Я соврал, мне ведь полагается.

Я врал обо многом, врал Аду, врал, что быть одному хорошо, совсем заврался и, надо признать, Бог меня покарала. Нет, разговор сейчас не о моём падении, не об моей судьбе, даже не о том, почему я сейчас смотрю прямо на тебя и чуть ли не плачу. Я как ребенок, никто не научил меня говорить правду, никто не отвечал на мои вопросы, никто и никогда не позволял мне быть собой. Но с тобой мне было хорошо. У людей подобные чувства называются любовью, но мы далеко не люди, даже не Ангел и Демон. Мы теперь никто. Мы на нашей стороне. Хотя теперь я не уверен, были ли мы когда-нибудь на одной стороне, ведь именно я был с тобой, а не ты — ты просто не прогонял меня. Глаза слезятся, руки дрожат, каждая часть моего человеческого тела дрожит, каждая молекула моего нутра в ужасе. Я больше не прячусь, не игнорирую, не лгу. Только не тебе, среди ночи, дня, Армагеддон, я примчусь и заключу в неловкие объятия. И ты всегда ответил бы мне тем же. Но не сейчас. Сейчас я вспоминаю тот теплый день, когда ты думал, что стал падшим. Ты дрожал, чуть ли не рыдал, но какого было твоё удивление на моё равнодушие к Правилам. У меня не было цели искусить тебя, всего лишь переманить на свою сторону для бесконечной дружбы. Ведь друг мне был бы дороже Ада, Рая и Бога. Но сам я не стоил и цента для тебя. Похоже, я не ошибся. Но вот я снова здесь, будто прошли уже миллионы лет, но ты стоял на том же месте, в недоумении и страхе глядя на меня. — Прощай, больше мы не увидимся — говорю и злобно направляюсь к выходу. Солгал ли я тебе или нет — я сам пока не понял. Знаю лишь, что страх мой сильнее разума, а правая нога вдавливает педаль в пол. Больше всего сейчас хочется орать, но из горла раздаётся лишь глухое клокотание. Сейчас я знаю лишь одно — я Демон и мне по природе полагается лгать.