Заткнись уже, мучной мальчик

— Где она? — В голосе металлический оттенок, придающий ему максимальную холодность, и даже жестокость. — Не знаю, — спокойно отвечает Сынмин. Дуло пистолета неприятно упирается в висок, а ноги ноют от долгого стояния на коленях. Сынмин хмурится от мысли, что в таком положении придется простоять ещё какое-то время. — Не вынуждай меня переходить на крайние меры, — Хенджин уже, судя по всему, начинает злиться. Сынмин поворачивает голову и спокойно, без капли страха, смотрит в глаза тому, кто сейчас стоит рядом и угрожает оружием. — Ты все равно ничего мне не сделаешь.

Полгода назад

Дожди шли уже целую неделю, но Сынмин устал все время сидеть дома, так что с утра пораньше выбрался в кафе неподалеку, чтобы поработать в новой обстановке. Людей, прячущихся от бесконечного потока воды, оказалось много, но ему было все равно, пока его не трогают. — Можно сесть здесь? — неожиданно где-то сзади раздался мужской голос. — Что? — Сынмин растерянно поднял голову от экрана ноутбука, за которым работал. Незнакомый парень приятно улыбался. Он заметил замешательство на лице Сынмина и сразу поспешил добавить: — Все столики заняты. Я просто тихо поработаю рядом, не буду сильно мешать, — и снова улыбнулся. — Ну если мешать не будешь, то мне все равно, — Сынмин оценивающе прошелся взглядом по лицу, достаточно симпатичному, особенно губы. Хотя какая разница, если все внимание на мониторе и желании побыстрее закончить проект. — Большое спасибо, ты ужасно меня выручил. А то там ливень такой, что даже через дорогу перейти не получится, — защебетал парень, усаживаясь рядом и доставая свой ноутбук. Сынмин в ответ только хмыкнул и продолжил дальше пялиться в монитор. Но взгляд через время так и норовил посмотреть то на эти чертовски красивые губы, то на длинные пальцы, так ловко бегавшие по клавишам. Но ему было не стыдно или неловко, потому что сосед по рабочему месту делал практически то же самое, только он даже и не пытался ничего скрыть. — Блядство, — прошипел Сынмин, откидываясь на спинку стула. Он накрыл ладонями свое лицо и шумно в них выдохнул. На все это парень рядом обеспокоенно поднял взгляд. — Все в порядке? — осторожно, словно боясь попасть под горячую руку, спросил он. — Код не работает. Я просидел над ним сутки, а это чудовище отказывается делать то, что мне надо, — руки безвольно упали по обе стороны от ноутбука. — Пайтон? — Нет, делфи. — Сынмин выжидательно смотрит в ответ. — Могу глянуть что не так, если разрешишь? — Снова улыбка одними уголками губ. — Неужели я такой счастливчик, что ко мне подсел человек, знающий делфи? — Может ты спас страну в прошлой жизни, — уже намного шире улыбнулся блондин напротив. — Так что, могу просмотреть? — А ты знал, что фраза: «Парень, знающий Делфи» — звучит ужасно сексуально? Хорошо, дерзай, потому что я уже не знаю, что еще можно с этим сделать, — Сынмин повернул ноутбук экраном к соседу по столику, — сейчас подойду через пару минут. — Я и не такими языками владею, — подмигнул блондин и опустил взгляд в монитор. Когда Ким возвращался, подходя ближе к столику, замедлил шаг потому что парень, сидящий к нему спиной, записывал голосовое, и не хотелось ему помешать. Но еще сильнее он замедлился, когда до его ушей долетел обрывок последней фразы: — … такой милашка, он флиртовал со мной, я уверен в этом. Я бы ему отсосал прям в этом кафе, честное слово. И когда ничего не ожидающий парень уже собирался убрать телефон, Сынмин наклонился и прошептал блондину в самое ухо: — И почему ты все время молчал? Я бы не отказался от такого предложения. Не дожидаясь ответной реакции Сынмин пошел обратно в уборную. Второй не заставил себя долго ждать, он был явно не из тех, кто любил медлить, и Сынмину это понравилось. Одним уверенным движением блондин подтолкнул Кима в комнату и закрыл дверь. — Если бы я знал, что тебя соблазнит мое знание делфи, то признался бы раньше. И сразу же резким движением наклонился к шее. Обжигающее дыхание сменялось мажущими поцелуями и легкими покусываниями. — А ты, я смотрю, любитель прелюдий, — на выдохе прошептал Ким, обвив одной рукой за талию парня, стоявшего напротив. — А ты любитель поговорить? — сквозь улыбку спросил блондин, и медленно, словно специально дразня, начал расстегивать ширинку. Когда со штанами и было покончено и они, вместе с нижним бельем, спустились до щиколоток, блондин снова хищно улыбнулся, только уже глядя на чужое возбуждение. Он в последний раз приблизился к уху Сынмина и очень тихо промурлыкал: — Тебя так легко завести и мне это чертовски нравится, — после чего парень медленно опустился на колени. Но Ким ничего не смог ответить, кроме вырвавшегося сдавленного стона, потому что чужие руки дотронулись до его возбужденного члена. Ладонь блондина аккуратно обхватила у основания и медленно начала водить вверх-вниз. Затем, снова показав на лице довольную улыбку, парень облизнул свои пухлые губы, обильно смачивая их слюной и провел языком по красной, налитой кровью, головке. Колени Сынмина подогнулись, а по телу прошлась мелкая дрожь. Движения рукой возобновились, и Ким умоляюще зашипел, потому что блондин явно с ним игрался, и эта игра ему самому очень даже нравилась, чего не скажешь про Сынмина. Продолжая плавные движения, в дело наконец пошли губы, они стали посасывать самый кончик и точно не собирались заходить дальше. Сынмин уже устал ждать и изнывать от желания, поэтому опустил правую руку на макушку, выкрашенную в белый, и ненавязчиво стал толкать ее, как бы совершенно прозрачно намекая, что стоит сделать. На что парень внизу только ухмыльнулся, обжигая теплым дыханием и без того чувствительную кожу, и прошелся языком вдоль всего члена, старательно обводя набухшие венки. — Сколько ты еще будешь издеваться, — прохрипел Ким. — Ты даже не представляешь, как сексуально сейчас выглядишь, малыш.  Но мольбам внял и решил больше не мучать и без того напряженного до предела Кима. Следующие его действия уже выбили полноценный низкий стон из Сынмина, из-за чего брюнет сразу же зажал рот рукой, чтобы не выдать то, чем они сейчас занимались. Теплый и влажный рот накрывал полностью, парень двигался куда быстрее прежних поглаживаний, а его руки крепко, до белых пятен, вцепились в бедра Кима. Сынмин сжал посильнее пряди на макушке, но не давил, позволяя другому самому выбирать темп. Через время блондин отстранился, чтобы полноценно вздохнуть. Ниточка слюны повисла между напряженной плотью и пухлыми, раскрасневшимися губами. Было тяжело стоять, потому что ноги стали ватными, и Сынмин уперся спиной к стене. Он не мог оторвать взгляда от этих глаз с лисьим прищуром и блестящих губ. Блондин улыбнулся, заметив пристальный томный взгляд на себе и оставил несколько влажных поцелуев на внутренней стороне бедра, на что в ответ получил протяжный низкий стон и подрагивающие колени. После этого он снова взял член в рот и начал двигаться еще усерднее и быстрее, заглатывая полностью. А у Сынмина уже все плыло перед глазами от наслаждения. Чтобы громко не застонать, он закусил тыльную сторону руки, сжатой в кулак, и откинулся головой назад, упираясь затылком в холодную поверхность. Когда Ким почувствовал, что уже близко, он попытался отстраниться, но парень снизу, словно специально, сжал руки на бедрах так сильно, что точно останутся синяки, и даже не думал прекращать свое занятие. Яркая волна оргазма прокатилась по всему телу, заполняя изнутри, растекаясь приятной истомой. Ноги в конец перестали чувствоваться, поэтому Сынмин сполз по стене, на которую до этого упирался, вниз. Наблюдая за ним, блондин только улыбнулся и проглотил все, что попало ему в рот. — Ты всегда сглатываешь, когда отсасываешь у незнакомцев? — спросил Сынмин хриплым шепотом. — Нет, только у таких милых, как ты, — парень поднялся и подошел к рукомойнику. — Не хочешь сходить со мной выпить кофе? — Почему бы и нет, — Сынмин увидел лисий прищур блондина через зеркало над умывальником. — Что, даже не спросишь что-то вроде: «А ты всех на первое свидание зовёшь, кому отсасываешь в туалете?»? — Да я уже понял, что такое спрашивать бессмысленно. — У тебя там, кстати, ошибка в коде была самая глупая — точку с запятой пропустил в строке, я добавил, — блондин развернулся и подошёл ближе. — Мне уже пора на встречу с заказчиком. Приводи себя в порядок и потом обязательно напиши, а лучше позвони, у тебя такой красивый голос, малыш. Мой номер телефона я вбил в комментариях в последней строке. — Он подмигнул, оставил невесомый поцелуй на макушке Кима и вышел. Но, спустя всего пару секунд, заглянул снова и, смеясь, добавил: — Меня, кстати, Хенджин зовут.

*****

— Мучной мальчик, завтрак скоро будет готов, иди сюда!   По кухне разносился аромат свежего кофе вперемешку с пряностями. Утреннее солнце игриво заглядывало в окно, освещая стол и только половину комнаты, оставляя крутящегося у плиты Сынмина в прохладной тени. — Я же просил меня так не называть, — Хенджин обиженно выпятил нижнюю губу, сонно протирая глаза. — А мне все равно, — хмыкает Сынмин и отпивает кофе из своей чашки. — Съехаться с тобой было моим лучшим решением, — Хенджин подошел и обнял Кима со спины за талию, крепко сцепляя руки на животе. — У нас через месяц будет полгода, может забронировать столик в ресторане? — Поверить не могу, что уже столько времени терплю тебя, — пробурчал Ким, но из объятий вырываться не стал. Хенджин в ответ только что-то промурлыкал, и зарылся носом в волосы на затылке младшего. — Ты так вкусно пахнешь, так и хочется тебя съесть, — с этими словами он слегка прикусил за мочку уха. — Завтрак почти готов, подожди. — Нет, я хочу именно тебя, — руки старшего уже во всю исследовали худощавое тело, порываясь залезть под футболку. — Тебе вчерашней ночи было мало? Ненасытный какой, — Сынмин, как бы невзначай, отставил свою кружку, из которой до этого пил, подальше. — Мне никогда не будет тебя достаточно. К тому же, я говорил, что не могу удержаться, когда ты так разгуливаешь только в одной футболке, — Хван начал целовать шею, особенно за ушами, и не обделяя вниманием каждый выпирающий позвонок, пока руки аккуратно не потянули края футболки вверх, намекая младшему, что лучшее ее снять. После того, как несчастная ткань оказалась на полу, он не позволил Сынмину развернуться, так и продолжил прижимать к столешнице, выцеловывать спину, оставляя влажные следы. Через время и этого стало мало, тогда поцелуи стали сменяться покусываниями. Руками он нежно гладил бока и бедра, не переставая шептать о том, какой же Сынмин красивый и милый. — Помоги мне, я не хочу идти за смазкой, — прошептал он, неизвестно от чего, ведь они были совершенно одни в квартире, но Хенджин так делал всегда, когда дело касалось чего-то интимного, когда дело касалось Сынмина. Произнеся это, он поднес два пальца правой руки ко рту младшего, а тот лишь пробурчал себе под нос, что-то вроде «ненавижу тебя за это», но взял их в рот и хорошенько облизал. Растягивать долго не понадобилось, потому что буквально несколько часов назад он уже сделал это с большой тщательностью. Хенджин был возбужден от вида, открывшегося перед ним: обнаженная спина, украшенная метками, и так моляще прогибающаяся в пояснице. — Ты такой красивый… — снова прошептал старший, не в силах оторвать взгляд. Левой рукой, практически невесомо, проходится по позвоночнику, и кончиками пальцев задевая ранее оставленные засосы. — В картинной галерее любоваться будешь, — несмотря на бурчание, возбуждение Кима выдавала хрипотца в голосе и тяжелое дыхание, которое трудно было скрыть. Когда Хенджин вошел, он замер на какое-то время давая младшему привыкнуть, вместе с этим прижался ближе и снова укусил за мочку уха, срывая более откровенный стон. Затем начал двигаться, плавно, размеренно. Через время Сынмин уже сам начал поддаваться навстречу, желая ускориться, и старший его послушался. Когда это хрупкое тело, которое хотелось только целовать и целовать, вот так извивалось под ним, он не мог сдержаться. Хвану ничего не нужно было говорить, он и так все понимал. Левой рукой он вывернул левую руку младшего назад, из-за чего тот не удержался и уперся щекой в столешницу. Фрикции становились грубее, резче, задевая тот самый чувствительный комок нервов. Сынмин уже не сдерживался и громко стонал, делая это чертовски откровенно и возбуждающе. Правой рукой Хенджин обхватил член младшего, большим пальцем растирая предэякулят с головки, и начал двигать ею вдоль всего органа в такт своим движениям бедрами. — Я почти… — снова прохрипел Сынмин между стонами, которые никак не удавалось сдержать. — Сделай это для меня, малыш. — Хенджин наклонился еще раз и укусил Кима за плечо, ни на секунду не останавливаясь. Когда тело под ним содрогнулось и обмякло, Хван еще раз укусил в то же место, сразу же после зацеловывая своими пухлыми губами.  Оргазм, накрывший его спустя несколько резких движений, вынудил старшего всем телом облокотиться на Сынмина, все еще лежащего на столешнице. — Я тебе не кровать, чего разлёгся, — выдохнул Ким, но без злости, просто потому что надо побурчать. — Я так тебя люблю, ты же знаешь? — Хенджин отстранился, позволяя Сынмину тоже подняться. — Кофе, наверное, остыл, сделать новый? — Нет, мучной мальчик, сейчас ты будешь убирать все это безобразие, которое случилось из-за тебя, — и кивком головы показал на следы спермы на полу, надевая футболку обратно. — И я пойду, наверное, штаны надену, пока тебя снова не накрыло при виде прекрасного меня. — Ты на первый вопрос не ответил, — хнычет Хенджин, перекрывая выход из кухни. — Знаю, и это взаимно, иначе бы не позволил проигнорировать факт существования лубрикантов, — на эти слова Хван заулыбался, но их утреннюю идиллию прервал звонок телефона где-то в другой комнате. — Я сейчас отвечу. Это, наверное, по работе, — встрепенулся старший и, завидев возмущенный взгляд напротив, добавил: — и потом обязательно все уберу! Хенджин вышел на балкон, прикрыв за собой дверь. Сделал затяжку электронной сигареты, которую приходилось курить, потому что Сынмин ненавидел табачный дым, и ответил. Были слышны только его еле различимые реплики, не говоря уже про голос собеседника из телефона: — Слушаю. — Взломать базу данных для меня проще простого, ты же знаешь. — Ого, на кого он замахнулся, ты уверен, что проблем не будет? Насколько крупная сделка? — Какой будет мой процент с этой авантюры? — Еще затяжка. — Да пусть засунет себе в жопу свои пятнадцать. На эти бабки можно всю жизнь как сыр в масле кататься и еще внукам достанется. Ладно, я подумаю. — и после долгой паузы добавил: — Нет, он ничего не знает и даже не догадывается. Моя личная жизнь не твоего ума дело, я сам разберусь. Хван сбросил трубку и еще какое-то время продолжал курить на балконе, погруженный в свои мысли.

Настоящее время

Ночной лес обдает прохладой и ярким запахом хвои. Где-то вдалеке кричат птицы. Ким уже битых полчаса стоит на коленях, пока сухие иголки, выстилающие землю, отдаются неприятным покалыванием. Рядом стоит Хенджин, так легко и непринужденно держащий пистолет у самого виска, а неподалеку еще двое мужчин в черных костюмах. — В последний раз спрашиваю, где она? — Холодно произносит Хван. — Не знаю, — спокойно, в такт ему, отвечает Сынмин. — Блядь. — Выругивается старший себе под нос и вопросительно смотрит на мужчин, которые до этого просто смотрели и ничего не говорили. От этого жеста один из них подошёл ближе и наклонился к Сынмину. — Где флешка с базой данных, которую ты у нас украл? — Какой мне смысл говорить, если сразу после этого вы меня убьете? — Смышленый парень. Ты специально к нему в штаны залез, чтобы провернуть такое? — И кивком головы мужчина указывает на Хенджина, на что тот в ответ неприятно скалится. — А что, расстроился от того что не в твои штаны? — Ким игриво облизывает нижнюю губу. — Твой острый язык, говорящий не то, что нужно, тебя и погубил. — Он повернулся ко второму мужчине и спросил уже у него: — Вы нашли адрес, на который он потом поехал? — и, получив положительный кивок в ответ, снова повернулся к парню, стоящему на коленях. — Раз с тобой ее нет, то она скорее всего там. Ну а если это не так, что ж, Хван провернет все еще раз. Но я не хочу, чтобы ты, крысёныш, ею воспользовался. Мужчина разворачивается, уже в последний раз, и вместе со вторым уходит по направлению к машинам, на которых они сюда приехали, напоследок бросая: — Хван, заканчивай с ним и можешь быть свободен. В момент, когда закрылась последняя дверца, а мотор был уже заведен, из-за деревьев раздался громкий выстрел, разбудивший птиц, которые беспокойным табуном закричали и взмыли в небо.

*****

Хенджин забежал домой, сердце колотилось где-то в горле, а руки никак не хотели слушаться. Он быстро прошел в спальню, и открыл шкаф так резко, что чуть не сломал дверцу. Схватив папку с документами, так же быстро вылетел на улицу и сел в тонированную машину. — Я больше никогда в жизни не доверю тебе сбор вещей. Как, скажи мне на милость, можно было забыть папку с паспортами и билетами? — Сынмин, явно злой, выстукивал какой-то только ему известный ритм по приборной панели машины. — Прости, малыш, я был уверен, что все положил. Тебе не больно? — Рукой он дотронулся до виска, в который всего несколько часов назад тыкал дулом пистолета. — Нет, но было неприятно, — Ким развернулся на пассажирском сидении лицом к Хенджину. — Прости, когда заселимся в отель я очень сильно буду извиняться, — старший положил все ту же руку на бедро Сынмина и стал мягко поглаживать. — Заведем собаку? Длинношерстные чихуахуа такие миленькие. Давай, м? — Боже, я с тобой еле справляюсь, куда еще и собака? — фыркнул Сынмин и театрально закатил глаза. — Деньги за базу перевели? — Да, все уже на счету, на островах. Ну, пожалуйста, я сам буду за ней ухаживать, — Хван выпятил нижнюю губу, как делал это обычно, когда хотел добиться чего-то от своего парня. — Заткнись уже, мучной мальчик, и дави на газ. Я хочу сесть на самолёт до того, как они поймут, что их наебали на такие бабки, — и, помолчав какое-то время, рассматривая профиль блондина, добавил куда тише: — Я подумаю на счёт собаки.