Автор моих грёз

      Заворачивая за угол своей дружной компанией, я глазами поймал белую Весту, что стояла припаркованная на платной парковке. Наверняка, его уже там не было, так как подготовка оборудования и прогон играемых песен, занимает большое количество времени. Сама атмосфера всей этой суеты, трепетом отзывается в моей душе. — Заходим или ещё постоим на улице? — спросил Костик. — Я думаю, можно ещё чуть-чуть постоять, ещё рано заходить. — высказался я.       Мы стояли болтали о учебных буднях в своём кругу. У Марины, Недорубов тоже вёл философию и ещё психологию. В какой-то степени, я ей завидовал, что у них есть такая дисциплина. Если так подумать, то самому Сергею Николаевичу не помешал бы психолог. — А я ему говорю… — прозвучал чей-то голос.       Я его узнаю из сотни тысяч других. Недорубов вышел из входной группы в бар и с кем-то разговаривал, может с участником их творческого объединения. — О, гля кто вышел, явление Христа народу, — усмехнулся Костик. — Прошу тебя, помолчи, — присёк друга, — просил же не отсвечивать, — на пол тона тише. — Да ладно тебе, он там стоит увлечённо с кем-то беседует, так ещё и сигареткой запасся. Зря жути наводишь, — закатил глаза Костик. — Ну правда, Кость, потише, ты слишком громкий, — отозвалась Марина. — Лаааадно, — протяжно.       Недорубов так ярко улыбался своему собеседнику, затягиваясь табачным изделием. Я смотрел на него как дурак с разрывающимся сердцем. Он постоял ещё пару минут с мужчиной и они вместе зашли в заведение. — Ну погнали, ребзи, — тяжело выдохнул, — посмотрим, так ли страшен чёрт, как его малюют. — сказал я.       Мы зашли в бар и нас встретила атмосфера регги и рок-н-рола. На стенах висели акустические гитары, в углу над барной стойкой красовалась милая укулеле-тенор. А рядом с концертной площадкой висел на прибитом гвозде бумажный пакет с надписью «хуже уже некуда, но ты стараешься», действительно, ведь и так уже хуже некуда…       Всюду висели небольшие флажки разных стран, которые акцентировали на себе внимание на чёрных стенах. Под потолком развешаны кеды, связанные между собой шнурками. Весь этот антураж мне безумно нравился. — Ребят, а вам по сколько лет, 18 есть? — отрезвляюще проговорил мужской голос.       Мы все переглянулись, ловя небольшой ступор. Нам с Костиком было по 17, а Марине и того всего 16 лет. Но девушка взяла ситуацию под свой контроль. — Да, есть! — громко сказала. — А паспорта свои не покажите? — настаивал мужчина. — У нас тут преподаватель выступает, вот пришли послушать, — жалостливо протянули все трое. — Ладно, но только где-то позади садитесь. За столами сидят наши гости, которые будут делать заказы. Как-то некрасиво получится, если они сядут где-то позади вас, — отчитывающе, — берите стулья и ставьте их у стены.       Позже выяснилось, это хозяин заведения и по совместительству бармен. Как и ожидалось, нам верить на слово не собирались, но и пива их горького тоже не хотелось. Все остались в плюсе.       Через пару минут появились музыканты и расселись по своим местам. Сергей Николаевич сидел посередине с акустической гитарой, слева басс-гитарист, который с ним общался на выходе, а справа сидел мужчина средних лет с аккордеоном. — Всем добрый вечер, дорогие друзья. Сегодня мы сыграем для вас авторские песни нашей группы «Ремонтники». Начнём концерт с песни «Бегом!», — повествовал Недорубов, — всем хорошего вечера.       Я сидел еле дышал. В помещении приглушили свет и софиты были направлены точно на Сергея Николаевича. В этот момент никого не существовало кроме него и его гитары. Меня захлестнул такой поток эмоций, словно вот-вот разорвёт на части.       Марина сидела снимала преподавателя на телефон. Надо будет обязательно попросить её скинуть мне все видео, что она заснимет в течении вечера. Я только сделал одну фотографию, когда он вовлечено играл соло партию. Было очевидно, как Недорубов кайфует от всего происходящего. Увидеть его таким нигде больше не удалось бы точно.       Я сидел с довольным лицом, расплываясь в нежной улыбке. В какой-то момент, Сергей Николаевич бросил взгляд сквозь впереди сидящую толпу на задние «ряды». И мы столкнулись с ним взглядами. Его лицо на мгновение вытянулось в удивлении и тут же резко перевёл взгляд на гриф гитары. Сказать, что я еле живой, ничего не сказать. Меня начало резко трясти от подступивших чувств.       Отзвучало ещё пять песен, и музыкальная группа объявила перерыв. Наша троица вышла на улицу подышать воздухом. Пока Марина с Костей ворковали о своём, я находился прострации. — Ты как, не зря же позвал тебя? — спросил Костик. — А… да, — отреагировал, — я чуть не помер, когда с ним пересеклись взглядами. Он так удивился, когда заметил меня. — Оууу, а я даже не обратил внимание на это. Музыка у него реально приятная, ничего не скажешь — заключил друг.       Недорубов вышел со своими товарищами по группе покурить на улице. Он бросил взгляд на нашу компанию, но сделал вид, что не узнал нас. Может, оно и к лучшему.       Вторая половина концерта прошла спокойно, играли знакомые мне песни, даже где-то подпевал. Я получил огромное удовольствие от проведённого времени, со мной был друг, а смотрели мы на нашего любимого преподавателя.       Когда был объявлен финальный «аккорд» в виде последней исполняемой песни, даже стало как-то грустно. Время пролетело максимально быстро, мне хотелось смотреть на него бесконечно и слушать его прекрасный голос. Последняя песня называлась «Не майся — расставайся», как иронично для него самого.       Концерт объявлен закрытым и гости бара засобирались, разбирая свои куртки, что висели буквально над нашими головами. В этом был самый главный минус.       Время было уже за 9 вечера. Транспорт уже плохо ходил, а дождаться своего маршрута было практически невозможно. В мой район ходит всего одна маршрутка. Было принято решение ехать на такси, выскребая последние шиши со стипендии. Костик с Мариной попрощались со мной и извинились, что вот так бросают одного. На соседней улице стояла машина, которая приехала за ребятами, на ней был отец Марины. Хорошо, когда вы живёте рядом и есть кому подбросить, аж завидно.       Пока я пытался вызвать такси, стоя на улице, у платной парковки появился сам Недорубов, открывая багажник своей машины. Видимо, собирают оборудование. Я старался внаглую не пялиться на него, но взглядами всё равно столкнулись. Мне казалось, что сейчас сгорю от нервяка.       В приложении по вызову такси показалось, что меня заберёт какой-то Казбек на Хёндай Солярис. Я расслабился, что хоть кто-то меня увезёт отсюда. Правда, цена очень кусалась и оставалось всего сто рублей у меня на карте. Придётся до следующего месяца практически не есть или брать еду из дома. Ничего, выживу как-нибудь. — Не ожидал тебя здесь увидеть, — раздался голос позади.       Я от испуга чуть не выронил телефон из рук. — А… о, — мямлил, — Здравствуйте, Сергей Николаевич, — смущённо. — И тебе добрый вечер, — спокойно проговорил, — Ну и как тебе концерт?       Мой мозг заклинило, слова подбирать было крайне тяжело. — Было здорово, секундой пролетел вечер. Мне очень понравилось, — собирался с мыслями. — Я рад, что тебе понравилось. — отозвался преподаватель, — Ты был же с…? Я не понял с кем. — С Костей, одногруппником и Мариной из 221 группы с айтишников, Вы у них ещё психологию ведёте. — Всё, понял, — коротко, — Ты домой не собираешься? Уже поздно. — поинтересовался Недорубов. — Я заказал такси, скоро приедет, — пробормотал я, — не беспокойтесь. — Ну ладно, я бы мог тебя до дома добросить, если подождал бы немного. — Не утруждайте себя, всё норм.       Сергей Николаевич достал пачку Чапман и посмотрел на меня вопросительным взглядом. — Ничего, я закурю? — спросил.       Я отрицательно помотал головой в знак того, что не против его курения. Мы стояли рядом с друг другом и молча смотрели на дорогу, где изредко проезжали машины. Посмотрев на экран телефона, я увидел, что такси буквально за поворотом и вот-вот приедет. Так хотелось, чтоб таксист где-то встрял ещё на пару минут, мне сейчас так хорошо с ним. Вдыхая сигаретный дым с ароматизатором вишни, пришло понимание того, что теперь этот запах будет ассоциироваться только с Недорубовым. — Я рад, что сегодня пришёл к Вам на концерт, — пробубнил, — мне очень нравится Ваша музыка.       Голова идёт кругом и мне показалось, что начал уже заговариваться и говорить одно и то же.       Сергей Николаевич выдохнул густой дым и потушил бычок об рядом стоящий железный столбик, что блокировал проезд машин на территорию какого-то здания. Он перевёл на меня взгляд, блуждая глазами по моему лицу, будто искал какой-то подвох, или ответ на свои вопросы в голове. — Спасибо. — еле слышно проговорил Недорубов, затягиваясь очередной сигаретой.       Это единственное, что он сказал, но во мне пробудилось сильное неведомое ощущение, которое я раньше не испытывал. Он продолжал смотреть на меня молча и с таким нежным взглядом? Не сопротивляясь своему желанию, я приблизился к нему вплотную, чуть приподнялся на носочки. Я отставил его руку с сигаретой от лица и почти невесомо, еле касаясь, поцеловал философа в губы. Резко отстранившись от него, увидел свой спасительный Хёндай Солярис и побежал к машине. — Добрий Вэчер, Пушкинская 57, вэрно? — спросил таксист. — Здравствуйте, да, верно, — ответил я.       Я посмотрел уже из тонированного окна такси на Недорубова. Его лицо было полное недоумения и непонимания. Только сейчас пришлось осознать, что я просто идиот, но табачный привкус на моих губах не давал успокоиться сердцу всю дорогу. Мои мысли были только о нём.       На часах было уже пол одиннадцатого, когда зашёл домой. Отец смотрел какую-то политическую программу по телевизору, мать уже спала в своей комнате. Я прошёл в свою берлогу, предварительно повесив ветровку в коридоре. Развалился на кровати, даже не сняв уличную одежду. Чуть полежав, почувствовал странный запах, что витал в комнате. Принюхавшись к своим вещам, я понял, что пропах его сигаретами. Тот самый неловкий момент, когда действительно я стоял рядом, а курили другие люди. Эта байка стара, как мир, но в моей ситуации звучит абсурдно, что даже немного позабавило. Надеюсь, родители ничего не заметят и тем более, не будут ничего спрашивать. Не могу же я сказать, что был на концерте любимого мужчины и целовал его прям на улице, пропитываясь сигаретным дымом от Чапмана. Только от одной мысли становилось дурно. Перекосившееся лицо Недорубова навсегда отпечаталось в моей памяти.       Я не мог смириться с тем, что вытворил и решил всё же сознаться, написав Костику о своём поступке. Может, мне станет и вовсе легче.

Вы Доброй ночи, друг. Я просто тебе напишу, даже можешь на это ничего не отвечать, мне нужно выговориться. 2:58

Вы Вы когда с Мариной уехали, я стоял на улице заказывал такси. Тут ко мне подходит Недорубов и мы начинаем с ним вести беседу, не особо информативную, ну так, перекинулись парой фраз. Он хотел меня до дома довезти, но я уже такси вызвал и не особо мне хотелось соглашаться, потом как выяснилось, оно было к лучшему. Недорубов стоял около меня курил, прям как дебильный анекдот получился, от меня теперь шманит его сигами. Но дело, конечно, не в этом. Я такой дурак, Кость, реально. Я его поцеловал, блять. Сейчас мне хочется сдохнуть. Его лицо так перекосило, когда я уже сел в такси. Он был в шоке, к гадалке не ходи. Всё что было у нас, теперь полностью разрушено. Даже несмотря на моё сожаление сейчас, в тот момент я был абсолютно счастлив. 3:05

Вы Я люблю его, чёрт побери, и не могу с этим никак смириться. Никогда в жизни мне не доводилось так терять голову от кого-то, тем более, от такого мужчины, как он. Я не знаю, как вообще смотреть в глаза ему буду, тем более, у нас, уже сегодня, с ним история третьей парой. Скорее всего, просто не пойду на неё и всё. 3:08

      Полностью излив свою душу текстом в личку другу, я отправился спать. Осталось всего 4 часа сна, а силы нужны хотя бы не сдохнуть на первой же паре. Жизнь, пожалей пожалуйста.       Утро задалось не очень, по началу, простые вопросы родителей перетекли в острый скандал. Мне предъявили, что я трусь где-то за гаражами и курю сигареты. А как бывает по логике взрослых, где сиги, там и водка с наркотой. На мои реальные аргументы, что я просто стоял рядом, лишь усмехнулись. Надо было эту чёртову ветровку забрать к себе в комнату, пока все бы не свалили из хаты.       Поорав на повышенных тонах ещё минут 10, я оделся и агрессивно хлопнул входной дверью, выходя на лестничную клетку. В ответ мне прилетело от матери «головой не пробовал об стенку?!», что отражалось эхом на всю высотку. Я ненавидел этот день, и конечно же себя.       Подходя к остановке, я не успел сесть на свою маршрутку, как не махал в зеркала водителю. Просто супер, ещё и опоздаю на первую пару.       Пришёл я в колледж под конец первой пары, смысла на неё идти не видел. Оставшиеся 10 минут до звонка просто сидел в столовой и слушал музыку, листая ленту в соц.сетях. Мои ночные сообщения Костик не читал и даже в онлайне не был. Может он вообще сегодня не пришёл, хотя, с чего бы вдруг.       Я поднялся на второй этаж старого корпуса на БЖД, одногруппники стали потихоньку подтягиваться к кабинету. — Ты чё на первую пару не пришёл? — спросила Евангелина.       Не ожидал, что она вдруг заметила меня и то, что вообще не был на первой паре. — Не успел на свою маршрутку, приехал поздно, а на 10 минут пары идти — дебилизм, тем более к Козюковой. Вот пришёл ко второй. — ответил я. — Понятно. — коротко, — А друг твой где? Его тоже не было на паре, думала, может вы вместе где-то прохлаждайтесь, вместо получения знаний. — язвила Геля. — Я тоже без понятия, где друг мой любезный. Он даже в соц.сети сегодня не заходил. — пожал плечами. — Ну позвони ему, узнай, — настаивала девчонка. — Тебе то какая разница, где он? — удивился. — А тебе всё равно на друга своего, а вдруг с ним что-то случилось? — Хрен с тобой, сейчас позвоню.       Я набрал номер Костика, гудки не проходили, абонент не абонент — телефон выключен. — Видимо, у него мобила сдохла, как обычно с ним бывает, а потом ходит просит по всем повербанк, как цыганка, словно каждое утро у неё экспедиция на вокзале. — протараторил я. — Саань! — прокричал чей-то голос. — Помяни чёрта. — констатировала Геля. — Вспомнишь солнце, вот и лучик! — сказал в противовес я. — Извиняюсь, я проспал, — запыхавшись, — мобила сдохла, будильник не прозвенел. — Как я и думал, — выдохнул, — экспедиция вокзал? — Чего? — непонимающе сказал друг.       Геля в голос расхохоталась, я подхватил её настрой и стали ржать вместе. Костя всё так же непонимающе стоял смотрел на нас, как на двух идиотов. — Пошли уже, скоро пара начнётся! — пробурчал негодующе парень. — Да ладно тебе, не злись, — успокаивал я друга.