Si vis amari, ama

— Господин Пак, – Чимин устало открывает глаза и пронзающим взглядом прожигает седовласого мужчину. — Говори, остались ли ещё юные девицы, желающие встретиться с моим сыном? – голос отца приятным басом нарушает тишину, а старейшина от такого тона выравнивается по струнке смирно. — Может, на сегодня достаточно? – Чимин бесцеремонно влезает в разговор, потягивается в попытке хотя бы немного размять затёкшие мышцы. Он не видит, как меняется взгляд отца, только слышит разочарованный вздох. — Мы уже говорили об этом и ты вновь- — Да, я помню, - снова перебивает Пак и поднимается с мягкого трона, который располагается слева от места короля. — «Виверн, мне недолго осталось на этом белом свете, я должен найти для тебя достойную пару», и всё в этом духе. Виверн. Это имя данное дракону при рождении. Чимин – имя, которое он использует, выходя в человеческий мир. — Господин Пак, Ваш сын верен Вам и Вашему решению, просто позвольте ему немного отдохнуть, - вновь подаёт голос воспитатель. Чимин привык называть этого мужчину нянькой, но, на самом деле, он воспитал из Пака настоящего могущественного дракона, всегда был рядом и понимал лучше других. А ещё терпел всякие мальчишеские выходки, иногда скрывая их от короля. — Выйди, Сонхи. Мужчина сгибается в глубоком поклоне и спешит покинуть тронный зал, тайком бросив напоследок сочувствующий взгляд Чимину. — Виверн, мы говорили с тобой. Я уже объяснял, тебе следует забыть человеческую жизнь. Тебе следует забыть того человека и не омывать наш род смешанной кровью. Ты забыл, кто мы? Чимин стоит и молча слушает, опустив голову к полу. Он слышит это едва ли не каждый день, но от этого чувства не меняются, не гаснут уже столько лет. — Отец, позаботься сначала о младших. Гости должны прибыть уже завтра, верно? Так вот, тебе нужно всё проконтролировать, всё должно быть идеально. — И снова ты переводишь тему. Я не сомневаюсь, что твои брат и сестра найдут себе достойную пару. Король Донхэ пообещал свою дочь моему сыну. Королю Сорина я пообещал свою дочь. — Или я заберу свою земную любовь сюда или можете выгонять меня на Вейлин, - язвит парень и уже собирается уйти, но входные двери тяжело распахиваются, привлекая внимание драконов. В огромный тронный зал входит женщина. Она одета в тяжёлые одежды, в основном, тёмных, даже чёрных, оттенков, её тёмно-карие глаза густо подведены подводкой, а руки рясно* увешаны золотыми украшениями с разнообразными камнями. За ней, словно тень, неспешно идёт её дочь, которая является абсолютно полной противоположностью своей матери: девушка одета в лёгкое платье кремовых светлых тонов, её руки украшают лишь два кольца из серебра. Особенность её заключается во внешности: кожа непривычно молочного оттенка, глаза ясно-серые и белые ресницы. Такое обличие совсем не характерно для рода драконов и таких детей называют «дети Севера». — Йерым, - радостно гласит король, отвлекаясь от своего ребёнка, — ты не предупреждала о своём визите. — Я хотела сделать Вам сюрприз, - женщина склоняется в лёгком поклоне, девушка следует её примеру. Чимин сводит брови, ощущая, как накаляется атмосфера. — Отец, позволь я покажу Хару наш дивный сад, пока Вы с госпожой Ким обсуждаете дела? – Пак улыбается натянуто и, получив одобрительный кивок от отца, кланяется и уводит девушку с собой. Они покидают большую залу и спешат по богато украшенным коридорам к выходу из поместья, храня полное молчание. Как только вокруг оказываются пышно цветущие растения разных сортов и цветов, а вокруг более ни души, парень останавливается, злым взглядом прожигая юную девушку. — Почему? Почему ты до сих пор ей не сказала? - в голосе дракона звучит недовольство. — Виверн, ты.. – она ловит на себе удивлённый и одновременно чуть раздражённый взгляд, — Чимин, ты ведь знаешь…если я скажу ей, что влюблена в принца Вейлина, она убьёт его без колебаний. Пак медленно делает глубокий вдох и глубокий выдох. — Хару, - он говорит тихо и серьёзно, кладёт крепкие ладони на хрупкие плечи Ким, — Мне не нужна эта помолвка. И тебе она не нужна. Юнги не простит, если узнает. И тогда он закопает в сугробах меня, я не хочу ссориться с ним. — Я понимаю, но что я могу сделать? – голос её тихий и хрупкий, как она сама. — Сказать ей правду и уйти к своему снежному принцу, что ещё? — Ты правда не понимаешь, насколько она злопамятна и сильна, Чимин? – в её глазах стоят слёзы, она уже устала метаться между своей матерью и своей любовью. Пак шумно выдыхает и убирает свои руки, но взгляда от светлых глаз не отводит. Он только приоткрывает губы, чтобы дать Хару ответ, но не успевает, его тут же перебивает чужой голос. — Вы только посмотрите, наш милый Чимин-и любезничает со своей будущей невестой! Мышцы юного дракона невольно напрягаются. Он всем сердцем ненавидит этот писклявый голос сестры, но при отце им приходится вести себя как любящая дружная семья. Но сейчас отца здесь нет. Девушка намеренно обращается к нему человеческим именем, намекая, что он не их крови, не их породы и что не заслуживает здесь быть. — Да ладно, дорогой братец, вы как два сапога пара! Она проклята духом Севера, как и ты. - Азалия открыто насмехается, задевает, но Чимин уже настолько привык к этому, что ему абсолютно плевать. Чимин, действительно, выглядит, как те самые «дети Севера»: тёплый ветер колышет его снежно-белые пряди, они густой россыпью падают на фарфоровую кожу и закрывают глаза, их оттенок напоминает чистый замёрзший декабрьский лёд. Таких, как он, называют воплощением чистой красоты, которая воскресла из туманов Севера. Его и Хару всегда презирали, боялись, обходили стороной, словно злых колдунов. На земли Юлона, Южной империи, никогда не ступала нога зимы. И простой народ считает, что эти два дракона способны воскресить магию Вейлина, что они принесут только несчастья и холодную смерть. — Дорогая сестрица, иди, куда шла, небось твои прислужницы заждались, - Пак излишне сладко улыбается, пряча Хару за своей спиной. — Отец ждёт тебя, не задерживайся, - её хитрая улыбка не несёт в себе ничего хорошего, она уже почти ушла, как вдруг оборачивается, — или, как всегда, полетишь к своему ненаглядному цветочку? На мгновенье Чимин забывает, что нужно дышать. Он стоит к Азалии спиной, по которой сейчас бегут мурашки, зрачки на секунду сужаются в тонкую чёрную полоску. Откуда она знает? — Думаешь, я не знаю, как часто ты наведываешься к своему возлюбленному, м? — Что за бред ты несёшь? – Пак набирается смелости, говорит уверенно, поворачиваясь к своей сестре лицом. — Раз это бред, то тебе ничего не будет, если я скажу об этом отцу, правда? — Не смей, - голос не срывается на крик, в нём прорезается опасное предупреждающее рычание. — Что и требовалось доказать, - девушка победно улыбается, скрещивая руки на груди. — Что ты хочешь, Азалия? — Я подумаю, - она тянет улыбку едва ли не до ушей и, поправляя подол пышного платья, обшитого золотыми нитями, уходит. Чимин шумно выдыхает, от нервов прикусывает полные губы и, недолго думая, возвращает своё внимание Хару. — Прости, что ты видела это всё, и… — Ты летаешь к нему на землю? – девушка несдержанно перебивает, заставая Пака врасплох. — Хару, я… - он старается найти хотя бы одно оправдание, но голова мгновенно пустеет. Разве чувствам нужно оправдание? — Чёрт, ты вообще представляешь что, ЧТО будет, если король узнает? – девушка не привыкла повышать тон голоса, поэтому и сейчас не делает этого, но её колкий взгляд способен пробить самый толстый лёд. — Оставь это мне, хорошо? У нас с тобой есть другая проблема. Если ты не расскажешь Йерым, что у тебя есть тот, кому ты готова отдать своё сердце, то, клянусь, это сделаю я. Юнги — взрослый мальчик, он сможет тебя и себя защитить, - тон его голоса решительный. Он тоже устал терпеть это. Хару ничего не говорит, только склоняет голову в понимающем жесте и подбирает подолы кремовой юбки, чтобы вернуться к матери. Она делает буквально четыре шага и тут же оборачивается к Чимину. — Ты не идёшь? — У меня сейчас дела. Нужно отточить несколько боевых умений, меня уже ждут, - Пак натягивает дежурную улыбку и идёт совсем в противоположную сторону от Хару. Чимин ей почти не соврал. Ему необходимо было утихомирить эмоции. Юный дракон направляется к заднему двору, по пути встречая несколько охранников, те лишь кланяются в знак уважения. Он идёт к полосе с мишенями и к плетёным корзинкам с оружием, ведёт пальцами по крепкому дереву и лёгким движением руки вытаскивает длинный и не самый изогнутый лук. Он закидывает кожаный колчан на плечо и становится ровно напротив мишени. Заводит свободную руку за спину, наполовину вытягивает стрелу, пальцами нащупывает повреждённое оперение и опускает её обратно. Перебирает ещё пару стрел и вытаскивает подходящую. В его голове удивительно пусто, он с выдохом избавляется от страха и волнения. Укладывает стрелу на тетиву, с вдохом натягивает и почти сразу отпускает, не давая себе времени прицелиться. Со стороны можно подумать, что Чимин просто не удержал её, но стрела летит вперёд и попадает в мишень. Не прямо в центр, но рядом. Он сразу вытягивает вторую стрелу, натягивает лук, тратит только несколько секунд на прицеливание и чуть сводит брови, ощутив идущую по тетиве вибрацию, но не успевает придать этому большого значения, потому что отпускает её. Стрела попадает ещё ближе к центру. Сейчас Чимин смотрит только на цель, ни о чём не думая. Желание попасть чётко в центр пылает огнём внутри, поэтому он уверенно натягивает тетиву в третий раз, и целится чуть дольше. Чуть повыше. Слегка приподнимает лук, меняя направление. И натяжение посильнее. Отводит руку дальше, сильнее изгибая деревянные плечи. Вот так. Пухлые губы трогает лёгкая улыбка в предвкушении, что этот выстрел будет лучшим из трёх. По пальцам идёт вибрация, зрачки сужаются в тонкую полоску, когда сердце внезапно болезненно пропускает удар. Пак выпускает из ослабевших рук оружие вместе со стрелой и тут же срывается на бег. По стройному телу струятся его белые убранства, у самого края он отталкивается от земли в прыжке и, расправив руки, исчезает в пропасти, падая вниз. Не проходит и секунды, в небо резко взмывает огромный синий дракон. Он обласкан лучами солнца, весь сияет, его чешуя блестит. Огромный ящер словно прорезает небо собой, врывается в перистые облака, тут же их рассеивая, и стремительно летит вперёд. Большие крылья опускаются и поднимаются всё чаще, набирая скорость. Ему не страшны ни ветер, ни холод, ни ослепительное солнце, он хочет скорее добраться к цели. Ему необходимо всего несколько минут быстрого полёта, как на горизонте появляется современный город. Ему нужен лишь один небоскрёб, дракон складывает крылья, тесно прижимая их к телу, и, вытянувшись, делает несколько оборотов вокруг своей оси. Это необходимо, чтобы люди его не заметили. После третьего с резким хлопком расправляет мощные крылья и снижается. Достаточно минуты, чтобы он ногами приземлился у стены здания. Чимин рукой зарывается в свои волосы, которые теряют свою белоснежность, уступая место пшеничному золотому цвету. А ясные голубые глаза окрашиваются в медовый карий. Юноша с осторожностью высовывается из-за стены, откуда доносятся раздражённые голоса. — Я же просила тебя забрать платье! Церемония венчания уже совсем скоро! Почему на тебя никогда нельзя положиться?! — Дорогая, я после работы заехал забрал наши кольца, твоя сестра обещала забрать платье, почему ты всегда стараешься сбросить всю вину на меня? Его сложно вывести из себя, но молодой девушке удаётся это сделать. Вот почему сердце дракона болезненно дрогнуло. — Стерва, - шипит про себя Пак, наблюдая за молодой парой. — Мы будем ссориться на всю улицу, да, Сунри? Девушка зло фыркает и хлопает массивной железной дверью прямо перед носом парня, заходя в подъезд. — Эй, у меня, вообще-то, нет ключей с собой! – Хосок устало выдыхает, поднимая голову к небу. Будь у Чимина возможность забрать его с собой прямо сейчас, он даже не думал бы. Но он не может. Пак наблюдает, как Чон топчется возле двери, пару раз поднимает взгляд к окнам пятого этажа. Чимин хотел бы вот так подольше смотреть на него, не отлипая, но приходится немного помочь: он вытягивает руку чуть вперёд, рисует лёгкую фигуру в воздухе и замок двери тут же щёлкает. Хосок слегка вздрагивает, не ожидая этого, но без колебаний заходит в здание. Он вновь слегка улыбается, и у него больше не остаётся времени, - ему нужно вернуться домой.