Махнулись!

– Аккуратней! – прошипел Гиллан, пытаясь принять более устойчивое положение. Колени разъезжались в стороны, а тело колотил мандраж. Мужчина постарался поддаться вперёд и отстраниться, что не осталось незамеченным в глазах брюнета. Сильная ладонь отскочила от крепкого бедра, когда Шин снова отвесил Джейку неслабый шлепок. – Это тело даже пули не берут. Потерпишь, – теплые ладони скользят под чужую футболку, младший царапает мощную спину, следом за пальцами на лопатках тянутся белесые полосы, позже они наверняка будут кровоточить. Шин напоследок проходится языком по загривку Джейка, оставляя широкую влажную дорожку. Белобрысый отозвался приглушенным рычанием, до боли сжимая запястья партнёра. Шингон хмыкнул, видимо распознав такой жест как призыв к действию, парень размеренно продолжал поступательно двигать бёдрами. Гиллан же изнывал в попытках привыкнуть и проявить инициативу. Крайне удивлённый тем, как быстро Шин нашёл правильный угол и задал хороший темп, мужчина сильнее выгнулся в пояснице. Он продолжал оставлять настойчивые поцелуи на запястье младшего, все ещё крепко сжимая его руку. С губ срывается прерывистый вздох, глаза прикрыты, сильное тело бьёт мелкая дрожь. – Предлагаешь мне самому всё делать? – подаёт голос Шин, кусая Джейка за ухо, – Куда делся твой былой запал? Старший нервно смеётся, судорожно сжимая ткань и без того помятой простыни. Истерзанную ранее плоть начинают целовать, прыткий язык Шина скользит по алым отметинам. Блондин не в силах сдержать стон, гортанно мычит, он поддаётся бёдрами назад, сильнее насаживаясь на член. Огрубевшие пальцы поглаживают выбритый загривок, толи утешая, толи раззадоривая ещё больше. Рука тянется выше, зарываясь в едва ли отросшие пряди. Направляя нижнего, Шин поворачивает его голову, ладонь скользит к шее и брюнет несильно сжимает ее, придушивая Джейка. – Открой рот. Гиллан посмеивается, послушно размыкая губы. И Шин, созерцая чувственные, мягкие, рабочие, пухлые губы, прямо напротив его собственных, теряет остатки самообладания. Облизнувшись, парень подаётся вперёд. Покусывая податливые, но исключительно грубые губы, Шин сливается с мужчиной в терпком на вкус поцелуе. Оба задыхались, в судорожных попытках схватиться друг за друга, найти точку опоры. В итоге, Джейк переворачивает парня на спину, рваным движением седлая его бедра. Глубже опускаясь на колом стоящий член, мужчина побуждает Шина сорваться на встревоженный хрип. С придыханием, парень бормочет что-то неразборчивое, впиваясь ногтями в плечи Джейка. Белобрысый подытоживает вакханалию парочкой резких движений, настойчиво зацеловывая скулы брюнета. Джейк эякулирует бурно и взбалмошно, запечатлеет болезненный укус на шее Шингона и тут же смакует его губами, с навязчивой мыслью оставить яркий след на нетронутой ранее коже. – Ты не кончил? – приподнимает бровь Джейк, с недоумевающей ухмылкой, он продолжал покусывать чувствительный места, спускаясь к ключицам, – Я настолько плох в этой роли, да? – Двигайся, – прорычал тот, в попытке поддаться бёдрами вверх. Шин изнеможенно простонал, досадой отозвался тугой узел возбуждения, когда сильная рука Гиллана прижала его таз к постели, а сам мужчина плавным движением встал. Не получив возможности испытать долгожданную разрядку, парень раздражённо просипел, – Джеейк. – Спокойно, я не оставлю тебя неудовлетворенным, — с весёлыми нотками в голосе, Джейк просиял лукавой улыбкой. Мужчина спустился ниже, поелозив торсом по матрасу, он устроился между ног брюнета. Гиллан прижал бедра Шина к своим плечам, опаляя горячим дыханием возбужденную плоть. Младший лишь хмыкнул, приподнявшись на локтях, он запустил руку в короткий светлый волос, в моменте поглаживая мужчину за ухом. – Постарайся, – произносит он насмешливым тоном, и Джейк не заставляет себя ждать. Пухлые губы коснулись всех чувствительных мест, изучая и исследуя матовую кожу. Теплые ладони с нажимом скользили от ягодиц к коленям, где-то грубо проходясь ногтями, будто желая проникнуть глубже, ощутить желанное нутро. Кульминация приходит быстро, Шин изворачивается в чужих напряженных руках, запрокидывая голову под опасным углом, сопровождая оргазм пораженным вскриком. – Ближе. Нужно ближе. Иди сюда, – с придыханием бормочет парень, будто в бреду. Он сжимает в кулак ворот чужой футболки, жадно притягивая мужчину в плотную и прижимаясь лбом ко лбу Джейка. Тот без колебаний кладет руку за загривок брюнета, утешающе поглаживая пальцами. – Я здесь, — прошептал старший, прикрывая глаза. Глубоко и загнанно дышали оба, как после забега, временами поддрагивая всем телом. Мышцы болели из-за многократных смен позиций, голосовые связки достигли высшего изнеможения, медленно, но верно наступало удовлетворение. Обоих со временем привлекал не сам секс и страстное желание друг друга, а то что следовало после. У них, кульминация всегда была дорогой к опустошению. Достигая высшей точки наслаждения, и вознося себя до уровня небес, после ты с грохотом свалишься вниз. Их тандем - это на грани боли и возможностей, в нем есть что-то бесконечно властное и темное, он способен вытащить наружу самые неожиданные, извращенные и, казалось, отвратительные желания, которые воплощал в реальность с неимоверным энтузиазмом. Они оба - это что-то до хруста и крика, доведут до грани и пустят на самотёк, изредка выдавая иллюзию, что все под контролем. После останется заметная боль во всем теле, абсолютная безысходность, но странное удовлетворённость. Необъяснимое довольная сытость. И подтверждение всех наихудших догадок, каждая из которых вела к одному исходу. Друг для друга они рай и ад. Спасение и гибель. Грех и прощение. Причина и следствие. Любовь и ненависть, свет и мрак, бог и дьявол. Весь мир, вся жизнь, все мысли, инстинкты и желания. Последняя надежда и единственный смысл. Придя в себя, на грани реальности Шин напоследок запечатлел невесомый поцелуй на скуле Джейка. Едва ли коснувшись губами, парень отстранился, наблюдая как Гиллан поддался его касанию, склоняя голову набок. – А говорил, что не зайдёт, – тихо произносит он, с насмешкой. – Это было грубо, жестоко, болезненно и эгоистично, – Джейк кладет голову на плечо Шина, все ещё держа руку на затылке младшего. – Понравилось же? – Очень.