Four's a Crowd

Он занимался майнингом, когда это случилось. Не было никакого предупреждения. Ни вспышки света, ни громких звуков, только он в пещере, а затем — боль. Ужасная, жуткая, жгучая боль, такая яркая и острая, что он был уверен, что умрет. У него были отдаленные воспоминания о том, как он корчился на земле, царапал ногтями камень и кричал, когда его череп раскалывался на части. Он не знал, как долго пробыл там, знал только, что к тому времени, как он пришел в себя, факел, который он поставил, почти догорел. Чудесным образом ни один моб не наткнулся на него, пока он был беспомощен — маленькая милость. Путешествие на поверхность прошло как в тумане. Что-то было не так — его голова казалась одновременно гулкой и слишком переполненной, как будто его мозг раздули в четыре раза больше прежнего и запихнули обратно в череп. — П-привет? Томми замер на месте и резко обернулся. Его зрение поплыло от движения, но он все же сумел поднять свою железную кирку. — Кто… кто это? — невнятно пробормотал он. Он не мог видеть никого другого, но мог поклясться, что слышал– — Ранбу? Пурпурный? — голос человека звучал испуганно, — Это вы? Томми сморщил нос. — Для тебя это Томми Иннит, сука. Последовала пауза. А затем Томми вздрогнул, когда волна чистой эмоциональной агонии захлестнула его. Кирка выпала из его онемевших пальцев, и он рухнул, удерживаясь на руках. — Что за черт, — выдохнул он. Его глаза горели, и он потер их, размазывая полоску грязи по лицу. — Какого хрена- почему я плачу?! — Томми? — спросил человек. Его голос был ужасно похож на голос Таббо. — Это действительно ты? — Конечно, блядь, это я, кем мне еще быть? — Томми попытался сесть, но только для того, чтобы очередная волна скорби сбила его с ног. — Черт! Прекрати это, хрень которую ты делаешь?! — Прости, — пробормотал Не-Таббо. — Я просто… Прошло некоторое время с тех пор, как я с тобой разговаривал. — Таббо?! — О черт, их было двое. –Таббо, я не- я не чувствую своего тела, что- — Мы в голове Томми. Томми моргнул, желание заплакать было подавлено его шоком. — Вы, блядь, что. –… Томми? — Выдохнул голос #2. Это звучало как Ранбу, поэтому Томми решил окрестить его Не-Ранбу. — Мы- мы сделали это? Портал сработал? — Да, — сказал Не-Таббо, хотя его голос звучал несчастно. — Мы вернулись, но… не там, где мы должны быть. — Просто радуйся, что мы не перезаписали его, — вмешался третий голос. Томми почувствовал, как в груди расцветает ужас, за которым следует прилив облегчения. Он поморщился и поднес руку к ребрам, пытаясь подавить посторонние эмоции. — Что за чёрт, — процедил он сквозь зубы, смаргивая последние слезы с глаз. — Что, блядь, происходит. Кто ты. Почему ты в моей голове. Все три голоса излучали испуг. — А, — сказал голос #3. Они звучали знакомо, но Томми не мог вспомнить имя. — Э-э, видишь ли- к черту это, Таббо, ты объясни. — Ты действительно бросил меня под минную тележку, да? — Пожаловался Не-Таббо (Таббо?). — Итак, э-э, привет, Томми. Мы из будущего. — Ага, — сказал Томми. Итак, теперь у него были галлюцинации. Круто. Голоса, очевидно, почувствовали его недоверие. — Мы действительно оттуда, — сказал Не-Ранбу. — Я Ранбу. Таббо и Пурпурный тоже здесь. — Ага, — повторил Томми. — Если вы из будущего, почему вы вернулся, и какого черта вы в моей голове? Острый укол страха-гнева-боли пронзил его грудь. Отлично, его эмоции тоже были на пределе. Он действительно сходил с ума. — Будущее было… плохим, — начал Не-Таббо. Голос #3 (Пурпурный, если Не-Ранбу можно было поверить) издал насмешку. — Перестань пытаться приукрасить это. Многие люди были мертвы, мы были живы, мы нашли чертеж портала, чтобы вернуться в прошлое, но испортили его и попали тебе в голову. — Не нарочно, — несчастно сказал Не-Таббо. — Прости, Томми. Мы не хотели втягивать тебя в эту передрягу. Томми прищурил глаза. Здесь было две возможности. Либо он окончательно сошел с ума и теперь ему мерещатся голоса, либо у него действительно в голове застряли три путешественника во времени. Учитывая приглушенные волны эмоций, которые были не его, он склонялся ко второму. Кроме того, он знал, что мог бы придумать Таббо и Ранбу — но Пурпурный? Он не видел этого парня сотню лет. (Более того, он хотел в это верить. Он хотел верить, что он больше не один.) — Хорошо, — сказал он вслух, затем фыркнул от трёх взрывов удивления-шока-облегчения, которые прозвучали в его груди. — Я верю вам. — Т-так просто? — Не-Ранбу– Будущий-Ранбу спросил. — Так просто, — подтвердил Томми. — Но мне нужно будет называть вас как-нибудь по-другому, потому что… потому что, э-э, ваше нынешнее «я»… — Ты всегда просто можешь называть нынешнего меня «сукой». Томми издал удивленный смешок. Будущий Таббо расцвел от ликования. — Тогда ладно, Сукой будет- — Мы не называем свое прошлое «я» Сукой, — невозмутимо сказал будущий-Пурпурный. — Просто называй себя… Подчеркивание, вроде. Это твоя фамилия, не так ли? Подчеркивание создавало отчетливое впечатление недовольства. — С тобой неинтересно. Будущий-Ранбу сместился. — В таком случае, эм… — Я не буду называть тебя Возлюбленный, буб бой. Томми откинулся на пятки и скрестил руки. — Но- — Может быть, мне следует просто называть тебя буб бой. — Пожалуйста, не надо, — вздохнул Ранбу. — Как насчет просто… Бу? — Простите, я единственный, кому разрешено называть тебя так- — Таббо. Подчеркивание обиделся. — Нет. Зови его Ран. — И я буду просто Пурпурный, — вмешался Пурпурный. — Моё молодое «я» не было… сильно вовлечено, так что у нас все должно быть в порядке. Томми ухмыльнулся. — Фиолетовый. — Нет. — Лавандовый. — Прекрати это. — Фуксия. — Это даже не оттенок пурпурного. — Я имею в виду, технически это красновато-фиолетовый- — Заткнись, Ранбу. Ран. — Пурпурный фыркнул. –… Где мы? — Пещера,— ответил Томми. Он поднялся на ноги, опираясь на кирку. — Я занимался майнингом, когда вы… подожди, вы видите? — Твоими глазами. На самом деле, немного странно. Мы можем видеть вещи, но ни хрена не чувствуем. — Подчеркивание вздохнул. — Действительно странно. Присутствие Рана затихло. — Подожди, ты меня знаешь. Ты знаешь мою фамилию. Томми прищурил глаза. — Да…? У меня нет проблем с памятью, буб бой. — Ты знаешь меня, — повторил Ранбу. – О, — выдохнул Подчеркивание. — Я… Томми, где ты? Когда ты? Руки Томми крепче сжали кирку. — Ну, э-э, я был изгнан. Примерно. Примерно месяц назад. Ледяной ужас проник в его сердце. — Кем? — Я думаю, мы уже знаем, — сказал Пурпурный. — Вы находитесь под Логстедширом, не так ли? Молчание Томми было достаточным ответом. Что-то острое и безымянное свернулось у него в груди. — Черт, — прошипел Подчеркивание. — Черт. Мы промахнулись — мы слишком поздно. — Мы все еще можем спасти кое-что, — сказал Пурпурный. — Нам придется отказаться от наших предыдущих планов, но- Ближайший к Томми факел зашипел и погас. Беглый взгляд показал, что остальные факелы, стоявшие вдоль туннеля, тоже были близки к тому, чтобы догореть. –… Мы поговорим об этом позже. — Я давно не был в Логстедшире, — пропищал Ран, явно стремясь выбраться на поверхность. — Ты можешь показать нам окрестности? Томми фыркнул, подавляя свой дискомфорт и перекидывая кирку через плечо. — Да, конечно. Я проведу вам, ребята, полную экскурсию. О путешествиях во времени вы можете поговорить позже. ------------- — Добро пожаловать в Логстедшир, — невозмутимо произнес Томми. Он махнул рукой на груду бревен у стены. — Население десять процентов людей и девяносто процентов мертвых деревьев. Может, мы и маленькие, но у нас лучшая, блядь, туристическая индустрия на SMP. — Ууууууу, — обрадовался Таббо, игнорируя растущее беспокойство, охватившее разум. Мертвые деревья! Мы любим мертвые деревья! –Это мой дом, — объявил Томми. Он указал на деревянное здание, затем заколебался. — Я имею в виду… технически это дом Гостбура, но он давно не возвращался. Итак. теперь мой дом, сука! К сожалению, его обычная стратегия «Мне определенно совсем не больно» была менее эффективной, когда аудитория могла чувствовать его эмоции. — О, Томми, — сказал Ран, и Томми поморщился, когда клубок вины-любви-разочарования ударил ему в лицо. — Ты не-, он — Он на мгновение запнулся со словами, затем вздохнул. — Гостбур… Он, в будущем, он сказал нам, что тот Дрим сказал ему, что ты больше не хочешь его видеть. Томми замер. — Он… что? — Дрим обманул его. Томми покачал головой. — Нет, ты… ты все неправильно понял. Дрим бы так не поступил. — Ты в это не веришь. Томми почувствовал кратковременный приступ раздражения. Он знал Дрима гораздо лучше, чем три голоса в его голове. Дрим никогда бы намеренно не причинил ему вреда, и даже если бы он это сделал, у него всегда была веская причина. Он уставился на траву у себя под ногами. — Дрим не такой, — настаивал он. — Гостбур просто забыл обо мне. Как он забывает обо всем остальном. — Он не забыл, — пробормотал Подчеркивание. — Он любил… любит тебя, он не- — Томми? Двойная волна удивления-страха-ярости пронзила его. Томми резко обернулся. –Д-Дрим! Дрим стоял у ворот Логстедшира, облаченный в полный незерит. Он склонил голову набок. — Привет, Томми. Что ты делаешь? — Э-э… — Томми побледнел, пытаясь найти оправдание и одновременно пытаясь подавить поток взрывоопасных эмоций, которые Подчеркивание и Ран направляли в его сторону. – Разговариваю! Черт. Это было не то, что он хотел сказать. Дрим не показал никаких внешних изменений, но Томми почувствовал, что температура падает. — О? С кем? — Сам с собой, — рявкнул Пурпурный. — Скажи с собой! — Сам… с собой, — заикаясь, пробормотал Томми, путаясь в словах и все большем количестве ругательств, переполнявших его мозг. — Да. С собой. Дрим не реагировал несколько секунд. Когда он заговорил, его голос был мягким. –… Ты ведь не лжешь мне, верно? Томми почувствовал, как остальные трое отшатнулись, когда его страх-вина-боязнь захлестнула их. — Нет! — выпалил он. — Нет, Дрим, я бы никогда не солгал тебе- — Хорошо. Друзья не лгут друг другу. Томми вздрогнул, когда три вспышки удивления, окрашенного яростью, вонзились в его мозг. — Друзья? — Подчёркивание взвизгнул. — Какого черта- — Шшш, — прошипел Пурпурный. — Подожди, пока Дрим не уйдёт. Томми нужно сосредоточиться. Томми вернулся в зону и обнаружил Дрима прямо перед собой с поднятой рукой. Он отпрянул, готовясь к удару, но Дрим просто наклонил голову и опустил руку. — Томми? — спросил он, менее обвиняющим тоном и более обеспокоенным. — Ты… в порядке? Томми ничего не мог поделать с искрами облегчения-счастья-тепла, которые поднялись в его груди. Подчеркивание подавил их волной гнева. — Он притворяется, Томми, — рявкнул он. — Ему на тебя наплевать, не- — Таббо, — прошептал Ран. Подчеркивание смолкл. — Я… э-э… — Томми потер голову. — Д-да, да. Я в порядке. Все в порядке. Если уж на то пошло, Дрим просто выглядел более обеспокоенным. Он протянул руку и коснулся лба Томми. — Ты болен? Томми растаял от прикосновения, только для того, чтобы комок отвращения-ярости-ненависти подкатил к его горлу. Он глубоко вздохнул и попытался стряхнуть это с себя, выпрямляясь и шатаясь, отошел на несколько шагов. — Нет, нет, — выдохнул он, уставившись в траву и послав резкий укол раздражения Подчеркиванию. — Я в порядке. Правда. Дрим уставился на него. Томми затаил дыхание, умоляя Дрима забыть об этом. –Тогда ладно, — наконец сказал мужчина. — Но, Томми… ты же знаешь, что можешь рассказать мне все, верно? –Да, — солгал Томми. — Хотя я серьезно. Я в порядке. Великолепно. На самом деле удивительно. Как у тебя дела? Отвлекающий маневр сработал. Дрим отвернулся и начал болтать об особенно отвратительном гасте, с которым он столкнулся в Преисподней. Томми оставался подавленным на протяжении всего визита, голоса стали более резкими, чем обычно. Он знал, что Дрим мог сказать, что что-то не так, но мужчина не давил и не пытался выманить больше ответов. Он давал Томми пространство, ожидая, когда тот почувствует себя достаточно комфортно, чтобы поговорить. К сожалению, любая признательность, которую Томми мог почувствовать, замерзла под ледяным негодованием, которое источал Подчеркивание. Ситуация достигла апогея к концу визита. — Мне скоро нужно идти, — сказал Дрим. Он достал лопату. — Ты знаешь, что это значит. –… Да. — Томми наблюдал, как Дрим копается в грязи, вырезая неглубокую яму. Голоса сместились, выражая замешательство, пока Дрим не вытащил связку ТНТ. — Кидай свои вещи в яму, Томми. В его голове воцарилась ужасающая тишина. Томми обреченно фыркнул и уже двинулся вперед — только для того, чтобы пошатнуться, когда спираль чистой ярости взорвалась в его груди. — Этот гребаный ублюдок, — прорычал Подчёркивание, полный ужаса и мучительной ярости. — Ты- он- вот что он сделал на горе! Он- он напоминал- Томми- — Томми, — повторил Дрим. Томми вздрогнул и поспешно сдернул шлем. — Прости, прости, — сказал он. Следующим слетел нагрудник. –Я отключился. — Просто будь внимателен, когда я с тобой разговариваю, хорошо? — промурлыкал Дрим. –Да. Прости, Дрим. Я буду лучше. Присутствие Подчеркивания затихло, сливаясь во что-то холодное и острое. — Я собираюсь убить его. — Успокойся, — предупредил Пурпурный. — Мы ничего не можем сделать прямо сейчас. Томми забросил свой последний блок в яму, молясь, чтобы на его лице ничего не отразилось. — Это все. Дрим зажег спичку и уронил ее. Томми поспешно отступил назад, подняв руки, чтобы защитить голову от последовавшего взрыва. В наступившей тишине у него зазвенело в ушах. Медленно он опустил руки и уставился на кратер. Это зрелище становилось привычным. Чья-то рука опустилась ему на плечо. — Я вернусь через пять дней, — сказал Дрим. — Скоро увидимся, Томми. –… Да, — сказал Томми. Он оторвал взгляд от дымящихся обломков, губы изогнулись в улыбке, которой он не почувствовал. — Скоро увидимся. Дрим напоследок похлопал его по плечу и ушел. Томми смотрел ему вслед, пока он не скрылся за деревьями, затем сел на песок и подтянул колени к груди. Его плечо горело в том месте, где его коснулся Дрим, и он задрожал, немного крепче обхватив себя руками. — Мы здесь ради тебя, — сказал Ран, продвигаясь вперед. Холодная аура Подчеркивания смягчилась от его слов, растворившись в чем-то похожем на комфорт. — Да, — согласился он. — Не обращай внимания на этого ублюдка, Томми. Ты выберешься из этого. Томми промолчал, позволив противоречивому клубку эмоций, свернувшемуся у него под ребрами, говорить самому за себя. --------------- Им потребовалось много проб и ошибок, чтобы понять, как работать вместе. Первое, что нужно было сделать: перестать делиться эмоциями. Томми не нуждался в том, чтобы остальные трое чувствовали его ужас-ужас-ужас, когда он с криком проснулся. Также ему не нужно было чувствовать горе Подчеркивания, или стресс Пурпурного, или глупую мягкотелость, которую Ран продолжал разбрасывать вокруг. Конечно, они не хотели этого делать, но это не означало, что это не было чертовски раздражающим. Пурпурный нашёл решение этому первым. — Это как стена, — объяснил он. — Просто представь, что строишь стену вокруг себя. — Легче сказать, чем сделать, — проворчал Подчеркивание, его раздражение отразилось в их сознании. Томми щелкнул рукояткой кирки, которую пытался починить. Он в смятении уставился на расколотое дерево. — Упс. Извини. — Может, нам не стоит пробовать это, пока Томми занят, — предложил Ран. Томми фыркнул и отбросил испорченную рукоять. — Ты думаешь? Боль горячей вспышкой вспыхнула в их груди. Ран поспешил затащить ее назад. — Ах, нет, извините- — Я не это имел в виду, — выпалил Томми, ударив остальных троих по лицу волной вины. — Черт- черт- В конце концов он прижался к внешней стене Логстедшира, прижавшись лбом к коленям. — Начни с дерева, — посоветовал Пурпурный. — Просто представь, что возводишь забор вокруг себя. — Забор, — повторил Ран дрожащим голосом. Его безжалостный поток вины-печали-разочарования немного поредел, его сосредоточенность отвлекла его от негативных эмоций. — Я думаю… я думаю, что у меня получается. В этот момент дрянной забор Подчеркивания развалился. Восторженный блеск Ран исчез под приливной волной раздражения. Томми ответил тем же, негодование захлестнуло их сознание прежде, чем он успел отдернуть его назад. Он вонзил ногти в грязь и заскрежетал зубами, дыша через отклик разочарования. — Упс, — пробормотал Подчеркивание, звуча напряженно. — Извините- позвольте мне- Волна эмоций схлынула и колебалась около трех секунд, прежде чем вспыхнуть снова. Пурпурный вздохнул. — Это займет некоторое время.