краски.

Ему было легче работать в студии. В квартире было слишком много отвлекающих факторов: раздражающий скрип дверей и пола, слишком маленькая комната для работы и Черный. Он отвлекал не специально, у него были свои обязанности менеджера, он должен договариваться о выставках, часто говорить по телефону, что у него выходит громко, а потом он спрашивает Курильщица о готовности картин для выставок. Сегодня был очередной день когда он работал в студии. Курильщик любил возвращаться домой сам, у него была потребность в минимальной самостоятельности. Его забрали изредка, иногда такси, иногда Черный. В этот день Курильщик устал, вызывать себе машину не хотелось, легче было позвонить Черному и попросить, чтобы он забрал. Черный быстро приехал, сам открыл дверь в студию. У него уже давно водятся ключи. Курильщик не услышал, кто-то вошел. Тихо играла музыка, под которую он рисовал. Сейчас ему хотелось домой, рисовать он уже не мог. Курильщик вытирает щеку рукой. Теперь его лицо тоже в краске. Он не замечает как Черный входит в комнату, отчего вздрагивает когда чужая рука ложиться ему на плечо. — У тебя щека в краске, - Черный большим пальцем проводит по чужой щеке, пытаясь стереть краску, - блять. А у меня теперь рука. Курильщика умилил этот жест, он слабо улыбнулся и взял чужую ладонь в свои руки. — А у тебя рука теперь, - он отпустил чужую руку. Он взялся за колеса, чтобы повернуть коляску в бок и подъехать в раковине, - зеркала нет. Вытрешь щеку? Перспектива раскрашенным ездить мне не нравится. Черный кивает. Он даже без просьбы позаботился бы о Курильщике. Ещё со временем Дома забота о Курильщике вошла в привычку. Курильщик включает холодную воду, сначала Черный моет свои руки с мылом, потом ладонью пытается стереть краску с чужой щеки. — Все, - Черный смахивает с рук воду, а потом гладит чужую голову. Теперь она слегка мокрая, но ему нет до этого дела, - сразу домой вести тебя? Курильщик недолго думает. Потом берется за макушку, проверяя мокрые ли волосы. — Да, - он звучит неуверенно, ещё немного поразмыслив, он добавляет, - продукты есть? — Я купил. Выходной устроил себе, - он часто покупает продукты домой и готовит. За столько лет он научился готовить что-то кроме томатного салата. — Сам уже себе выходные устраиваешь, самовольничаешь, - Курильщик говорит с улыбкой. — Имею право, - Черный отвечает с серьезным лицом, - комната наша уборки требовала, да и по мелочи тоже убрался. Кажется уборкой в доме занимался только он, Курильщик лишь иногда участвовал в этом, чаще он пытался готовить приемлемую для желудка еду. — Спасибо, - он искренне благодарен, без помощи он быстро превратил свое жилище в мусоросборник. В его состоянии полноценно убираться, а нанимать сиделку или заказывать клининг не позволяла гордость. — Кофе по дороге себе куплю, - он его стал чаще пить его. Кажется работа менежржена немного выматывает. С его характером тяжело вечно вежливо общаться с надоедливыми организаторами выставок. Он временами жалуется на это, упоминая, что рад тому, что теперь это делает он, а не Курильщик. “Бережешь себе нервы”, - объяснял свою позицию он. Черный смотрит на одну из незаконченных работ. Ему всегда было тяжело понять картины Курильщика. Иногда он мог спросить суть чужой картины, после чего получал объяснения. Ему легче было понимать книги или фильмы, но картины оставались загадкой. Черный садиться на корточки, он кладет руки на чужие ноги. Он смотрит на Курильщика с той нежностью, которую способен передать. — Из реабилитационного центра звонили, спрашивают, почему я тебя возить перестал, - они оба понимали куда этот диалог идет. Курильщику всегда не нравилась эта тема, он сам отказался от реабилитации своих ног, он уже давно решил для себя, что никогда не сможет ходить, - сказал, что завтра мы придем. Сильной тебя вести не придется? Черному свойственно так делать, он принимает решения за двоих. Он уверен, что в этой ситуации он знает лучше как поступить. — Не придется, - Курильщик сжимает губы, он делает недовольный вид, - зачем ты время наше тратить решил? — Мы не тратим время, - Черный так уверенно говорит это, что на секунду Курильщик хочет ему поверить, - пойдешь ты, говорили же, что не сразу результат будет. Курильщик сводит брови, но кивает. Он просто перетерпит реабилитационный центр, он знает, что переспорить Черного сейчас не выйдет. Черный встает, заканчивая этим диалог. Он обходит Курильщика, чтобы взять его за ручки коляски и увести к выходу. — Буду с тобой и собакой гулять, - Черный слабо улыбается, он часто мечтает о подобном. — У нас собаки нет, - недовольно отзывается Курильщик. — Встанешь на ноги, потом заведем, - он звучит так, будто бы заранее знает, что Курильщик встанет на ноги. Наверное, чтобы гулять с собакой, а не по собственной воле. — Не заведем тогда, - Курильщику свойственно звучать недовольно в таких разговоров. Следующие пару лет проходят сложнее для Эрика. Он без собственного желания ездит в реабилитационный центр, Черный всегда помогает ему выполнять указания врачей. В какой-то момент у него дернулся палец, это было настоящее событие. Ещё через время он смог встать на ноги. Ходить самостоятельно было сложно, почти что нереально первое время. Но на следующий год в их доме завелась собака.