Нижний альфа

— Д-Дотторе, послушай, — мужчина почти нервно сглотнул, видя нездоровый блеск в рубиновых глазах. — Мы не можем сделать этого. — Почему нет? — левая бровь удивленно поднялась. — Я дам тебе время подготовиться, не переживай. — Не в этом дело, — он вздохнул, совсем чуть-чуть краснея от чужих слов. — Альфы не могут быть снизу. — Могут, — доктор покачал головой и приблизился к чужому лицу, смотря прямо тому в глаза. — Они могут, дорогой мой, еще как.       В горле застыл комок от того, каким тоном это было сказано. Его определенно поставили перед фактом, что выебут. И почему Дотторе вдруг вообще решил предложить подобное? Мужчина совсем чуть-чуть паниковал — альфы не должны быть снизу. Они, как доминанты по своей природе, должны подчинять, а не подчиняться. Но разве этот самоуверенный омега станет слушать, особенно когда полностью увлекся своей задумкой. — Расслабься, я буду нежен, прямо как ты в наш первый раз, — чужие губы растянулись в усмешке, заставив предвестника занервничать еще больше.       Нет, он не был нежен; Дотторе тогда несколько недель говорил шепотом, потому что сорвал голос от криков, и еще долго ныл, как больно ему сидеть. — Я уже извинился за это, — напомнил банкир. — Я помню, но серьезно: не переживай. — Доктор огладил его скулу большим пальцем. — Позволь мне показать, что чувствуют омеги, когда их ебут.

***

      Лежать с раздвинутыми ногами, выставляя себя напоказ было… Ну, Панталоне явно не этого хотел в жизни. Он посмотрел на возившегося со смазкой доктора, тот уже около десяти минут никак не мог открыть ее. — Наконец-то, — пропыхтел он и перевел взгляд на мужчину. — Ты ведь хорошо подготовился?       Тот лишь кивнул, отводя взгляд в сторону. — Дай-ка посмотреть, — крепкие бедра развели еще шире, мокрые от смазки пальцы коснулись отверстия, надавливая. — По одному, Дотторе, — в голубых глазах бегало беспокойство и паника — он что, серьезно хотел вставить сразу два? — Ой, прости, — омега хихикнул, нарочно пугая его и проникая внутрь указательным пальцем.       Предвестник выдохнул, привыкая к этому странному чувству внутри: не больно и не неприятно, скорее непривычно. Палец вошел по самую костяшку, оглаживая узкие стенки, красноглазый с улыбкой посмотрел на мужчину. — Я думаю, ты вполне готов ко второму, — он добавил следующий палец и Панталоне поморщился от кольнувшего дискомфорта. — Может, ты мог бы поласкать меня так? — не теряя надежды избежать проникновения, спросил он. — Я поласкаю, не переживай, — пальцы надавили на что-то внутри, заставляя ахнуть. — А потом сделаю то же самое своим членом.       Альфа моргнул. Прикосновение неожиданно отозвалось теплой дрожью во всем теле. Что Дотторе только что потрогал…? Он собрался было спросить, но вовремя стиснул зубы, понимая, что этот вопрос станет поводом для насмешек со стороны доктора в дальнейшем. — Так сжался, — заметил омега, продолжая круговыми движениями поглаживать одну точку внутри. — И так дрожишь.       Панталоне свел брови к переносице, все же не удержав тихого стона. Что он там такого трогает? И почему, Бездна его подери, это так приятно? — Хва… ах-х-х, — пальцы вновь нежно надавили на мягкий бугорок внутри, вызывая дрожь во всем теле и стон.       Дотторе удовлетворенно следил за реакцией, похоже, что все шло по плану. Смазав еще один палец, он добавил его к остальным двум, с ощутимым трудом растягивая сопротивляющиеся мышцы. — Расслабься, ты же не хочешь, чтобы я порвал тебя, дорогой? — то ли с издевкой, то ли заботой спросил мужчина.       Банкир честно попытался расслабиться, но как это вообще возможно, когда на тебя так пристально смотрят, будто считывая все твои эмоции, и когда пальцы так умело ласкают, что невольно начинаешь зажиматься лишь сильнее. Дотторе довольно долго растягивал его, по ощущениям прошло примерно полчаса, прежде чем он наконец вытащил пальцы из разработанной дырки. — А теперь расслабься полностью, — смазка полилась на его уже твердый член, капая с него на простынь.       Предвестник невольно затаил дыхание, когда скользкая головка надавила на вход, медленно входя внутрь. Он прерывисто выдохнул, ощущая, как его полностью заполняют. Член Дотторе был тоньше, чем его, но блять, это все еще был член. Омега удовлетворенно промычал, внутри было хорошо, жарко и влажно от большого количества смазки. Он закинул чужие ноги себе на бедра для большего удобства, начиная двигаться. — Ах… Медленней, — ощущение чего-то внутри было для Панталоне в новинку, он вздрогнул, когда головка мазнула по чувствительному месту. — Не сжимайтесь так, господин предвестник, — Дотторе ухмыльнулся, видя чужую дрожь и легкий румянец на щеках. — А не то оторвете мне член.       Мужчина под ним едва не закатил глаза от этих слов, умел же доктор испортить момент своими пошлыми фразочками. Ладони легли ему на грудь и живот, неторопливо, почти лениво, оглаживая. Пальцы сжали сосок и оттянули за самый кончик, из-за чего альфа звонко и коротко вскрикнул. — Видел бы ты себя сейчас, — руки спустились на бедра, сжимая и их. — Такой красный и раскрытый… Прекрасно.       Дотторе вышел из него, чтобы добавить еще смазки, и тут же вставил член обратно, двигаясь теперь немного вверх. От смены угла предвестник несдержанно заскулил: доктор наверняка специально трахал его именно так, чтобы попадать по тому самому месту. Он прикрыл глаза, чувствуя, как внутри все стягивает и покалывает от каждого толчка. Альфа с ужасом осознал, что ему нравилось, даже несмотря на слабые отголоски боли. Панталоне застонал и прикрыл рот рукой, покусывая костяшку, он не был уверен, что вообще должен наслаждаться подобным, но боги, как же это было приятно. Если именно это чувствуют омеги, то он определенно жалел, что не родился им.       Темп медленно увеличивался, член входил все глубже с каждым движением. Банкир стыдливо хныкнул, качнув бедрами навстречу — он хотел большего, хотел ощутить, каково это, когда тебя грубо берут и буквально втрахивают в кровать. Заметив ответное движение, доктор не сдержал ухмылки. — Неужели ты наслаждаешься тем, что тебя имеет омега?       Мужчина кивнул, сам не веря, что признает это. Его резко притянули ближе и хмыкнули, прежде чем впиться в бедра руками и начать трахать в бешеном ритме. Панталоне громко ахнул, пытаясь что-то возразить и срываясь в итоге на стоны. Как же сильно его ебали, боже… Альфа только и мог, что стонать, елозя по кровати от сильных толчков. В голове было абсолютно пусто, ничего кроме всепоглощающего удовольствия и желания продолжать это во что бы то ни стало.       Мужчина весь напрягся, чувствуя легкое головокружение и приближающийся оргазм. Еще чуть-чуть, совсем немного и он перейдет грань. — Мгх, не сжимайся так, — с трудом выдохнул Дотторе. Он и сам уже был практически на краю, но все же пытался продержаться подольше.       Панталоне не выдержал и со всхлипом кончил, дрожа и запрокидывая голову, его мозг будто разом опустел, оставляя внутри одно лишь осознание полученного удовольствия. Из члена вышло еще несколько капель, когда по простате пару раз проехались и с хриплым стоном излились внутрь. Доктор тяжело дышал, смотря на такого же красного и растрепанного, как и он сам, банкира. Чуть отдышавшись, он с хитрой улыбкой наклонился к белоснежной шее, присасываясь к ней. — Дот… хва… ах-х-х… — стоны перекрыли просьбу остановиться, альфа закусил губу, чувствуя как его кожу грубо покусывают и сосут.       Наконец мужчина оторвался от него, с некоторой гордостью смотря на оставленный им красно-фиолетовый засос прямо под ухом. — Пусть все знают, что ты уже занят, альфа, — он облизнул губы, все еще тяжело дыша.       Собственничество предвестника порой переходило все границы, но ничего, высокий воротник водолазки скроет этот кошмар. Дотторе вытащил уже опавший член из Панталоне и с любопытством посмотрел на его набухший узел. — Хм, — пальцы слегка сжали его, от чего банкир тихо застонал, слабо пытаясь отползти от прикосновения.       Доктор не стал его мучить и лег рядом, удовлетворенно выдыхая. В другой раз он обязательно попробует что-нибудь сделать с ним, а пока что… — В следующий раз я не пощажу тебя, дорогой, — почти что промурлыкал он.       Мужчина повернул голову в его сторону и сделал глубокий вдох. Да неужели Дотторе серьезно думает, что он еще хоть раз ляжет под него? — В следующий? — взволнованно переспросил предвестник. — Хочу услышать, как ты стонешь во все горло, как ты просишь меня остановиться, когда я буду продолжать трахать тебя, не смотря на то, что ты уже кончил, — глаза загорелись огнем похоти. — Ты будешь умолять меня, Панталоне.       Панталоне тяжело сглотнул, если бы омега сказал это все пару минут назад, то банкир тотчас бы кончил уже от этого. Он густо покраснел от того, как неожиданно заманчиво это все прозвучало, заставляя внутри все стянуть от предвкушения. Нет, он альфа и он не должен желать подобного, он не должен… — Только если я не потеряю потом голос и способность сидеть.       Дотторе на это лишь улыбнулся.