Глава 6. В поисках.
1 октября 2024 г., 00:00
«Поговори со мной, огонь небесный, Ты видишь, я к тебе ладони простираю, Но ты не слышишь слов моей безмолвной песни, И закрываешь предо мной преддверья рая. Тогда пронзи меня своим мечом пресветлым, И подари успокоенье как награду. И пепел мой развей по белу свету И открывай передо мной преддверья ада.» (Otto Dix — «Огонь небесный»)
Целители остановили кровь из раны Леголаса, нанесли мазь и, приложив травы, что должны ускорить процесс заживления, забинтовали. Принц в это время думал об Эрелиме. Как бы то ни было, а он не мог просто перестать с ним общаться, даже если у архангела отношения с его отцом. Эльф хотел знать, кто такой Михаил, который некогда посещал Средиземье. Придя более-менее в себя, он поднялся с постели и направился в комнату найдёныша. Конечно, он злился на Эрелима, на себя и на отца. Он думал, что это случилось из-за того, что он до своего отъезда не захотел торопить их отношения, а Эрелим, очевидно, хотел большего уже тогда. Он не собирался говорить о своих чувствах или обвинять архангела и короля, он решил быть Эрелиму просто другом. Он выдохнул и открыл дверь. Первое, что увидел Леголас, повергло его в шок. Эрелим лежал на спине, в руке у него был кинжал, который он ему и подарил, а из раны на его шее текла кровь. Леголас приказал послать за целителем. Он сам пытался как-нибудь помочь Эрелиму, но ничего не мог сделать. Услышав суету, пришел сюда и Трандуил. — Что происходит? — спросил он, но никто ему не ответил. Король сам всё узнал, когда зашел в комнату Эрелима. Он старался не запаниковать. Он понимал, что зря сообщил ему о попытке самоубийства Леголаса. Видимо, архангел не так его понял. Целители занялись Эрелимом, принц остался в комнате, а король ушел. Он не хотел мешать целителям. Трандуил сидел в тишине и думал о произошедшем. Конечно, он очень хотел заполучить Эрелима себе, но испытывал лишь влечение, а не любовь. Для короля имела значение лишь внешняя привлекательность архангела и больше ничего. Для принца же Эрелим значил несомненно большее. Если было бы иначе, он отреагировал бы куда как спокойнее и не стал бы пытаться покончить с собой. А вот чувства Эрелима стали для Трандуила сюрпризом. Леголас не сделал ничего, чтобы завоевать юношу, но многое значил для архангела. Настолько многое, что тот готов был отправиться за ним следом. Размышляя об этом, владыка решил отказаться от своих планов на Эрелима. Он понимал, что Эрелим не будет рядом с ним весь, целиком, какая-то его часть всегда будет принадлежать Леголасу. А делиться своим любовником он не был намерен. Да и его сын будет смотреть на Эрелима с тоской и нежностью, а с отцом и вовсе перестанет общаться, потому что будет обижен и несколько зол на него. Видеть боль сына для Трандуила было слишком тяжело. Если уж Эрелим и Леголас настолько дороги друг другу, то пусть будут вместе. Он больше не будет пытаться завоевать архангела. Он видел, насколько сильно пострадал найдёныш, но знал, что он поправится. Возможно, стоит переселить Эрелима в соседнюю комнату с покоями его сына, между которыми есть дверь. Конечно, Трандуил надеялся когда-нибудь стать дедушкой, но, видимо, не при данных обстоятельствах. Король очень надеялся, что архангел не лгал, когда говорил о своём бессмертии. Ведь если он погибнет, Леголас потеряет своё жизнелюбие, а без него это будет уже не его сын. Эрелим обязан выжить, хотя бы ради Леголаса.***
Люцифер вызвал к себе Асмодея. Демон вошел и поклонился. — Вызывали, владыка? — спросил он. — Да, — кивнул Люцифер. — Как ты думаешь, стоит ли нам искать Эрелима? — Я не думаю, что это хорошая идея, — ответил демон. Люцифер указал ему на стул, потому что разговор предстоял долгий. — Почему? — спросил владыка Ада. Он хотел узнать, какие доводы приведет его подчиненный. Сам он тоже не хотел рисковать своими демонами, ради поисков пусть и любимого, но возможно, уже и мертвого архангела. — Ну, во-первых, мы не знаем, куда конкретно отправили Эрелима. Он мог попасть, куда угодно. На перекрестке миров слишком много дорог. Проверка каждого из них потребует слишком много энергии и времени. Я бы не хотел отправлять кого-то из наших туда. Во-вторых, даже если очень повезет и демон попадет в тот же мир, Эрелим мог уже погибнуть от ран, его могли убить, захватить в плен или ещё что-то. В-третьих, если предположить, что там живут не дикари, а какие-либо более дружелюбные и цивилизованные существа, то они возможно вылечили его раны. Если он жив и здоров, как физически, так и психически, то вряд ли он сам пойдет с демоном. Да и они могут быть враждебны нам и нападут. В результате, мы потеряем очень много демонов, а Эрелима всё равно не вернем в наш мир. Пусть Михаил с Гавриилом посылают своих крылатых его искать. Лучше мы подождем, пока он сюда вернется. — Ты прав, — смилостивился Люцифер. — Пусть светлые сами пока стараются. Конечно, он очень хотел воплотить свою мечту о любовнике-архангеле, но не готов был рисковать своими подчиненными ради этого. Асмодей на самом деле был прав. Михаил и Гавриил тоже уже поняли, что случилось с их любимым сыном. Они, в отличие от Люцифера, точно знали, что он не погиб сразу. Они знали, что сам Эрелим не сможет открыть портал, потому что ещё слишком юн. Так же из-за того, что оказался в другом мире, он не имеет полного доступа к своей благодати. Его нужно найти и помочь ему вернуться домой. План уже был готов, оставалось лишь найти того, кто согласится его исполнить. Даже Рафаил, как бы ему не нравился Эрелим, не собирался отправляться за ним в неизвестность. Архангелы хотели снова увидеть своего любимого сына. Они почти не сомневались, что он очень хочет вернуться и только и ждет этого от них. — А если он захочет остаться там? — спросил Гавриил. — Для начала нам надо его найти, — рассудительно заметил Михаил. — Мы пока не знаем, где он и что с ним. Когда найдем, тогда всё и узнаем. Давай решать проблемы по мере их поступления. — Конечно, — согласился Гавриил, и старший обнял его, прижав к себе. — Надо обговорить это с Тамиэлем. Тамиэль быстро явился. Он любил Эрелима как младшего брата, и, конечно, хотел снова вернуть его в свой отряд. — Я готов отправиться за ним сам, — мужественно предложил ангел. — Я отправил его на битву с этим противником, значит я и виноват. Мне следует искупить свою вину и вернуть его домой. — А если ты не найдешь его сразу или пострадаешь? — взволновался Гавриил. — Вряд ли в каком-либо из тех миров есть кто-то, кто может причинить мне вред, — успокоил его Тамиэль. — Я не думаю, что у демона хватило бы сил далеко его забросить. Так что, возможно, мне повезет, и в одном из первых десяти миров я отыщу его. — Портал отсюда я тебе открою, а вот оттуда… Тебе нужно будет взять с собой полностью готовый к работе кристалл, — сказал Михаил. — Эрелим пока не в состоянии помочь с перемещением. — Конечно, я возьму с собой кристалл, — согласился Тамиэль. — Правда, что-то может помешать его работе, но не думаю, что будут проблемы, с которыми я не смогу справиться. — Ты сумеешь его почувствовать? — спросил Гавриил. — Думаю, что смогу. По крайней мере, я учую его запах, — ответил Тамиэль. — Если я встречу тех же, кого встретил он, то сразу же узнаю, кто из них контактировал с ним. Надеюсь, мне хватит силы благодати, чтобы сразу же выучить их язык. — Будем надеяться, — согласился Михаил. — Дайте мне полчаса, и я могу отправляться, — ангел был настроен решительно.***
Целители сделали всё, что могли. Теперь оставалось только ждать. Эрелима перенесли в другую комнату, соседнюю со спальней принца, чтобы он не лежал на окровавленных простынях. Там стояло несколько кресел, в одном из них и расположился Леголас. Эльф не совсем хорошо себя чувствовал, но не в силах был оставить Эрелима одного. Конечно, к нему заходил один из целителей и проверял, сменял повязку. Рана на шее была весьма серьезной, но архангел ещё не умер. Леголас уже не мог злиться, он переживал за жизнь архангела. За всеми этими событиями он забыл, что Эрелим рассказывал о себе. Только другой архангел при помощи меча или сам Творец способны убить его. Но сейчас, смотря на бинты на шее юноши, принц был на самом деле обеспокоен. Что он будет делать, если архангел не выживет? Возможно, что это в своём мире он был настолько бессмертен, а здесь он почти так же смертен, как самый обычный человек. Целители отчитывались перед Трандуилом. Сам король не решался заходить в комнату Эрелима. Потому что Леголас всё ещё обижен на него. Раны архангела весьма медленно затягивались. Рана на груди Леголаса заживала более благополучно. Принц не отходил от кровати Эрелима, он даже спал, сидя в кресле. В нем присутствовал иррациональный страх, что если он покинет архангела, то найдёныш покинет и его и этот мир.***
Тамиэль наконец-то вернулся из первого мира. — Никаких следов, — грустно сказал он родителям Эрелима. — Я нашел его обитателей. Я объяснял им, кого я ищу, но они отвечали, что не видели и не встречали такого. Я чувствовал, что они отвечают честно. — Для этого тебе потребовалось четыре дня? — спросил Михаил. — Как мы и предполагали, кристалл работает не стабильно. Как только я оказался в том мире, он разрядился. Пришлось подождать пока он снова зарядится, — ангел выглядел усталым. — Тебе надо немного отдохнуть, — заметил Гавриил. — Отдохну, когда найду Эрелима, — ангелу хотелось успокоить архангелов и самому успокоиться, а для этого надо вернуть домой юного архангела. — Отец знает, чем мы занимаемся, — сказал Михаил. — Он не злится? — удивился Тамиэль. — Нет, Он хочет, чтобы все Его дети были на месте, — ответил архангел. — Так что Он не против, что мы пытаемся его вернуть. — Вы Ему когда-нибудь расскажите о том, как родился Эрелим? — спросил командир отряда. — Не знаю. Ты ведь знаешь, насколько Он страшен в гневе, — вздрогнул Гавриил. — Но когда-то мы должны будем Ему рассказать, — вздохнул Михаил. — Может быть, когда я верну Эрелима? — пожал плечами ангел. — Может быть, — согласился отец Эрелима. — Как только зарядится кристалл, я отправлюсь дальше, — пообещал Тамиэль. — Хорошо, спасибо, — отозвался Гавриил. Архангелы остались наедине, ангел ушел.***
Леголас ни на шаг не отходил от Эрелима. Как бы то ни было, он всё ещё любил его. Первоначальный шок прошел и теперь его интересовало, почему архангел так поступил. Кинжал в золотых ножнах лежал на столе. Кто-то вошел в комнату. Принц буквально почувствовал, что это его отец. Трандуил хотел поговорить с сыном, но не знал с чего начать. — Как он? — наконец решился король. — Лучше, чем раньше. Его рана быстро заживает, — ответил Леголас. Целители говорят, что рана хорошо затягивается. Принцу оставалось лишь надеяться, что Эрелим очнется, его архангельская благодать должна позволить ему выжить. — Почему он попытался покончить с собой? — вопрос младшего из эльфов разорвал неловкую паузу. — После того, как ты ранил себя, я пришел к нему и сказал ему, что ты сделал из-за него. Я сказал, что ты «пытался», но он не понял меня и решил, что ты довел дело до конца, — рассказал сыну всё, как было, Трандуил. Леголас с нежностью посмотрел на лежащего юношу. Неужели из-за него он решился на такой шаг? Архангел испытывает к нему какие-то особо сильные чувства? Может быть, тот поцелуй всё же что-то для него значит. — Откуда у него этот кинжал? — Трандуил, конечно же, узнал его. Это был эльфийский кинжал, выкованный в Гондолине в Первую Эпоху. — Я ему его подарил, — ответил Леголас. Король с удивлением посмотрел на своего сына, но тот не смотрел на него. Он не отрывал взгляда от Эрелима. Больно было видеть бинты на его шее. Пусть кровь уже не текла из раны, но целители всё ещё использовали мазь и листы некоторых растений, чтобы даже шрама не осталось, а повязка придерживала их. Получается Леголас на самом деле влюбился в Эрелима, раз подарил ему кинжал. — Почему ты не подарил ему меч? — если бы Трандуил знал, он бы сам подарил ему отличное оружие. — Эрелим рассказал, что у каждого архангела свой персональный меч. Поэтому незачем было бы дарить ему какой-то другой, пусть даже самый лучший, — ответил ему принц. — Может быть, ты пойдешь и отдохнешь? — предложил король. — Ты только вернулся и совсем не спал. — Я должен быть с Эрелимом, — отказался Леголас. — Я за ним присмотрю, не волнуйся, — пообещал Трандуил, но каким-то образом догадался, о чем ещё думает его сын. — Если ты переживаешь, что я… претендую на него, то тебе не стоит об этом больше беспокоиться. — Почему? — поинтересовался принц, повернувшись к отцу. — Я не могу быть счастлив, когда мой сын глубоко несчастен. Ты ведь испытываешь к нему особенные чувства, не так ли? Мне кажется, что он тоже к тебе неравнодушен. Я не собираюсь вам мешать или запрещать. Делайте, как посчитаете нужным, — честно ответил Трандуил. — Хорошо, — согласился Леголас. — Ты узнал что-нибудь полезное о архангелах или ангелах? — спросил король, присаживаясь в соседнее кресло. — Всё, что можно было о них узнать, Эрелим нам уже рассказал. Леди Галадриэль встречала прежде таких, как он. Однажды архангелы уже посещали Средиземье. Единственное, что я узнал, главным у них тогда был Михаил, — поведал младший из эльфов. — Михаил? Это старший сын их Отца и отец Эрелима, — ответил тот. — Я спросил его, как зовут отца, так что он — Эрелим, сын Михаила. — Значит, возможно, он будет его искать? — спросил Леголас. Он не хотел бы, чтобы Эрелим покинул его. — Если они могут перемещаться между мирами, то возможно мы встретим кого-нибудь из его мира, — пожал плечами Трандуил. Он не переживал по этому поводу. Архангелы могущественны и на стороне добра, значит они смогут поладить со всеми свободными народам Средиземья и не представляют угрозы. — Эрелим спрашивал меня, сможет ли он остаться здесь или ему придется уйти, — принц надеялся, что архангел захочет остаться в Средиземье. — Да, меня он тоже об этом спрашивал, — отозвался король. — Но я думаю, что он не знал, будут ли его искать или нет. Сам он открыть портал не может, а значит пути домой у него нет. — Ты думаешь, что он захочет вернуться домой, если у него появится такая возможность? — спросил Леголас. — Не знаю, — пожал плечами Трандуил. — Он часто бывает в саду и смотрит на небо, словно хочет получить весточку из дома, но не может. — А чем вообще он занимался, пока меня не было? — спросил младший из эльфов. — Он захотел, чтобы я научил его стрелять из лука и ездить верхом, — ответил Трандуил и слабо улыбнулся. — В целом, у него хорошо получается. Я проверил, как он владеет мечом. Не ожидал, что у него получится. — Его воспитывали, как воина. Он говорит, что единственное, чем ангелы и архангелы занимаются — это участвуют в битвах против зла, — напомнил Леголас. — Но зачем ему понадобилось стрелять из лука и ездить верхом? — Ты хорошо сделал, что рассказал ему о Средиземье и о том, кто где живет, — похвалил Трандуил. — Он хочет посетить все уголки нашего мира, и поэтому захотел научиться ездить верхом. Из жеребцов он выбрал Линтэ. — Хороший выбор. Он уже садился в седло? — полюбопытствовал принц. — Да, — кивнул тот. — Он сумел завоевать его доверие. Ты когда-нибудь слышал, как он говорит на… енохианском? — На енохианском? — переспросил Леголас. — Что это? — Это его родной язык, — объяснил Трандуил. — Ты ведь замечал, что он говорит на синдарине с певучим акцентом. Я впервые услышал, как он говорит с Линтэ на другом языке. Я спросил его, что это за язык, он мне рассказал. — А зачем ему стрелять из лука, если он так хорошо владеет мечом? — поинтересовался молодой эльф. — Из-за того, что он не в своём мире и был сильно травмирован и ещё пока не вернул все свои силы, он не может… призвать свой меч. Он не может просто так жить с нами, он хочет чем-то отплатить за нашу заботу и решил, что из него вышел бы неплохой страж, — припомнил король. — Главное, чтобы он сейчас поправился, — Леголас всё ещё очень переживал за архангела. — Иди, отдохни, ты очень устал, — снова стал уговаривать своего сына Трандуил. — Я бы хотел быть рядом, когда он откроет глаза, — принц держал Эрелима за руку и несильно сжал его пальцы. — Эта дверь ведет в твою комнату, — указал на неё король. — Как только он очнется, я сразу же тебя позову. — Ладно, — всё же покорился воле отца Леголас и вышел из комнаты. Уже наступили сумерки, огня в комнате ещё не зажигали. Трандуил молча сидел около Эрелима. Он знал, что юноша очнется. Он задумался, придет ли кто-нибудь, чтобы вернуть архангела домой и как скоро это произойдет. Король внимательно смотрел на прекрасное лицо Эрелима. Его темные ресницы задрожали, и он приоткрыл свои прекрасные голубые глаза.
