Невозможно дотянуться

Рики лежал на своей кровати, играя со своим любимым роботом. У всех его игрушек есть свои имена, и как бы странно не прозвучало, он очень любил общаться с ними… Одиночество иногда делает людей очень странными. — Уилл, я такой дурак, — прошептал он своему «другу». — Как я мог сказать такое Сонхуну-хену? Вот бы сейчас поговорить с дедушкой и излить ему душу… Он вздрогнул, когда услышал, как входная дверь хлопнула. Неужели хены ушли? Да и эта дверь… Она настолько старая, что постоянно хлопает громко. От Джо можно ожидать такого. Он всегда обещает родителям присмотреть за младшим братом, но всегда ведь исчезает и возвращается под утро как ни в чём не бывало. Младший тут же вышел на звуки, выглядя удивлённым. Но каково же было его удивление, когда он увидел Сонхуна-хена… Проводив Джо, Сонхун растерянно огляделся, не зная, что предпринимать дальше. Тупо стоя прямо на пороге дома, он глупо смотрел на входную дверь. Его молчание прервал звук открывшейся двери комнаты Рики. — Эм… привет, — глупо поздоровался. Сонхун, даже помахав мальчику неловко рукой. На самом деле он даже не знал, как себя сейчас вести. Хорошо было уже то, что Рики вышел из своей комнаты. А дальше он просто будет импровизировать. «Да уж…» — Рики мысленно усмехнулся такому старшему. И кто тут ведёт себя, как ребёнок? Он закатывает глаза (и плевать, что он буквально влюблен в хёна, всё же, глупые и нелепые поступки раздражают его) и идёт дальше на кухню. — Где хён? — спрашивает он из кухни громко, как будто между ними и вовсе не было неловкости. И будто это не Рики признался хёну в любви. Проследив за Рики изучающим взглядом, Сонхун хмыкнул. Хрупкий, мелкий, такой еще маленький… а вести себя старается, как взрослый. Это было очень мило как ни крути. — Он ушел… делать проект. Скорее всего, вернется только утром. Ему просто уже завтра нужно сдавать работу… Сонхуну показалось такое объяснение наиболее адекватным. Не говорить же правду — что его брат пошел на свидание с девушкой, с которой ожидается что-то высокорейтинговое. Сказать такое одиннадцатилетнему подростку — верх глупости. — Проект в десять вечера, как же, — тихо рассмеялся Рики, выходя из кухни с кружкой воды. — Я знаю вас, взрослых, хён. Одна из бровей Сонхуна заинтересованно взлетела вверх. — Да что ты? И что же ты знаешь? Было весело наблюдать за таким Рики. Любопытно было узнать, что же он скажет в следующую секунду. — Тебе не стыдно спрашивать такое у ребёнка? — прищурившись и прижимая к себе Уилла, прямо задает вопрос Рики, не преминув использовать и сарказм. — Как это бессовестно с твоей стороны, хён! — Хм… но тебе же не было стыдно заявлять мне о подобном. Значит, я правильно тебя понял, — Сонхун хмыкнул и вошел на кухню вслед за Рики, усаживаясь на один из стульев. — Тогда да, лучше не нужно пояснять. Я же взрослый, я и сам все знаю. — Я просто… — растерялся Рики, так и застыв на пороге кухни. — Просто упомянул о том, о чем догадывался, но не в моем стиле подробнее рассказывать об этом. — Да, да, я понял, — Сонхун усмехнулся. — Может, мы поедим с тобой? Если честно, Рики, сколько бы не старался выглядеть непринуждённым после своего глупого признания, всё равно испытывал неловкость. И он захотел прибить своего старшего брата, который позвал своего лучшего друга на ночёвку и даже не удосужился накормить его. — Хён, ты не ужинал, что ли? — спросил он, в его голосе послышались нотки вины. Они с Джо совсем уж негостеприимные! Сонхун изобразил сожаление. — Нет, знаешь, я не успел. Мы с Джо пришли сюда прямо после уроков и даже не поели. Сам Джо поест… у партнерши по проекту. А я… А ты накормишь меня? Рики быстро растаял. Ему даже стало жалко Сонхуна-хена. Джо действительно придурок! — Почему я должен возиться с другом своего брата… — едва ли слышно пробормотал Нишимура, поставив Уилла на стол и подходя к холодильнику. — Хён, тут есть кимбап и токпокки. Будешь? Сонхун слушал его бурчание и умилялся. Казалось, Рики уже забыл все обиды. И это очень радовало Хуна. — Я буду что угодно, Рики-я… просто дай мне уже поесть. Я очень голоден, — Сонхун горько выдохнул и улегся на поверхность стола. Нишимура скептически покачал головой, взглянув в сторону старшего. А он точно старше него? Джо не соврал, когда сказал, что Рики — самостоятельный мальчик. В свои одиннадцать он умел даже готовить. Через какое-то время токпокки были готовы и он поставил целую сковороду и тарелку с кимбапом перед Сонхуном, а затем протянул ему палочки. — Приятного аппетита! — заулыбался он ярко. — Кстати говоря, этот токпокки очень острый… Ой, у нас же есть ещё кимчи! — Рики всё суетился, бегая из стороны в сторону. — Хённим, кола или вода? Что будешь? Сонхун с глупой улыбкой на лице следил за всеми действиями Рики, не понимая, почему он так взволнован. — Эй… присядь и поешь со мной. Хватит носиться туда-сюда. Я сам себе налью что-нибудь, — Сонхун похлопал на место рядом с собой. — Ну же, — добавил он, видя замешкавшегося Рики. — Э-э, — замялся младший, неуверенно подходя к нему и садясь за стол напротив Сонхуна. — Я не голоден, но могу посидеть с тобой. — Но ты же зачем-то пришел на кухню, — хитро улыбнулся Сонхун, не сводя пронзительного взгляда с Рики. — Так что сядь и поешь со мной вместе. «Интересно, о чем думает хён, когда вот так дразнит меня?» — подумал Рики, прежде чем встать и взять новые палочки. — После взрослых, — намеренно выделив последнее слово, младший кивнул на еду. Сонхун ухмыльнулся. А мелкий схватывает на лету и даже умудряется дерзить. Это подкупает. — Как мило. Я рад, что ты так хорошо воспитан, Рики-я, — Сонхун подхватил первый кусок токкпокки и положил в тарелку младшего. — Угощайся. Хен сегодня добрый и очень хочет, чтобы ты был сыт. И широкая улыбка впридачу, чтобы Рики уж совсем очаровался. Сонхун явно привык идти по острию ножа. — Это кто кого угощает, — усмехнулся Рики, покачав головой. — И тебе спасибо. Ну как тебе? — Вкуфно, — разжевывая еду, ответил Сонхун, одобрительно кивая. — Твоя мама очень вкусно готовит. Моя вот вообще не умеет, — уныло добавил он, уже проглотив еду. — Это я приготовил, — спокойно подхватывая еду палочками, сказал Рики. — Как твоя мама, будучи взрослым человеком, не умеет готовить? Сонхун несколько секунд пялился на него, не переставая жевать. То есть… он реально сам все это готовил? В одиннадцать лет? Да Сонхун в таком возрасте сам даже хлеб в тостере не мог поджарить! — Ты такой умелый, Рики, — похвалил он младшего, взяв себя в руки. — И рисуешь, и готовишь… Что еще ты умеешь? — Я могу танцевать, — сказал Рики, улыбнувшись. — Играю в волейбол. Да-да, мой рост немного ниже… Но я неплохо справляюсь. Прямо как Хината из аниме «Волейбол». Сонхун удивленно распахнул глаза. То есть этот ребенок очень талантливый и может буквально все? Забавный персонаж… Вот его брат тоже был хорошим игроком в волейбол. Это что, по наследству передается? — Круто! — он потянулся и снова взъерошил волосы Рики, так как не мог сдержаться от этого желания. — Ты золотой мальчик, Рики-кун. — Йа! — возмутился Нишимура, отмахиваясь и невольно заговорив грубо с хёном. Ему никогда не нравилось, когда все, кому не лень, гладили его по голове. О, особенно, когда ерошили ему волосы! Что может быть хуже этого? Будто бы он какой-то милый щеночек. Ещё лучше - ребёнок. Хотя так и было, и все в каждый удобный раз напоминали ему об этом! Но такое действие от Сонхуна-хена, как ни странно, заставляло ощущать невероятные мурашки. А Рики злился из-за этого. Ведь старший ясно дал понять, что нельзя ощущать к нему какие-то, по его мнению, «неправильные» чувства. Рики, хоть и быстро забил на это, в глубине души всё равно обижался на него. Сонхун-хен действительно оскорбил его! — Мне не нравится, когда трогают мои волосы! Твои руки могут быть грязными… Сонхун слегка опешил от реакции Рики, но руку быстро убрал и отстранился. Да уж… впредь стоит сдерживать подобные порывы и не позволять себе слишком много. Это может быть неправильно понято, а Сонхун этого очень боялся. — Прости, я не учел этого, — снисходительно улыбнулся он, отчего-то ощутив смущение. Он опустил взгляд и уставился в свою тарелку с токпокки. Смотреть на Рики было стыдно. И Сонхун не мог объяснить, почему. — Я больше не прикоснусь к тебе, — счел он нужным добавить, после чего спокойно продолжил есть. «Боже… Он такой дурачок» — подумал Рики. Серьёзно, что с ним не так? Теперь ему ещё и неловко, что ли? Да уж, удивительно! Нишимура наклонился к Уиллу, который стоял рядом и вдруг заговорил: — Что ты сказал? Чего? А можно погромче, Уилл?… Черт, я тоже так думаю! Нишимура со стороны казался таким странным, разговаривая со своим роботом. — Хён, Уилл думает, что ты настоящий оболтус, — и сам же рассмеялся, веселясь из-за своей же глупой шутки и глядя на недоумевающего Пака. Сонхун перестал жевать от неожиданности и непонятливым взглядом несколько секунд буравил робота. — Уилл, значит? — он перевел взгляд на Рики и затем усмехнулся. — Что ж ты нас раньше не познакомил? Привет, Уилл! Я Пак Сонхун. Но… скажи, почему ты считаешь, что я оболтус? Он намеренно обращался только к роботу, как бы это глупо не выглядело. Если Рики хочет, чтобы с его роботом поговорили, то почему бы и нет? — Проблема в том, что Уильям разговаривает только со мной и только шепотом, — Рики заулыбался, почему-то подмигнув хёну и вновь повернувшись к роботу, делая вид, что внимательно прислушивается к нему. — А, вот как… Обалдеть, Уилл! Ты прям читаешь мои мысли! Хён, в общем, он говорит тебе, что тебе нужно быть смелее и не загоняться из-за каждой мелочи. И вот поэтому ты и оболтус. Трудно было объяснить ребенку, что одно с другим не связано, но еще труднее — объяснить это роботу. Сонхун окончательно растерялся, не зная, как реагировать. Мало того, что у него нет опыта общения с подростками, так теперь еще нужно научиться общаться и с роботами! Это уже трагикомедия какая-то… — Эм… но я не загоняюсь… Черт, с чего ты вообще взял, что я настолько нерешительный? — вновь спросил Сонхун у робота, а затем посмотрел на Рики, ожидая ответа уже от него. — Он говорит, что ты… — Рики так хочется сказать много, но он подумал, что в этом нет смысла. Сонхун будто бы напуган. И он отчасти понимает его. Однако Нишимура эгоист. Настоящий эгоист. Его собственные чувства для него намного важнее… — Хён, забей. Уилл уже не хочет с тобой говорить, — он резко встал с места, не желая больше находиться тут. Проводить время с Сонхуном-хеном, зная, что с ним нет никакого шанса, было подобно моральной смерти. Он ведь всего лишь подросток со своими бесконечными проблемами и обидами… Сонхун с каким-то скребущим чувством на душе следил за Рики, не останавливая его. Он не знал, что делать и что говорить. Не знал, обидел ли он снова Рики, сказав что-то не то. Не знал, как вообще нужно с ним общаться, чтобы его не обижать… Но лишь когда Рики почти вышел из кухни, он осмелился спросить: — Ты к себе? А как же я? Что мне делать у вас в доме одному? «Боже…» — Рики даже не знал, злиться или же радоваться. Этот хён… он какой-то непредсказуемый! И почему Джо такой мерзавец? Как вообще Сонхун-хен дружит с таким безответственным человеком? Почему Сонхун-хен сейчас выглядит таким милым, что Рики хочется побыстрее повзрослеть и подарить ему весь мир? Но вопреки своим мыслям, он лишь бросил безразлично: — Если хочешь, ты можешь идти домой. Сонхун не ожидал услышать что-то подобное. Рики какой-то биполярный. То в любви признается, то домой отправляет... Вот пойми теперь этих подростков! Слегка нахмурившись, он встал с места и поравнялся с Рики, выгодно для себя возвышаясь над ним. — А я ведь из-за тебя остался. Знаешь… мне тоже нужно было делать проект, но я посчитал, что оставлять тебя дома одного неправильно. И ты сейчас выгоняешь меня? Серьезно? Он пытался придать себе строгий вид, но это было сложно, учитывая, что он говорит, по сути, с ребенком. С младшим братом лучшего друга, если быть точнее. У него нет никаких этических прав быть с Рики грубым. Да и не хочется, разумеется. — Я тебя просил, что ли?! — вдруг разозлился Рики. Но подумал, что был слишком резок с ним и попытался успокоиться… — Ну-у… у нас есть диск с «Гарри Поттером». Все фильмы. Я, конечно, не смотрел, но если ты хочешь, мы можем… Сонхун прищурился, выслушав возмущения Рики. Этот ребенок выведет его из себя когда-нибудь. — Я вышел из возраста, когда можно фанатеть от «Поттера», но да, давай посмотрим. Я уже все подзабыл… Сейчас он готов даже «Титаник» посмотреть, лишь бы чем-то себя уже занять. Ведь обычные разговоры с Рики Сонхуну плохо даются. Над коммуникабельностью ему еще нужно поработать. Или же Рики - над сдержанностью. Спустя какое-то время Рики возился со старым DVD и выглядел слишком уж сосредоточенным, отчего его брови невольно нахмурились. — Почти готово! — воскликнул он взволнованно, когда вставил диск, и на экране телевизора пошла загрузка. — Скоро начнётся. Сонхун удобно устроился на диване, готовясь вернуться в Хогвартс и пережить все это волшебство заново. Когда-то «Гарри Поттер» был лучшим, что было в его жизни. Но ему уже почти двадцать и он вырос из возраста, когда веришь в магию. Теперь только взрослая жизнь. Только хардкор. Но чего он совсем не ожидал, это того, что вместо любимой заглавной мелодии услышит стоны, а вместо логотипа «Warner Brothers» увидит логотип «Brazzers». Да уж… братья, да не те. Кстати, о братьях… У Сонхуна в голове сразу возникли мысли о том, как в коробке из-под диска с детской сказкой оказалась порнушка обыкновенная. Джо явно не умел устраивать сюрпризы. И если сам Сонхун кое-как смог справиться с конфузом (он просто усмехнулся), то на бедного Рики было жалко смотреть… — Черт! Это… — Рики не знал, куда деть себя, когда увидел не то, что ожидал. Ему казалось, что его температура резко поднялась, а душа покинула тело. Меньше всего хотелось так облажаться. Да Господи, он редко смотрел фильмы, а родители вовсе и не трогали DVD! А Джо… чёртов Джо и его тупые шутки! Он точно знал, что рано или поздно Рики всё же решится посмотреть «Гарри Поттера»! И специально, блин, так сделал! Будь проклята его любовь к порно… Джо буквально «брат года». В этом младший уже не сомневается. — Х-хён… Это… Это не я! Клянусь… — Не ты, говоришь? — Сонхун, как удав, медленно и аккуратно «сполз» с дивана и приблизился к Рики. — А что? Это нормально. Ты ведь уже такой взрооооослый… И понимал ведь, что давит на больное, но не воспользоваться шансом побесить младшего он не мог. Да всем понятно, что это явно не работа Рики, но как уж тут удержаться? — Это не я! — Рики готов был заплакать от настоящего позора, но он почувствовал сильную дрожь по телу, когда хён оказался слишком близко. Его руки настолько дрожали, что он даже не мог дотронуться до пульта и поскорее выключить это дерьмо. Чужие стоны до жути смущали его. — Я же не… — Эй, малыш… все в порядке, — Сонхун был крайне обеспокоен видом Рики, которого буквально трясло от пережитого стресса. Да, отчасти вся эта ситуация была комичной и смешной. Но, видимо, только для Сонхуна. Рики же явно был взволнован больше положенного. Сонхун уже успел и забыть, что он всего лишь маленький и неопытный в подобных вещах мальчик. Со стороны Джо было очень жестоко устраивать такой спектакль. Но еще более жестоко то, что Сонхун решил добить Рики своими насмешками и подколами. Рики явно не был готов к такому розыгрышу. — Ты ни в чем не виноват, тише, — Хун подобрался к Рики совсем близко и аккуратно взял из его дрожащих рук пульт, чтобы, наконец, вырубить эту ужасную пошлятину. Комната погрузилась в тишину, когда чужие неправдоподобные стоны стихли. И эта тишина почти ощутимо давила на сознание Сонхуна. Потому что теперь оставаться наедине с Рики стало еще более напряженнее. — Давай… давай мы просто забудем о том, что только что было. Я обещаю никогда об этом не упоминать. Договорились? — Он протянул Рики мизинец, как если бы действительно общался с малышом в детском саду. Но ведь и взрослые иногда дают обещания подобным образом? Рики неуверенно посмотрел на чужой мизинец, но ему просто захотелось исчезнуть… И только сейчас до него начало доходить, что над ним тупо поиздевались. Что Джо, что Сонхун… Они оба — два сапога пара. Не зря ведь близко дружат. В следующую минуту комнату заполнил лишь чужой всхлип. В этот момент Нишимуре было тяжело контролировать свои эмоции. Ему снова и снова казалось, что он оскорблен, задет и разочарован. Или, возможно, именно поступки Сонхуна ощущались намного эмоциональнее, чем хотелось бы… Ведь если бы вместо Сонхуна тут сидел Джо, он бы просто разозлился и ушёл бы в свою комнату. — Ты такой же, как и братец… — дрожащим голосом прошептал он вдруг, прикрывая лицо руками. — Уходи. Окончательно убедившись в том, что его нельзя оставлять с детьми наедине, Сонхун тяжко выдохнул. — Рики-я, послушай… Я понимаю, что тебе кажется, будто я смеюсь над тобой, но это не так. В смысле… я совсем не как твой брат. Я быстро понял, что все это не было смешным и… — он сам прервал свою сбивчивую речь, когда понял, что чужие всхлипы участились и что Рики стал дрожать еще сильнее. — Господи… Недолго думая, он притянул младшего к себе и обнял, уложив его голову к себе на плечо. — Боже, прости меня, Рики-я… Я поступил очень нехорошо. Мне очень жаль… Отчего-то в сердце закололо. Сонхун не был бесчувственным чурбаном. Напротив, он был очень сентиментальным и чувствительным, а еще был эмпатом. А потому чужая обида воспринималась им как своя собственная. Да и чувство вины усугубляло ситуацию, что радости не приносило. Объятия с хёном ощущались, как волшебное лекарство, которое излечит от всех обид, злости и разочарования. Ведь когда Сонхун обнял его, Рики почувствовал себя намного легче. И под настоящей защитой. Он обнял старшего в ответ. Но намного сильнее. Теперь-то Сонхун понял чувства Рики. Он понял, насколько дорог ему, и что его слова в той подписи к портрету были не шуткой. Рики действительно испытывает что-то к Сонхуну. И это осознание пришло в голову Хуна лишь из-за объятий — сильных и крепких. Будто Рики пытается слиться с ним воедино или, как минимум, не отпускать никогда. Чувство чужого тепла на этот раз ощущалось еще сильнее, чем при первых объятиях. И сейчас Сонхун даже ощутил бешеное биение сердца Рики, что буквально норовило вырваться из его груди. Тем не менее, Сонхун понимал, что не может прервать эту близость прямо сейчас — это еще больше обидело бы Рики. А ведь он, казалось, начал успокаиваться. — Малыш, тебе уже лучше? — Он, вопреки своему обещанию не прикасаться к младшему, все же неуверенно провел по волосам Рики, нежно поглаживая его затылок. — Ты же больше не будешь плакать, да? — Я не плакал… — и осознание пришло слишком резко. Рики слишком поздно осознал, что взял и заревел перед своим предметом воздыхания. Господи, хуже и быть не могло... Он отстранился, сильнее растерявшись. — Я… разозлился просто. — Я понимаю, — тут же учтиво кивнул Сонхун, не прекращая поглаживать Рики по голове, — но даже если ты и плакал — это нормально. Ты просто не ожидал такой подставы. Мой дядя, младший брат мамы, однажды специально оставил меня одного у кассы в парке аттракционов и следил за моей реакцией. Ему, видите ли, было интересно, что я буду делать. А я просто стоял и ревел, как дурак, потому что очень испугался. Мне тогда как раз как тебе было… И Сонхун совсем не понимал, к чему решил так откровенничать с Рики, потому что эту глупую историю он никогда никому не рассказывал. Даже Джо. — Ты все ещё видишь во мне ребёнка. Я просто… я плакал от злости. Джо-хен иногда ведёт себя раздражающе. И мне очень жаль, что ты пережил такое, хён. Ты ведь тоже тогда разозлился, верно? — всхлипнув на этот раз тихо и спокойно, спросил Рики. Да, он прекрасно понимает, что он чересчур эмоционален. Да, он намного младше. Но не до такой степени, чтобы с ним общаться так, будто он пятилетний ребёнок. Но в то же время хён казался таким милым и невинным, когда пытался успокоить его. Несмотря на свои принципы, Рики теперь даже хотелось чаще плакать перед ним… Ну, чтобы получить такую же заботу. — Знаешь, в последний раз по голове меня гладил дедушка. И я каким-то образом успокаивался… — тихо произнес он, наслаждаясь чувством близости с хёном. Рики не стал говорить, что чувствует прямо сейчас такой же приятный и тёплый трепет в душе… Прямо как было с дедушкой. Сонхун очень хотел бы сказать, что он готов всегда его гладить, если это будет его успокаивать. Он никогда не был особо тактильным, но с Рики готов пойти на уступки. — Значит, дедушка очень любил тебя, раз гладил тебя и успокаивал, — тихо проговорил Сонхун, не сразу осознавая, что именно сказал. В попытке успокоить Рики он ляпнул что-то совсем несуразное и оставалось надеяться, что Рики еще не дозрел до понимания подтекста чьих-либо слов. Да, он был умен и был смышленым, но он все еще оставался ребенком, который еще многого не понимает. А Сонхун даже не это имел в виду… Он действительно говорил про его дедушку, а не про то, что все, кто будут гладить Рики по голове, любят его. Как-то глупо получилось, Хун это признает. — Меня действительно раздражает, когда кто-то трогает мои волосы, — к счастью, Рики не стал зацикливаться на словах старшего, ему хотелось больше говорить с ним. — Но мне нравилось проводить с дедушкой время. Потому что он никогда не смотрел на меня так, словно я ребёнок. Именно поэтому я стал самостоятельным. Я помню, в те моменты, когда мне было грустно или страшно, я лежал, положив голову на его колени, а он гладил меня по волосам и рассказывал разные истории из своей молодости. О, особенно связанные с бабушкой! Это было действительно ценно для меня, хён… Я засыпал под звучание тихого голоса дедушки и был тогда счастлив. Мне иногда одиноко без него. Меня будто бы никто не понимает тут, — и голос его невольно задрожал, и он решил выпрямиться и сесть нормально, чтобы больше не доставлять старшему неудобств. Рики успокоился, но слишком уж разошелся, когда решил рассказать о своём деде. — Хён, прости, я слишком увлекся… Не увлекся, а доверился. Сонхун видел разницу, в отличие от Рики. Но говорить об этом он, конечно, не станет. Чего доброго, тот снова обидится. — Тебе так повезло, Рики-я! В твоей жизни был такой человек, который мог тебя успокаивать. Твой дедушка сделал все, чтобы ты вырос счастливым. — Он улыбнулся Рики, пытаясь подбодрить. — Не у многих людей есть кто-то, кто был бы таким важным в их жизни. Вот в жизни Сонхуна таких людей не было. Папа у него очень занятой, мама на своей волне, братья и сестры лишь двоюродные, а тот самый дядя… а дядя по-прежнему клоун. Поэтому он очень рад за Рики, у которого был такой золотой дедушка. — Моё везение не длилось долго, — грустно хмыкнул Рики и посмотрел на него с опухшими глазами. — Ты не будешь спать? Да, Джо говорил ведь, что Рики очень плохо пережил смерть дедушки. Должно быть, очень больно терять кого-то настолько близкого и любимого. Но эту тему нужно закрыть — какая-то она очень грустная. — Да, нужно ведь спать… — будто бы только вспомнив о такой человеческой особенности, как сон, сказал Сонхун. — У вас же можно принять душ? — Да, конечно… — растерянно выдал Рики. — Впрочем, ты знаешь, где он. А я… пойду спать. Детское время закончилось. Сонхун рассмеялся с того, как Рики в очень выгодные моменты вспоминает, что он еще ребенок. — Постой… — окликает он уже направившегося в свою комнату Рики, — а как же полотенце и пижама? Мне их самому искать? — Ты с собой не принёс пижаму? — со скептицизмом приподняв одну бровь, спросил Рики. — Я могу дать лишь полотенце. — Так я же сказал, что мы сразу с уроков пришли. Я даже не знал, что с ночевкой сюда иду. — Отчего-то Сонхун посчитал нужным оправдаться, хотя не перед мелким это надо было делать. — И что значит, лишь полотенце? Мне что, голым спать? — Блин, найди что-нибудь в шкафу Джо! Это же не так сложно! — возмущаясь, воскликнул Рики. Сонхун насупился в притворной обиде. — Ты за кого меня принимаешь?! Я не собираюсь копаться в чужих шкафах! — Хён, ты явно издеваешься… — устало вздохнул Рики, потирая лоб. — Ты прямо как ребёнок, ей-Богу. Идём в комнату Джо. Я тебе что-нибудь поищу. Не обращая внимания на обидные по своей сути слова Рики, Сонхун победно ухмыльнулся, добившись своего. С чувством собственного достоинства он пошел следом за младшим в комнату Джо. — А ты мне больше нравишься, когда послушный, — неожиданно даже для себя сказал он. — Ой, всё, — лишь закатил глаза Нишимура, пытаясь не обращать на него внимания. У него был правильный режим сна, и он строго придерживался его. И прямо сейчас ему жутко хотелось спать. Он, оказавшись в комнате брата, быстро открыл шкаф и кое-как нашёл чистую пижаму и полотенце. — Шампунь и гель ты сам увидишь, — сказал он устало, оборачиваясь к нему. — Ладно, — до этого следя за копошением младшего, легко согласился Сонхун. — Спокойной ночи, Рики-я! Мда… нелепый вечер какой-то вышел. Сонхун до сих пор не понимает, как вышло так, что с младшим братом его лучшего друга на ночь остался именно он. И почему он сам на все это согласился? У него же с головой точно все в порядке? Впрочем, об этом всем можно подумать и завтра, потому что завтра вернется Джо и ему будет что предъявить. А пока в душ и спать. Спать, пытаясь забыть, что прямо за стенкой наверняка беспокойным сном спит совсем-не-ребенок-Рики. — Спокойной ночи, хён… — прошептал в своей комнате младший, мгновенно проваливаясь в царство Морфея. И ведь это был последний раз, когда Рики видел его…