуже всех. Он похудел, цвет кожи ухудшился, вечные круги под глазами, слабость. Меня совсем не слушает. Давай ты проснешься и дашь ему пиздюлей? — хоть голос Минхо и казался ровным, но печаль все равно чувствовалась. — Х…хо..р..о..шо..— еле выдавил из себя Сынмин. Горло саднило. — Ты очнулся… Доктор! — выскочил из палаты Минхо. — Он очнулся!!! Сейчас я дам тебе воды! — сказав это, Минхо подал трубочку, чтобы Сынмин пил оттуда. После прихода доктора, Минхо выставили за дверь. Он позвонил всем остальным и рассказал радостную новость. После ухода врача, к Сынмину зашел Хёнджин, весь в слезах. Посмотрев на него, Сынмин понял, что старший не обманывал. Хёнджин стал худее, заплаканные красные глаза, под которыми черные круги, цвет лица стал бледнее. У Сынмина сердце сжалось от этого.   — Минни… — прошептал Хёнджин, все ещё не веря своим глазам.   — Хёнджин, что случилось со мной? — спросил Сынмин.   — Кёнмин выстрелил из пистолета, но слава Богу он промазал и не попал в сердце. — сказал Хёнджин, садясь на стул рядом с кроватью Мина.   — Что с ним сейчас?   — Покончил с собой в тюрьме. — ответил Хёнджин, беря Кима за руку.   — А ты как? Выглядишь не очень. — спросил Сынмин, жадно вглядываясь в его лицо.   — Я знаю, я волновался о тебе. Я думал, что потерял тебя навсегда… — целуя каждую костяшку на пальцах  Сынмина, говорил Хёнджин.   — Как видишь, я сейчас живой и разговариваю с тобой. — с улыбкой сказал тот в ответ.   — Я вижу. А ещё я люблю тебя. Больше всего на свете, я люблю тебя, Ким Сынмин. — признался Хёнджин, смотря на Сынмина глазами полными любви и нежности.     — И я тебя люблю, Хван Хёнджин… — смотря на Хёнджина такими же глазами сказал Сынмин.