Ветер перемен

      Знойный и душный день Ада к вечеру смилостивился над здешними обитателями, давая приоритет ночному холоду. Жители всех кругов подземного царства уже готовились ко сну или к вечеринкам. Обычно шумный восьмой круг Ада постепенно утихал: ссоры, недовольства, веселье, гнев — уходили в уже вчерашний день. Единственной, кто не мог отпустить плохие эмоции, была молодая демонесса, которая шла в покои своего брата, громко цокая каблуками и бурча проклятия под нос.       Это была стройная, темноволосая девушка, невысокая и очень бледная на вид. Голубые глаза иногда вспыхивали алым цветом, показывая, что их хозяйка в гневе; черные длинные кудри приходилось постоянно сдувать, потому что они спадали на лицо, чем ужасно мешали и еще больше раздражали. Одним словом, наружность Виктории Уокер делала ее желанной невестой, если бы ее видел кто-то кроме солдат, слуг и семьи. Дело в том, что, в отличие от своих двух младших братьев — Мальбонте и Аида — она обучается дома, вдали от чужих глаз. Так решил ее отец — Граф Велиал — демон обмана и лжи, который правил на восьмом кругу. Но этим вечером, когда Виктория с ноги вышибла дверь спальни брата, подул ветер перемен: — Не мог лично сказать, а не записки оставлять?! — прорычала демонесса, размахивая клочком пергамента перед лежащим на кровати братом. — Ты в своем уме такое просить?!       Спальня среднего из детей четы Уокер была довольно-таки обычной: черная плитка устилала пол, а стены были покрашены во что-то темное; напротив входа был камин с двумя креслами и диваном; слева была дверь в спальню с гардеробом, а справа — вход в ванную. — Сестренка, не злись, родная, — промурлыкал Мальбонте и, с кряхтением усаживаясь на ложе, глянул на записку. — Я так много прошу, что ли? — Ну, раз для тебя наложить морок и стать мужчиной — это сущий пустяк, то ладно, — пожала плечами демонесса, показывая напускное безразличие. — Ты реально чокнутый! — Да что в этом такого? — возмутился больной. — Между прочим, ты мне должна, не забыла? — Нет, представь себе! — Вик, это плевое дело: надо просто выиграть соревнование. — Как ты мне дорог! — взревела Виктория и ушла, хлопнув дверью.       Мальбонте Уокер — ученик Небесной школы и заместитель капитана команды по Крылоборству. На носу соревнование, которое прославит одно из восьми училищ. Но вот беда: домашний змей укусил его в спину. Дарк — так назвал Мальбонте своего питомца — сделал это не специально, в тот момент они просто игрались. Яд этого змея токсичен: один укус парализует большую мышечную область на пару недель. Поэтому, не найдя себе достойную замену из мужчин, Мальбонте решил попросить сестру занять его место. — Надо же такое придумать! — все еще возмущалась Виктория по пути в свою комнату. — Его парни без него не справятся, или другую кандидатуру не смог найти?!       Он правда не смог: в Крылоборстве участвуют только мужчины, а самые сильные уже состоят в команде, остальные слишком слабые. Но это не особо-то волновало: если отец узнает — им конец. И школе, и ей, и Мальбонте — всем придется не сладко. — Госпожа, к вам прибыла Леди Мими, — сообщила внезапно появившаяся фрейлина. — Она ожидает в ваших покоях. — Спасибо, Кортни, — ответила Виктория, и ее приближенная испарилась.       Мими — лучшая и единственная подруга Уокер. Ее отец — Граф Мамон, демон чревоугодия, правит третьим кругом. — Как там дядюшка Мамон? — спросила Виктория у сидевшей перед камином подруги, как только вошла.       Апартаменты Уокер были идентичны покоям младшего брата. Только гардероб был в два раза больше, имелась собственная библиотека и кабинет. — Как обычно: купается в золоте, — хохотнула Мими, развалившись на кресле. — Чего-то ты не в духе, отец опять загонял?       Виктории пришлось рано повзрослеть: ее мама умерла спустя год после рождения Аида, оставив мужа с двенадцатилетней дочерью, семилетним и годовалым сыновьями, по земным меркам. Велиал, не зная, что ему делать, начал готовить Викторию как преемницу спустя день после ее четырнадцатилетия. По его мнению, сын должен продолжать род, а не с бумажками таскаться да за народом следить. — Хуже, записочку тут братец оставил! — нервно хихикнула Виктория, протянув подруге листок. — Прочитай.

«Вики, замени меня на соревнованиях»

— Он шутит что ли? — спросила Мими, зажав записку между указательным и средним пальцами. — Ты же понимаешь, как это опасно? — Я то об этом знаю, ему объясни! — рыкнула голубоглазая, указывая на дверь. — Тем более я ему должна… — А я тебе говорила, что он тебе не пара. — Молчи, прошу, даже не хочу это вспоминать! — отрезала Виктория, плюхаясь на соседнее кресло. — Глифт будешь? — спросила она и, получив положительный кивок, материализовала графин с синей жидкостью. — Скажи лучше, что мне делать? — Хотя это опасно, глупо, необдуманно, но ты ему должна, — рассуждая, Мими иногда хлебала из бокала. — Долг платежом красен, знаешь ли. — Да-а… — протянула Виктория. — Ты же мне поможешь в этом маскараде? — Обижаешь, — фыркнула Мими. — Давно в моей бесконечности не было таких приключений!       Ничего на это не ответив, Виктория ушла в свои мысли: каковы последствия моего согласия? Что будет потом? Сколько раз я умру от руки отца? — и так до бесконечности, пока не заметила пропажу подруги. Вместо нее на кресле лежала записка:

«Дорогая, я домой, папа вызывает. Что бы ты ни решила — иди до конца. Я всегда рядом.

                  Твоя Мими.»

      Печально вздохнув, Виктория пошла спать, решив подумать обо всем завтра.

***

      Новое утро не принесло облегчения. Мальбонте снова отправил записку о том, что ждет ответ в полночь, ибо соревнование через три дня. — Госпожа? — неуверенно спросила Кортни, заглянув в покои. — Вы уже проснулись? — Да, отец желает меня видеть, — глухо отозвалась Виктория. — Тайно подготовь все, что в списке:

«1. Мужская одежда, несколько комплектов;

2. Ингредиенты для морока и смены энергии;

3. Плотный эластичный бинт.»

— Как прикажете, Госпожа, — растерянно сказала Кортни, глядя на бумажку, и исчезла.       Снова отец начнет грузить обязанностями. Почему у него не как у остальных? У других графов и герцогов дочки рожают, а сыновья правят. Не подумайте, Виктория не жалуется — ее устраивает такая жизнь. Печалит только упущенное детство и будущее замужество по расчету. — Вызывал? — спросила демонесса, войдя в кабинет. — Да, дочка, я улетаю на месяц к Повелителю, — довольно ухмыльнувшись своим мыслям, Велиал встал из-за стола и пошел к Виктории. — На тебе весь круг. — Ты назначаешь меня заместителем? — ахнула демонесса, от шока присев на рядом стоящий стул. — А как же Филл? — Я решил, что тебе уже пора перенимать мои дела, — тепло улыбнулся граф и вернулся за стол. — Будь жестока, но справедлива; не забывай о подданных и следи за стабильностью экономики. — Да-да, если рухнет биржа одного круга — другие следом, — продолжила за отца Виктория, закатывая глаза. — Это мы уже проходили, это мы знаем. — Также, прошу, не давай спуску братьям! — резко хлопнул по столу Велиал. — Этим озабоченным придуркам нельзя давать свободы: одни женщины в голове. Только один из них вроде бы взрослый мужчина, а другой — подросток с пубертатным периодом, — по виду отца Виктории казалось, что он больше переживает за свою репутацию. — Будь умнее их. — Не волнуйся, я справлюсь, — попыталась успокоить его демонесса. — Когда ты отбываешь? — К полудню, — ответил Велиал и уткнулся в бумаги. — Можешь идти.       Выйдя от отца, Виктория была еще в шоке. Не то, чтобы она переживала из-за регентства, нет: как ей выполнить просьбу брата и не спалиться? У родителя, верно, повсюду глаза и уши, чуть что — все доложат.       Решив обсудить с Малем, она переместилась к нему: — Finita la commedia, братец! — воскликнула Виктория, появившись у постели спящего Мальбонте. — Что? — испуганно спросил демон и, увидев сестру, отвернулся, махнув рукой. — Спать меньше надо! — рыкнула Виктория, открыв шторы. — Отец уезжает к Повелителю на месяц! Как я тебя заменю?!       Где-то минуту Мальбонте сладко дремал. Видимо, из-за сна он не до конца понял ситуацию, а она патовая. — Я с тобой сюсюкаться не буду! — прошипела Виктория, уходя в ванную. — Какого хрена?! — вопя, вскочил демон, когда на него вылилась холодная вода. — С ума сошла?! — Отец. Уезжает. К. Сатане! — злобно отчеканила каждое слово старшая Уокер. — Ищи другого для своих веселых стартов! — Так ты согласна? — просиял мокрый Мальбонте. — Была, — ответила Виктория, усаживаясь на кресло и закидывая ногу на ногу. — Теперь обстоятельства другие. — Так в чем проблема? — недоумевал он, снимая мокрую футболку. — Ты, наверно, не понял, солнце, — промурлыкала демонесса, скрепляя ладони в замок на коленках. Бровь Виктории нервно и еле видно дергалась из-за слишком уж беспечного поведения брата. — Если я побегу на соревнование — узнают шестерки, следовательно, и папа. Догадаешься, что дальше? — Не боись, сеструха, я все устрою! — заверил довольный Маль, зарывшись в шкафу. — Тебе это прям так нужно? — с надеждой на отказ спросила Виктория, массируя переносицу. — Хотя нет, не отвечай, глупо было спрашивать. — Встала она и пошла к двери. — Через час отец отбывает, не опаздывай.       Проблемы проблемами, а обязанности — по расписанию. Никто не отменял бумажной волокиты и обход армии. — Госпожа, рады вас видеть! — слащаво улыбнулся старик, раскрывая руки, мол: «Добро пожаловать!». — Вы снова с проверкой? — Само собой, Катон, — усмехнулась Виктория, придирчиво осматриваясь.       Военная база находилась в одном из многочисленных адских ущелий. Это место было одно из стратегически важных объектов восьмого круга. Данное расположение объясняется трудностью обнаружения, а не забавы ради: туда нельзя было попасть через дверь или люк — только телепортироваться. Буквально муравейник: сеть тоннелей, из которых нет выхода; множество роскошных приемных, столовая, вместительностью около трехсот тысяч демонов; кабинеты, казармы, тренировочные залы. — Как у вас с провизией? — материализовав блокнот, спросила Виктория. — Не жалуемся.       Виктории следовало пройтись по всей территории базы, но на это ушла бы неделя, которую никак нельзя было тратить на досмотр. — Катон, я тебе очень доверяю, поэтому скажи, что есть, а чего нет, — спалив тот блокнот дотла, спросила Виктория. — Буду действовать по твоим словам, не тратя свое и твое время. — Мудрое решение, Госпожа, — улыбнулся старик, выдохнув от облегчения.       Катон стал главнокомандующим еще задолго до рождения Виктории. Всегда был предан Велиалу, с солдатами строг, но справедлив. Многовековой опыт позволял ему сразу вычислить проблемы до их появления, поэтому, положившись на список, который дал Катон, Виктория улетела.        — Помни мой наказ, дочка, — скорее приказал, чем попросил родитель, усаживаясь в карету. — Маль, выздоравливай. И следите за Аидом!       Виктория провожала взглядом картеж, радуясь месяцу свободы и, одновременно, огорчаясь нарастающими проблемам.