Тебе не больно?

- Тебе не больно? - Ким аккуратно трогает пальцы Че, который стоит, опершись о стол и изогнув кисть каким-то невероятным образом. Че удивленно моргает. - Нет, а должно быть? Ким пожимает плечами. Он хоть и гибкий парень, но таких поз его пальцы принять не могут. Он пытается и тут же морщится - точно, не могут. Че протягивает ему лист с текстом новой песни: - Смотри, Пи’Ким. Если заменить здесь пару аккордов, строчка будет звучать выразительнее. Ким отвлекается от экспериментов, но вопрос в голове остается открытым. Через пару дней они посещают особняк главной семьи и попадают на тренировку телохранителей, в которую втянут весь комплекс. Кажется, это устроил Порш, как новый глава охраны. Под его суровым контролем, телохранители осваивают планировку особняка, чтобы, при необходимости, ориентироваться в нем с закрытыми глазами, устраивая в самых необычных местах стоп-паузы на растяжку и отработку рукопашной. Пока Ким решает вопросы с Кинном, Порче разрешают присоединиться к остальным, и парень с удовольствием мешается под ногами охраны. Те, расценив это как одно из тренировочных условий, включаются во всеобщее взаимодействие так плавно, что Поршу даже не на что ругаться. На очередной паузе на растяжку, Порче отрабатывает вместе со всеми наклоны и, в какой-то момент, складывается полностью, прижимаясь лицом к собственным коленям. Порш придавливает его сверху рукой, и Порче послушно лежит так под ладонью брата, пока того не окрикивает Ким. У Кима совершенно дикое выражение лица, которое он старается не демонстрировать окружающим телохранителям, но Порче всё видит и чувствует. - Тебе не больно??? Порче? Че только хихикает на него из-под собственного локтя и медленно разгибается. Порш помогает ему встать и, ворча, отходит в сторону. Он еще только на пути к смирению с парнем брата. Через неделю Ким застает в собственной гостиной старшего брата. Танкхун и Порче, скрутившись в невероятные узлы, внимательно смотрят на экран, где миловидный тренер озвучивает асанны, в которых у них должно открыться второе дыхание. Танкхун, с красным от напряжения лицом, по вискам которого стекают струйки пота, едва может удержаться в заданной позе, тогда как Порче еще и успевает внимательно слушать тренера. Вот уж у кого открылось второе дыхание, думает Ким. Оба медленно расплетают конечности, каждый на своем коврике, а затем уходят в какую-то совершенно немыслимую позу, от которой у Кима начинают фантомно болеть копчик и крылья лопаток. Танкхун падает на пол с грохотом костей и невнятным восклицанием возмущения, а Порче только хихикает. - Тебе не больно? - Ким подскакивает на месте от резкого звука, смотря на позу Че огромными глазами: кажется, его парень никогда не развернется из той загадочной фигуры, в которую его закрутил телевизионный инструктор по йоге. - У меня дисплазия соединительной ткани, а поэтому - гипермобильность суставов, - смеется Порче. - Мне и правда не больно. Просто нужно быть осторожным и ничего себе не вывихнуть. В подтверждение своих слов, он расплетается и медленно встает на коврике, ловя на себе суровый и обиженный взгляд Танкхуна. Вечером Ким долго гуглит новое для себя понятие, а после смотрит на вошедшего в спальню Порче огромными глазами. - Ты уже успел себя накрутить? - Че садится на край кровати к Киму и ласково гладит его по колену. - Это не опасно. В детстве Порша только пугал, когда локти и колени в обратную сторону изгибались. - А сейчас? - Почти не гнутся, не так, как раньше. - То есть... - Ким сглатывает и откладывает ноутбук в сторону. - То есть, не все суставы? - Нет, конечно, - Порче ложится поперек кровати на живот и качает в воздухе ступнями в пушистых полосатых носках. - Пальцы, запястья, локти, ...бедра. Ким подбирается к нему ближе, пока тот перечисляет. - Поясница... Пи’Ким! - Ммм, нет, Пи’Ким так не гнется, - почти мурлычет Ким, прихватывая зубами кожу на последнем озвученном месте. Че тихо выдыхает, подавляя стон. Его размазывает по постели нежностью и остротой укуса, руками Кима, который словно хочет запомнить своими ладонями каждый его изгиб. Порче приходится застонать, когда Ким оставляет на его пояснице небольшой и яркий засос, который не пройдёт до завтра, совершенно точно. Пока Че думает об этом, Ким коварно подбирается к резинке его домашних штанов и отступать не планирует. Его поцелуи точны и целенаправленны, Порче чувствует каждый. - Ты думаешь. Кажется, я плохо стараюсь, - ворчит Ким, сжимая сильными руками ягодицы Порче, вызывая тем самым у того прерывистый вздох. - Ты тоже... думаешь... - замечает Че, оборачиваясь через плечо на Кима. - Я планирую, - откликается Ким, стягивая с парня штаны и отбрасывая их в сторону. Великолепное отсутствие всякого белья, прекрасно. - Терипаньякулы и их планы! - фыркает Че, позволяя себя раздеть до одной лишь серебряной цепочки с булавкой на шее. Цепочка с подвеской когда-то принадлежала Киму. Сердце Че принадлежит Киму до сих пор. - Что-то имеешь против? - ворчание Кима Порче считает очаровательным, они могут обмениваться колючими шутками бесконечно, это совершенно не отвлекает их и не снижает возбуждения в постели. Оба не фанаты "грязных разговорчиков", а вот такой весёлый трëп устраивает и того, и другого. Ким выцеловывает на шее Че что-то, что известно только ему, доводя младшего до исступления и протяжных стонов. Шея Порче - это что-то особенное, максимально желанное. Когда они оказались в постели в первый раз, только его шею Ким выцеловывал и вылизывал минут пятнадцать, пока Че не обезумел настолько, чтобы самому опрокинуть старшего на постель и забраться сверху. То, что их первый секс был абсолютно крышесносным, можно считать заслугой Порче, который вывел Кима из транса. - Как ты хочешь?... - шепчет Порче, пока они, оба уже обнажённые, вытягиваются на постели, касаясь друг друга кончиками пальцев и губами. - Медленно, - выдыхает Ким. - Медленно и чувственно. - Подготовишь меня? Ким кивает и улыбается: - С твоей помощью. Рот Порче округляется, но он только протягивает своему парню тюбик смазки. Они неловко сталкиваются пальцами и негромко хихикают, словно оба - подростки, хотя технически - только один из них. Но с Порче Ким чувствует себя моложе на несколько лет, особенно в постели, когда медленно и неторопливо растягивает своего парня, стонущего в наслаждении от мягких, но уверенных движений внутри. - Я сверху, - стонет Порче, выбираясь из-под рук Кима и седлая его бёдра, заставляя сесть на постели. - Технически... - Технически просто заткнись, пожалуйста, - тихо подвывает уже Порче, и Ким скользит внутрь, поддерживая его бёдра. Они оба загнанно дышат, привыкая: Порче - к ощущению тягучей наполненности, Ким - к невыносимому жару. Прижимаясь ближе, Че обхватывает руками голову Кима, держит, зарываясь пальцами в спутанную гриву и мягко целует в лоб. - Прогнись для меня, - негромко и глухо просит Ким, и на губах Порче расцветает совершенно шалая улыбка. Он отклоняется назад, прогибаясь в талии , удерживаемый крепкими и надежными руками Кима, прогибается ещё сильнее и сильнее, практически ложась лопатками на кровать. - Тебе не больно?... - судорожно выдыхает Ким, на что Че стонет в ответ, неспособный к человеческому тембру: - Если ты не будешь двигаться, больно будет тебе, уж поверь!.. И Ким двигается.