Fall Asleep (Fаll For You)

Чонгук проснулся с ощущением, будто его голову крутили через мясорубку всю ночь, а затем насильно пытались склеить "Моментом". Тело неимоверно болело из-за бесчисленных часов, проведённых в клубе. Он собирает все силы в кулак и пытается разлепить отяжелевшие после сна глаза. В своем болезненном похмельном тумане он замечает тень, склонившуюся над кроватью, и устало потирает глаза, чтобы прояснить зрение. Чуть проморгавшись, Чонгук наконец-то может сфокусироваться и понять, что на коленях перед кроватью крепко спит Тэхен, положив голову на руку, на матрасе. Только тогда он замечает, что рука последнего мягко зарылась в его волосы, и рефлекторно отскакивает назад, заставляя руку Тэхёна выпустить его волосы и плашмя упасть на подушку. — Какого чёрта? — шипит Чонгук, тут же протягивая ладонь к пульсирующим от боли вискам. Он неистово трёт лицо, пытаясь вспомнить события вчерашнего дня. Так, он перезаписал песню в студии, потом танцевал, потом было бесчисленное количество шотов, а потом... а что было потом? Ничего, словно белый лист. Абсолютно ничего. Чонгук отнимает ладони от лица и медленно поворачивается к электронным часам на тумбочке, чтобы посмотреть время. Они моментально слепят его слишком ярким светом и Чон болезненно морщится от очередного приступа тупой боли в висках.

06:30 утра.

Чонгук, мягко говоря, в шоке. Хоть у него и пиздец, как болит голова, можно сказать, что ночка прошла вполне успешно. Во-первых, он дома в тёплой кровати и на нём надета пижама. Во-вторых, следов прошлой ночи в виде размазанной рвоты на полу тоже нигде не видно. В-третьих, в его кровати нет никакого незнакомца, имя которого он бы вряд ли вспомнил. Ну, и вишенкой на торте становится факт того, что ему каким-то чудом удалось проспать практически до семи часов утра. Чонгук крутит головой, в попытке немного хрустнуть шеей, так как обычно после сна она сильно затекает, но не чувствует никакой боли, даже хруста никакого не удаётся извлечь. Он в замешательстве поворачивается к Тэхёну и нахмурившись осматривает его сгорбившуюся перед кроватью фигуру. Он громко фыркает, решая, что скорее всего парень не захотел спать рядом с ним, поэтому решил расположиться на полу. Чонгук ещё разок потирает виски и аккуратно слезает с кровати, там, где он не может потревожить Тэхёна. Он чуть пошатывается, но идёт к ванной комнате, по дороге обращая внимание на разбросанные по полу полотенца, книги и другие вещи, которые раньше были аккуратно сложены в стопки. Странно. Он окидывает комнату недоумевающим взглядом ещё раз и скрывается в ванной комнате. Как только глаза привыкают к свету в ванной, Чонгук стаскивает с себя одежду и направляется в душ, однако, по дороге его взгляд цепляется за мусорное ведро, опрокинутое на раковину. — Чё за херня... Сложив два и два, Чонгук всё же понимает, что скорее всего это мусорное ведро причастно к его вчерашнему состоянию, учитывая, что на полу следов рвоты он так и не обнаружил. Думая о том, сколько он вчера выпил, удивительно, как он так ловко управился с ведром, не запачкав ничего, а потом ещё и сумел переодеться в пижаму. Он зарывается пальцами в мягкие волосы, замирая. Обычно, когда он просыпается после подобных попоек, волосы оставляют желать лучшего. Чонгук поднимает глаза на зеркало, рассматривая себя. Похоже, в душе он тоже успел побывать. Ничего себе. Его мало что удивляет, учитывая свою взбалмошную натуру, однако, это уже переходит все грани понимания. Он всё же заходит в душ и быстро ополаскивается, затем спешно выходит из ванной, открывает шкаф и достаёт куртку и тренировочный костюм. Надевая куртку, он останавливается и поворачивается к Тэхёну, ему некомфортно, просто глядя на него: спина того изогнута буквой "зю", аж смотреть страшно, и Чонгук уже может сказать, что Тэхёну придется нелегко, когда он проснётся. Он размышляет, стоит ли ему отнести парня в постель, чтобы тот мог нормально поспать, но почти сразу же трясет головой, стараясь побыстрее выбросить эту мысль из головы. Если Тэхён хочет спать на полу — пускай спит на полу. Он быстро проглатывает пару таблеток аспирина, последний раз окидывает взглядом Тэхёна и с щемящим сердцем выходит из комнаты. Он идёт по коридору чуть наклонив голову, чтобы глаза не слепило ярким светом ламп. Обычно он занимается с наушниками, но сейчас любой звук воспринимается, как раскат грома. К счастью, в коридоре тихо, большинство студентов ещё спит. Большинство, но не Пак Чимин, спешно выходящий из комнаты. — Эй, Чонгук! — вскрикивает Чимин, завидев друга. Чонгук чуть ли не подпрыгивает на месте от неожиданности и хватается руками за виски, среагировавшие на внезапный голос друга. Чимин смущённо улыбается своему резкому порыву. — Прости... — шепчет он. Он тянется к голове Чона, чтобы взъерошить волосы парня, но тот резко отталкивает его руку. Чимин недовольно фыркает: — Разве так следует относиться к хёну, который нёс тебя, пьянчугу, на своём горбу домой? — чуть громче говорит он, ухмыляясь виду Чонгука, снова потянувшегося к своей голове. Как только пульсация снова становится терпимой, он опускает руки и смотрит на Чимина полуоткрытым глазами. — Так это ты привёл меня домой? — спрашивает он, чуть охрипшим от сна голосом. Пак самодовольно скрещивает руки на груди. — Ага. Разве я не заслужил благодарности? Чонгук лишь хмыкает в ответ. — Ты чего так рано поднялся? Чимин хмурит брови и переводит взгляд на наручные часы. — Почти семь утра. Обычно, для тебя это уже не так рано. — Не рано, да... Но ты то просыпаешься ближе к обеду.... Чимин было открывает рот, чтобы возразить другу, но в итоге соглашается с его словами и просто произносит: — На самом деле, у меня дико болит задница. Чонгук непонимающе выгибает бровь. — Не смотри на меня так! Соревнования скоро, поэтому я буду каждый день тренироваться, чтобы быть в форме. — Уверен, ты забьёшь на все через три дня. Оскорблённый Пак шумно вздыхает, замахиваясь ладошкой на Чонгука. — Если я не помешан на спорте как ты, это ещё не значит, что я сдамся! — сквозь зубы произносит Чимин, хлопая ладонью по руке друга, вызывая у того смешок. — И вообще, это я должен спрашивать у тебя, какого хрена ты тут забыл. — он быстро окидывает Чонгука взглядом: парень уверенно стоит на своих двоих и от него даже не несёт перегаром. — Ты несколько часов назад был вусмерть пьян, как ты вообще сейчас ходить умудряешься? Чонгук вздыхает, вновь потирая виски. — Поверь, чувствую я себя хуёво. — Тогда херли ты бегать собрался? — Чимин тянет его за рукав куртки в сторону комнаты Чона. — Вали спать! Чонгук выдёргивает руку из хватки друга. — Не могу. Там спит Тэхен. Чимин оживляется при упоминании имени лучшего друга; взгляд становится беспокойным. — Как он вообще? Чонгук озадаченно отводит взгляд. — Нормально, наверное. — он делает небольшую паузу. — Хотя, он, походу, всю ночь спал на полу. Чимин охает и тут же с силой бьёт Чонгука по спине. Не успевший увернуться Чонгук вскрикивает и тянется рукой к пострадавшему месту. — Ты чё творишь? Чимин злобно смотрит на него. — Ты заставил Тэхёна спать на полу?! Чонгук открывает рот, чтобы защититься, но останавливается, когда понимает, что ничего не может вспомнить, поэтому не может точно доказать, что он этого не делал. — Хммм, да вроде нет... Чимин сверлит друга убийственным взглядом. — Тогда с какой стати он на полу спал?! Чонгук пожимает плечами. — Он странный. По мнению Чонгука, Тэхён действительно был странноватый. Он уже сбился со счёта от того, сколько раз тот вытворял что-то эдакое, заставляя Чонгука сомневаться в существовании этого мира, Вселенной, да и вообще, в самой реальности. Было даже как-то раз такое, что Чон застал Тэхёна разговаривающего с самим собой, но разными голосами, словно тот прогонял какой-то диалог из дорамы. — Он очень за тебя беспокоился, — разочарованно произносит Чимин. Чонгук лишь закатывает глаза. — Он — заноза в заднице. Чимин дуется и снова подлетает к другу, ударяя его по затылку. Тот вскрикивает, чуть отшатываясь, и хватается за голову из-за пронзившей его боли. — Хватит уже меня бить! — Ну уж нет, ещё разок тебе не помешает! — Чимин снова замахивается и бьёт парня по плечу. — Ты просто придурок! Чонгук стонет, потирая плечо. — Что на этот раз я сделал? — Вау, да ты даже не понимаешь! — Чимин осуждающе смотрит на друга. Тот лишь хмурится и качает головой. — Да как у тебя язык повернулся назвать его занозой в заднице, когда Тэхён полночи заботился о твоей пьяной туше? Чонгук непонимающе моргает. — Чего? — Да ты вчера вечером даже подняться сам не мог. Кто, как ты думаешь, убирал за тобой?! — вскрикивает Пак. — Это был Тэхён, идиот! И тут до Чонгука доходит. Это объясняет, почему на полу не было рвоты, а ещё, что он был в пижаме и с чистой головой. Он даже на секунду не могу подумать, что это мог быть Тэхён. Он хмурится, напряженно пытаясь вспомнить что-нибудь, но всё, как в тумане. — Оу. Чимин вскидывает брови в удивлении. — И это всё, что ты можешь сказать? Чонгук неловко переминается с ноги на ногу. Он не знает, что думать и что чувствовать. В голове пусто, а боль в сердце усиливается от чувства вины. — Что ты хочешь, чтобы я тебе сказал? — бормочет он. — Мне — ничего. А вот с Тэхёном тебе придётся поговорить. Чонгук кривит лицо. — Ну... мне нечего ему сказать. — О, ну уж нет, тебе как раз таки есть, что ему сказать! Ты должен извиниться перед ним за то, что превратил его жизнь в настоящий ад! — Так, мне кажется, ты уже преувеличиваешь... — Слушай сюда, — начинает Пак, тыча пальцем в грудь Чонгука. — к тому времени, как я приду забрать Тэхёна, вы, ребята, должны быть лучшими друзьями, иначе, я клянусь, что поудаляю всё на хрен с твоего компьютера! — Забрать Тэхёна? — непонимающе произносит Чонгук. — Тэхён переезжает обратно к нам сегодня. Но пока ты не слишком успел обрадоваться, сразу скажу — мы придём за ним поздно вечером, поэтому до этого момента ты должен из кожи вон вылезть, чтобы уладить всё, понял? — Я всю неделю пытался уговорить Юнги-хёна забрать Тэхёна обратно. Почему он вдруг согласился? Чимин морщится. — Ну, в отличие от некоторых, Тэхён делает это не ради себя, а ради тебя, Чонгук, да и к тому же, у него скоро концерт. — Ты же понимаешь, что говоря "от некоторых" я сразу понимаю, что это ты про меня. Пак игнорирует друга и продолжает: — Ты же знаешь, что у Тэхёна тоже есть проблемы со сном? Чонгук пожимает плечами, всё ещё стараясь не смотреть на друга. — Да, он упоминал что не может уснуть, когда я не дома. — И как тебе? Совесть не гложет? Если честно, это заставляло Чонгука чувствовать себя виноватым до такой степени, что спать стало еще труднее. Всякий раз, когда он где-то бродил ночью, хотя, обычно, он коротал время в комнате для тренировок, где и «спал» тоже (если смотреть в потолок считается сном), он подсознательно думал, а спит ли Тэхён сейчас. Иногда он правда думал просто вернуться обратно в комнату, поскольку и так, и так уснуть не может, но грёбаное упрямство заставляло задвинуть эту мысль, ведь, если Чонгук не может спать, то и Тэхён пусть не спит. Теперь, когда Чимин стоит перед ним и кричит на него из-за этого, он понимает, насколько был эгоистичен, особенно с учётом того, что Тэхён так волновался за него. Чёрт, он понимает, как сильно виноват. — Не особо, — лжёт он. Лицо Чимина разглаживается и, кажется, на нём не остаётся и намёка на какую-либо эмоцию. Он пустым взглядом смотрит сквозь друга; губы сжаты в тонкую линию. — Чонгук, сейчас же разворачивайся, пиздуй домой и вымаливай у Тэхёна прощение, иначе я убью тебя. — Но я правда не... — Убью нахуй, — медленно повторят Чимин. Чонгук сглатывает. Да, старший может быть очень страшным в гневе. Неудивительно, что Юнги по уши втрескался в него. — Ладно, — соглашается он, — но после пробежки. Чимин прищуривается. — Нет, сейчас. — Он спит, хён, — вздыхает он, устало проводя рукой по лицу. Ему отчаянно нужна пробежка, чтобы протрезветь. — Как только я закончу, он, вероятно, уже проснётся. Тогда я это сделаю. Чимин прикусывает губу, глубоко задумавшись, и это напоминает Чонгуку, как часто Тэхён это делает, и как каждый раз это чертовски его раздражает. Он отводит взгляд и прочищает горло. — Хорошо, но это только потому, что ты назвал меня "хён", — наконец отвечает Чимин, и Чонгук еле сдерживает себя, чтобы не закатить глаза. — Но тебе придется поговорить с ним до того, как я приду. На этот раз Чонгук действительно закатывает глаза. — Я сказал, что сделаю это. Можно хоть чуток веры в меня? — Ладно, — Чимин всё ещё недоверчиво косится на Чонгука. — Я приду в восемь к вам в комнату, чтобы помочь Тэхёну с вещами. Только попробуй соврать мне — всё равно узнаю и тебе это с рук точно не сойдёт! — Я же сказал «хорошо»! Может ещё, блять, расписку с меня возьмёшь? — Вообще-то, отличная идея. — Чимин, просто иди уже на тренировку. — Ладно, всё, ухожу. Чимин напоследок бросает злобный взгляд в сторону друга и удаляется. Чонгук со стоном выдыхает, обхватывая ладонями щёки. Ну разве голова могла болеть ещё сильнее? Ну, конечно же, ёпт твою... Он уже подсознательно начинает нервничать, прокручивая будущий разговор с Тэхёном. Как он вообще будет извиняться перед ним, с этими его огромными глазищами и отвратительной, квадратной улыбкой? Надо подольше побегать.

ᶻ 𝗓 𐰁

Если Тэхён ещё хоть раз притронется к клавишам саксофона — пальцы раскрошатся к чёртовой матери. Он устало стонет и снимает инструмент с шеи, отставляя. Нос забит, чёрт подери. Он протягивает руку и хватает салфетку, громко сморкаясь и в миллионный раз переводя взгляд на часы.

05:29.

Что ж, прошло ровно две минуты с последнего раза, как он смотрел на часы. Тэхён проснулся восемь часов назад, и, по правде говоря, хоть и спал он довольно-таки хорошо, сейчас он чувствует себя разбитым, да и Чонгук ни разу за это время не показался в комнате. Всё тело ломит, нос заложен и болит голова. Он уже сто раз пожалел, что уснул в мокрой одежде. Теперь Тэхёну остаётся лишь пожинать плоды. Он буквально чувствует, как находится на волоске от простуды, но всеми силами пытается сделать всё возможное, чтобы не разболеться. Весь день Тэхён кутается в одеяло и даже даёт себе послабление в виде готового рамёна, хоть для Тэхёна сама идея приготовления рамёна в микроволновке является самым страшным преступлением, но слабость настолько сильная, что это всё, на что его хватает. Однако, это не единственная причина, по которой он проводит весь день в комнате — Тэхён просто не может вытерпеть мысли о том, что уйдёт, так и не успев застать Чона, чтобы поговорить с ним. Тэхён со злостью отбрасывает одеяло и направляется к компьютерному стулу Чонгука, гулко плюхаясь на него. Он пялится в потолок, а потом начинает крутиться. Интересно, сколько раз он успеет прокрутиться прежде чем его вырвет? На двадцатом повороте он слышит, как дверь распахивается, и рефлекторно вскакивает со стула, пытаясь сфокусировать взгляд, однако, учитывая то, что перед собой он видит расстроившегося Чонгука, у него плохо получается. От головокружения он спотыкается и падает вперёд, глухо приземляясь на грудь с тяжелым вздохом. Тэхён лежит так несколько секунд, морщась от собственной тупости, а потом переворачивается и сталкивается взглядом с глазами Чонгука, который смотрит на него с пустым выражением лица. — Ты вернулся! — расплывается в улыбке Тэхён, чуть приподнимаясь и опираясь щекой на ладонь. Попытка сделать максимально непринуждённый вид проваливается моментально. Чонгук смотрит на парня, и тот чувствует всеми фибрами своей души осуждение, сочащееся из взгляда соседа. — Давай только без осуждений, пожалуйста, — выдаёт Тэхён. Чонгук отводит взгляд и направляется к кровати. — Хорошо. Тэхён опешил. Неужели Чон Чонгук только что осознанно игнорирует возможность кинуться в Тэхёна очередным колким высказыванием? Вау. Он отталкивается от пола, наблюдая, как Чонгук плюхается на кровать и достаёт телефон, начиная быстро скользить большим пальцем по экрану. Тэхён чуть мнётся на месте, складывая руки на груди: теперь, когда у него наконец появилась возможность поговорить с Чоном, он не знает, что сказать. Единственные звуки в комнате — тиканье часов и его шмыганье носом. — Я переезжаю сегодня, — наконец прерывает тишину Тэхён. Чонгук не отрывается от телефона. — Да, Чимин сказал мне. В голосе парня нет ни раздражения, ни враждебности. Он просто констатирует факт. Тэхён чуть покачивается на пятках взад-вперёд и старательно изучает постельное бельё под Чонгуком — всё, лишь бы не смотреть прямо на него. — Он в восемь придёт. Чонгук ничего не отвечает, продолжая пялиться в телефон. — Ничего, что я тут до восьми побуду? Но Чонгук снова молчит. Тэхён нервно заламывает пальцы, вновь начиная расстраиваться из-за него. — Конечно, — через несколько секунд всё же произносит Чон. Тэхён широко улыбается. Это всего лишь одно слово, но оно означает, что Чонгук его не отталкивает. Он практически подпрыгивает, присоединяясь к Чонгуку на кровати, но садится на совершенно противоположной стороне, на самом краю. Ещё чуть-чуть и упадёт. Устраиваясь поудобнее, краем глаза он замечает, что Чонгук на самом деле ничего не делает в телефоне: его палец то и дело зависает над приложениями, но не нажимает на них. Тэхён сверлит взглядом собственные руки, стараясь занять их хоть чем-то, да и сопли, как не кстати, подкатывают, что он начинает тихонько шмыгать носом. — Как себя чувствуешь? — мягко спрашивает он, прочистив горло. — Ты о чём? Палец Чонгука застывает перед экраном телефона, но он старается всё же не отводить от него взгляда. — Твоё похмелье. Тэхёну кажется, что Чонгук слегка вздрагивает, но его лицо остаётся спокойным. — Со мной все в порядке, — говорит он напряженным и хриплым голосом, затем снова замолкает. На этот раз он молчит несколько минут. Оба заняты своими делами: Чонгук просматривает свой телефон, а Тэхён втыкает в собственные пальцы и всё, что ему хотелось бы сейчас — выбежать из комнаты к чёртовой матери, потому что напряжение в помещении просто невыносимо, но он знает, что если он не извинится сегодня, это будет съедать его изнутри. Он раскрывает рот, чтобы наконец-то извиниться. — Прости, — выпаливает вдруг Чонгук. Тэхён так и остаётся сидеть с раскрытым ртом. Стоп. Что? Он медленно поворачивается к Чонгуку, чей телефон сейчас выключен из-за слишком долгого бездействия, но тот продолжает смотреть на экран, напряжённо сжимая челюсть. — Эммм, — всё, что может произнести Тэхён. Должно быть, это шутка какая-то, его сто процентов дурят, не иначе. Но Чонгук продолжает. — Я, типа, был последним придурком в последнее время... Что ж, тут Чонгук явно преуменьшил действительность, но да ладно, Тэхён и с этих слов находится в полнейшим шоке, ведь он то думал, что именно он и должен извиниться, а не Чонгук. — Эммм... Чонгук со вздохом отрывается от телефона, и переводит взгляд на соседа. Судя по выражению его лица, парню явно тяжко даётся этот разговор. — Я не должен был тебя выгонять, ничего не объяснив. Тэхён таращится на парня в замешательстве. — Да, не стоило так делать... — еле выдаёт он. Чонгук крепче сжимает челюсть. Кажется, что ещё чуть-чуть и он кожу на лице порвёт. — Когда ты мне рассказал про свои проблемы со сном, я не должен был относиться к этому так, словно это пустяк. — В-всё в порядке, — еле мямлит Тэхён в ответ. Но Чонгук явно ещё не закончил. — Прости, что так резко вёл себя с тобой, просто из-за того, что я почти не сплю и у меня огромное количество тренировок. Я завожусь с пол-оборота. Я не должен был заставлять тебя чувствовать себя так, словно ты виноват во всём. — Чонгук, я... — И прости, что заставил тебя спать на полу. Но я клянусь, что даже не помню, как сделал это, потому что когда я пьяный, я вообще ни черта не соображаю, вечно глупости всякие вытворяю. Хотя, думаю, я и на трезвую голову не лучше себя веду, как ты успел заметить... Тэхён неверующе смотрит на парня, пока тот что-то мямлит. Кажется, тот в одночасье изменился на все сто восемьдесят градусов. Тэхён за несколько месяцев не слышал столько слов из уст младшего в принципе. — Чонгук! — наконец вскрикивает он, прерывая бессвязную речь Чонгука, но вдруг его голос надламывается и он начинает кашлять. Тэхён быстро отворачивается и прикрывает рот локтем, чтобы не кашлять в сторону Чонгука, и не напугать его еще больше. Чонгук подпрыгивает на месте, возвращаясь в реальность. Он несколько секунд смотрит на парня, а затем его лицо снова каменеет. Он отводит взгляд в сторону, сжимая телефон до белых костяшек в руке. — Ты заболел? — виновато спрашивает Чонгук. — Нет, не заболел! — быстро выпаливает Тэхён. — Просто немного простыл. Температуры даже нет. Кажется, всё благодаря мармеладным витаминкам в форме мишек. — пытается смягчить обстановку Ким, но Чонгук уже сидит хмурый. — Прости. Тэхён едва сдерживает смешок. — Расслабься, ты не заставлял меня спать на полу. — успокаивает он парня, хихикая. Воспоминания об этой ночи всё ещё свежие, и Тэхён не нарочно улыбается, вспоминая, как Чонгук по-детски вёл себя, прося Тэхёна поделать ему массаж головы. — Я, эмм, делал что-то и случайно уснул... Кажется, от слов Тэхёна Чонгук всё же немного расслабляется. — Да, припоминаю что-то, — едва уловимо мямлит Чонгук. Тэхёну приходится слегка наклониться в его сторону, чтобы лучше расслышать. — Спасибо, что возился со мной вчера вечером. В момент все мысли в голове Тэхёна оседают белой дымкой, делая его голову абсолютно пустой. Одна его половина кричит от восхищения, потому что Чонгук наконец-то отнёсся к нему, как к человеку; но другая половина — умирает от вины. Чем больше Чонгук говорит, тем больше Тэхён понимает, что парень не так плох, как он думал. — Д-да, пожалуйста... — неловко произносит Тэхён. Он закусывает губу, а затем его глаза расширяются и он на выдохе выдаёт. — Стой, ты всё помнишь? Боже мой, неужели Чонгук помнит, как он раздевал и мыл его? Чонгук замечает панику в глазах Тэхёна. — Нет, мне Чимин сказал. Тэхён всеми силами делает вид, что ничего такого его не беспокоит. Он шумно выдыхает, стараясь скрыть излишнюю нервозность. Ким определенно может прожить всю свою оставшуюся жизнь и без того, чтобы рассказать Чонгуку, как прошлой ночью он в дичайшей панике намыливал его голое тело. — Оу, — он собирается с мыслями, прерывая тишину. — Слушай, я тоже хотел извиниться. И теперь очередь Чонгука удивлённо разворачиваться к нему. Тэхёну даже приходится сдержать смешок от того, какое взволнованное выражение появилось на лице другого парня. Чонгук старается выглядеть как можно более невозмутимым. — Эммм, ладно. — Прости, что так бурно реагировал на всё, когда не знал всего, — начинает Тэхён, заламывая пальцы. Чонгук молчит. Он смотрит в сторону, но затем переводит взгляд на пальцы Тэхёна, чуть хмурясь. — Ты был прав. Я вёл себя, как эгоист. Злился, обзывал тебя, не разобравшись во всём, — бормочет Ким, — прости, что делал выводы раньше времени. Чонгук напрягается, не отводя взгляда от пальцев Тэхёна. Тишина снова начинает давить. Тэхён отрывает взгляд от своих пальцев и поднимает глаза на Чонгука, ожидая ответа. Пусть хоть что-нибудь сделает: накричит, примет извинения, стукнет, в конце концов, только бы не молчал. — Кто рассказал тебе? — раздражённым тоном спрашивает Чонгук. Видно, как он пытается сдержать себя, чтобы вновь не вспыхнуть. Тэхён замирает. Чёрт, как он мог так глупо выдать себя? — Я, это... — он делает паузу, пытаясь придумать более-менее логичный ответ, а потом быстро выпаливает. — Я просто, я типа, хотел извиниться за то, что думал, что ты брал мой гель для душа. Чонгук непонимающе пялится на соседа. Что ж, это было пиздец как тупо, Ким Тэхён. Тэхён еле сдерживает себя, чтобы не вмазать себе же по лицу. Нет, ну серьёзно. Ну как так можно было наебаться? Уголки губ Чонгука едут вниз. —Я не идиот, Тэхён. Кто рассказал тебе? — Э-э-эмм, Чимин, — едва различимо бормочет Тэхён в надежде, что Чонгук не услышит его. Чонгук раздражённо хмыкает, а затем вскидывает голову к потолку, больно закусывая щёку изнутри. — Он сделал это потому, что я буквально его умолял рассказать! — пытается оправдать друга Тэхён. — Пожалуйста, не злись на него! На кого нужно злиться в этой ситуации – так это на меня. Чонгук отрывает взгляд от потолка и без всяких эмоций смотрит на Тэхёна, заставляя того съёжиться и вновь забеспокоиться, что он снова что-то не так сказал. Но затем Чонгук одаривает его невероятно милой полуулыбкой, от которой сердце Тэхёна на секунду замирает в груди. — Чимин был прав, — произносит Чон, — ты очень волнуешься и заботишься о других людях, да? Тэхён хмурится. — Ну естественно. Чимин — мой лучший друг! — Ты и обо мне беспокоишься, — подмечает Чонгук. Щёки Тэхёна невольно покрываются румянцем. — Н-ну, ты же тоже мой друг. Чонгук весьма удивлен высказыванием соседа, но тот ведёт себя, как ни в чём ни бывало. Странно, ведь это впервые, когда он называет его другом. Чонгук отводит взгляд, чуть улыбнувшись уголком губ. — Хорошо, — это всё, что он говорит, но это мгновенно вызывает яркую улыбку на лице Тэхёна. Значит, Чонгук совершенно не против быть друзьями. Тэхён придвигается ближе, его рука невзначай задевает руку Чонгука, и когда тот не отстраняется, улыбка Тэхёна становится ещё шире, однако Чонгук снова напрягается, заставляя Тэхёна немного отодвинуться, чтобы создать более комфортное расстояние между ними. Они сидят в полнейшей тишине несколько минут. Тэхён откидывает голову назад, прислонившись к стене и закрывает глаза. Наверное, впервые с момента переезда к Чонгуку, он чувствует себя так спокойно. — Знаешь, я удивлён, — внезапно прерывает тишину Чонгук. Тэхён невольно вздрагивает от шума. Ким сонно моргает, пытаясь сосредоточить взгляд на соседе. — Насчёт? — спрашивает он. — Что ты не считаешь меня странным, — почти шёпотом отвечает Чонгук. Тэхён задумчиво хмурит брови. — С чего бы мне тебя считать странным? Чонгук пожимает плечами, а потом произносит: — Ну, потому что я не могу спать, когда в комнате есть люди. Тэхён в шоке таращится на Чонгука. — Это никаким образом не делает тебя странным! — успокаивает Тэхён. — Тем более, ты не можешь это контролировать. Ему до жути хочется завернуть Чонгука в гигантское буррито из одеял и спрятать в углу от суровой реальности и всего мира, что окружает его. Вопрос только в том, почему его это вообще волнует... Чонгук немного обиженно смотрит на него. — Ты говорил, что я слишком драматизирую. Глаза Тэхёна бегают по комнате в попытке переварить собственные же мысли. Он с неподдельным сожалением смотрит на Чона, поджимая губы. — Это потому, что я ничего не знал! Чонгук, мне правда очень жаль. Ты не драматизируешь, я даже не знаю, какого чёрта я такое сказал... — Чувак, остынь, я просто шучу, — с небольшим смешком говорит Чонгук. Тэхён облегчённо вздыхает, устало потирая ладонями лицо. — Я не хочу, чтобы ты волновался по этому поводу. Это пустяки. Честно. И меня очень раздражает, когда люди пытаются меня осудить за что-либо, — продолжает Чонгук. Тэхён яростно качает головой. — Да я бы ни за что не стал бы! Может, я тебя и не понимаю до конца, но всё равно, это не повод осуждать. Чонгук, не скрывая удивления, смотрит на Тэхёна, а затем слегка кивает головой. Тэхён вспоминает, что ранее они с Чимином вскользь обсуждали бессонницу Чонгука и он помнит, что что-то спровоцировало её начало. Ему до скрежета зубов интересно, но он колеблется, стоит ли вообще спрашивать об этом соседа. Тэхён не хочет перегибать палку, учитывая, что походу всё постепенно налаживается между ними, но атмосфера настолько комфортная, что кажется, будто это максимально правильный момент. — Могу я спросить кое о чём? — всё же смелеет он. — Как так получилось, что ты теперь не можешь спать? Чонгук каменеет. Тэхён сразу же хочет хорошенько долбануть себя по лицу за свой вопрос, но что сделано, то сделано. Он уже мысленно готовится к предстоящей реакции Чонгука, но тот, к удивлению, спокойно отвечает. — Чимин тебе не сказал? Тэхён облегчённо выдыхает, отрицательно качая головой. — Сказал, что только ты можешь мне рассказать об этом. Чонгук молчит, глубоко задумавшись. — Тебе не обязательно говорить мне, если ты не хочешь, — быстро добавляет он. Чонгук с минуту задумчиво смотрит сквозь Тэхёна, а затем произносит: — Нет, я скажу. Чон прислоняется затылком к стене и переводит взгляд на потолок, рассматривая поверхность. — Серьёзно? — вскрикивает Тэхён. Он был настолько уверен, что Чонгук откажется, что уже оставил надежду на ответ. — Я тебе говорил о том, что ты реагируешь на всё так эмоционально? — Прости. Я просто думал, что ты не станешь мне говорить. Чонгук пожимает плечами. — Ты же сказал, что не станешь осуждать и слишком бурно реагировать. Тэхён застенчиво улыбается, довольный доверием соседа. Чонгук какое-то время молчит, собираясь с мыслями, а Тэхён терпеливо ждёт, рассматривая их вытянутые ноги. — Кое-кто, близкий мне, умер во сне, — резко выпаливает Чонгук. У Тэхёна перехватывает дыхание, и он поворачивает голову к Чонгуку. Он ожидал всего, что угодно, но только не этого. И как Чонгук вообще мог тогда говорить ему, что ничего особенного не случилось. Сердце в груди готово было выломать грудную клетку. Оно словно падает куда-то в ноги и возвращается обратно. Ему очень тревожно. Тэхён нервно кусает губы, заламывая пальцы рук. Чонгук, кажется, не замечает этого. — Это было на втором году старшей школы, — продолжает он напряжённым голосом. — Ч-что случилось? — нерешительно спрашивает Тэхён. Чонгук грустно улыбается на вопрос. — В том-то и дело. Не было никаких предпосылок. Они вели абсолютно здоровый образ жизни. Тэхён не знает, что сказать, поэтому тактично молчит, всё ещё не веря, что Чонгук рассказывает историю из своего прошлого. — В то утро их не оказалось на кухне, хотя обычно они желали мне хорошего дня и завтракали со мной перед школой. Я пошёл в школу, думая, что они просто спят. Они так усердно работали, так что я решил, что они заслужили подольше поспать. С каждым словом голос Чонгука становился всё более напряжённым, казалось, что он словно давится ими. От этого тона Тэхёну стало не по себе и он обеспокоенно посмотрел на профиль Чона. — Мне позвонили на втором уроке... — Чонгука, ты не обязан... — начинает было Тэхён, замечая, как начинают подрагивать губы Чонгука, но тот игнорирует его и продолжает, будто разговаривает сам с собой. — Мне сказали, что они в больнице. Я по началу подумал, что по ерунде какой-нибудь, не знаю, кто-то ногу сломал или живот разболелся, знаешь... Чонгук переводит полный боли взгляд на Тэхёна. Ким ёжится, готовый в любую секунду броситься утешать парня. Рука дёргается в его сторону, но тот мгновенно останавливает свой порыв. — Они были абсолютно здоровы, а потом внезапно перестали дышать во сне. Тэхён хмурится. — Но, я не понимаю, если всё было в порядке, как это могло произойти? Как только слова вылетают из его рта, Тэхён отчаянно хочет взять их обратно, поскольку тема явно щекотливая, а он только что ещё больше расковырял до сих пор не затянувшуюся рану. Чонгук тяжело сглатывает, и на секунду Тэхёну кажется, что он сейчас заплачет, но, как обычно, он остаётся сдержанным. — Это было сонное апноэ. Тэхён медленно кивает, не зная, что ещё сказать. Он и раньше слышал об апноэ во сне, когда человек неоднократно перестает дышать на какое-то время в течение ночи, но он никогда не встречал никого у кого бы было апноэ или на кого бы оно так сильно повлияло. Чонгук заметно дрожит, а сердце Тэхёна бешено колотится. — Когда спишь, ты настолько уязвим, что ничего не можешь с этим поделать. Ты просто в трансе, где ты не можешь контролировать свое тело, — медленно говорит он, пытаясь выровнять голос. — Тебя это не пугает? Его голос звучит тихо, и он выглядит таким крохотным; глаза широко раскрыты, обнажая все его страхи и уязвимости. Тэхён и подумать не мог, какие ужасные мысли Чонгук хранит в глубине своей души. — Думаю, я никогда о таком не задумывался, — тихо отвечает Тэхён. Чонгук издаёт смешок. — Хотелось бы и мне так же. Тэхён в замешательстве наклоняет голову. — Просто перестань думать об этом. Тэхён хочет сказать ему, что понимает, что он чувствует. Было так много бессонных ночей, когда он мечтал, чтобы его мозг просто перестал работать, но всё это не сравнимо с тем, что пришлось пережить Чонгуку, ведь он потерял близких людей, потерял что-то столь же необходимое, как сон. Тэхён не в силах больше оставаться на месте и ничего не делать, особенно сейчас, когда в парне так много печали. Его сердце разрывается, просто слушая о боли Чонгука, он даже не может представить, что чувствует сам Чон. Ему нужно каким-то образом утешить Чонгука, поэтому Тэхён, не раздумывая, протягивает руку, чтобы откинуть челку со лба парня и провести по чужим волосам, точно также, как его об этом просил пьяный Чонгук накануне вечером. Заметив это движение, Чонгук хватает Тэхёна за запястье, не давая ему прикоснуться к себе. — Что ты делаешь? — спрашивает он, подозрительно сузив глаза. Тэхён пару раз моргает, а затем в ужасе отшатывается от парня, заливаясь румянцем. — Эммм, я хотел поиграть с твоими волосами. — Чонгук в удивлении вскидывает бровь на это высказывание, но Тэхён быстро продолжает. — Когда ты был пьян, ты попросил меня сделать это, тебе помогло тогда... Чонгук с непроницаемым выражением лица смотрит на парня. От стыда Тэхёну хочется убежать подальше из комнаты и спрятаться где-нибудь. Ну почему он опять всё портит своей странностью? — Я подумал, что и сейчас смогу так немного помочь тебе успокоиться, — бормочет Тэхён. — Ты же болеешь... — Нет! — возражает Ким. — Честно, не болею! Чонгук с подозрением смотрит на него, а затем, к удивлению Тэхёна, ослабляет хватку на запястье и опускает свою руку на колено, не говоря ни слова, оставляя руку Тэхёна продолжать парить в воздухе над его головой. Тэхён не двигается ещё несколько секунд, а затем неуверенно опускает ладонь на волосы Чонгука, медленно зарываясь в них пальцами. Чонгук прикрывает глаза и слегка наклоняет голову к ладони Тэхёна. Тэхён воспринимает это как хороший знак и продолжает медленно массировать кожу головы Чонгука. Хоть он и старается максимально мягко касаться головы младшего, всё его тело, наоборот, натянуто как струна. У него и в мыслях не было повторять то, что делал прошлой ночью, Тэхён вообще не ожидал всего этого, но он уже не может остановиться, учитывая то, как быстро расслабляется Чонгук от его прикосновений. Тэхён сосредоточено скользит пальцами сквозь мягкие пряди волос и все ненужные мысли постепенно уходят прочь из головы. Чонгук медленно открывает глаза, переводя взгляд на Тэхёна. — Я собираюсь задать тебе вопрос. Тэхён мягко смеётся. — Не надо было так официально об этом объявлять. Задал бы просто и всё. Чонгук закатывает глаза, его губы складываются в знакомую хмурую гримасу, и Тэхёну впервые кажется, что это выражение его лица скорее милое, чем грубое. — Как так получилось, что ты не можешь уснуть, пока я не приду? — спрашивает Чонгук. Тэхён удивлён вопросом. Он не думал, что парню это будет интересно, однако смысл в этом есть, ведь Чонгук рассказал ему свою историю, поэтому будет справедливо, если Тэхён расскажет и свою. Тэхён молчит, и его пальцы замирают, напряженно обдумывая, как выразить это словами. Он никогда особо об этом не думал. Он даже не знал, что у него бессонница, пока Чимин не сказал ему. Это было просто то, что всегда было с ним. Чонгук тянется, чтобы высвободить руку Тэхёна из его волос, поскольку она просто неподвижно лежит на его макушке, но затем Тэхён начинает снова водить пальцами по волосам, и Чонгук опускает руку обратно на свои колени. — Думаю, это чем-то похоже на твой случай — я слишком много думаю, — начинает Тэхён, — или, может, я слишком сильно волнуюсь, но об этом ты и так в курсе. Тэхён видит призрак улыбки на губах Чонгука, и тот кивает. — Я не поспеваю за своими мыслями иногда. Слишком уж быстро накручиваю себя и думаю о худшем, но когда ты здесь, такого нет. Я знаю наверняка, что ты в безопасности и с тобой ничего не случится. — У тебя такое даже с незнакомцами? Тэхён кивает. — С любыми людьми, с которыми я живу вместе. Чонгук в замешательстве наклоняет голову на бок. —Почему ты так беспокоишься о незнакомцах? Тэхён пожимает плечами и слегка тянет Чонгука за волосы, чтобы тот поправил голову: — Я не уверен. Я имею в виду, что ты, по сути, был незнакомцем, но я все равно не хотел, чтобы тебя отправили в Северную Корею. — Не уверен, что хочу знать, почему ты так думал... — Скорее всего не хочешь. Чонгук вздыхает, но в этом звуке нет раздражения. — Разве тебя не пугает идея спать в комнате с совершенно незнакомым человеком? — Да нет. Чонгук выглядит растерянным. — Даже когда ты такой уязвимый во сне? Ты не против, чтобы кто-то был рядом, когда ты в таком состоянии? Тэхён делает паузу. Он понимает, почему у парня столько таких мыслей, но он также задается вопросом, как Чонгуку удаётся каждую ночь оставаться наедине со своими мыслями. От одной только мысли о его одиночестве в горле образовывается ком. — Я думаю, когда кто-то рядом, я наоборот, чувствую себя в безопасности, — честно отвечает он, — если что-то и случится, то я буду не один и мне помогут или защитят. Чонгук медленно кивает. — Ну и кроме того, если придёт убийца, то он может убить соседа вместо меня, например. Чонгук фыркает, но Тэхён замечает, как слегка разглаживается его лицо от невольной полуулыбки. Рука Тэхёна начинает немного затекать, поэтому он решается слегка опустить локоть, чтобы дать ей немного отдохнуть. Чонгук замечает это и сползает головой с изголовья кровати на подушку, чтобы тому было удобнее. Тэхён чувствует, как трепещет собственное сердце, пока он наблюдает за парнем: Чонгук едва заметно улыбается уголками губ и утыкается лицом в подушку, вперив взгляд в простыню. — Расскажи мне больше, — говорит Чон после минуты молчания. Тэхён прикрывает глаза — он так сильно вымотался, что периодически начинает проваливаться в сон. — Что ты хочешь, чтобы я рассказал тебе? — Как ты так легко доверяешь людям? — У меня просто нет причин им не доверять, — мямлит Тэхён, пересиливая накатившую усталость. — Да и не всем я доверяю. Тебе вот не доверял. Они молчат пару минут, а затем Чонгук прерывает тишину. — Если ты мне не доверял, то каким образом моё присутствие в комнате помогло бы тебе чувствовать себя в безопасности? Тэхён вздыхает. Он настолько измотан, что чувствует всем телом дрожь в своих пальцах. Он устало моргает и ложится головой на соседнюю подушку с Чонгуком, копируя его позу. Чонгук перестаёт дышать, буквально замирает всем телом, однако, Тэхён совсем не замечает этого. Он чмокает губами и снова зарывается ладонью в волосы Чона. — Я поначалу не особо доверял тебе, потому что слушая Чимина и Юнги-хёна, создалось очень смутное впечатление о тебе. — Что они обо мне сказали? — усмехается Чонгук, снова расслабляясь. — Ну, одним словом, по их словам можно было подумать, что ты глава мафии. — Снова преувеличиваешь? — Ага. Чонгук закатывает глаза. — Продолжай. Что они ещё говорили? — Правда хочешь, чтобы я тебе рассказал? — удивлённо спрашивает Тэхён. — Сердиться не будешь? — Я по твоему кто, Халк какой-то что-ли? — Нет. Лол, конечно Халк — одно неверное движение или слово и будет "бум". — Просто скажи. Я не буду злиться. Честно, Тэхён не совсем в настроении делиться историями — усталость словно тонной кирпичей навалилась на него, но он ценит попытку Чонгука поддержать разговор, поэтому отмахивается от навязчивого желания уснуть и рассказывает Чонгуку, как он встретил Чимина и Юнги. Парень даже добавляет детали и признается, что после рассказов парочки представлял Чонгука не иначе, как огромным мужланом со шрамом на всё лицо. Чем дольше он говорил, тем сильнее сонливость окутывала его разум: он уже на полпути к царству Морфея, но всё равно продолжает рассказывать свою историю. Даже когда он наполовину в дрёме, каждый раз, когда Чонгук тихонько хихикает (например, после того, как он сказал, что боялся, будто бы Чон окажется инопланетянином), его сердце ликующе подскакивает, потому что устоять перед этим редким, но таким приятным звуком, просто невозможно. Он не соврал, когда сказал, что присутствие Чонгука успокаивает его. Теперь, когда Тэхёну не нужно волноваться за него, все те недели без сна снежной лавиной наваливаются на него, а кровать будто становится бассейном из пушистых облаков. Он не знает, в какой момент рассказа его пальцы расслабляются, слова замирают на языке, а разум погружается в сон. Чимин медленно моргает, с открытым ртом смотря на развернувшуюся перед ним картину. От удивления всё тело напрочь отказывается двигаться. Как и обещал, он пришёл помочь Тэхёну с вещами, но когда ему никто не открыл дверь, он вошёл сам — Чонгук редко когда закрывал её на ключ, потому что, цитата: «В комнате нечего красть, кроме тэхёновой куртки от Gucci». Перед тем, как зайти в комнату, Чимин морально готовится к худшему. Он вполне себе ожидает скандалов и драк. Или, возможно, Тэхён всё же убежал. Или, возможно, Чонгук всё же пульнул саксофон старшего о стену, разбив в процессе все его надежды и мечты. Однако, он совсем не ожидает увидеть двух соседей по комнате, мирно спящих рядом друг с другом. Словно щенок, Тэхён свернулся калачиком на левом боку, мягко сопя и кутая ступни в одеяло: его щека прижата к подушке, а губы приоткрыты. Правая рука парня покоится на краю подушки, ладонь — на голове Чонгука. А Чонгук. Чон Чонгук. Парень, который отказывается спать с ними в одной машине даже в дальних поездках, и который никогда не засыпает во время ночи кино. Тот самый Чон Чонгук, который всегда доплачивает за одиночный номер, когда они выезжают на соревнования по танцам, лишь бы только не спать в одной комнате с другими людьми, даже если они его самые близкие друзья. Тот самый парень, который всегда спит один, сейчас спит рядом с Ким Тэхёном, зарывшись носом в подушку и положив лоб на предплечье старшего. Лицо у него гладкое и мягкое, расслабленное. Чимин стоит несколько минут, проверяя, на самом ли деле Чонгук спит или просто ненадолго прикрыл глаза. Однако, спустя добрых десять минут тихое сопение подтверждает, что Чонгук действительно спит. Побоявшись уронить собственную челюсть на пол от увиденного, Чимин медленно подносит ладони к широко раскрытому рту. Он трёт глаза и даже щипает себя, чтобы проверить, что это правда не сон. Когда Пак понимает, что всё действительно реально, он впадает в ступор. Чимин закусывает кулак и начинает туда-сюда ходить по комнате, совершенно не зная, что делать. Однако, ответ очевиден. Дрожащими, от волнения, руками, он достаёт из кармана свой телефон, ищет контакт Юнги (предварительно сделав пару фоток, конечно же) и быстро печатает ему сообщение. Кому: Мин Шуга, ака гений, ака самый лучший мужик, ака моя сахарная конфетка ♥

Планы меняются!!!!!!

Тэ не будет переезжать обратно к нам.

Этот мелкий засранец остаётся тут и никуда из своей комнаты больше не денется ♥♥♥