Вещий сон.

Была совсем обычная и непримечательная ночь. Ветер играл с листьями на деревьях, сверчки напевали свою обыкновенную мелодию. Лишь звук машин нарушал ночную гармонию. Это неудивительно, мегаполис всё-таки. Гон, Киллуа с Курапикой и Леорио спали под покровом темноты. Гон с Киллу спали вместе, на двуспальной кровати. Курапика аккуратно лёг на диване, а Леорио расстелил на полу матрас, так как места в комнате было не очень много. Все спали, кроме Киллуа. Его синие глаза смотрели в белый потолок, а его уши слушали ночные звуки, раздававшиеся за окном. Мальчик сам и толком не понимал, что его тревожило. Но его сон всё никак не наступал. Не уж то, он не будет спать? Конечно, такой расклад событий не был столь ужасным для Золдика, он мог не спать и неделю, но обычно Киллуа спал, как и все нормальные люди. Его что-то тревожило. Тревожило, и не давало покоя. Вроде бы, все в порядке, ничего пугающего и страшного не происходило. Все его друзья мирно спали. Так что же такое? Что, или кто, так тревожил мальчика? Хисока? Редан? Что? Киллуа был погружён в свои мысли, отчаянно пытаясь понять что с ним происходило. В это время Гон спал в форме звезды, что довольно таки мешало, но Килл уже привык, и это его нисколько не беспокоило. Что по настоящему сейчас беспокоило – его мысли. Навязчивые, тревожные и непонятные, от чего пугающие. Киллуа решил попить водички, чтобы хотя бы на мгновение почувствовать свежесть, так как его горло давно уже пересохло. Он медленно и тихо поставил ноги на пол, слез и подошёл к кулеру, предварительно взяв кружку. С приятными булькоющими звуками, струя воды потекла прямиком в кружку с надписью «Только для Золдиков». Далее, Киллуа поднёс кружку ко рту и сделал несколько глотков. Ему стало чуть лучше. После смочения горла, Килл поставил кружку на стол, и пошёл обратно в кровать. Когда он лёг, то мысли начали по тихонько превращаться в неважную кашу, а веки тяжелеть. Наконец-то, он заснул! Всё было тихо. Уже ничего не мешало, и не было важным. Совсем ничего, всё хоро... — ГОН! – знакомые голоса эхом разнеслись по комнате. Киллуа резко вскочив, открыл глаза. Ударил яркий белый свет, что было не очень приятно после, хоть и не долгого, но сна. — Ч-что происходит?! – от резких звуков у Киллуа побежали мурашки. — ЧТО ЭТО? ГОН, ТЫ В ПОРЯДКЕ? – Курапика встревожено прокричал. — КА-КАКОГО ЧЁРТА ТУТ ТВОРИТСЯ?! – реакция Леорио не заставила себя долго ждать. Киллуа быстро повернул голову, и увидел: из сломанной стены ведущей на шоссе, доносился яркий белый свет, как в кабинете стоматолога. Что-то нетзвестное схватило Гона, и держало его прямо в воздухе не отпуская. На Нэн непохоже. Никто не понимал происходящего. Гон душераздирающе закричал, судорожно брыкаясь, в попытках выбраться. Он не мог выбраться из этой мёртвой хватки. Но кто или что так сильно его держало? — ГОН! Я СЕЙЧАС ПОМОГУ ТЕБЕ! – Киллуа хотел было двинутся с места и помочь другу, но совсем не мог. Ноги, как-будто, приклеились к полу, а тело как-будто сковало Нэн-цепями Курапики. — РЕБЯТА, ПОМОГИТЕ ЕМУ! Но ребята ничего не сделали. — ИДИОТЫ, ЧТО ВЫ ДЕ... – Киллуа обернулся чтобы посмотреть на Леорио и Курапику. Ничего. На их месте ничего не было. Ни кого, были только Киллуа, Гон и неизвестная сила. — ГОН, ПОДОЖДИ, Я СЕЙЧАС ПОМОГУ ТЕБЕ! – Килл пытался хоть как-то сдвинутся с мёртвой точки. Прокля́тое тело совсем не слушалось. Ему лишь оставалось наблюдать, как шея Гона медленно поворачивается вправо, после чего, с громким и пронизывающем до костей хрустом, ломается. И это происходило во время громкого и жалкого плача Гона. Но после это чёртового щелчка, в глазах Гона исчез какой либо блеск. Вместо этого, было безэмоциональное и холодное выражение лица. — ГОООН! Киллуа с криком проснулся, чудом никого не разбудив. По его телу неприятно тёк холодный пот. Его глаза были мокрыми, слёзы текли не ручьём, а целым водопадом. Килл тяжело дышал, сердце билось очень быстро, как только могло. Мальчик ещё секунд 20 приходил в себя, осозновая, что это всего лишь кошмарный сон. После этого, ему стало легче. Он немного улыбнулся, поняв, что этого не было в реальности. Киллуа медленно положил голову на подушку, с облегчением вздохнув. Но у него по прежнему было ощущение, что за ним кто-то наблюдал...