Senorita

Юнхо соврал бы, если бы сказал, что не любит женские хореографии. Он каждый месяц разучивал новую, если получалось, то даже снимал кавер. Ему нравились плавные и сексуальные элементы, присутствующие в большинстве танцев. Так же у парня была нереальная любовь к платьям и юбкам,а танцуя женское, он мог без зазрения совести носить такую одежду. Сейчас он ехал за город вместе с Хонджуном. Друг закончил режиссёрский. Для Юнхо это значило лишь то, что у него появился личный фотограф и человек, способный снять прекрасный кавер. Чон сидел на заднем сиденье, повторяя сложные элементы хореографии, связанные с руками и изредка посматривая в окно. — Где это твоё поле? — Спросил старший с водительского места. — Оно чуть дальше, между * и *. — Так, ладно, навигатор показывает, что нам ехать ещё минут двадцать, всё вспомнил? — Почти, спасибо тебе большое за помощь. — И я в который раз говорю о том, что это я должен тебя благодарить. Спасибо за возможность снять тебе кавер. Младший улыбнулся на такой лестный ответ. Он поправил ярко-красное платье, лямка которого спала с плеча. Оно было похоже на стереотипные платья, которые представляли себе люди, когда говорили о фламенко. Только у платья Юнхо был крой поинтереснее. Его сшил двоюродный брат Чона на заказ. Сонхва был начинающим модельером, и сам вызвался помочь. У сего произведения искусства было несколько слоёв юбки. Форма красиво обтягивала упругие мышцы парня. На талии было что-то вроде короткого корсета. Подол струился лёгкими волнами вниз. Так же у него был игривый разрез, открывающий вид на часть бедра правой ноги. Первый слой юбки был темнее, чем верхние. Но самым главным для Сонхва был в первую очередь комфорт модели. Поэтому в комплекте с платьем Сонхва сшил и специальные защитные шорты. Этот кавер был особенным для Юнхо. К нему он готовился ещё с прошлого года. Несколько раз менял концепт аутфита, пока не остановился на роскошном красном платье. Чёрный ролсройс остановился у поля, которое было усыпано красными цветами. Юнхо заприметил это место недавно, и сразу понял, что тут и будет снимать. Хонджун вышел из машины первым. Подошёл к обочине и посмотрел в кровавый океан. — Да это поле просто огромное. Его, наверное, для домашних животных засаживали специально. Юнхо слышал размышления старшего через открытое окно. Он не спешил выходить из машины, но нужно было выйти и помочь Хонджуну с аппаратурой. Так же Чон придумал соорудить на поле импровизированную сцену. Они с Кимом специально для этого привезли несколько листов фанеры и специальный крепёж. — Юнхо, давай вылезай. Я один не собираюсь это всё таскать. И не забудь каблуки свои, они на переднем сиденье. Там же есть зеркало, посмотрись, мне кажется у тебя чуть стёрся макияж. Чуть погодя, Чон всё-же вылез предварительно подправив мейк и взяв сменную обувь. Быстро соорудив сцену в начале поля и поставив оборудование, парни принялись морально настраиваться на кавер. Точнее, это делал только Юнхо. Он хотел всей своей мимикой и чувственностью движений передать весь тот посыл, который был в этой песне. Таинственный, сексуальный, опасный. Парень уже дома послушал несколько альбомов группы (G)I-DLE и даже посмотрел пару фильмов на похожую тему. Собравшись с силами он вошёл на "сцену". Из колонки на шее Хонджуна послышались первые ноты. Тело, казалось, само начало двигаться в бит. Senorita от айдол, любимая песня Чона, он мечтал о кавере на неё, он хотел сделать всё максимально хорошо. Идеально, хотел сделать идеально. И вот сейчас, танцуя в поле кроваво-красных цветов, в таком же красном платье он полностью отдавался образу, танцу. Дубль закончился. Они отсмотрели кавер. — Джун, всё хорошо, но давай мы сделаем побольше дублей, чтобы я потом мог выбрать лучший. — Отлично, тогда продолжим. Ким чуть поменял освещение и продолжил съёмку. Парни так увлеклись, что не заметили как к ролсройсу старшего подъехала другая машина. Фиолетовая черри. Из неё вышел высокий мужчина и направился к полю. С каждым дублем Юнхо всё больше проникался песней. Он уже больше полугода тренировался с этой хореографией и сейчас смог записать. Движения, заигрывание с камерой, липсинг, энергетика. Всё он хотел чтобы было идеально. Хонджун скомандовал: — Юнхо, ещё пару дублей и закончим, я обещал Сонхва, что мы вернёмся пораньше. Он сказал что нам не стоит задерживаться, может пойти дождь. — Да брось, он не сильно обидится, если я чуть испачкаю его платье. — Если мы промокнем, то Хва будет волноваться в-первую очередь за тебя, во-вторую за меня, а уже потом за платье. Так что не надо лишний раз его нервировать. — Хорошо. Песня началась сначала. Снова эти движения, которые успели уже порядком надоесть. Вот песня доходит до припева, сейчас будет та самая часть, где грубый мужской голос кричит: — Синьоритта! Хонджун дёрнулся, Юнхо лишь раскрыл глаза в немом вопросе, но продолжил танец. Голос был того парня который до этого вышел из черри. "Чёрт, он же с самого начала почти наблюдает" — промелькнуло в голове у Юнхо. Песня подошла к концу, мужчина подошёл ближе. — Синьёрита, чего такие красивые тут делаем? — Простите, но вам какое дело? — Отозвался Хонджун, хотя он понимал что обратились совершенно не к нему. — Тише, я разговаривал с прекрасным танцором. Так что, кавер снимаем? — Да, вы давно наблюдаете? — Наконец отозвался Чон — Сразу на "вы"? Я не уверен, что старше вас. Наблюдаю кажется почти с начала. Позвольте представится, Сон Минги. — Парень улыбнулся, от чего его глаза стали ещё уже, чем были, и стали походить на два полумесяца. — Не думал, что на моё поле занесёт такого красивого молодого человека. Юнхо, верно? — Да, всё верно. Можно на ты, да? — Да, естественно. — Я тут как бы тоже стою! — Вклинился в разговор Ким. — Прости, всмысле твоё поле? — Ах, да... Хонджун, верно? Приятно познакомиться. — Минги протянул руку в знак приветствия, старший нехотя её пожал. — Это поле принадлежит хозяйству моего отца, он владеет конюшней и в будущем этот бизнес станет или моим, или моего старшего брата. Юнхо, а ты давно танцуешь? — Ну да, почти всю жизнь, но в танцевальное училище не попал. Сейчас поэтому на актёрском учусь. Активно каверы снимаю. — Ох, твоё актёрское мастерство. Это просто великолепно, так передать вайб песни только одной мимикой. Я, честно говоря, уже влюбился. — Э, я всё ещё тут! Флиртуйте без меня, пожалуйста. — Снова влез Хон. Парни, казалось, постоянно забывают о его присутствии. — Ладно, хорошо. — Отвечал Минги, Юнхо же не мог сказать ни слова. Его засмущали. Он был польщён, на него обратили внимание. Так ещё и такой красивый парень, он был полностью во вкусе Чона. — Юнхо, сладкий. — Продолжал Минги. — Не против того, чтобы потом записать маленький кавер на байт ми? Ты же знаешь женскую партию? — Конечно знаю! Хон, снимешь? — Да куда же я денусь. Только давайте до дождя, а то я в той стороне видел тучи. — Не волнуйтесь, я знаю прекрасное кафе неподалёку, и вас приглашаю на чай. Хонджун будто хотел что-то возразить, но Юнхо резко закрыл его рот рукой и ответил сам. — Конечно, мы примем твоё приглашение. Хонджун, не волнуйся, я предупрежу Сонхва.