Маунитс

Она держится, не даёт слабину. "Соберись, тряпка!" — мысленно даёт себе пощечину. — Забирай энергию. Я потом ещё ритуал проведу, давай, — она оттягивает воротник и припадает шеей к его губам, — Высоси хоть все! Говорить о том, что услышала не хотелось. Все потом, сначала спасти демона, а которому прикипела, хоть и раздражал ее недавно. Он потрепал ее по волосам, а потом повалил на землю. — Испугалась за меня? Разве не ты говорила, что я причина всех твоих проблем? — он усмехается, смотря в ее глаза. Вся такая из себя сильная, сейчас перед ним на грани. — Боюсь. Еще с этими недоптицами боялась, — она сглатывает и смотрит на его лицо. Дьявольски красив, но демон. С ним ничего не выйдет. Ченг поджимает губы и часто дышит. Грудная клетка ужасно болит. Переволновалась, а сердцу страдать. — Хочу, чтобы ты жил... Нужно найти тело, которое никому не будет нужно другим демонам. Подселишься и все будет хорошо. — Ты так и не поняла? Не нужно мне другое тело... Я могу жить и вне твоего, просто хорошо питаясь, — произносит, трется носом о ее шею, — Нельзя изгнать того, кто не вселяется... Или ты забыла слова, что говорила мне во время призыва? Не ты ли хотела, чтобы рядом был кто-то, кто тебя защитит? Та вспоминает свой семнадцатый день рождения и пускает одну слезу на щеку, с интересом разглядывая Ахерона. После проклятия над тем парнем, она закрылась в себе и даже не позвала школьных друзей на праздник. Пока отец был в разъездах по храмам страны, та сидела дома и проводила призыв, совсем не подумав о том, что призовет демона, а не какую-нибудь тотемную зверушку. Ей нужен был кто-то, кто будет ее защищать. — Прости меня... — она обнимает его за шею и шмыгает носом, сглатывая и прижимаясь сильнее. Вспомнив о том, что у того рана, она резко отстраняется от него, — Как тебя вылечить? Белую магию принимаешь? Мира попросим. — Э, нет, только не эта приторно-сладкая малышка! — тот усмехается, — Затянутся, со временем.... Но если так хочешь помочь... Знаю я один способ... — тот загадочно улыбнулся и уронил девушку на спину, устроившись между её ног. — Смешаем твою и мою энергии... У Ченг внизу живота закололо и потянуло. Брюнетка смотрит в глаза демону. Хочет доверять, хочет быть с ним. Даже, если так нельзя и он не умеет что-то чувствовать — ей наплевать. Хоя впивается в его губы, отдавая чуточку энергии, чтобы тот немного начал затягивать свои раны. Действует на свой страх и риск, а в голове картины того вечера с тем парнем. Забыть бы его уже, и так много ему чего наделала, да только если дело к близости доходит — ее как током шибет. Он лезет в ее голову. Заменяет картинки событий на себя, словно то, что они делают сейчас, происходило тогда. — Я покажу тебе, что бывает иначе... Веришь мне? Она легко кивает и хлопает ресница, смотря на него. — Верю... Я тебе верю, Ахерон, — она вновь его целует и проходится пальцами по ране, чувствуя, как та затягивается ещё чуть-чуть. Одежда на девушке по магии растворяется, как и на нем. Кругом кружат светлячки, а сами они словно в другом месте. Намджун входит плавно, делает первый толчок, затем второй, ласкает поцелуями ее шею и сам хрипло постанывает от того, как внутри горячо. — Только моя.... Девушка расслабляется полностью. Доверяет ему. Тихо стонет, целует ему шею, обнимая ее руками. Двигается тазом вперёд, к нему. Любит? Сложно сказать. Отпускать его не хочет. Знает, что она его, но это все равно не то. Ченг хоть и ведёт себя как-то странно, но все же с ним, она старается быть нормальной. Возможно, выходит плохо, если брать все обзывательства и угрозы в его адрес. — А... Ахерон, — она припадает к его губам, целует и пропускает стон. — Да, сладкая? — спрашивает, отпуская ее губы из плена своих, хоть поцелуй и начала она, делает толчки чуть грубее. — Хочешь правду? — он смотрит в ее глаза, — Почему я не отпускаю тебя... Потому что люблю. До чертей сильно как, — тот накрывает ее глаза ладонью, прикрывает свои. Лазурный берег, багровый закат и он в ее компании идет возле водной глади. — Лэлэй, ты же знаешь, что я не люблю воду! — Брось ты! Здесь же красиво! А знаешь почему мы тут? — Ну и почему? — спрашивает Ахерон. — Потому что ты меня любишь! — Лэлэй, демоны не умеют любить! — произносит с усмешкой, — Но если попросишь, снова приведу посмотреть на закат! Ахерон отстраняется от Хои, убирая ладонь, а после замедляется, позволяя ей отдышаться. Она хлопает глазами, рассматривая его лицо. "Я переродилась или... Я его любила получается?" Она сглатывает и часто-часто дышит, держа руки на его шее. — Если я не хочу тебя отпускать, значит... Я тебя тоже люблю, Ахерон... — По-другому и быть не может, свет моей тьмы... — он целует ее, а после делает завершающие толчки, заполняя ее своим нутром Девушка чувствует приятное тепло впервые в своей жизни. И радуется тому, что именно он это сделал. Она целует, мычит ему в губы, потому что катастрофически не хватает воздуха рядом с ним. Проводит по груди — рана затянулась, но наверное, шрам останется. Ничего страшного, его это только украсит. — Я найду способ убить его... Я попрошу отца найти способ, Ахерон. Она рассматривает его лицо. Грудную клетку сдавливает ужасно, но рядом с ним, она пытается забыть о переживаниях. — Я сам убью его... После всего, что было, только я могу... Иначе, это будет просто нечестно. Он разделил нас, заставил быть друг от друга далеко так долго... Я убью его, свет моей тьмы... А после ты станешь моей на всю вечность, — произносит демон в ее губы, смотря в глаза. Брюнетка целует его нежно и поднимается к носу, что резко чмокает. — Я умру, если тебя не станет. Обещай, что все будет хорошо... Приподнимается и обнимает его за шею, кладя подбородок на плечи. — Только, если это твоё желание... — произносит он в ответ, — Забыла? Я ведь демон. Я не умею давать обещания,— посмеялся он над ней, но определено дал согласие своими словами. — Это желание, Ахерон. Отстраняется она от него и серьезно смотрит. — Я готова навеки отдать свое тело, лишь бы ты существовал. Настолько ты мне дорог... Она сглатывает и смотрит вверх-вниз, катаясь взглядом по его лицу. — Я буду с тобой до того самого дня, пока не испущу последний вздох, это мой ответ на твое желание. Он кладет руку поверх ее. Когда ладони соприкоснулись от них шел легкий жар, как когда они впервые заключили сделку, а после тот чмокнул ее в губы. — Прости, но обратного пути теперь нет.... Хоя понимающе кивнула, когда почувствовала что глаза на мокром месте. Как-то виновато она прикусила внутреннюю сторону щеки и вздохнула. — Давай вернемся обратно, твои друзья переживают за тебя, — предложил Намджун. поднявшись на локтях, он протянул девушке руку и помог подняться. Одним взмахом руки он облачил деву в черную мантию, а на его теле, словно и не было сражения, появились прежние вещи. — Идем... Мужчина и девушка шли по лесу. Ей было немного страшно. Не за себя, а за того, к кому привыкла. *** — Ты точно не испугалась? — Ким гладит девушку по голове, держа ее на плече, — Если что, можем попробовать стереть тебе в памяти этот момент. — Ты ведь рядом со мной... Чего мне бояться? — девушка поднимает на него свой взгляд и улыбается уголками губ. — Тэ... Все наконец разошлись, мимо щита не пойдут... Можем... Пойти в теплицу... Парень поднял на нее взгляд и ухмыльнулся: — Снова девочкам помочь нужно? — он проходится руками по ее талии и смеется. — Саженцы не растут, да? — Ой... Совсем не растут... — тихо отвечает девушка, переводя на того лукавый взгляд, — Знаешь ли... Может, я что-то перепутала? Или.... Кто-то... Ким хватает за запястье девушку и тащит в обитель всяких растений, которые высаживают белые девочки. Время уж почти близиться ко сну. Сюда никто не придет. — Нам бы силы поберечь на завтрашнюю тренировку. Но та-а-ак хочется их потратить. Парень облизывается и сметает семена и лейки с широкого стола, сажая на него девушку. Чуть ли не кусает ее за губы, исследуя руку руками ее тело. Она прижимается к нему и сам стягивает с себя одежду, бросая куда-то рядом. — Плевать, если нас кто-то увидит... Пусть смотрят, какой бывает любовь, верно? — девушка шепчет в чужие губы, сминая их. — Тэхен... Я хочу быть только твоей... — Будешь, — облизывается он, спуская брюки, — пристраивается между ее ног, чуть двигаясь вперед, а после — вставляет. Входит и выходит медленно. Целует ее, придерживая за поясницу, чтобы не билась о стекло спиной. Второй рукой сминает внутреннюю часть бедра и улыбается прямо в поцелуй, прикусывая ее губу. — Я люблю тебя... — шепчет светлая в его губы, запускает пальцы в его волосы и елозит по столу навстречу. — Ах, я так сильно люблю тебя, Ким Тэхен! — чуть громче вскрикивает та. А он знает, он чувствует всеми фибрами своей души. Как только они встретились на зачислении, как только нарушили тот закон, а после получили оба выговор. Знает он все о ней. О том, что любит она спать у стены, о том, что она любить учиться и познавать новое. Знает ее любимые цветы, время суток и даже сколько ложек сахара она кладет в чай, когда ей грустно. Любит он ее невыносимо сильно, что хочется кричать всем об этом. — Люблю слишком... Сильно тебя, Мира, — он разгоняется настолько сильно, насколько может. Стонет ей тихо на ухо, издавая пошлые шлепки, когда касается своей кожей ее. А она только пуще прежнего поддаётся его ласкам, забывая обо всем в этом чёртовом мире, лишь бы только сейчас они были вдвоём. Цепляется за его плечи и до красных пятен трется о столешницу, кусая свои же губы. — Не могу... Ах! Больше не могу терпеть! Слишком приятно! Он руку убирает с бедра и касается ее шеи, переходя на затылок, чтобы притянуть к своим губам. Целует с языком. Пошло, грязно. — Кричи... — дышит он часто, облизывается и смотрит прямо ей в глаза, немного прикрывая свои. Нахождение с ней можно назвать одним словом — "блаженство". Она непорочна, но в то же время, хочет согрешить. Пик наступает слишком быстро, чтобы успеть закрыть ротик вовремя, она вскрикивает, цепляется за его плечи пальцами, кусает за шею не зная куда деть себя от этого ощущения. Хочется больше, хотя кажется, что больше уже некуда, но то, что он делает с ней, что заставляет чувствовать, не сравнимо с тем, что та испытывала когда-либо ранее. *** — Вижу ваши недовольные и ничего не понимающие лица, но мне тоже не нравится то, что тут происходит. Хотите правды? — Намджун стоял на поляне перед учениками, окидывая их взглядом. — Вас нихера ничему дельному не научили, чтобы в свое время просто использовать как будет угодно власти. Такой прямолинейности никто не ожидал. Каждый переглянулись с близстоящими приоткрыв рты, а после вернулся слушать преподавателя. — После тренировки ребята будут звонить мамочкам. Тэхен посмеялся и отстранился от лицо Мира. Хоя же стояла чуть поодаль, не желая стоять с Кимом рядом, хоть и возле него стояла ее подруга. — Цыц... Дело говорит. Если бы не он, половину бы точно гарпии задрали, — шикнула светлая. — Это против правил! Я доложу директору! — возмутился второй профессор, но тут же словно начал задыхаться. Ким поднял руку в воздух, зажимая её в кулак. — Жалкий смертный, да что ты можешь? — его глаза чуть светились. Отбросив учителя в стену, тот тряхнул руку, словно испачкался. Второй так и не поднялся. Совсем. — Для тех, кто не желает научиться минимум этому — сразу отправлю туда же. Все смотрели кто испуганно, кто восхищённо. — Вы хотели учиться или просиживать штаны, чтобы потом стать теми, кем будут помыкать? Я даю вам шанс стать кем-то большим. Мира сделала шаг вперёд. Чимин повторил, ему нравился ход мыслей Кима. Ченг тоже ступила на правильный путь, а за ней и Тэхен последовал. Парень ступил несколько шагов к ней, меняясь местами с какой-то девушкой и ее молодым человеком: — Как дела? Хоя смотрела вдаль, не обращая внимания на Кима. — Послушай... Она повернула к нему голову и шикнула. — Нет, это ты послушай. Мы взрослые люди, я поделилась с тобой секретом в надежде на то, что хоть вы будете нормально ко мне относиться. А в итоге что? Она смотрит на него и щуриться. Отвела глаза в другую сторону и глянула на Мира, что стояла рядом с Чимином о чем-то тихо разговаривая. — Ты мне башку не проедай, Хоя. Вспылил чутка... Признаю... Только девушка хотела, что-то сказать — замолчала. Пускай продолжат. — Извини и все. Больше слова не скажу о твоём этом... Ну... Демоне... Ченг кивнула и стала смотреть на других. Несколько человек отсеялись и тут же покинули лужайку. Те, у кого были друзья или любимые из противоположных факультетов — остались. Демон расплылся в улыбке, а после расставил руки в стороны. Снова едва видимые линии, снова воздух наполнился тьмой, а после ушедшие замертво упали на траву. Ахерон вздохнул. — Приберите... А после начнем.