Ради действия

— Сугуру, ты, случайно, не диван? В ответ последовало остроумное молчание. — Тогда почему я хочу на тебя сесть? Пожалуй, только ради такого шоу можно было согласиться на эту авантюру.

***

Впрочем, идея была, мягко говоря, не очень. Об этом думали все, кроме Сатору. — …Короче, скидываемся и покупаем ящик пива! Встречаемся раз в сотню лет, так хотя бы расслабимся! Нанами подумал, что с радостью не виделся бы с ним и сто сотен лет. Но они и правда не виделись очень долго. Мэй пропадала на миссиях вместе с Утахимэ, чтобы заработать как можно больше денег. Нанами и Хайбара тоже время зря не теряли. А оставшаяся троица… ну… просто пропадала. И вот они — все семеро — пересеклись в магазине! Это был обычный магазин со сладостями, в который Сатору насильно привел Иери и Сугуру, чтобы купить леденцы после задания. А там уже разговаривали другие четверо. Сатору сразу же подбежал к ним и стал расспрашивать про чужие дела, параллельно хвастаясь тем, как он одолел проклятие особого ранга, упустив детали о Сугуру и его помощи. И вот, разговорившись, Сатору предложил собраться вместе и как следует отдохнуть. — Я пас, — откликнулся Сугуру, на что все шестеро мгновенно повернулись в его и Сатору сторону, без слов спрашивая: «Ты точно спал этой ночью?» Его слова в самом деле казались странными — ведь он всегда был рядом с Годжо и, когда требовалось, контролировал порывы глупости своего друга. — Что?! Эй, Сугуру, так нечестно! — Сатору нахмурился. С какой статьи его лучший друг станет пропускать такое мероприятие?! — Не кричи, Сатору, — ответил тот спокойно, как удав. — Не хочу я пить на этих выходных. И тебе бы не советовал. Сугуру в самом деле был спокоен, но внутренне он признавал, что отказывается сейчас без особой причины — он всего лишь хотел поиздеваться над балбесом. Впрочем, у него это выходило очень даже успешно — Сатору, казалось, вскипел от возмущения. — Ты!.. — …Да ладно тебе! — понимая, к чему все идет, Секо перебила Сатору. — Ты же знаешь, что без тебя совсем не то… Да и кто же будет контролировать количество выпитого алкоголя у того, кто и без него ведет себя как придурок, — прыснула она. — Секо права! — крикнула Утахимэ. — Ну, так я тоже не хочу идти. Это затратно, — следом сказала Мэй. Утахимэ раскрыла глаза от возмущения и одновременного удивления: — Вы уже весь Магический Колледж ограбили!.. — Ох, Утахимэ, ты даже не представляешь, насколько быстро уходят из рук деньги… Утахимэ посмотрела недовольно, прищурилась и сказала: — Я заплачу за вас. — Это уже другое дело! Я буду, Годжо! — Хорошо, Сатору. Я с тобой, — повернувшись к Сатору и посмотрев ему прямо в глаза, несмотря на очки, сказал Сугуру. Остальные облегченно вздохнули. Хайбара все это время улыбался, не понимая, в чем причина негодования у остальных. — Годжо, ты не умеешь пить, — сказала Секо. — Так что Сугуру тебя не подпустит ни к одной банке пива. — Эй, я вообще-то умею! — Умеешь, как в прошлый раз?.. — спросил Сугуру. — А что было в прошлый раз? — Хайбара повернулся к Нанами. — Лучше тебе не знать. — Секо, почти окрашенная в стыд, закрыла глаза рукой. — Годжо напился в хлам и показал нам стриптиз, — ответил Нанами, кое-как подавляя смущение в голосе. — Не стриптиз, а танец! Самый обычный танец! — Ты снял футболку и кинул ее Гето-куну, — Мэй едва усмехнулась. Все остальные, кроме Сугуру, поморщились. — Вы сидели все, как зомби в Darkwatch. Что мне оставалось делать? — Смирно сидеть вместе с нами или собираться домой. — Секо! И ты туда же! Вместо словесного ответа он был удостоен двумя злыми и упрекающими взглядами: Иери и Утахимэ откровенно не желали видеть его на вечеринке, хотя именно он являлся зачинщиком. — Сатору, — неожиданно подал голос Сугуру. Он произнес имя немного тише, чем остальные, но уверенно. — Пообещай мне, что не станешь вести себя, как в прошлый раз. — Обещаю! Все остальные, даже Сугуру, понимали, что его обещание — пустой звук.

***

Всю подготовку, то есть закупку выпивкой и закусками, свалили на самых ответственных — Нанами и Сугуру. Ну конечно, не Сатору же пойдет в магазин, будучи зачинщиком вечера! Да и кому это надо, кроме Сугуру, привыкшего к организованности и ответственности, и Нанами, подражающему Сугуру? Благо, все прошло без происшествий. Уже в эту субботу компания собралась у Сугуру, и все единогласно выбрали Мэй в качестве диджея. Ее музыкальный вкус симпатизировал многим из компании. Пожалуй, только Нанами молча отсиживался вдали от танцующих, несмотря на уговоры Хайбары. Скидывались все, конечно, поровну. Вот только больше всех в итоге пил Сатору. Сугуру, правда, пару раз пытался его остановить, угрожал, шантажировал. Но все прекрасно знали, что его слова лишены изначального смысла. Потому Сатору уже в полночь был подобен чумазому черту. Потрепанный, мятый, лохматый, на правой щеке маркером от руки Секо нарисованы два уса. Для полноты картины не хватало только хвоста сзади. Сатору напился за всех вместе взятых. Сидел на диване, довольный и улыбчивый, и Сугуру подумал про себя: что же будет на этот раз? Вдруг Чумазый встал, пытаясь удержать равновесие, и пошел к столу. Громкая музыка уже совсем не имела для него значения. Он вообще пришел сюда не ради танцев. Сугуру прямо перед ним залпом выпил остатки пива в банке и, сидя в кресле, окинул его странным-странным взглядом. Сатору ухмыльнулся — и потянулся к новой банке. — Годжо-сан! — вдруг из ниоткуда взялся Хайбара. Пока девушки танцевали, громко смеясь, он стоял у двери и смотрел на Сатору, думая, что если что-то он учудит, то поможет Гето-сану. — Прекратите, Годжо-сан! Вам же хуже ста… — Забудь об этом, Хайбара, — крикнул Нанами. — Не сработает. И правда — не сработало. Десять. Всего лишь десять секунд ему потребовалось, чтобы выпить пол-литра сказочной жидкости, которая одарила его великолепным настроением и неповторимой фантазией. Вмиг девчонки прекратили танцевать, и Секо зашептала: «О-о, сейчас-сейчас». — Су-угуру, — по-пьяному протянул Сатору. Тот поднял на него мутный взгляд — сам был не лучше. — Как насчет… м… свидания? — Примитивно… Можешь лучше, — ответил Сугуру. Сатору часто с ним флиртовал, на трезвую голову тоже. И раньше в самом деле получалось лучше. У Сатору, казалось, глаза загорелись. Неистовый азарт затаился где-то под сердцем. — Знаешь, твои волосы… — Он по-хозяйски сел на подлокотник кресла и распустил пучок волос Сугуру. Зарывшись пальцами в макушку, он довольно хихикнул. — Твои волосы лучше… лучше, чем у Мэй. — Э?! — возмутилась Мэй. — Сделай музыку потише, Хайбара, — сказала Иери. Как назло, заиграли Arctic Monkeys, которые так нравились Утахимэ, но та сцена, что возникла перед ее глазами, — стоила того, чтобы пропустить любимую песню. Нанами закрыл глаза рукой от стыда, как будто это он вел себя как последний придурок, а не его семпай. — Сугуру, а ты знал, что мне нравятся туннели в ушах? — И что с того? — А еще длинные волосы. Сугуру поджал губы. — И такой разрез гла-аз… — эта фраза прозвучала особенно интимно и игривисто. — О-о-о… — прошептала Мэй. Хайбара замер на месте с таким выражением лица, словно джинсы сзади треснули по швам. — И стиль одежды привлекает такой… — Не сработает, Сатору. — Да Гето же сам подшофе, — сказала Утахимэ. — В этом и суть, Утахимэ-семпай, — хмыкнула Секо. — Ну не сработает и не сработает, — Сатору пожал плечами. А затем по-свойски рухнул Сугуру на руки, тепло улыбнувшись. — Как же я-а тебя-а обожа-аю-у… Сатору прижался к теплому (но на самом деле горячему) телу и улыбнулся еще раз. Полежав так с минуту и успокоив тем самым друга, он обманул всех в этой комнате: — ТАК. СТОПЭ, — заявил он, резко встав на ноги. — Ну? — спросил Сугуру. — Я… придумал, — и ухмыльнулся. Нужно ли говорить, как Нанами вымученно замычал, а Хайбара раскрыл рот от действий этих идиотов? — Ну-ка. — Сугуру, — начал было Сатору, но в горле встал ком — и Секо хотела было сказать, что пить надо меньше, но решила промолчать. Он прокашлялся и продолжил: — Сугуру, ты, случайно, не диван? В ответ последовало остроумное молчание. — Тогда почему я хочу на тебя сесть? — Все! Я домой! — крикнул Нанами, сгорая от стыда. Хайбара помчался за ним, чтобы по дороге расспросить про все, что творилось на вечеринках ранее. — Годжо, кажется, сегодня чрезвычайно умен, — съязвила Утахимэ, бубня Секо на ухо. — Ты мне только что в любви признался? — усмехнулся Сугуру, не веря собственному вопросу. Казалось, девушки замерли и онемели. — Как же ты меня понимаешь С-Сугуру… Как же ты… Тут Сугуру поступил очень ловко. У Сатору подкосились ноги, так что он взял его руку и уложил себе на плечи. Утахимэ хихикнула, а Мэй сразу же открыла камеру на телефоне, чтобы запечатлеть историческое событие. Музыка стала еще тише. — Я уложу его в спальне, — сказал Сугуру, сам еле стоя на ногах. Пора закругляться — подумали ребята одновременно, несмотря на затуманенный алкоголем мозг. — Мы уберем все, ты только мусор выкинешь, — сказала Секо. Сугуру молча кивнул и поволочил друга в спальню.

***

Сатору громко и расстроенно вздохнул. Он уже сидел на кровати, пока Сугуру рылся в шкафу в поисках одежды для него. В спальне было темно, лишь в углу комнаты стоял ночник, позволяющий Сатору рассматривать до боли знакомый линолеум под ногами. — Сугуру… — непривычно тихо начал Сатору. — М? — Ты… — он поднял взгляд и застал чужую спину — крепкую, широкую, подкаченную в отличие от его спины. Еще раз вздохнув, Сатору продолжил: — Ты устал от меня?.. — Ты пьян, Сатору, — ответил Сугуру, ища злосчастную футболку. На самом деле он лишь делал вид, что ищет. Нужная футболка лежала прямо перед ним, но то ли из-за выпитого пива, то ли из-за смущения — Сугуру не хотел какое-то время смотреть другу в глаза. Сатору поднялся на ноги и, покачиваясь, сам взял себе одежду. Он понял? Ну конечно же он понял... — Ты тоже пьян, раз втыкаешь в собственный гардероб, — странно-трезво заявил Сатору. Сугуру хмыкнул и повернулся к нему: — Уже протрезвел? — Злосчастные усы на щеке уже даже не смешили. — Я — да, а ты — нет. — С чего ты это взял? — Хочешь поспорить? — Не совсем. Мне… просто не по себе… Ты все это специально начал там, в комнате? Вместо подобающего ответа последовала невинная улыбка. — Девчонки, кажется, уже ушли. — Сатору положил левую руку Сугуру на плечо и большим пальцем слегка погладил кадык. — Так что тебя останавливает? — прошептал он, настойчиво глядя на своего самого близкого человека. Объяснения не потребовалось. Сатору просто улыбнулся по-теплому и коснулся чужих сухих губ. Не ответить ему казалось невозможным. Да и Сугуру об этом вовсе не думал. …Сатору, как оказалось, вообще пришел сюда не ради танцев и выпивки. Пожалуй, только ради этого действия можно было слегка и попозориться. Но только слегка.