Последний апрель

«Подойдите к кафе как можно скорее»-пришла смска от Юры. Опять заставляем их ждать, бесятся наверно. Уже вечерело, когда мы доехали до кафе, у которого нас ждали Юра и Егор. Они стояли у ограды и курили. За версту чувствовался запах, исходящий от них. Кажется, они еще и пьяные. -Какие люди!-крикнул Егор, когда мы приблизились.-Привет, как там выставка? Украли что-нибудь для меня? Юра все это время стоял молча. -Что отмечаете?-спросила Аля, схватив меня за руку. В ее глазах читался небольшой страх. Нет, их она не боится, она скорее волнуется о том, на что способны ребята в таком состоянии. -Жизнь, воздух, цветочки и все живое на планете.-сказал Егор и сделал затяжку. -Юр, объяснишь что-нибудь на конец?-спросил я, взглянув на него. -Его отец попал в больницу с микроинфарктом. Тетя Вера позвонила около часа назад, он и напился.- поднял глаза он. Ясно было, что только Егор пил, а этот стоял и смотрел на происходящее. -Да-да, Юрец, такова жизнь. Интересно, правда?-взглянул он на нас и оскалился. Аля пошатнулась и еще крепче вцепилась в меня.-Вот вы с Алей, к примеру, уже долго вместе и ничего с вами такого не случалось. То ссорились, то смотрели друг на друга глазами, полными любви. Как объяснить такое? С одними что-то хорошее, а другим хрен с маслом. Кто-то еще, кроме меня, видит в этом несправедливость? -Такова жизнь, все что происходит-должно происходить так или иначе, мы ни над чем не властны.-ответил я. Аля посмотрела на меня с укором. -Что? Должно происходить?-вскипел он и посмотрел мне в глаза. Сигаретный бычок обжег его, и он яростно выкинул тлеющую сигарету в урну. -Ну и дурак же ты.-шепнул мне Юра. Только сейчас я понял, что сказал. Но слово ведь не воробей. Я спрятал Алю за спину. -Ты шутишь, должно быть тут со мной. Мой отец, мать твою, в больнице под капельницами без сознания лежит.-он сорвался на крик.-Это по твоему «должно» происходить, да? -Прости братан, я правда херню ляпнул. -А должно происходить то, что я даже поехать к нему не могу, потому что он в гребаной Твери, а я застрял здесь? Так по твоему все должно быть, да?-продолжал он, не слушая меня.-Ты хоть представляешь, что я чувствовал, когда мне мать позвонила, а? -Не горячись, все будет хорошо, мы поддержим тебя во всем.-сказал я и положил руку ему на плечо. -Да вижу я как ты поддерживаешь.-злобно прошипел он и оттолкнул мою руку.-Пошел ты лесом. Ты такой эгоист, Арсений. Нет, я конечно знаю, что все люди в какой-то мере эгоистичны, но чтоб на столько-это для меня новость.-продолжил кричать он. Из кафе вышла женщина лет сорока и косо взглянула на нас. -Пошли отсюда, поговорите в другом месте.-сказал Юра и попытался взять Егора за руку. -Нет. Не трогай меня. Я буду говорить где хочу и когда хочу. А что, стыдно вам, что у вас такой невоспитанный друг? Так вот знайте, что вы, эгоисты поганые, ничем не лучше меня.-прокричал он еще громче и толкнул меня в грудь. -Егор, послушай меня.-начала Аля.-Я понимаю что ты чувствуешь, вспомни мою семью. Я все прекрасно понимаю и хочу помочь тебе. -Тут ничего уже не сделать, Алина. Уйдите отсюда лучше. Он покачал головой и сел на бордюр, прикрыв руками голову. Кажется, он был готов слушать ее. -Я знаю что ты злишься, и это абсолютно нормально.-продолжала она.-Тебе можно злиться, можно делать что угодно. Это-твои чувства и никто не может заставлять тебя приглушать их. Ты чувствуешь то, что чувствуешь, сейчас это нормальная реакция на происходящее. Но ты должен помнить, что ты не один, что мы есть у тебя и что самое главное-ты со всем справишься. Прочувствуй ситуацию сегодня, ладно? А завтра, когда ты будешь в состоянии, мы решим: как и что делать, но что бы ты в итоге ни решил-мы поддержим тебя, понимаешь? В ответ невнятное мычание. -Я думаю, что справляться с этим правда непросто. И я горжусь тем, как ты это преодолеваешь. Мне правда жаль, что тебе приходится сталкиваться с этим. Тебе не нужно притворяться, что все нормально. Ты можешь и должен делиться своими чувствами. Тем более со своими друзьями. Понимаешь? Ответа не последовало, потому что после этого он побежал в кусты исторгать из себя то, что выпил. Мы услышали только рвотные позывы и тяжелый вздох. -Отведи его домой, пусть проспится и выпьет как можно больше воды.-сказала Алина ровным голосом. -Не думаю, что разумно будет оставлять его одного.-с сомнением сказал я и осмотрел на Юру. -Конечно я побуду с ним, скажу отцу, что делаем доклад.-к этому моменту Егор вылез из-за кустов и шатаясь подошел к нам.-Ну давай-ка, братишка, мы пойдем домой, тебе нужна ванна. -На, попей и сполосни рот.-протянула Алина бутылку воды, которую достала из сумки. -Спасибо.-сухо ответил он, после чего поднял глаза на меня.-И простите. Я сам не свой. -Ничего. Позвони завтра как будешь чувствовать себя человеком и решим, что делать дальше.-ответил я и протянул ему руку. Он осторожно пожал её и облокотился на Юру. -Ему плохо и стыдно, не сердись на него, зай.-посмотрела на меня Аля, когда парни отошли на несколько метров и не могли уже слышать наши голоса. -Я знаю его уже довольно давно и понимаю что он не со зла. Он очень любит своего отца и то, что он чувствует-нормально. -В наше время не часто встретишь такую семью как у него. В смысле полную и счастливую.-сказала она.-Печально осознавать это, но он заслуживает чего-то хорошего в жизни. Все заслуживают. -Все будет в порядке, он сильный. Он сможет справиться, всегда справлялся.-и тут я вспомнил, что пришлось перенести ему за свои 17 лет: первый труп он увидел в 9 лет, когда кто-то упал с крыши дома на детскую площадку; его бывшую девушку сбила машина и она чуть не умерла от кровопотери; не так давно у него умерла бабушка от рака и это самое страшное из всего дерьма в его жизни. Все это ужасно. Он сам говорил, будто его преследует смерть. Он остро чувствует это, как ампутированную конечность. Сравнивал с фантомными болями или дежавю. Страшно чувствовать присутствие смерти. -Пойдем домой, котик, ты наверно очень устал сегодня. Мы дошли до ее дома и зашли в квартиру. Разговорились. В этот вечер мы дарили себя друг другу, исповедовались, и от этого становилось легче: мы вдвоем сбрасывали с себя ненужные массы этой ужасно несправедливой жизни. Массы отяжелевшие, засевшие в памяти, но которые мы были способны облегчить только лишь одним желанием, монологом, обращенным к близкому человеку. Мы осторожно срезали друг у друга болезненную грыжу, делая движения и мысли свободнее. Я любил, когда она говорит со мной о вещах, беспокоивших ее. Это значило, что она мне доверяет, что она рассказывает это только мне и никому более. И мне нравится слушать ее, нравится смотреть на нее, когда она делится переживаниями, нравится отвечать ей и помогать. Время близилось к ночи, когда мне пришло сообщение от отца: «Ждем дома. Помоги собрать вещи» -Тебе нужно домой, вы же уезжаете завтра.-сказала Алина, прекратив рассказывать о том, как много лет назад ее родители разводились и как это повлияло на нее. -Да, надо будет еще сумки собрать, вряд ли утром получиться встретиться. Они любят рано выезжать. -А когда вы домой? -Вечером уже, в понедельник буду в школе с тобой.-сказал я, и поцеловал ее в кончик носа. Но ей было этого мало: она взяла меня за шею двумя руками и притянула ближе к себе. Ее поцелуй был жадным, глубоким и страстным. Она притягивала меня все ближе и ближе, пока не повалила на кровать. Алина целовала меня все искуснее и проворнее. По моей шее и плечам все еще бежали мурашки от прикосновений ее языка. Через мгновение она обхватила ногами мою спину и положила мои руки на свою талию. Было сложно сдерживать себя, потому что я знал: сейчас не лучшее время, для этого. Я медленно отстранился и до того, как она начала возмущаться оставил полоску поцелуев на ее груди так, что она не могла сказать что-то плохое. -В понедельник я доделаю то, что ты начала сегодня.-пообещал я. -Хорошо, напиши мне, как будете выезжать. -Да, дорогая.-поцеловал ее я, после чего собрался и побрел к дому. Но перед тем, как зайти я подошел к круглосуточному ларьку и купил две шоколадки для Саши и мамы в дорогу.