Парусия

Глава ll

«Замысел»

      Последние два дня в Лондоне лил дождь. Буквально три дня назад прогнозы погоды обещали жару, соответствующую летнему сезону, но неожиданно планы изменились. Природа то ли обозлилась на человечество, то ли хотела выплакать горькие слёзы, накопившиеся за несколько недель, когда над Лондоном была тишь да гладь.       А может, погода горевала по упущенным возможностям, вызванным неожиданно поднявшимся на Небеса Азирафелем. Но от него ли она зависела? Несомненно, когда ангел желал тёплой погоды для благоприятной встречи с Кроули в парке, он вежливо просил небо повременить с проливным дождём. Погода благодушно уступала, уверенная в том, что после Азирафель позволит ей вдоволь разгуляться.       Кроули когда-то тоже пытался научиться этому тонкому искусству менять погоду, но у него совсем не получалось вежливо договориться. Демон угрожал и злился, сетовал на несправедливость погоды к нему, как существу, пришедшему из Ада — всё это только усугубляло результаты. Выходить сухим из этих ситуаций не удавалось ни разу, потому что погода капризничала, сразу же сгущала тучи и била ливнями о землю, целясь в Кроули.       Естественно, у Азирафеля всё получалось! Чистое, невинное существо, любимое всеми и в равной степени почитаемое. Ангел всегда знал, с какой стороны подойти к тому или иному человеку, предмету и даже стихии! Просто невероятно.       Поэтому неудивительно, что после потери Землёй этого милого ангела, погода расстроилась и топила Лондон вот уже второй день нескончаемыми косыми ливнями.       Люди же на Земле не знали истинных порывов этой погоды и уж тем более не знали, когда у неё закончится эта депрессия. Может, так и утонуть Лондону в бесконечных ливнях, под водой, как Атлантида.       Под мерные перестуки дождя за окном Мюриэль тихо хозяйничала в книжном. Ангел не понимала, по какой причине вот уже два дня никто не заходит в этот магазинчик. И должен ли? Может, книги здесь не совсем любят? Тогда откуда у Азирафеля их столько, разноцветных, старых и новых — кому они могут понадобиться?       Пока посетителей не было, а за окном трель капель дождя романтично играла с асфальтом и крышами соседних зданий, Мюриэль решила досконально изучить каждый уголок книжного. Она прохаживалась вдоль рядов, читала названия книг и имена авторов, проговаривала вслух особенно замысловатые или на её взгляд смешные.       Таких имён она никогда не слышала, а уж слова и вовсе были для неё в новинку. Что такое «Страна чудес» и что за Алиса, попавшая в то место? Есть ли такое на земле? Мюриэль поймала себя на мысли, что хочет побывать в «Стране чудес». Книгу она читать не захотела, чтобы не испортить первое впечатление об этом месте, поэтому лишь мечтательно провела большим пальцем по корешку старой книжки и пошла в глубь книжных стеллажей.       Там её ждало ещё больше старинных и — как жаль, что Мюриэль этого не понимала! — коллекционных книг, которые Азирафель за небольшие услуги чудеса для бывших хозяев заполучил. Она шла меж высоченных стеллажей и созерцала всю красоту ровно стоящих книг и полок без единой пылинки. И не могла понять, откуда внутри столько любви к безжизненным на вид бумажкам, с которыми даже не поговоришь.       Неожиданно стеллажи закончились, и Мюриэль упёрлась в высокое окно и рабочий стол перед ним. Полностью деревянный, усыпанный резными узорами, отражающими всю любовь мастера, сделавшего их. Стол покрывали вырезки из газет и бумаги с какими-то записями, испещрёнными аккуратными тонкими буквами. Прочитать их она не потрудилась, потому что внимание привлекло более интересное, цветное пятно на однотонном столе.       Среди белых, серых и бежевых бумаг, на фоне тёмного цвета самого стола лежала небольшая бумажка — определила для себя Мюриэль — выделяющаяся количеством цветов. Красный, черный, жёлтый и даже голубой притягивали взгляд ангела. Она не смогла побороть любопытство, хотя совсем не сопротивлялась. Рука сама потянулась вперёд.       Покрутив в руках цветастый кусочек, она попыталась рассмотреть, что на нём изображено. Ангелы, как существа небесные, не особо любили забивать себе голову запоминанием информации или хотя бы лиц. Всё было в документах, а те — в папках. Каждый ангел мог бы обратиться в архив и найти для себя нужную информацию.       Но Мюриэль, чьё отличительное качество, как и у всех новичков, — любопытство, проводила много времени в архиве не только для поиска нужных бумаг, но и для того, чтобы почерпнуть оттуда немного информации. Незаметно для себя Мюриэль, подобно первокласснику на Земле, научилась потреблять и обрабатывать информацию. Проще говоря — запоминать.       И она спустя минуту тяжёлых мысленных терзаний распознала на картинке портрет Кроули. Того демона, который буквально недавно расположился на подлокотнике кресла рядом с Азирафелем, смотрел на неё и улыбался. И эта улыбка отчётливо читалась на губах нарисованного Кроули.       — О чудо! — Она подняла бумажку повыше, будто показывая небесам это необычайное творение. — Кроули, как тебя поместили в эту бумажку? Ты меня слышишь? — Мюриэль смотрела на рисунок и пыталась добиться ответа.       Оставаясь всё так же в тишине, она, не отпуская из рук бумажку, ещё раз прошлась взглядом по столу. Там, под кипой бумаг, переливаясь цветами единственным видным из-под книжки уголком, лежал второй рисунок. Застыв на секунду, ангел прочитала название на красивом томике: «Чудеса природы и науки». Но, к сожалению, ей это название ни о чём не говорило и она бесцеремонно стала подвигать книжку в сторону.       С трудом достав рисунок, Мюриэль издала победный клич, больше похожий на писк и стала вглядываться в переплетение пятен. Теперь на картинке были и другие цвета, помимо красного, черного и жёлтого — белый, бежевый и золотистый цвета, полностью противоположные первым. Они пестрили гармонией.       Такое неожиданное сочетание темных и светлых тонов ещё больше повергло Мюриэль в восторг. Ноги повели в пояс, и она, дёргаясь, будто в припадке, исполнила полный восхищения и удовлетворения танец (по крайней мере ей показалось, что это был танец).       — Что только не придумают эти… люди! — пропела Мюриэль голосом, полным любви. Любви к Земле и её жителям, хотя она вообще не сталкивалась ни с одним человеком. Все, кого она тут видела — её коллеги или, наоброт, враги. Только лишь Кроули был мил с ней и улыбался, чего она никогда не забудет.       Сердце ангела пропустило удар и Мюриэль от неожиданности выронила два рисунка из тонких пальцев. Она присела на пол, положив руки на бумажки. Попыталась осознать произошедшее.       Её мысли метнулись к Кроули, которого она отчего-то давно не встречала. Ей казалось, что этот демон должен был контролировать её нахождение в книжном, но за два дня гостем здесь был только непрекращающийся дождь.       Стало невыносимо грустно, отчего Мюриэль ещё больше испугалась. Она никогда не чувствовала что-то подобное, поэтому ей было чуждо ощущать отрицательные чувства. Вообще ощущать.       Ведь что на Небесах могло бы её так повеселить или опечалить? Белые стены, от которых уже откровенно начинало тошнить? Белые полы? Потолки? Столы и стулья? А, может, белоснежные одеяния КАЖДОГО Небесного создания? Нет. Что такое чувство Мюриэль узнала сейчас.       И, прости Господи, ей понравилось чувствовать.

***

      Бунтари-ручейки стекались в низины города и образовывали там огромные лужи, если не целые озёра. Вода, поднявшая вместе с собой песок и небольшие камни, плескалась во все стороны, мешая людям, целеустремленно бегущим на работу или по делам, передвигаться по улице.       Вот уже второй день знакомые Нины, как и она сама, ничего толком не могли продать — магазины, кафешки и рестораны пустовали. И всему виной был треклятый дождь, из-за которого и нос на улицу высовывать совсем не хотелось.       В очередной раз протирая пыль на полках и иногда поглядывая за окно в надежде, что кто-нибудь да заскочит в кафе, Нина вспоминала про Мэгги. Хотелось бы ей вновь застрять с ней в одном помещении. Будь то вызвано очередным внеплановым отключением электричества или нескончаемым дождём.       Единственный факт — она очень скучала. Уверенная, что всё в её безнадёжных отношениях наладилось, Нина отпустила мысль о том, чтобы закрыть кафешку навсегда.       Она и правда думала распрощаться с делом всей жизни и свернуть этот маленький бизнес. До лучших времён, когда на личном фронте всё будет спокойно и не придётся барахтаться в отношениях, боясь сделать неверный шаг, как на минном поле.       С Мэгги всё оказалось иначе. С ней мысли о конце карьеры и закрытии кафе просто-напросто улетучились. Светлый лучик любви — настоящей любви! — в нескончаемой, беспросветной тьме помог Нине осознать одну простую истину: случайности не случайны.       Ведь надо было попасться этим… прекрасным парням на пути. Кроули великодушно помог им с Мэгги сойтись под одной крышей, остаться наедине в запертом кафе. Дал возможность абстрагироваться от мирской суеты и наконец-то разобраться в чувствах.       И Нина была бесконечно благодарна Кроули за это. Взамен даже попыталась подтолкнуть его на серьезный шаг в отношениях с Азирафелем. А получилось ли что-то у них в итоге или всё-таки нет, Нина узнать не успела. После тридцати часов на ногах, странного происшествия в книжном и конца смены в кафе Нина вырубилась прямо на рабочем месте. Как и Мэгги.       Проснувшись, Нина нашла её ещё дремлющей за прилавком и не стала тревожить девушку, решив, что та тоже немало пережила за последние дни. Выйдя из магазинчика с пластинками, Нина даже не успела осознать, что на улице начался ливень. Она застыла на минуту перед своим кафе, будто видела его впервые. Что-то ощутимо изменилось. И это что-то было неотъемлемой частью всего существующего.       Продрогшая, она забежала в кафе и просидела так ещё несколько минут, осознавая произошедшее. Ведь за окном на самом деле начался дождь — полотно капель беспрестанно падало на землю, образовывая лужи на асфальте. Буквально несколько минут назад светило солнце, а сейчас погода будто сменила настроение. Загрустила, что-ли. Или пребывала в отчаянии.       Вспомнив момент своего замешательства и дождь, насквозь пропитавший всю одежду холодом, Нина вздрогнула и вновь покосилась на дверь. Там, конечно же, никого не оказалось.       Нине на секунду показалось, что за порогом мелькнула тень, а за ручку потянула чья-то рука. Но звука дверного колокольчика она не услышала. Второй день без прибыли и без единой души в кафе сводил с ума. Хотелось выть от отчаяния, а ещё больше — увидеть хоть одного человека и поговорить с ним.       Под зоркий взгляд Нины попала пыль на подоконнике, которую она, видимо, давно не вытирала, поэтому поспешила её стереть. Закончив с пылью, она ещё раз окинула взглядом кафе и невесело вздохнула — от здешнего интерьера уже тошнило. Смена обстановки пошла бы ей на пользу.       В поисках спасения она вновь взглянула за окно. Дождь не утихал, а вкупе с ним сейчас работал и ветер.       — Отвратительная погода, — вынесла вердикт Нина, вглядываясь в стену из капель. — Ни один смертный и бессмертный не решит заглянуть в кафе.       Насчёт смертных и бессмертных Нина оказалась абсолютно права — никто не зайдет. Но будет ли проблемой выйти? Рядом есть книжный, а там недалеко и магазинчик Мэгги. Если наберётся смелости, она быстро пересечёт улицу и почти не промокнет.       Решившись на этот отчаянный шаг, Нина встала возле входной двери. В мгновение ока она шмыгнула на полную луж улицу, едва уловив до боли знакомый звук колокольчика. «Никто не зайдет», — успокоила она себя и побежала по лужам вперёд.       Очертания большого книжного магазина неожиданно резко всплыли в поле зрения. Чуть не поскользнувшись, Нина заскочила на бордюр и пулей полетела к заветному порогу, а там — открыла дверь и ввалилась внутрь.       Мокрая подошва ботинок немного подвела, и Нина поскользнулась на дощатом полу. Благо дальше лежал ковёр — она мягко приземлилась на него.       — Вы живы? — послышался откуда-то сверху милый женский голосок. — К сожалению, да, — буркнула Нина, поднимаясь на ноги. — Классный ковёр, к месту. — О… Думаю, да, вы правы. — Где Азирафель или его парень Кроули? — Азирафель… Азирафель, насколько я помню, сначала был тут с Кроули, а потом ушёл с Метатроном. — Метатроном?.. — Нина совсем не хотела разбираться в любовниках Азирафеля, поэтому проговорила: — Куда они ушли? — На Небеса, — без зазрения совести пролепетала Мюриэль. — Вот как, — Нина недоверчиво хмыкнула и осмотрелась по сторонам. — Надолго? — Думаю, навсегда. — Ясно.       Ясным для Нины оказалось то, что эта девушка либо очень наивна, либо очень хитра и играет с ней в какую-то игру. Любые игры, настольные, ролевые и компьютерные Нина не любила, поэтому решила сбавить обороты. Пообщаться с кем-то ей хотелось больше, чем сидеть в четырёх стенах.       — Азирафель оставил книжный на тебя? — О, да! На самом деле, я очень люблю книги… как оказалось! И я уже прочитала их целых три! — Девушка мечтательно заулыбалась, разглядывая книжные стеллажи. — Прости за плохие манеры. Я Нина. — Да-да! Меня зовут Мюриэль и я вообще-то на Земле уже около трёхсот лет. А ты? — Думаю, где-то около сотни, — подыграла Нина.       Девушка, видимо, не шутила и верила во всю ту чушь, которую несёт, но после всего, что произошло, Нина была готова поверить даже в инопланетян и то, что они забирают людей по ночам, чтобы ставить на них опыты.       — Послушай, — серьёзно оборвала Нина, — мы можем как-нибудь связаться с Азирафелем или Кроули? Мне нужно кое-что у них уточнить. — Нина понимала, что что-то здесь нечисто в истории с книжным и резкой пропажей голубков. Эта девушка чего-то недоговаривала. — К сожалению, я не знаю. Конечно, могу попробовать отправить мысленный сигнал Азирафелю, но вряд ли с такого расстояния меня услышат. — О, ну… Хотя бы попытайся, ладно? — Хорошо, я попытаюсь! Секунду! — Девушка мгновенно сбросила улыбку, немного нахмурила брови и раздула щёки. Нине показалось, что от напряга Мюриэль лопнет, но этого, к счастью, не случилось. — Не получилось, — грустно промычала ангел. — Я слишком низкого ранга для подобных привилегий. Вот архангел вполне бы смог связаться с Азирафелем! — У тебя есть такой на примете? — Знакомые мне архангелы сейчас тоже на Небесах. Хотя есть ещё один… С ним я познакомилась относительно недавно! Только он тоже куда-то пропал. — Как всё это необычно. Когда все нужны здесь — они пропали. Что ж, не переживай. Тогда, может, свяжемся с Кроули? У него есть мобильный? — Мобильный? Это что? — Ну такая длинная, плоская штука, по которой можно поговорить или отправить с помощью неё сообщение. — Не знаю, — надулась Мюриэль. — Я никогда такой не пользовалась. — Ладно. Я могу поискать здесь, в книжном, что-нибудь, что поможет мне найти Кроули или Азирафеля? — Конечно! И я хочу тебе помочь! С чего мы начнём? — Загляни в каморку, чулан, ещё куда-нибудь… Тёмное место, да, вот! Там точно должно быть то, что нам нужно. — Я знаю одно такое! Пока искала для себя книгу — нашла! — Девушка вприпрыжку побежала между стеллажами и скрылась где-то в тёмном углу книжного.       Довольная тишиной, Нина вдохнула и невесело произнесла:       — Где вас всех черти носят, ребята…

***

      В Аду, как, впрочем, и в Раю, не было понятия «смена дня и ночи». Подвальное помещение, отведённое для преисподней, всегда окутывали туман и мрак. Тёмные углы хранили в себе не меньше темноты, чем здешние существа. Демоны — ещё те выродки и хитрецы, преследующие только собственную выгоду и интересы, которых у них, в общем-то, не было.       Всю свою оставшуюся никчёмную жизнь, если её можно было таковой назвать, они шпыняли из угла в угол от безделья. Следить за своим внешним видом было бы просто смешно, потому что обречённые на существование бездушные тела устали делать это при жизни, а после смерти вынесли слишком много страданий.       К счастью или сожалению для Ада, не все демоны являлись таковыми. Эти редкие случаи кто-то мог назвать удачными и подтверждающими, что не всё так плохо. Не всё кончено для Ада, не вся надежда на спасение потеряна.       Иногда такие сбивались в группы и тесно общались, узнавая, кто и каким образом пал или умер. Подобные скопища все остальные старались обходить стороной, потому как один демон — это хитрое существо само по себе, а целая группа — почти что криминальная сеть. К тому же, даже в Аду нельзя быть уверенным, что на твоё существование здесь никто не покусится.       Одна из нескольких групп, сформированных совсем недавно в Аду, сейчас сидела за круглым столом в свете тусклой масляной лампы и играла в Перудо.       Демоны, проходящие мимо, бросали любопытные взгляды, хотя обычно ходили с безразличными выражениями на лицах, либо с гримасами многовекового страдания и отвращения. Ничего интересного не происходило с момента приближения Армагеддона, который поднял боевой дух каждого в Аду, но всё веселье закончилось ещё в зародышевом состоянии. Поэтому сейчас видеть какую-то активность в Аду оказалось для всех удивлением.       Демоны играли в настольную игру, требующую иметь хитрость, смекалку и немалый ум, но последнего у них было разве что размером с горох, поэтому в правилах кто-то да путался и рассудить при конфликтах друг друга было сложно. В процессе очередной ссоры по Аду прокатился громогласный крик. Или победный клич, тут как посмотреть.       — Так-то тебе, Суфур! — крикнул низенький демон и щёлкнул гнилыми зубами.       Он встал из-за стола и потряс в бумажном стаканчике игральные кости, которые на самом деле были настоящими, человеческими. Никто не знал, где этот прохвост их откопал.       — Кто ещё хочет сыграть со мной в Перудо? — низкий демон выплюнул название игры, как косточку от арбуза. — Помните, что стоит на кону? — Ты старый прохвост, Длаков! Откуда ты мог знать, сколько у меня костей? — Это игра такая, дурик ты! До сих пор не понял правила? Это не моя проблема, впрочем, служить-то тебе. — Да кто тебе вообще разрешал торговаться годами службы! Возомнил себя Князем Ада? Так иди и скажи об этом Вельзевул, раз такой смелый. Она тебе быстро мозги на место поставит, если вообще не развоплотит! — Больно надо мне получать одобрение от начальства. Служим-то мы известно кому, и это совсем не Вельзевул!       Остальные демоны, сидящие за столом, тихо наблюдали за перепалкой. Длакова они знали как конфликтного провокатора, который только и искал повод нарваться на купание в ванной со святой водой. Удивительно, но его деяния Вельзевул всегда пропускала сквозь пальцы. В последнее время она вообще стала какой-то странной, будто кроме Ада какие-то дела появились.       — Ну так что? — гнул своё Длаков. — Кто со мной ещё партию?       Известно, что игра может считаться полноценной от трёх участников и более, но так как их нынешняя компания состояла из четырёх демонов, все игроки были вынуждены сесть за стол.       Очередная партия пошла как по маслу, а точнее, как сказали бы в Аду, — как Сатана завещал. Демоны напрягали все свои извилины, чтобы попытаться обхитрить друг друга. Количество костей стремительно уменьшалось, количество испарины на лбах играющих увеличивалось. Росло и волнение вместе с напряжением.       Вокруг стола начали прыгать искорки, исходящие от висящего на стене масляного фонаря. А, может, эти искры неосознанно создали сами демоны, играющие в Перудо. Вокруг собралась заинтересованная толпа тёмных безликих теней. Все они наблюдали за игрой.       — В чём с-с-суть игры? — буквально прошипел кто-то в толпе. — Дьявол их разберёт... Вроде как для победы кто-то должен сохранить хотя бы одну кость. Пока побеждал только хитрый лис Длаков, но этот карлик когда-нибудь да оступится. — А правда, что он играет на годы службы Аду? — спросил другой, более живой голос. — Так то оно так, только неизвестно, кто дал ему такую власть! Может, он лишь на словах обрекает на годы мучений! — С-с-странно, — вновь зашипел из толпы один из демонов. — Длаков вс-с-сегда выигрывает. В чём его с-с-секрет? — Никто не видел, но он явно хитро потёр руки и облизнулся. — Жульничает он, вот и весь секрет! — Как тут жульничать, если нужно угадать число выпавших всем участникам костей? Он что, всевидящий или экстрасенс? — Ишь ты, какие познания! Длаков наверняка подсматривает, когда остальные смотрят на свои кости! По-другому его вечную удачу нельзя объяснить. — А может его кос-с-сти заколдованы? — мрачно произнёс шипящий, будто змея, демон. — Хотел сыграть с ними — к чёрту! Нет у меня желания сверхурочно гнуть спину в этом заплесневелом и душном подвале! — Если кости заколдованы, Длаков поплатится за свой обман и... — Ма-а-апуто! — неожиданно прокричал Суфур, отчего все сидящие за столом содрогнулись. Толпа встрепенулась и внимательно всмотрелась в полутёмный угол. — Так уж и быть! — обозлённо ответил Длаков.       Одноглазый демон по имени Олфред — один из этой дьявольской группировки — посмотрел на сложившуюся ситуацию. Хотя выбор раунда «Мапуто» сейчас был за Суфуром, стоило прикинуть свои шансы и дальнейшие действия. На руках у него было две игральных кости, а в голове — план на победу и наказание для Длакова.       С одной стороны для Олфреда всё складывалось как нельзя лучше, а с другой он просто не видел.       Не только Олфред имел зуб на Длакова, по правде говоря, добрая половина Ада не жаловала этого выскочку. Все были шокированы, когда такой безалаберный и конфликтный демон собрал целую стаю дружков-пирожков. Но, право, ему стоило отдать должное: лидерские качества у Длакова присутствовали.       — Начинаем раунд «Мапуто»? — хрипло спросил четвёртый демон, который оказался за всё время игры особенно неразговорчивым и тихим. — Да, я объявляю раунд «Мапуто», — хитро ухмыльнувшись, ответил Суфур. — Хорошо, — с подозрением произнес Длаков.       Он посмотрел на свои кости. Две, как и у остальных, кроме Суфура. Этот прохвост не стал терять времени и воспользоваться ситуацией, когда у него осталась одна кость. Длаков давно подозревал их с Олфредом в сговоре. Они явно о чём-то договорились и это что-то совсем скоро выплывет на поверхность.       — Игра не на жизнь, а на смерть, — пошутил Суфур и начал встряхивать кости в стаканчике. Остальные принялись делать то же самое. — Я думаю, что на столе точно есть две четвёрки, — прошептал демон с неразборчивым именем. Из-за возникнувших сложностей в правильном произношении его имени, все согласились называть демона Шепчущим. — Согласен с Шепчущим, — косясь на стаканчики остальных, произнёс Суфур. — Мне кажется, что на столе три четвёрки, — пошёл ва-банк Длаков. Он попытался не выдать своего волнения и не вспоминать фразу Суфура про игру не на жизнь, а на смерть. — Не согласен. Четыре, — будто очнулся Олфред.       Вокруг стола неожиданно пронеслись крики неодобрения. Видимо, бестелесные и безликие тени других демонов не были согласны с решением Олфреда. Но по умиротворённому выражению его лица было ясно, что это демона ничуть не волнует.       — Вскрываемся? — вкрадчивым голосом спросил Суфур.       Все за столом подняли свои стаканчики и убрали на край стола. На кусочках настоящих человеческих костей красовались чёрные точки, отражающие числа.       Вокруг воцарилась гробовая тишина, которой отродясь никто в Аду не слышал и не рассчитывал услышать.       На костях Суфура красовались числа четыре и два, у Олфреда, сидящего напротив — две четвёрки. Длаков уже натянул улыбку до ушей, заведомо зная, что у него-то нет ни одной четвёрки, но тут раздалось хрипение, от которого по Длакову будто стая гончих прошлась:       — Четыре и шесть… — констатировал Шепчущий, шокированно оглядывая кости остальных. — Просто немыслимо. — Его руки затряслись. Он осознал, что проиграл.       Шепчущий никогда не рассказывал, из-за чего почти что лишился голоса, хотя никто и не спрашивал. Этот демон настрадался в прошлом и ловил панические атаки со всего, что потенциально могло навредить ему. Сейчас же было очевидно одно — Олфред придумает жестокое наказание, либо же потребует сделать что-то немыслимое, за что его могут запросто развоплотить. Ни того, ни другого Шепчущий совершенно не хотел.       Он резко вскочил из-за стола, трясясь, как осиновый лист на сильном ветру. Демоны за столом также встали со своих мест и направили внимательные взгляды на молчаливого товарища.       — Пожалуйста, помилуй… — На глаза демона начали накатываться слёзы горечи и безысходности. — Шепчущий, послушай, это необязательно должно причинить тебе вред. Таковы правила игры, ты обязан выполнить желание Олфреда. — Но что, если я не хочу? — Можешь попрощаться с жизнью, если она тебе не дорога. — Да какая это жизнь! — простонал Шепчущий. Его впавшие глаза ещё больше почернели.       Вообще, этот демон единственный в Аду из всех, выглядящий настолько измученным и убитым внутренне и внешне, что тошно на него смотреть. Остальные, конечно, не особо-то и горели желанием это делать, но сейчас неожиданно пялились ему прямо в лицо.       Изрезанное шрамами, оно приняло гримасу страдания, Шепчущий незамедлительно упал на колени перед Олфредом. В нём что-то надломилось. Что-то, чему уже давно стоило сломаться. Очередной проигрыш стал последней каплей.       — Закончи мои страдания, — хрипя, прорыдал демон. — Прошу, умоляю! Я устал! Лучше уж в Чистилище или навсегда распрощаться с этим миром, чем мучаться и дальше! — Шепчущий… — Олфред запнулся и недолго думая произнёс сложное имя демона, которое незаметно для себя запомнил.       Длаков и Суфур ахнули, услышав имя, которое уже очень долгое время не упоминалось. Несмотря на это удивление, они продолжили смотреть на болезненно склонившегося в три погибели Шепчущего.       — Так уж и быть, друг, — прошептал Олфред и присел, равняясь с Шепчущим. — Ты полноправно заслужил закончить эти страдания, — сказал он и опустил руку на голову демону перед собой. Тот лишь тихо всхлипнул, после чего тело обмякло и окончательно опустилось на холодный пол. — Чёрт, — прошептал Длаков, глядя на Олфреда. — Зачем? — Он же попросил. Властью, данной мне как демону, я закончил его страдания в Аду. — Тебе придётся ответить перед Вельзевул, Олфред! Ты не имел права распоряжаться жизнью демона, как тебе захочется, — раздалось из толпы. — Это не жизнь, а рабство. Хотя даже рабство многим лучше, чем служба Аду, вам ли не знать!       Минутное замешательство повисло над демонами, точно утренний туман над полем. Осознание высказывания не до всех дошло, а многих просто привело в ярость, отчего из толпы раздалось: — Да пошёл ты..!

***

      — …На чём мы остановились? — вежливо спросил Фурфур, поворачиваясь к Шакс. — Ну, мы обсуждали, кто после скоропостижного отхода Вельзевул от дел станет новым Князем Ада. — А кого ты бы хотела видеть на этой должности, если не секрет? — Фурфур, ты же знаешь, кто идеально должен подойти на эту должность. И этот кто-то уже около тысячи лет ждал такой возможности, а тут всё само плывёт в руки! — Я надеялся, что ты великодушно предложишь мне стать Князем Ада, но я понял, на что ты намекаешь. — Тогда прямо скажу! Я подхожу на должность Князя Ада лучше всех и буду отличной преемницей Вельзевул во всех делах в преисподней! — Могу сказать лишь то, что я не сомневался в тебе, Шакс, — хитро улыбнулся демон. — Как только я тебя встретил, сразу понял, что ты имеешь огромный потенциал и достойна высшей должности в Аду! — Ну что ты, — засмущалась Шакс, прикрывая глазки. — Ты мне льстишь, Фурфур. — Может, и так. Но скажи, ты ведь заметила сразу, что с Вельзевул что-то было не так в последнее время? Она перестала сидеть сложа руки, реже появлялась в Аду и вообще не следила за порядком в рядах демонов! Ты вообще видела, что они недавно сделали? — Ты про тот случай в прошлом месяце? Когда группа демонов под градусом захватила стриптиз клуб и устроила там локальную оргию? — Именно про это! Кто вообще посчитал это дело «правильным совращением на грехи»? Не Вельзевул ли подговорила их на это? — У неё бы хватило мозгов отговорить, но не натолкнуть их на мысль о подобном, Фурфур. Без руководства демоны вытворяют немыслимые вещи, которые портят репутацию Ада. — Многие из демонов заявили, что таким образом в Ад прибудет больше испорченных душ. — Сдались нам здесь шлюхи и сутенёры, Фурфур, нам и Марии Магдалины хватило с головой, она за всех здесь отбывает! — Скажешь тоже, — усмехнулся демон, — но от души-другой же хуже нам не станет! — Конечно, не станет, — задумалась Шакс. — Пускай вытворяют, что хотят, если это принесёт Аду ещё больше грешных и неизлечимых душ. Мы не будем напрягаться, демоны всё за нас сделают.       Фурфур согласился с Шакс, одобрительно кивнув. Не долго думая они тихонько стукнулись кулачками.       — Я могу тебя поздравить? — спросил Фурфур. — С чем? — С новой должностью. — Думаю, что да. Осталось всего-то оповестить весь Ад о том, что Вельзевул отошла от дел и более не правит здесь. — И как ты собираешься рассказать им о том, что произошло на Земле? — Всё как и было. По порядку. Так, мол, и так, сбежала с Архангелом Гавриилом и вовсе не была расстроена, что отрекается от должности Князя Ада. Я думаю, гарнизон одобрит мою прямоту и честность. Глядишь, все только будут рады её уходу. — Несомненно… — А если нет, — перебила Шакс, — то я поставлю весь Ад перед собой на колени и заставлю слушать каждое моё слово и приказ. Нам ещё предстоит жестокая битва с Небесами, Фурфур, мы должны собрать все силы преисподней и закончить эту войну раз и навсегда.