прошлое – в прошлом

когда рита видит её снова, сердце ёкает как тогда, в девяностых, а потом и вовсе пускается вскачь, не спросив разрешения. власова запрещает себе верить в это, в валечкино присутствие здесь. ритино сознание всегда её испытывало на прочность, а кошмары и образы с годами так и не получилось вытравить окончательно. она легонько качает головой из стороны в сторону как болванчик, не доверяя в эту секунду себе и своим глазам ни на йоту. а антонова... [всё ещё антонова? рита замечает обручальное кольцо] улыбается точь-в-точь как раньше – солнечно и ослепительно, почти заражая власову своей бешеной энергией, но та хлопает ресницами и трёт пальцами глаза, всё ещё не понимая; думает о том как скоро сможет записаться к психотерапевту и начнет пить таблетки, а может вообще лучше перейти на травяные чаи. но стоит снова открыть глаза, как память услужливо подкидывает картинки-воспоминания, хранящиеся в заколоченных ящиках с пометкой «не открывать». ночные прогулки; редкие и недолгие посиделки в квартире антоновых; мягкие и уютные валечкины объятия; чай с мятой, который рите безоговорочно не нравился, но ради антоновой да и с печеньем-то – почти райское наслаждение; кассеты, одолженные у друзей и громкость на полную; первое признание... из калейдоскопа воспоминаний риту вырывает знакомый голос и почти невесомое прикосновение к плечу. – ...может поговорим? *** говорить решительно не хочется. а воздух для власовой вдруг вообще исчезает как явление. она опытный оперативник, но оценить обстановку всё-таки не может. в голове лишь вертятся вопросы, как карусель, сойдя с которой непременно будет мутить. что предпринять? развернуться и уйти, подавшись слабости? остаться и вести себя просто как с новой коллегой, не отреагировав на её реплику? или попытаться поговорить? ни одна из идей не кажется гениальной и на десятую часть. валечка стоит и терпеливо ждёт реакции, неловко заламывая пальцы и кусая губы, а рита смотрит-смотрит-смотрит на неё, не зная что делать. молчание ощутимо затягивается. неожиданно, но антонова решает за обеих, беря капитана за руку и сажая на кресло напротив себя. смотрит своими пронзительно-синими и никто из них не озвучивает, но они будто переносятся назад, в прошлое. в гараж ритиного отца или в валечкину комнату. они снова дети, им хочется держаться за руки и творить глупости. но реальность – не затаённая детская мечта и больно бьёт обухом по голове. риту накрывает первой. она нервно вырывает руку и слишком резко поднимается. валечка дёргается, но не удивляется. дверь даже не хлопает, но спустя пару секунд антонова чувствует привычную пустоту.