Мой счастливый брак

Последние дни ноября. Вот-вот природой начнёт править зима и её приближение уже заметно. За окном светает, первые снежинки этого года тихонько исполняют свой изящный танец на небе, после оседая на серый асфальт, где через минуту превращаются в капли воды. Будто этого танца, этой узорчатой снежинки и не было никогда. Аими проснулась от коротких поцелуев по всему лицу. Грубые, но такие тёплые пальцы убрали с лица пряди щекочущих волос, провели по спинке носа, опускаясь к сухим губам, которые срочно нужно было увлажнить. Вот поцелуи от бровей плавно перешли на щёки и медленно, растягивая удовольствие дошли до алых губ.  — Подожди… я же не умылась даже… — пыталась мягко от себя оттолкнуть Даичи, отворачивая лицо.  — И что? Я тоже не умылся. Или тебе неприятно? — продолжая целовать.  — Да нет, я такого не говорила. — хихикнула девушка, запуская пальцы в короткие мужские волосы.  Наконец, губы, что так долго разглядывал Даичи, были завоёваны. Руки мужчины скользнули под одеяло и легли на талию, прижимая девушку ещё ближе. Спустя некоторое время, когда Аими наконец расслабилась, проворливые руки залезли ещё дальше, под пижаму, поглаживая горячую спину. Влажные следы сладких поцелуев постепенно появились на шее, доходя до выпирающей ключицы. Мужчина не сдержался от соблазна и аккуратно прикусил нежную кожу. Из губ девушки вылетел томный стон, но уже спустя секунду она отпрянула будто ошпарилась от поцелуя.  — Ай, ты чего?! — схватившись за шею, — След остался? И как мне на улицу теперь выйти? — Ты же не будешь в такую холодрыгу в майке и шортах щеголять? — словив смешинку, отвечает вопросом на вопрос Даичи. — Но тебе же понравилось. Вся покраснела и горишь, — с победной ухмылкой он подтягивается ближе к жене, мягко убирая её руку и целует место засоса, немного задерживаясь взглядом после.  — Ты чего его разглядываешь? — немного хихикает Аими, пытаясь показать обиду, которой на самом деле и нет. Последние слова Даичи были проигнорированы.  — Своим произведением любуюсь, — лыбиться мужчина, оставляя короткий поцелуй на губах опешившей девушки и идёт к окну, перешагнув через неё. — Смотри, первый снег.  Аими подходит к мужу, обхватывая накаченную руку и кладёт голову на плечо.  — Как красиво…  — Да, когда рядом с тобой красивая жена — вдвойне. — тёплый поцелуй в макушку, — Кстати, сегодня принимают нового члена в клан. Будет церемония посвящения, ты же пойдёшь со мной?  — Ух ты, проводят целые церемонии посвящения? И что вы там будете делать? —  с большой заинтересованностью Аими заглядывает в глаза мужа, готовясь внимательно слушать. — Да, этот обряд называется «Саказуки». Мы собираемся всем кланом. Оябун — лидер, то есть я, и кобун — новичок, мой будущий подчинённый, садимся друг перед другом и распиваем сакэ. Дальше он произносит клятву, что будет соблюдать иерархию, будет подчиняться старшим и мне в первую очередь. — заканчивает своё короткое просвещение в тему мафии и кланов Даичи. — А ещё, я хотел официально тебя представить всем. Некоторые тебя уже видели на свадьбе, но там и доли клана не было. Все должны знать миссис Накамура.  На лице Аими появляется мягкая обворожительная улыбка, а в голове уже начинает вырисовываться сцена обряда и последующего знакомства клана с девушкой. Быть женой главы клана, тем более одного из самого влиятельного, даёт чувство некоторой ответственности. Ты не просто жена мафиози. Ты должна быть "шеей", в то время как муж "голова": мудрой, терпеливой, справедливой и жестокой, когда это требуется.

***

За эти два месяца произошло столько событий, а Аими со дня свадьбы даже не виделась со своей лучшей подругой Хитоми. Да, естественно они общались по телефону, но ничто не заменит душевный разговор под чашечку чая или кофе с разными вкусностями. В первый день старшей школы Хитоми сама подошла к Аими, которая стояла перед школой, не решаясь зайти. Девушка, излучавшая дружелюбие и мощную энергию, потянула Аими за руку, приговаривая, что они не успеют со всеми познакомиться. Та даже не успела среагировать, а просто последовала за ней, крепче сжав руку будущей подруги. С тех самых пор прошло уже 4 года. За это время их дружбу неоднократно пытались запятнать, но девушки никогда не верили слухам и всегда открыто обсуждали всё. Благо времени на обсуждения у них хватало. Чаще всего Хитоми зависала у Аими, которая почти каждую ночь и даже день проводила одна.  Даичи нужно было уехать по делам, поэтому быстрый звонок другу и правой руке Джо решил проблему с транспортом для Хитоми. К университетскому общежитию подъезжает белая Хонда. Хитоми, которая только вышла, осматривается по сторонам, дабы убедиться, что данная машина точно для неё. Колючий ветер будто только и ждал выхода девушки, чтобы поиграть с её волнистыми волосами и распахнуть не застёгнутое пальто цвета тёмный шоколад. Дверь со стороны водителя открывается и выходит Джо в тёмно-коричневом джемпере и свободных брюках, за счёт чего подчеркивалась талия, что так и норовила приковать на себе завороженный взгляд. Девушки и даже парни оборачивались, смотрели в упор и шушукались, пытаясь узнать к кому приехал этот красавчик. Но Джо, не обращая на это внимания, идёт прямо к девушке, предполагая, что именно она подруга Аими.  — Добрый день, осмелюсь предположить, что вы Хитоми? Я довезу вас к госпоже Накамура, — сделав небольшой поклон, поздоровался Джо, на секунду заглянув в бездонно-голубые глаза девушки. Открыв дверь Хитоми с пассажирской стороны, Джо уселся на место водителя и помчался в сторону коттеджного посёлка, где располагались дома главарей якудза. Многоэтажные коттеджи с огромными дворами, где на каждом углу стоит охрана в классических чёрных костюмах. Дом Накамуры находился почти в самом конце посёлка рядом с небольшим хвойным лесом. При заезде на территорию гравий приятно хрустит под колесами. Хитоми заворожённо всматривается в огромный двухэтажный дом. На лице Джо появляется небольшая улыбка, когда он краем глаза видит восторг девушки. Как только Хитоми выходит из машины, к ней навстречу чуть ли не летит подруга, попутно раскрывая руки для объятий. Джо стоит рядом и терпеливо ждёт пока закончатся радостные визги девушек.  — Приятного дня, Миссис Накамура, Хитоми. Я заеду за вами в шесть вечера. Даичи передал вам кимоно на этот вечер. — Мужчина достаёт из заднего сидения автомобиля небольшую коробку и передает её Аими.  — Спасибо, Джо. Девушки в обнимку заходят в дом и сразу идут на кухню, где Аими накрыла небольшой стол с вкусными закусками и сладостями. Налив горячего чая, началось бурное обсуждение последних, насколько это было возможно, новостей. Конечно же обсудили все покушения на Аими, которые Хитоми слушала с ужасом на лице.  — Подруга, это так страшно. Прости… что не была с тобой в такую трудную минуту.  — Ты чего, не надо просить прощения. Я специально тебе не сказала, потому что это могло бы и тебя подвергнуть опасности. Знаешь, в один момент я думала, что свадьба было худшим решением в моей жизни. Но Даичи изменил мое мнение. Он и его семья так тепло меня приняли, стали для меня настоящими родителями. Слыша Якудза мы представляем самых страшных гангстеров, опасных людей. Хотя с какой-то стороны это так и есть конечно. — с грустной усмешкой дополнила девушка, — Но несмотря на это, за такой короткий срок я успела почувствовать себя нужной и любимой.  — Я так рада за тебя, родная. Главное, что ты счастлива с этими людьми.  Слов накопилось очень много. Переживания, покушения, радость, поездка в Норвегию, новости с колледжа. Все надо было успеть обсудить. Но торопиться некуда, ведь теперь Аими не исчезнет и подруги будут видеться почаще. Время шло к вечеру, солнце, недавно вышедшее из под завесы снежных облаков, уже начинало садиться, показывая свои огненные лучи в завершение этого дня. Скоро солнце совсем уйдёт за горизонт и останется только небо, окрашенное в кроваво-розовый. На землю опустится братец Зима, предупреждая о своём приближении будет щипать людей за алые щёки. А пока в тёплом и уютном доме Аими готовится к церемонии принятия новичка в клан. На большой кровати лежит коробка с традиционным кимоно для девушки. Развязав белую ленту, Аими осторожно открывает крышку коробки, а внутри аккуратно сложенное кимоно иссиня-чёрного цвета. На подоле колышутся белые стебли бамбука — неимоверно прочное и в то же время очень гибкое растение. Надеть кимоно — это целое искусство. Сначала нижнее кимоно — нагадзюбан, которое сохраняет чистоту верхнего кимоно и помогает сформировать правильный воротник. Затем — основное кимоно — хададзюбан. Все запа́хи делаются строго слева направо, ведь иначе оно будет значиться как кимоно для траура. Широкий пояс — оби, фиксируется узкими поясами, формируя сзади красивый бант. Важно разгладить все складочки, каждый сантиметр должен быть симметричным, только в таком случае кимоно будет смотреться аккуратно и красиво на хозяйке. Спустя час сборов Аими была готова: чёрный кимоно с белым бамбуком подчеркивал изящность и утонченность фигуры, лёгкий макияж, который не перекрывал естественную красоту и невысокий пучок, собранный шпилькой-палочкой с цветком лотоса на кончике.  — Подруга, почему ты раньше не надевала кимоно? Тебе та-ак идет! — будто пропела Хитоми, разглядывая девушку и отходя чуть назад для лучшего вида.  — Денег на кимоно не было тогда, — усмехнулась Аими, поворачиваясь к напольному зеркалу позади.  Глухо прозвучал щелчок дверного замка и громкое «я дома». Даичи вернулся, чтобы забрать свою жену на встречу. Сняв ботинки у двери, мужчина прошёл всего несколько шагов в сторону комнаты их с Аими и остановился, будто вмиг окаменевшая статуя. Он горящими глазами осмотрел Аими снизу вверх и шумно вздохнул. На лице девушки расцвела лёгкая улыбка, она с нетерпением ждала реакции мужа. Хотя и этот ступор о многом говорил.  — Аими, я боюсь тебя представлять членам клана, — на выдохе наконец подал голос Даичи.  — Почему это? — невинно поинтересовалась девушка.  — Все же с ума сойдут от твоей красоты, а ты должна сводить с ума только меня, — на губах появилась ухмылка и Даичи сделал несколько медленных шагов к Аими, протягивая раскрытую ладонь. Тёплые пальцы коснулись руки и их тут же стиснули, притягивая к себе. — Ты превосходна, жена, — прошептал мужчина в губы, оставляя невесомый поцелуй, чтобы не размазать алую помаду. Ауди цвета ночи мягко зарычала, лаская уши. Медленно вырулив на дорогу, Даичи выжал педаль газа до упора и сорвался с места, рассекая холодный ветер. Чуть проехав, мужчина свернул направо, войдя в дрифт. Аими завизжала от резкости, благо Даичи за секунду крикнул кроткое «Держись!» с безумной улыбкой на лице. С характерным свистом Ауди пролетела крутой поворот, оставляя за собой чёрные следы выжженной резины и клубы дыма. Девчонки, стоявшие на тротуаре, дожидаясь зелёного света светофора, отпрыгнули назад от испуга и, перекрикивая рёв мотора, обрадовались, что не выскочили на красный, думая что машин нет. — Даичи, ты что творишь?! Я до смерти перепугалась, — крикнула девушка, когда машина уже выровнялась, но всё так же ехала 140 в час. Сердце кажется билось в таком же темпе. Несмотря на испуг, глаза Аими горели. — Согласись, было круто! — Улыбка до ушей, в глазах огонь. — Даичи… — обратилась Аими и притихла, делая интригующую паузу. — Да, малышка, слушаю. — Мы… сможем это повторить, но в более безопасном месте? — сказав это, Аими широко улыбнулась, видя удивление мужа. — ДА! — резко выкрикнул Даичи, — Завтра же я забронирую трек!

***

Приехав в храм, их встретил Джо и ещё несколько членов клана. Они вместе вошли в храм, где уже все собрались и ждали только главу клана. Мужчин было много, но между ними также мелькали и женщины. Все встали со своих мест и сделали поклон, приветствуя старшего оябуна и его жену. Прежде чем начать посвящение, Даичи решил официально представить миссис Накамура. — Сегодня особый день для нас. — начал он свою речь, гордо встав перед своим кланом, — В наши ряды вступает ещё один новичок. Пользуясь случаем, я хочу представить вам свою жену — Аими Накамура. Все хором поприветствовали девушку ещё раз. После все расселись по своим местам. Перед Даичи сел молодой парнишка лет двадцати и наконец обряд посвящения начался. Парню прокололи палец и капнули его кровь на изображение святого. Он стойко держался и не поморщился от достаточно болезненных ощущений. Изображение подожгли в руках новичка и пока оно горело, парень зачитывал клятву. Вступление в клан означало покидание своей кровной семьи и вступление в новую семью. После клятвы Джо подготовил саке — добавил в него соль и рыбью чешую. Разлил саке по чашкам — Даичи, как главе клана, полную до краев, а парню намного меньше. Сделав глоток горького рисового алкоголя, они поменялись чашками и испили напитки из чашек друг друга, тем самым скрепляя семейные узы клана. — Добро пожаловать в семью! — Даичи пожал руку парня, обняв второй рукой и на несколько секунд задержался что-то шепча ему в ухо. Одна лишь Аими смогла услышать, что говорил её муж. «Ещё раз так взглянешь на мою жену — я тебе глаза вырву. Не смей даже взгляда на неё поднимать». И отстранился, счастливо улыбаясь, ошарашенному парню, потому что он знал — оябун не шутит. Ещё до вступления в клан Кеиджи рассказали немало историй про жестокие расправы главы с предателями. От этих историй кровь стыла в жилах, а сегодня он вместе с ним выпивал саке. Не было у него другого выбора. До последнего Кеиджи держался и не хотел вступать в клан. Но многочисленные долги матери, которая всю зарплату тратила на алкоголь и иногда даже наркотики сделали своё дело. Крики каждую ночь, битая посуда, пустой желудок с самого раннего детства выбили из парня все силы. В тринадцать лет он уже начал подрабатывать, заработанные деньги тратил на еду, а часть копил, пока мать однажды не нашла его тайник. В тот день Кеиджи потерял последнюю каплю надежды на выздоровление матери, а три дня назад она скончалась от цирроза печени. Одна, в неубранной и грязной квартире, потому что сын приходил изредка, проверить жива ли ещё мать. В этот раз его уже в квартире ждало остывшее и покрытое трупными пятнами тело матери, если её можно так назвать. Мать — это светлый человек, опора и поддержка своих детей, безвозмездная любовь и теплота. Кеиджи не хотелось порочить это светлое слово своей "недоматерью". После церемонии посвящения все разошлись по домам. Самыми последними вышли Даичи, Аими и Джо. Холодный ветер пробирался под кимоно, вызывая табун мурашек. Джо поджег сигарету и затянулся, наполняя легкие едким дымом. Недалеко от храма был слышен шум машин и гул людей, но здесь не было ни единой души. Только ветер, поскрипывающие деревья и сизый дым. — Что-то не нравится мне этот Кеиджи. Джо, присмотри за ним, ладно? — Да, без проблем, брат, — докурив сигарету и бросив окурок в рядом стоящую урну, Джо ушел к своей машине.