Создан любить тебя

Жить с Винчестерами – значит уметь искать юридические лазейки в условиях высших сил. Именно так себя оправдывал Кастиэль, в очередной раз обдумывая (правда, не совсем вовремя) свою поспешную сделку с Тенью. Жизнь Джека за его собственную смерть в момент истинного счастья… Может, обмануть возможно не только Смерть, но и Тень? В редкие моменты уединения ангел вновь и вновь воспроизводил в голове всё произошедшее в Раю и, как подобает Винчестерам, пытался найти способ избежать расплаты. Братья обычно предпочитали действовать грубой силой, – убей или будь убитым, -- но Кас честно хотел найти более дипломатичный способ разорвать сделку без вреда себе и Джеку. И обязательно самому. Без помощи братьев. А что, если… ну конечно! Как он сразу не обратил внимания на самую важную часть договора – момент истинного счастья. Вероятно, если он навсегда лишится возможности быть искренне счастливым, то и забрать его Тень не сможет. Вечность ангела Кастиэля… прямо название для фильма. Но теперь вопрос вставал иначе. Что может ударить его настолько, что он никогда не сможет ничем залечить нанесённую рану? Ведь очередной конец света они оборвали всем скопом совсем недавно, и сейчас в мире вновь царили мир и любовь. Может, стоит самому постоянно устраивать новые?.. - Кас! Ты слушаешь вообще, нет? Ох. Опять ушёл в мысли настолько, что забыл о мире вокруг. Как по щелчку ангел возвращается в окружающую его действительность. - Прости, Дин, я пытался… спать, - налету выдаёт Кас неочевидную ложь. Да, спать как люди он не мог, но мог сыграть роль дурачка, который вновь пытался и вновь облажался. - Э-э-э… ты успел забыть, как это делается? – с толикой обиды удивляется мужчина, и, перейдя порог комнаты, усаживается рядом с ним на кровати. - А разве так не получится? Согласно моим наблюдениям, настолько принципиальной разницы в правильности… - Разница есть! – раздражённо прерывает его охотник. – Так ты напряжён. Надо раздеться, лечь, глаза закрыть, в конце концов. Так ты точно не уснёшь. Хотя, судя по тому, что ты на меня не реагировал, у тебя и по-своему получается. - Прости. О чём ты говорил? Кажется, именно в этот момент Каса переклинивает. Ну конечно! Он заметил тенденцию людей сильно страдать из-за разбитого сердца. И в принципе понял, какое важное значение это для них имеет. Даже научился разделять любовь романтическую и любовь семейную, и простейший пример сейчас сидел прямо рядом с ним. Дин был единственным человеком, которого Кас полюбил так. Как любят обычно свою вторую половинку. Именно с ним они прошли такой длинный путь, буквально от ненависти до любви, их судьбы и души буквально были сплетены меж собой так крепко ещё в тот момент, когда Кастиэль с легионом отправился вытаскивать его искалеченную душу из Ада. Именно его он любил настолько тепло и беззаветно, иначе, чем Сэма и Джека, и если бы Касу сказали выбрать, с кем из них троих он хотел бы провести оставшуюся (а в случае с братьями «отведённую им») вечность, он без тени сомнения, хоть и с лёгкой горечью, позвал за собой Дина. И сидели бы они где-нибудь в удалённом от мира уголке, и Кас бы уподоблялся всем тем влюблённым. Без конца касался партнёра, невесомо целовал эти россыпи веснушек, любовался зеленью глаз… И, конечно, только Дин может разбить ему сердце. Так, чтобы никто другой не смог ему помочь. Охотник явно предпочитает женщин, а не мужчин, и уж точно не Кастиэля. Но, возможно, в угоду дружбе и помощи в общем деле он не станет сразу сжигать за собой все мосты, тогда ангел сможет и воспользоваться лазейкой к вечной жизни, и не потерять связь с самой важной частью своей семьи. - Кас! Чёрт тебя дери, - мужчина агрессивно щёлкает пальцами у него перед носом, когда тот вновь «возвращается», - да что с тобой весь вечер творится?! Куда опять унесло твою ангельскую задницу, в чертоги Одина посплетничать?! Кас плавно поворачивается к нему, словно боясь спугнуть. Пытается заранее найти отказ в его глазах. Но божье войско назад не сдаёт, идёт прямо и напролом, а бывших воинов не бывает. - Я люблю тебя. На секунду ангелу кажется, что охотник подпрыгивает от неожиданности его заявления. - Чувак, я тоже тебя люблю, но сейчас не об этом разговор… - Я серьёзно, Дин. – Его синие глаза в момент темнеют, неотрывно глядя на собеседника, и кажется, что в них собираются грозовые тучи. Он и сам чувствует, что внутри – затишье перед бурей, и, за неимением опыта, он просто ждёт, когда же изнутри начнет разрывать эта доселе невиданная боль. Но он слышал, что она невыносима настолько, что может убить, так значит, лишь она может послужить достойным препятствием на пути к «истинному счастью». – Не уверен я, как люди об этом говорят, но я действительно тебя люблю. Не как брата, не как душу, не как «дитя Отца моего», а как… как обычно любят друг друга мужчина и женщина, хоть не удавалось мне понять необходимости различия по половому признаку. - Стоп-стоп-стоп, дружище, подожди секунду, - Дин неловко прячет взгляд и, кажется, краснеет. Особенно в районе ушей. – Ты же понимаешь, что обычно люди, ну… перед такими серьёзными заявлениями как-то… подбирают более интимную обстановку наедине с объектом воздыхания?.. - Я могу повторить тоже самое в любом удобном тебе месте, мои слова от этого не изменятся. - Я буквально сейчас рассказывал тебе детали дела, на которое выехал Сэм! – раздражённо бросает охотник. – Это отнюдь не считается «интимной обстановкой». - Она бы повлияла на твою реакцию? Если нет, то, полагаю, в этом нет критичной разницы. Дин тяжело вздыхает. - Нет, не повлияла бы… Но я не думал никогда о вероятности услышать от кого-то такое. Более того, от тебя. - Почему? Ты считаешь, что тебя никто не может полюбить? - Кас, я буквально бабник, тебя это не смутило ни разу? Что я постоянно провожу время с девочками на одну ночь и явно не ищу себе среди них жену? - Нет, не смутило. Насколько я могу понять, процесс соития никак не связан с теми чувствами… - Чёрт возьми, Кас, напрямую связан, но не все обращают на это внимание, - устало выдыхает он. – И как… как давно? - У меня было полно времени обдумать и понять силу своих эмоций и скажу так: есть ощущение, что я был создан для этого. Любить именно тебя. Ангел сверлит задумавшегося Дина взглядом. Оказывается, это действительно нервное мероприятие – ждать, когда тебя отвергнет любимый человек. Кажется, охотника начинает напрягать этот взор Кастиэля. - Пойми, я… не вполне был готов к такому диалогу, - оправдывается он. – Поэтому мне тяжело сейчас быстро собрать мысли в кучу. Я знал, что рано или поздно нам придётся об этом поговорить, но обстановку ты, конечно, выбрал так себе. Дин неловко заламывает пальцы и осторожно кладёт свою руку поверх ладони ангела. В ответ на это уже у него сдают нервы, и он едва дышит в ожидании заветного отказа. - Я… я тоже люблю тебя, Кас, - кажется, как раз в этот момент он до конца понял выражение «сердце в пятки упало», - и тоже как… мужчину. К чёрту, как того, с кем хотел бы провести все оставшиеся годы. Спасибо, что сделал это за меня. «Вот дерьмо», сказал бы Дин на его месте. А Кас просто закусывает губу и опускает печальный взгляд, лихорадочно пытаясь сообразить, как ему теперь выкрутиться из этой неловкой ситуации. В то время, как охотник, не желающий – или боящийся – торопить события, оставляет целомудренный мягкий поцелуй на скуле резко погрустневшего… друга? Отсутствие реакции смущает. - Что-то… не так? Видимо, ему всё-таки придётся рассказать. Желательно – сдерживая эмоции. - Я… - мнётся он. – Я рассказал это потому, что был уверен, что ты откажешь мне. - В смысле? Как? - Да вот так! Откажешь, накричишь, обзовёшь одним из ваших оскорблений, которые означают мужчину нетрадиционной ориентации, выгонишь, в конце концов! - Зачем тогда признался? Обычно это, ну, говорят из расчёта на взаимность. Ты ведь не наврал?.. - Нет, конечно, не наврал, - вздыхает ангел и изо всех сил старается не поднимать взгляд на мужчину. – Но кое-что утаил, и сейчас уже нет выбора между «молчать» и «рассказать». Дин хмурится, но ждёт терпеливо и безмолвно. - Когда я вытащил Джека с того света, я заключил сделку с Тенью, - неуверенно начинает он. – Его жизнь стоила того, что он заберёт меня в «момент искреннего счастья». И я подумал, что если буду ранен настолько, что лишусь, как вы это называете, «смысла жизни», что есть, конечно, отдельная тема для беседы, если пожелаешь… То не смогу испытать того самого счастья, а значит, не умру. Охотник очень тяжело и громко вздыхает, показывая своё негодование, но вслух ничего не говорит. Знание ценностей и приоритетов Винчестеров позволяет Касу понять причину, почему он не решается его упрекнуть за сделку: они оба понимают, что если бы на месте Каса был Дин, а на месте Джека был Сэм, то он бы поступил точно также. - Так, о твоём сокрытии таких важных вещей поговорим позже, - сурово выдавливает он, - а пока, насколько я понимаю, у нас не так уж много времени. Верно? Ангел размеренно кивает, подняв, наконец, виноватый взгляд васильковых глаз. - Тогда нам понадобятся все руки. Дин быстро достаёт из кармана телефон и в пару мгновений набирает брата. Проходит всего пара гудков, как тот берёт трубку, и из динамика сразу раздаётся раздражённый голос младшего Винчестера. - Дин, ну ты скоро? Я уже на полпути в город, пора догонять… - Крути баранку и гони назад, педаль в пол, - грозно командует старший. Кас решает не вмешиваться. - В смысле? Я же говорю, я уже на полпути… - Твою мать, Сэм, я не глухой. Дуй назад, сказал. Чем быстрее, тем лучше. - Может, хоть расскажешь, в чём дело? - Есть проблемы серьёзнее этих ублюдков. - Не понял? Мучительно долгие десять секунд Дин пытается сформулироваться. - Как убить Тень?