в о ж д е л е н и е

Тони готов был поклясться — такого парня он еще не видел за всю свою жалкую жизнь. Но встретившись с ним лицом к лицу он с уверенностью мог заявить, что знает его тысячу жизней до и тысячу жизней после он его не забудет. Что-то внутри него дрогнуло и сжалось с такой теплой болью, при взгляде на этого ангела: на трепет его ресниц, на улыбку его тонких, розовых губ: на его плечи, на руки, на тонкие пальцы. а н г е л Ничуть ни меньше. Только высшие существа имели такой невинный вид, только они умели завлекать простыми улыбками. Только он. Только он смог покорить сердце Тони и укорениться в нем как роза. Только он смог заставить Тони в кои-то веки перебороть свое самолюбие. Только он. Имя состоящее из пяти букв — П и т е р Питер, так ласково, как закат в августе. Так нежно как ветер в мае. И так трепетно как первые распустившиеся цветы в марте. Тони смотрел на него — и не мог налюбоваться. Он не мог отвести глаз и только и думал о том, как прикоснуться. Хоть мельком, хоть кончиками пальцем. Хоть просто встретиться взглядами. Только Питер единожды смог взбудоражить нутро Тони. Только Питер.

***

— Люблю тебя, до невозможности, — шепчет Тони касаясь щиколотки и оглаживая ее пальцами. Едва прикасаясь, вверх-вниз. И снова целует шелковую кожу, упиваясь ее сладостью. Пьянея от вседозволенности. Питер открывает свои восхитительно-милые губы, испуская с них выдох и запрокидывает голову. Кожа на руках Тони противоположна коже Питера — она грубая, шершавая, ладони в мозолях. Это руки механика и они никогда не дрожат. Но не тогда, когда в этих руках Питер. Когда руки Тони касаются Питера — их окутывает тремор. Они дрожат, словно от холода. Они дрожат словно от усталости. Они дрожат, боясь причинить Питеру боль и это делает Питера уязвимым. Никто и никогда не касался его так трепетно, так осторожно. — Пит, — шепчет Тони и обхватив щиколотку и ступню, пододвигает ногу парня к себе ближе. Просто Пит. Просто Пит без пошлости и с необыкновенной нежностью. Просто Пит утром, согревая его в своих объятиях и целуя в висок. Просто Пит в машине по дороге куда-то, совсем неважно куда. Просто Пит, целуя любимые губы, целуя каждый сантиметр юношеского, молодого тела. — Да? — Пит опускает голову, встречаясь с затуманенными глазами. Его голос звучит мягко. Немного изнеможденно. И немного игриво, совсем чуть-чуть. Тони улыбается на это и целует розовую коленку. Потом опускает ногу на пол и подталкивает Питера к себе за бедра. Парой секунд спустя, Питер опускается на колени, садится так, чтобы быть лицом к лицу, чтобы Тони было больше доступа к его телу. — До смерти боюсь того, что однажды ты уйдешь, — признается Тони, целуя ключицы. — Боюсь, что умру без тебя. Боюсь. — Я никогда не уйду, — Пит улыбается и поднимает лицо своими руками. — Ни за что. Потому что я так сильно люблю тебя, Тони, — он целует теплые губы, не закрывая глаз. — Так сильно люблю тебя. В карих глазах с этими словами разгорается живой огонек. На дне зрачков Пит видит свое расплывчивое отражение, видит себя таким, каким видит его Тони. Видит его бескрайнюю любовь. Видит самое настоящее вожделение и окунается в него с головой. Приникает к губам Тони еще раз, настойчивее, крепче. Целуя со смесью безумства и тоски. Ощущает на своей обнаженной спине крепкие руки и поддается вперед еще — еще вливаясь в сильную грудь своей, чувствуя как в чужой грудной клетке бьется сердце. Он готов говорить люблю каждую секунду. Каждую секунду доказывать, что любит. Отдавать свое тело под ласки, отдавать свою душу, совсем не переживая за ее сохранность. Подставляясь под прикосновения, Питер сгорает он собственной жадности. Тони дает ему все и этого должно быть достаточно, чтобы утолить голод Питера, но с каждым последующим разом ему хочется еще больше. Он знает, что уже поселился в груди Тони. Знает, что он для Тони — все, все о чем можно мечтать и все, что можно представить. И Тони для значит столько же. Но Питер хочет, чтобы он значил еще больше. И эта жадность отравляет его, потому что чем больше Питер хотел, тем больше получал и становился большим эгоистом. — Тони, — срывается с губ, когда мужчина обхватывает его сосок и оттягивает губами. Приятная нега разливается внизу живота, а под коленями становится щекотно. Он поддается навстречу губам и открывает рот, чтобы закричать, но из его рта ни срывается и звука. Только лишь блаженная нега разливается по телу и сладкими коликами распространяется по каждой вене. Руки Тони все еще касаются его ласково. Ни на секунду не прекращая касаться по другому. Не позволяют касаться грубо или сжимать чуть сильнее. — Мой самый прекрасный, — говорит мужчина осыпая его торс поцелуями. — Мой самый прекрасный Несмотря на то, что в мире подобно Питеру еще множество мужчин, Тони никогда не думает о других. Несмотря на то, что эгоистичность Питера растет и сам он больше и больше занимает пространства в его сердце — он все так же остается для Тони самым прекрасным. Он предстал в его глазах таким в самую первую встречу, в самый первый их разговор и остается все тем же Питером до этого момента. Ему нравиться наблюдать за тем, как Пит растворяется в нем. Как прилегает к нему в поисках защиты и тепла. В поисках самого себя. Тони нравиться растворяться в Питере, терять самого себя в его глазах и находить смысл в его поцелуях. — Ты только мой, — бормочет Пит забавно наклоняя голову к плечу, а потом ведет им, словно сбрасывая со своих плеч вуаль. Только он умеет заставить сердце Тони замереть и сбить его с ритма. Только он может воспламенить его всего лишь одним прикосновением. Только Пит и никто в жизни Тони не сумел этого Только Пит. Тони с горечью вспоминает свои годы, но Питер с легкостью заставляет его о них забыть. В Питере скрыта вся грусть Тони и показана вся радость и любовь. Любовь Как чисто и искренне это чувство у них к друг другу. И как сильно они привязаны друг к другу. — Вот так, — говорит Тони, подбрасывая ношу на своих коленях. Питер встает на колени, упираясь ими в мягкую обивку кресла, плотно сжимая бедра Тони. — Вот так, — рука мужчины обхватывает сочащийся член и скользит вверх-вниз. Пит опускает руки на широкие плечи и закусывает губы в предвкушении. Ему нравиться чувствовать себя уязвимым рядом с Тони. Нравиться ощущать себя обнаженным с ним не только телом, но и душой. Нравиться сливаться с ним душами в одно целое. Ведь с этим Ведь так Пит чувствует себя желанным. Как никогда и никем. И никогда больше. Перед этим мужчиной он слаб. Рядом с этим мужчиной он ощущает себя сильным. Он ощущает себя центром Вселенной. Центром Вселенной Тони и большего ему не надо. Чуть позже, Тони ухитряется наклониться так, чтобы обхватить головку губами. И на этот раз Питер кричит, неистово цепляюсь за плечи и наклоняясь навстречу. — Самый вкусный, — улыбается мужчина, отстраняясь. Щеки Питера розовые, температура тела вмиг подскакивает на пару градусов выше. — Самый красивый, — с восхищением продолжает он, отлаживая скулы. — Только для тебя, — говорит Питер, словно сознается в преступлении. Тони улыбается шире, теплее. Заводит руку за спину Питера и предупреждающее приникает к промежности всей ладонью. Чувствует кончиками пальцев легкую пульсацию и возобновляет движения рукой по аккуратному члену. Питер трогательно мычит, щурясь и поддается бедрами в такт руке. Трогательно и красиво. Тони не может на него наглядеться. Питер в его руках совершенный — совершенен. Он выточен точно под его руки, под его тело, под его выемки и впадины. Он принимает на себя всю ласку и нежность, на которую способен Тони. И не жалея, столько же отдает в ответ. Касается, манит, целует. — Пожалуйста, — просит. Он смотрит просяще, умоляюще, но не против того, чтобы пальцы мужчины проникли внутрь с зазывающей легкостью. Он поддается назад и толкается вперед. Тянется к губам, обхватив красивое лицо своими длинными пальцами. — Хочу быть с тобой вечность, — выдыхает надломленно в рот и проникает языком, лаская небо. — Я понимаю, — кивает мужчина, убирая пальцы и руку. — Я знаю. Он расстегивает свои брюки и стоит крепкому члену показаться наружу, как пальцы Пита стекают вниз и обхватывают ствол. Все так же знакомыми движениями вверх-вниз и крепкий поцелуй в губы. Еще немного и Пит ступает коленями немного вперед. И его грудь вновь укрывают блаженные поцелуи. — Чувствуешь меня? — Тони открывается от розовых сосков. Головка члена упирается в кольцо мышц. Питер выглядит разнеженным. Но отвечает: — Конечно, — уголки его губ приподнимаются, — и душой, и телом. Член проникает внутрь и Питер обхватывает шею Тони, прижимается как никогда близко. Он тихо стонет, опускаясь до конца и замирает. Тепло внизу живота растекается по конечностям. Он чувствует себя целым. Он чувствует себя хорошо. — Как ты? — шепотом спрашивает мужчина, покрывая ушную раковину поцелуями. Он ждет, когда Питер привыкнет. И это происходит быстро. Отстраняясь, Пит поднимается и принимается легко раскачиваться. Его руки все еще обнимают шею, глаза зажмурены и губы приоткрыты. Тони хватило бы только этого. Тони хватило бы только смотреть на него издалека. — Мне хорошо, — отзывается парень и стонет, когда член вновь проникает на всю длину. — Очень хорошо. Тони целует плечо и помогает подняться вверх. Но Тони не уверен хватило бы его, чтобы просто смотреть. — Прикоснись ко мне, — просит Питер, прогибаясь в пояснице и стонет на тон громче. Тони опускает руки на член, сжимает у основания. Стоны, которые срываются с губ Питера как симфония. Тони может слушать это вечно. Приникает губами к шее, слегка прикусывает, не прекращая легких движений рукой. — Да, вот так, — бормочет Пит, раскачиваясь в такт с рукой. — Мой замечательный, — благословенно произносит Тони неотрывно наблюдая за эмоциями на красивом лице. Еще немного и Питер прекращает движения, устало выдыхая. Тони любовно стирает испарину со лба и улыбается. — Давай поменяем положение, — говорит он и с легкостью встает с кресла вместе с ношей. Он проходит пару метров, чтобы опуститься на кровать. Питер зябко ежится, соприкоснувшись с холодной постелью. Он тянет руки к Тони, обводит его торс и протестующе стонет, когда механик выходит из него. — Сейчас, дай мне минуту, — усмехается мужчина, скидывая с себя рубашку и брюки. Следом он приникает к Питу также обнаженным и накрывает рот поцелуем. Он касается вскользь всего его тела, касается везде и как можно мягче. Питер призывающие разводит колени и царапает поясницу ногтями. Он выдыхает и застывает, когда член вновь входит в него. Томный стон Тони ласкающие покрывает ухо. Он гладит смуглое тело, прижимает к себе, чтобы опять грудь к груди. — Мне так хорошо сейчас, — произносит он, поднимает руки к лицу и зарываясь в мокрые волосы. — Мне так хорошо под тобой. — Я счастлив слышать это, — брюнет начинает движения бедрами и реакция Питера такая явная, что глаза слепит от этого. Он двигается неспешно, наслаждаясь каждым мгновением, каждым миллиметром горячего нутра и каждым сладостным стоном. — Ты такой замечательный, — говорит на этот раз Питер, млея от сумбурных поцелуев. — Мне так жаль, что я не встретил тебя раньше. — Не жалей, милый, — Тони останавливается, чтобы поцеловать глубоко и сладко. — Радуйся тому, что мы все же встретились. И я так рад, что нашел тебя. — Я тоже, — карие глаза заволакивает влага, Пит прячет ее по своими веками. — Я рад, что ты нашел меня. Он тянется вперед торсом, нажимает на плечи мужчины и они переворачиваются. Пит легко перебрасывает свои ноги через бедра Тони и берет его руки в свои. Сначала целует по очереди, а потом направляет их вдоль своего тела. Чуть сильнее, чем делает это Тони, но мужчина не смеет ему противиться. Он останавливает руки на бедрах и поднимается, член почти выходит, но Пит хорошо это чувствует и опускается обратно. — Мой ангел, — со стоном выдыхает Тони, смотря на него снизу вверх. Питер хорошо двигается, он держит равномерный ритм, ласкает член и теребит свои соски. Его тело напряжено и прорисовываются мышцы, на бедрах и на руках. Он выглядит красиво и Тони готов вот-вот кончить от этой картины. Но когда мужчина подходит к краю, то Пит с легкостью толкает его назад. Он высоко поднимается и стекает с его тела. Становится рядом и прежде чем сказать, целует, проводит цепочку поцелуев от груди, так же прихватывая соски, уделяя внимание шее и заканчивает на губах. — Хочу тебя сзади, — говорит он в губы брюнета и опускается на локти. Тони не заставляет его ждать. Он становиться сзади на колени и придерживая член, входит. Он контролирует свои силы, качает бедрами в привычном темпе, сжимая талию и поглаживая ее. Ягодицы Питера розоватым оттенком, он мягкие и Тони с огромным удовольствием гладит их. Питер под ним трогательный, он так красиво стонет, разжигая пожар внутри Тони еще больше. Еще больше подкидывая углей и прогибается в пояснице. Плавные шлепки кожу о кожу, сытые стоны на каждой поверхности их спальни. Тони думает, что просто смотреть на Питера он никогда не смог бы. Он так глубоко мечтал о нем с первой встречи, что оказавшись очень близко, потерялся в собственных мыслях. Питер был Просто Питером, без должностей, без напускного себялюбия. Питер это просто Пит, который каждый день находится с ним рядом, превращая жизнь Тони в рай. — Еще, пожалуйста, Тони, еще, — он так горячо и сладко просит, что у мужчины не остается сил отказать ему. Пит на самом деле так мало просит из того материального, что Тони мог бы ему дать. Но он так много просит заботы, что Тони удивляется откуда в нем столько любви к этому парню Он наклоняется, накрывая тело Пита своим и просовывает руку вниз, обхватывая член. Тони чувствует как Питер приникает к нему в ответ. Чувствует как Питер дрожит и как бьется его сердце. Он толкается последние пару раз чуть сильнее, в такт движения руки и изливается внутрь с глубоким стоном. Питер мычит в подушку, а когда Тони отстраняет свои бедра, то тянется за ним следом. — Нет, пожалуйста, мне так нравится когда ты во мне, — едва слышно произносит он, находя руку механика и сжимает в своей. Тони выдыхает ему в шею, целует выступающие позвонки и остается в том же положении. Он чувствует как Питер расслабляется и его тело постепенно само опускается на постель. Он дожидается, когда Питер вытянется на постели и ложится рядом. Парень молчит пару минут, а потом поворачивается на бок и обнимает за плечи, притираясь головой к груди. Слова сейчас излишне, Тони трепетно зарывается в кудри рукой. Только Питер вызывает в нем это чувство и только он в силах с ним справиться. Он так желанно принимает на себя все эмоции Тони, он так искренне отвечает на все. У Тони никогда не возникало сомнений. И никогда не возникнет. Питер, просто его Пит, это самое лучшее что он встречал в свой жалкой жизни. И с его появлением, жизнь Тони стала прекрасной. Земной рай, о котором мечтают многие, который немногим дан.