Реальность или фантазия?

      Как бы со стороны не казалось, но Мегуми влюбился первым. Он первым начал видеть в своем лучшем друге Итадори Юджи кого-то большего, чем просто друг. Он первым стал следить за каждым движением парня, с каждым взмахом руки, с каждой новой очаровательной улыбкой, с каждым новым приступом смеха, он влюблялся в Итадори все сильнее и сильнее.       Он все чаще соглашался на всякие прогулки после школы или на выходных, даже если они не были только вдвоем. Мегуми нравилось проводить свое время с Юджи и вскоре он обнаружил, что просто переговоров на перемене и после школы становилось недостаточно. Ему нужно было больше. Поэтому, когда Юджи пригласил его с Кугисаки Нобарой к себе с ночевкой, он тут же согласился, даже не подумав, как следует. Это немного удивило Юджи, но потом он стал радоваться, как быстро тот согласился.       И в обычном положении Мегуми подумал бы несколько часов, если не дней, а может и вовсе сразу же отказал. Ему не очень нравилось спать где-то кроме своей постели и проводить слишком много времени с людьми. Но он не в обычном положении, он влюблен. И влюблен по самые уши. С головой ушел в это болото и не пытался даже выбраться наружу.       Потому сейчас он собирал рюкзак, с которым отправится на ночевку к своему лучшему другу, в которого влюблен. Мегуми казалось, что он хорошо скрывает свои чувства и не был уверен, что ночевка не обернется для него кошмаром, где он признается Юджи, а тот его отвергнет. Само то, что его чувства могли быть отвергнутыми не пугало Мегуми нисколько. А вот мысль о том, что он может потерять еще и лучшего друга бросала его в дрожь. Юджи и Нобара были единственными друзьями, которые были у Мегуми. Дом его почти всегда пустовал, потому что отец часто куролесил по свету на какие-то конференции, выборы и прочую фигню, в которую Мегуми не вникал.       Ему никогда не хотелось идти по стопам своего отца. Стать бизнесменом и перенять его компанию. Мегуми видел себя в творчестве, в искусстве. Ему нравилось писать короткие истории, пока в голове зарождались сюжеты для полноценных книг. Но писать их он не спешил, на носу экзамены и поступление в колледж, и Мегуми хотелось сначала закрыть эту дверь, чтобы потом открыть вторую. Но у него не получилось, так что первые наброски уже были в его тетради.       Дом у Юджи был большой. Большой и ухоженный сад, которым наверняка занималась его мама, а сам Юджи помогал таскать мешки с землей и воду. Когда Мегуми не увидел машину родителей, он решил, что она просто в гараже. Потом ему пришла мысль, что возможно их и вовсе нет дома.       Он позвонил в звонок и стал ждать, пока большая дверь из темного дерева не откроется.       — Привет, Фушигуро. — поздоровался Юджи, пропуская гостя в дом.       — Привет, — он неловко обнял парня, у которого был постоянный тактильный голод. — Нобара уже здесь?       — Нет. — Юджи покачал головой. — Но должна скоро прийти. Пойдем в мою комнату, сможешь положить там свой рюкзак, а потом снова спустимся вниз.       Мегуми кивнул, не скрывая того, что оглядывается по сторонам. Интерьер в доме был отменный, это надо было признать. Не просто как в фильмах, с ярко-красными стенами и кучей фальшивого золота. Нет. Тут все было сделано со вкусом и сразу было понятно, что вещи-то недорогие.       Тяжелые витиеватые подсвечники темного цвета нашли свое место над лестницей. На некоторых были свечи, которые, казалось, еще вчера зажигали. На комодах в коридорах были разные статуэтки из камней. Кое-где можно было увидеть гирлянду, которая явно висела уже несколько недель и не была куплена специально для Рождества.       Комната Юджи была просторной и тут сразу чувствовался его почерк. Большая кровать с прикольным принтом на белье. Стены были обвешаны плакатами и постерами с аниме персонажами. Над столом висело несколько рамок — какие-то сертификаты, — а рядом медали. Около кровати висел постер с Дженнифер Лоуренс, отчего у Мегуми неприятно закололо в груди.       Мало того, что он влюбился в своего лучшего друга, так он еще влюбился и в натурала.       Мегуми положил свой рюкзак около кровати и побрел за Юджи обратно вниз. Закрывая дверь, он послал актрисе злобный, полный ненависти, взгляд.       Юджи предложил чего-нибудь попить и перекусить, пока они ждали Нобару. Время встречи оговорено не было, но они оба знали, что девушке нужно было больше времени, чтобы собраться. Нет, Нобара не была одной из тех, кто приходит на ночевку со своей «Газелью», перетаскивая в ней все необходимое. Но у нее, в отличии от Мегуми, было у кого отпрашиваться. А зная характер Нобары можно было смело сказать, что без боя она не сдастся. Даже больше, несмотря на запрет, она все равно пойдет куда ей хотелось. Конечно, она получала потом по шее, но она никогда не жалела о своем выборе.       — А где твои родители? — спросил Мегуми.       — Уехали на выходные. — Юджи открыл банку колы, та шикнула ему в ответ. — Решили провести время вдвоем. А мне разрешили пригласить кого-нибудь, но не устраивать шумных вечеринок и не бомбить дом.       Юджи в домашней обстановке казался Мегуми другим. Более живым и позволял увидеть себя с другой стороны. Увидеть его дом и комнату. Увидеть, какой он дома, что делает, когда ему скучно, каким воздухом дышит и чем питается. И Мегуми старался запомнить каждую новую деталь, которая бросалась ему в глаза.       Например то, как свободно он расселся на диване, уперев спину в угол и положив одну руку на спинку. Дома он носил свободную одежду, которая была ему слишком велика, но при этом смотрелась так эстетично. Мегуми старался запомнить этот момент, чтобы потом изобразить на холсте.       Да, Мегуми баловался рисованием. Все же, когда ты большую часть времени в одиночестве, то пытаешься занять себя всем, чем можно было. Он занимался рисованием с начальной школы и больше рисовал по наитию, чем по схемам и учебникам. Однако желание писать, которое проснулась пару лет спустя часто перевешивало его чашу весов и Мегуми стал писать. Но он не отказывался от рисования, от холстов, красок и кистей. На чердаке есть множество его холстов, которые он не решился использовать как декор. Там можно было найти и старые, и новые картины. Некоторыми он гордился, некоторыми нет.       Но Юджи на холсте, как и на листе бумаги в виде текста, казался ему еще более далеким, чем в реальности. Он рисовал Юджи улыбающегося в форме бейсболиста. Рисовал его на осеннем пляже, куда они поехали с классом. На холстах Юджи выглядел просто великолепно. Словно был создан для того, чтобы быть частью кучи собственных портретов или картин.       Но смотря на свои собственные картины Мегуми чувствовал необъяснимую боль и тоску. Словно все уже кончилось, не успев даже начаться. Он смотрел на картины и видел в них свет и тепло. Мегуми казалось, что исчезни солнце он все равно сможет выжить, если рядом будет Юджи и освещать ему путь. А в ответ, Мегуми был готов быть луной, которая будет с ним в его трудные моменты.       — Ты куда ушел? — спросил Юджи.       Лицо парня было непозволительно близко от его собственного. То, что Юджи явно не знал о понятии «Личные границы», было ему известно, но сейчас Мегуми был одновременно рад этому и хотел дать Юджи по голове. Потому что то, как он смотрел на него чуть снизу, заставляло Мегуми концентрироваться на его губах. Пухлые розовые губы с остатками пудры от печенья, которое он недавно ел. На вкус он тоже как они?       — Неважно. — он покачал головой. — Прости.       — Все окей. — отмахнулся Юджи.       Раздался звонок в дверь и Юджи подскочил открывать. Мегуми поставил свою банку газировки на стол, но с дивана не вставал.       — А вот и я.       Нобару можно было узнать по голосу. Она обняла Юджи одной рукой, в другой держа сумку. Увидела Мегуми в гостиной и помахала ему рукой. И не задавая лишних вопросов, сняв обувь, пошла к дивану, бросив сумку по пути.       — Мне дашь че-нить попить? — спросила она, уперев руки в бока.       Нобара была немного властной, но при этом справедливой. От нее разило самоуверенностью, и она легко могла найти колкую ответку на любое ругательство или критику в ее сторону. Критику она принимала только от самых близких ей людей — семьи, ее девушки Маки Зенин (которая приходилась Мегуми родственницей) и друзей.       — Че делать будем? — спросила она, осушив, наверно, половину своей банки. — Я фильм какой-нибудь хочу посмотреть.       — Я только за! — улыбнулся Юджи. — Какой?       — Все что угодно, кроме мелодрамы и драмы. — подал голос Мегуми.       Будучи влюбленным ему не хотелось смотреть, как другие влюбленные страдают. Его это смущало, и он чувствовал себя подавленно. Ужасы его не пугали практически никогда, он только скучал, в голове предугадывая все будущие действия героя. Триллеры он любил больше всего, но и тут надо было найти хороший. Комедии ему нравились, но не все, потому что от старых и плоских шуток персонажей хотелось выть, а не смеяться до слез.       — Только не комедию. — попросила Нобара. — У меня голова начинает от них болеть. Давайте лучше триллер какой-нибудь.       Мегуми просто пожал плечами и этот жест можно было интерпретировать как душе угодно. Можно за согласие, можно за безразличие. Юджи принялся копаться в своем ноутбуке, который был подключен к телевизору с помощью провода и долго бегал пальцами по клавиатуре.       — Есть триллер и детектив в одном лице. — начал он. — Правда, немного староват 95-го года. Пойдет?       — Раньше кино делали лучше. — снова пожал плечами Мегуми. — Должен быть хорошим.       — Если качество говенное будет, то выключим. — предупредила Нобара.       Юджи просто с этим согласился и включил фильм. И пока были титры он быстро сбегал на кухню и притащил много разных сладостей. Денег он не жалел, сразу было видно. Среди мармеладок и чипсов оказались и то, что любил Мегуми. Сначала, ему правда показалось это, но Юджи был добрейшей душой, какую он встречал.       — На держи. — Юджи протянул ему пачку с разными карамельками. — Специально для тебя купил. Ты ведь такие любишь, да?       Мегуми кивнул, пытаясь не показывать свое смущение. Было приятно, что кто-то запомнил, какие именно сладости тебе нравятся. Еще приятнее было от того, что Мегуми был влюблен в Юджи. Так что фраза «Специально для тебя купил.» имела некоторый контекст. Правда, только для него. Для Юджи это, казалось, было само собой разумеющимся.       Фильм был классным. Немного жутким, но на то он и триллер, чтобы быть жутким. Сценарий написан был ясно, актеры хорошо играли. Но что больше всего зацепило Мегуми, это то, что нельзя было даже предположить, какой будет финал.       Иногда Мегуми переводил взгляд с экрана на Юджи и следил за его лицом. Украдкой и недолго, чтобы было незаметно. И ему казалось, что с каждым новым взглядом он все больше влюбляется в этого милого парня. Но куда уж больше? Мегуми смотрел, как менялись эмоции на лице Юджи и, если честно, это интересовало его намного больше фильма. Мегуми хотел понять все о Юджи, узнать каждую его мелочь, каждую особенность.       А еще, поцеловать каждую веснушку на его теле.       Финал фильма действительно был не только неожиданным, но и немного грустным. Мегуми надеялся, что герой поведет себя немного по-другому. Ему не хотелось, чтобы герой заканчивал именно так. Но по итогу все закончилось так, как хотел того сценарист. И хотя Мегуми больше любил открытые и немного плохие концовки просто потому, что они остаются в твоем сознании намного дольше, для некоторых фильмов он хотел хеппи-энда.       Для себя, естественно, тоже.       И тут Мегуми снова ушел куда-то в себя. Какова вероятность того, что, если он признается, на его чувства ответят взаимностью? Какова вероятность того, что, даже будучи отвергнутым Юджи не будет неловко продолжать с ним общаться и делать вид, что ничего не было? И хватит ли у самого Мегуми смелости, чтобы признаться? Или он будет до самого окончания школы, а может даже дольше, с благоговением смотреть на своего друга, если их общение продолжится, или собственные картины, если нет?       — Фушигуро, — мягко позвал его Итадори. — Возвращайся к нам. Нам без тебя скучно.       Мегуми вынырнул из своих грез и посмотрел на друзей.       — Ты уже второй раз уходишь. — пожаловался Юджи и надул губки. — Не уходи никуда. Что мы без тебя делать будем?       — Не мы, а ты. — немного съязвила Кугисаки.       Пусть это было сказано в шутку, но Мегуми сразу представились совершенно другие картинки.       — Ты будто не будешь по нему скучать, если он уйдет. — Юджи показал девушке язык и снова повернулся к Мегуми. — Ты уверен, что все хорошо?       Мегуми просто кивнул.       — Чем дальше займемся? — спросила Кугисаки. — Мне не очень-то хочется просто сидеть и в телефон пялиться. Я этим и дома могу заняться.       Мегуми пожал плечами. Ему в самом деле было все равно. Тишина ему нравилась, а сидеть в тишине с Юджи нравилось ему еще больше. Просто молчать и смотреть на него.       На его красивые пальцы и кисти рук. Широкие плечи и накаченные мышцы. На веснушчатое лицо с ярко-карими, карамельными, глазами. Розовые волосы, которые Мегуми приходилось один раз красить. Созерцать его улыбку и ямочку на левой щеке, которая появлялась только когда парень улыбался. Улыбка у Юджи была к тому же еще и заразительной. Сам того не замечая, Мегуми пару раз улыбался, видя эту широкую и счастливую улыбку.       Ему нравилось в Юджи все. Его голос и манера речи. Его доброта и забота. Готовность помочь всем и вся. То, как он без остатка отдавался бейсболу, стоило ему выйти на поле. Добрый и нежный, но при этом сильный, быстрый и ловкий.       Еще немного и Мегуми будет готов признать, что вряд ли сможет кого-нибудь полюбить также сильно, как Юджи.       — Может поиграем во что-нибудь? — предложил Юджи.       — Во что например? — спросила Нобара.       — Не знаю, я просто предложил первое, что пришло мне в голову. — парень развел руками. — Мегуми, может у тебя есть идеи?       Мегуми покачал головой. Среди них троих он был тем самым молчуном, который просто следит за событиями и иногда подает голос. Поэтому он был благодарен, что Нобара была более общительная, чем он сам. Что давало Мегуми шанс созерцать Юджи, пока тот болтает и препирается о чем-то с девушкой. Незаметно и не кажется странным.       Идеальное прикрытие.       — Какие игры у тебя есть? — спросила Нобара. — Давай посмотрим, какой у нас выбор.       Юджи метнулся к телевизору. Точнее, к комоду, который был под ним. Оттуда он достал целую кучу разноцветных коробочек. Какие-то уже были потрепанные, какие-то будто только вчера из магазина. Мегуми вспомнил, что у Юджи есть старший брат Чосо, который давно уже куда-то переехал. Неужели это было куплено для них, чтобы, когда старший приезжал, они все играли вместе?       — У тебя ведь есть старший брат, верно? — спросил Мегуми. — Где он сейчас?       — Его отправили куда-то по работе. — пожал плечами Итадори, рассматривая коробочки. — За границу, по-моему.       — Как интересно. — подхватила Нобара. — А куда именно?       — Может Франция, а может Бельгия. — Юджи снова неуверенно пожал плечами. — Обещал мне сувениры привезти.       — Здорово. — протянула девушка.       Вскоре они определились с игрой и разложили карты на столе. Правда, оказалось, что Мегуми перепутал названия, а потому понятия не имел, что ему надо делать. Нобара закатила глаза, в то время как Юджи с улыбкой вызвался помочь. Нобара, несмотря на свою раздражительность, пару раз поправляла Юджи и добавляла факты, которые он забыл.       Игра была интересной, но Мегуми не мог понять ее смысла. Смысл не самой игры, он-то как раз был понятен, а смысл сидения за столом и играть в нее. в чем был смысл этого действия? Конечно, приходилось думать, чтобы выиграть самому и не дать сделать рядом сидящему того же. Но неужели все карточные игры сводились к тому, чтобы просто потратить время?       Мегуми посмотрел на Юджи и тут же забыл обо всех претензиях и вопросах. Юджи улыбался, кладя карту на стол, а потом убирая целый ряд, радуясь, что близок к победе. Потом он обиженно надул губки, когда Нобара не дала ему ту карту, которую он хотел. На лице Юджи играло столько эмоций, и они все так быстро переключались между собой, что заставляли Мегуми концентрироваться только на одном. Его глазах. Карих глазах, в которых Мегуми видел звездочки озорства, прямо как в аниме.       Они сыграли около пяти раундов. За это время Мегуми выиграл всего один раз и то, по чистой случайности. Юджи пытался его приободрить, сказал не обижаться, что все лишь игра. Но Мегуми и так не обижался. Потому что игра дала ему возможность без утайки смотреть на Юджи и ловить каждое его движение.       Пришло время спать. Юджи сначала предложил спать всем вместе, но вспомнив, что Нобара женского пола, поспешно предложил ей отдельную комнату. Нобара лишь цыкнула и без приглашения вошла в комнату Юджи. Высмеяла его за плакат с Лоуренс, пока Мегуми пытался поджечь ее силой мысли. Как актриса она была неплоха, да и внешность нормальная, но один лишь факт того, что она висит у кровати парня, в которого он влюблен, заставлял его ненавидеть ее.       Просто за то, что она висит.       Кровать Юджи была посередине комнаты. Рядом были комоды с одеждой, на полу разбросаны какие-то мягкие игрушки и другие вещи. Откуда-то Юджи достал два футона и разложил по обе стороны от своей кровати. Нобара сразу взяла правый футон, у окна. Мегуми пришлось взять левый, что сначала было неплохо и только когда он лег, понял, что лучше было бы с девушкой немного поспорить.       Его голова находилась прямо под несчастным плакатом.       Потом они больше часа травили всякие байки. Точнее, болтали только Нобара и Юджи, Мегуми мистикой не особо увлекался, так что рассказывать ему было нечего. Но, как внимательный слушатель, он задавал вопросы и временами хмыкал, показывая, что не спит. Истории были интересные и Мегуми старался их запомнить. Не все, только важные детали. Из этих историй можно будет сделать отличный сборник страшилок.       Свет еще не был потушен, а Мегуми относил себя к людям, которые не могли спать со светом, но его почему-то все равно клонило в сон. Он хотел предупредить Юджи и Нобару, но те принялись снова о чем-то спорить и Мегуми решил оставить их в покое.       — Фушигуро, ну скажи ей, что я прав. — взмолился Юджи, оглядываясь через плечо. — Фушигуро?       На немой вопрос Нобара только пожала плечами. Юджи перевернулся на другой бок и подполз к краю кровати. Подогнув ноги и спрятав одну руку под подушку, Мегуми тихонько посапывал.       — Уснул. — шепотом отчитался Юджи и потянулся к лампе. — Пора и нам ложиться. Спокойной ночи.       — Угу. — ответила Кугисаки и отвернулась к окну.       Картинка спящего Мегуми прочно засела у него в голове. Его бледная кожа становилась еще бледнее от темной толстовки, но его это только красило. Он казался каким-то неземным существом. Словно в любой момент из его спины могут вырасти крылья и Мегуми сможет улететь далеко-далеко.       Мегуми был красивым. Юджи всегда это знал. Тонкие пальцы, острое лицо, зеленые глаза, которые казались ярче из-за темных волос. Мегуми так же был сильным и мог проучить любого задиру, который полезет или к нему, или к кому-то, кого он знает.       Мегуми. Мегуми. Мегуми. Мегуми.       Так близко и одновременно очень далеко. Вот он, здесь, рядом лежит. Перевернись, погладь его по острой скуле, коснись своими губами его и мягко поцелуй. Не об этом ли ты мечтал последние несколько месяцев? Не на воспоминания ли о нем ты дрочил, когда даже порно не помогло? Ты ведь Нобару позвал только чтобы подозрений не было, правда? Тебе хотелось провести время только с Мегуми, разве нет?       Юджи уткнулся лицом в подушку. Все эти мысли медленно сводили его с ума. Ему казалось еще немного, и он просто прокричит свое признание потому, что не сможет больше держать это в себе. хотелось обнять Мегуми и больше никуда не отпускать. Вдыхать его запах с тонкими нотками одеколона. Провести подушечками пальцев по позвонкам. Зацеловать каждый сантиметр на его теле, попробовать его на вкус.       Но он не делал ничего, чтобы хотя бы приблизить себя к цели. Он не боялся отвержения. Все же это было бы понятно, не каждый сможет ответить на чувства своего лучшего друга. Но вот страх потерять его. Юджи не мог себе даже представить, какого это — оказаться без Мегуми. Без его тихий фырканий, которые можно было назвать смехом. Без его закатанных глаз. Без его редкой улыбки. Без его рисунков, которые он величаво называл холстами.       Такая жизнь казалась ему невозможной.       Потому что Мегуми был для него некой луной. Освещал темные вечера и помогал ему в трудные моменты. Юджи был готов быть солнцем, чтобы Мегуми не было одиноко. Готов был просто и дальше притворятся другом, пока у него еще есть возможность.       И он будет хранить в своей памяти сегодняшний день. Как они сидели вдвоем на диване и Юджи молча рассматривал Мегуми, подавляя желание к нему прикоснуться, пока сам Мегуми был в своей голове.       — Мне мама звонила, попросила вернуться домой.       Ни доброго утра, ни привет. В этом была вся Нобара — сразу к делу. Она уже собрала свою сумку и теперь ждала у лестницы, пока Юджи и Мегуми были на кухне.       — Как жаль. — погрустнел Итадори и обнял подругу. — Но что поделать. Будь аккуратна.       — Хорошо. — кивнула девушка. — Пока, Фушигуро.       — Увидимся в понедельник. — попрощался Мегуми.       — Ну вот, теперь надо убирать все лишнее. — жаловался Юджи. — Но зато, нам больше сладостей достанется.       То, как быстро менялись эмоции на лице Юджи, всегда поражало Мегуми. Словно в его голове был переключатель, который дергали в разные стороны с молниеносной скоростью. Мегуми пытался не злорадствовать, но все же был благодарен судьбе, что она дала ему шанс побыть наедине с Итадори. Да еще и в его доме. И надеялся, что у Нобары все будет хорошо.       Они накрыли стол. Мегуми сел с торца, Юджи сбоку. Ели молча потому, что не знали, что говорить. Включили телевизор, продолжать сидеть в тишине было немного неуютно. Новости их не интересовали, так что Юджи остановился на канале с мультиками, на которые Мегуми не обращал никакого внимания.       — Останешься еще ненадолго? — спросил Юджи, отправляя свою тарелку в посудомойку и закрывая ее. — Не хотел бы, чтобы ты ушел сразу после завтрака.       Мегуми неопределенно пожал плечами. Ему и самому не хотелось уходить. Ведь даже, если они будут молчать все время, они ведь все равно будут вдвоем. Только вдвоем. И даже молчание не будет им мешать.       — Может кино какое включим? — спросил Юджи, делая к нему шаг.       — Можно. — ответил Мегуми и посмотрел на парня.       Лучше бы он этого не делал. Кажется, только сейчас он понял и заметил, как Юджи красив с утра. На губах остался мокрый след. Наверное, от сока. И, черт возьми, эти губы манили к себе, как магнитом. Мегуми и сам не знал, откуда у него было столько выдержки.       Он переглянулся с Юджи и тот неловко улыбнулся. Только на миг. Потом улыбка исчезла и к нему снова вернулось серьезное выражение лица. Будто он что-то обдумывал и никак не мог решиться.       Надо было признать — у Юджи было намного больше смелости.       В следующий миг ладони Юджи были на его шее, их губы соприкасались и мягко сминали друг друга. Мегуми обнял Итадори за талию, отвечая на поцелуй и стараясь не стонать от наслаждения. Столько времени он ждал, что поцелует Итадори, что потом будет извиняться и им будет очень неловко. Но теперь, сейчас, он просто обнимал торс Итадори и отвечал на поцелуй, даже не пытаясь забрать первенство. Он вручил этот факел Юджи и был готов пойти за ним хоть в черную дыру.       Не сдержав порыва, Мегуми пробрался пальцами под футболку Юджи, мягко касаясь его пресса. И, наверное, именно это отрезвило их. Вспомнить, что, где, когда и отстраниться друг от друга.       — Прости, я, я, — запинался Итадори, делая маленькие шаги назад.       Мегуми было уже плевать. Рубеж пройден, но ему хотелось насладиться видом чуть подольше. Притянул Юджи за футболку и сам инициировал поцелуй. Ему хотелось больше. Чтобы Юджи обнимал его без капли стеснения, прижимал к себе, прямо как сейчас. Чтобы целовал, выбивая из головы все мысли. Мегуми просто хотелось насладиться всем этим, ведь он так долго грезил об этом.       Второй раз они отстранились из-за нехватки воздуха, но пустив кислород в легкие, снова приникали друг к другу. Пальцами Мегуми очерчивал пресс Итадори, пока сам Итадори гладил его позвоночник, прижимая к себе, но не причиняя боли. Фантазия медленно ушла с почетного места, занимая второе, уступая почет реальности. Потому, что сколько бы Мегуми не воображал, реальность оказалась намного слаще.       — Люблю тебя. — признался Юджи, прикрывая глаза.       Они уже не целовались, а просто стояли, обнявшись и прижав лбы друг к другу. Юджи пытался утихомирить вереницу мыслей в голове, но там все еще кружили воспоминания о сладком поцелуе.       Юджи даже не мог понять, как все произошло. Просто стоя перед Мегуми и смотря на его губы, Юджи захотел его поцеловать и в следующий миг он уже сминал чужие губы. Было так сладко и хорошо, что мозг Юджи просто отключился, наслаждаясь этой сладостью и этими чувствами. Затем до него дошло, что он натворил и он ударился в такую панику, что даже не заметил, что Мегуми не отталкивал его, а наоборот, отвечал.       Юджи хотел извиниться, загладить как-то вину, объяснить недоразумение, но Мегуми прервал все его попытки в самом начале и затянул в новый поцелуй. И когда им снова не хватило воздуха, Юджи просто прижался лбом к лбу Фушигуро и медленно дышал. Потом, не сдержавшись, признался.       — И я тебя. — тихо шепнул Мегуми.       Юджи счастливо улыбнулся. Все его страхи канули в Лету. Больше ему не хотелось ничего говорить, ничего объяснять. Они признались, что еще нужно для счастья?       — Пойдем. — Юджи взял Мегуми за руку и повел обратно наверх.       Мегуми никогда бы не подумал, что сможет так долго целоваться. Еще он не знал, что мог возбудиться от одних лишь поцелуев. Этого не знал и Юджи. И они оба не знали, что подобное возбуждение может пройти само.       Сколько они лежали на кровати Мегуми не знал. Не засекал время, ему это не нужно было. Он хотел просто лежать с Юджи на кровати и целоваться с ним. Чувствовать его пальцы на своей спине и волосах. Слушать, как он шепчет что-то между поцелуями.       Все же иногда, признались себе оба, реальность бывает намного лучше фантазии.