Автор моих грёз

      Мне никогда в жизни не было так паршиво, как сейчас. Порой задумываюсь о том, зачем существую. Возможно, моему окружению было бы гораздо проще жить без меня. Эти мысли набатом бьют в голове после ссоры с матерью. Есть ли вообще смысл моей жизни, если собственным родителям не нужен таким, и что уж говорить про Недорубова, который тоже сейчас от меня открестился и избегает.       Я сам не рад тому, что нахожусь в этом «сюрреалистичном сериале», в котором пребываю уже много лет.

***

      Сегодня утром предпочёл остаться дома, желание идти на пары не было абсолютно, как и просто выходить из комнаты. Даже то, что я «проспал» никому не было дела, хотя вообще не удивлён, что мать про меня вспоминать не хочет.       К моему счастью, дома никого не оказалось, все ушли на работу. Я зашёл на кухню и поставил греться чайник. Спокойно попью кофе, наслаждаясь своим одиночеством и тишиной.       Еды в доме особо не было, как и денег на карте, что довольно-таки печально. Но завалявшиеся доширак в закромах хлебной полки меня невообразимо порадовал. С другой стороны, мне сейчас кроме горечи кофе ничего не нужно, да и есть не хочется.       С ночи у меня сел телефон, но не стал его заряжать, чтоб звонки не приходили от людей. Концепция полной изоляции меня очень радовала. Сейчас абсолютно плевать, что там творится на учёбе, и всё равно на долги, которые скопятся. Я так устал, от людей, от дома, от себя.       Чтоб как-то отвлечься, я включил комп погонять машинки, зарубиться в доту. Просто превратиться в кибер-котлету на время и забыться. Буквально через два часа времени, всё так надоело, стало очень скучно. Я включил музыку, отодвинув к монитору клавиатуру с мышкой, перед собой положил листок А4 и взял в руки карандаш, который валялся на столе в гордом одиночестве. Вглядываясь в белую пустоту, начал наносить хаотичные штрихи, вычерчивая какие-то образы. Спустя час времени, лист был полностью разрисован серой грифельной мазнёй, в которой едва узнавался человеческий образ и черты лица. В своих каракулях я разглядел получившийся портрет, и со злобой скомкал лист. Наполненный собственным бессилием, швырнул «си-фу» в стенку. Что только не делай, везде он.       Время перевалило за 7 вечера. Дома скука смертная. Все игры были выиграны, подкасты на ютубе посмотрены. В итоге, я решил выйти погулять, всё равно никого видеть вечером не хочется. Даже наплевав на собственные угрызения души, из-за разряженного телефона, принял решение пойти без музыки по тёмным дворам.       Я натянул на себя широкие джинсы, толстовку с надписью «пивозавр» и сверху накинул ту злосчастную ветровку, обуваясь в демисезонные ботинки, что напоминали берцы. Осмотрев квартиру на наличие невыключенных воспламеняющихся предметов, со спокойствием вышел из квартиры и закрыл дверь на ключ. Выйдя из подъезда, я осмотрел двор, его следов не было обнаружено. Оно и к счастью.       Тёмными дворами, которые окутывала мгла приближающийся ночи, я шёл на соседнюю центральную улицу. Всевозможные тусовки были там. Даже иногда кажется, что в таких огромных серых многоэтажках можно заблудиться и навсегда остаться в зазеркалье мрачного города. Уличные фонари совершенно не исправляли ситуацию, а лишь ещё больше наводили жути. Блеклый рыже-жёлтый цвет погружал в депрессивно-апатичное состояние. Красотой наш город никогда не обладал.       Я брёл вдоль улицы Генерала Лизюкова, получая некое удовольствие от шума машин, запаха подъездов и раздающийся музыки неподалёку. Приняв решение пойти на звук музыки, я свернул в сторону какого-то бара. Оттуда гремели ударные, соло электроники и еле слышный бас. Видимо, какой-то проходит концерт. Заведение называется рок-бар «Diesel». По шуму, можно было сказать, что это было какое-то металл выступление. Не прошло и двух минут, как я застыл рядом с дверьми бара, оттуда вышли люди покурить сиги и закупиться в соседнем Магните гаражом. Я не любитель подобного рода развлечения, в виде алкогольных «вечеринок», но со стороны наблюдать было интересно. — Привет! Я тебя здесь раньше не видела, — обратилась девушка.       Ко мне подошла девчонка невысокого роста, с невообразимо огромным количеством косметики на лице и потёкшей тушью. На ней была мастерка, в которой она буквально тонула, клетчатая юбка, колготки в сетку и высокие берцы с шипами. На голове был «творческий» беспорядок, будто её подстриг ребёнок и вымазал в гуашь. Но в целом, девушка выглядела мило. — Привет, — робко, — да я тут мимо проходил. — О! — начала капаться, — Хочешь погладить мою крысу?       Я реально не понял, что она сказала, пока девушка не вытащила из кармана мастерки толстую белую крысу с коричневыми пятнами на спинке. — А ты фокусница, только вот шляпы не хватает, — ухмыльнулся. — Зевс не кусается, погладь его, — настаивала новая знакомая.       Я немного растерялся и не знал как вообще реагировать на весь сложившиеся перфоманс. — Ну, ладно, — сдался, — милый крысюк, — потрепал по спинке. — Жаль, что скоро умрёт, — внезапно.       Как же резко меняется тема, с некого дружелюбия на смертельный приговор грызуна. — А почему? Выглядит даже очень здоровым, — поинтересовался. — Он уже старенький, ему недавно два года исполнилось, столько примерно и живут крысы.       Меня поражает то, с каким спокойствием она об этом говорит. Видимо, приняла неизбежное, я бы не смог так легко рассуждать о любимом питомце. — Будешь? — протягивает пачку с сигаретами девушка. — Я не курю, спасибо. — И даже не пробовал? — с удивлением. — Не-а, да и пробовать не думал. — Ммм, молодец. — задумчиво, — Я уже года 3 курю. Спасаюсь сигами, когда нужно разгрузить голову. — Если не секрет, а тебе сколько лет? — осторожно. — А сколько дал бы? — игриво. — Нууу, может 18-20 лет.       Девушка рассмеялась, чуть ли не давясь сигаретным дымом. — Спасибо, конечно, — улыбчиво, — мне 24. — Оу, я бы никогда не догадался, — честно, — Я хотел спросить, а тут какой-то концерт проходит? — Ага, сегодня выступают «Завали горизонт», классные ребята, дебют у их группы. — И сколько стоит проходка? — Бесплатно, ты не знал? — удивлённо. — О, прикольно. А я как дурак стоял на улице слушал. — Всё, пошли, перерыв закончился, — схватила за руку, — послушаешь настоящий рок.       Я не успел опомниться, как меня потащили в бар. — Хоть скажи своё имя, — почти крича в шумном помещении. — Влада, — ответила девушка, — А тебя? — Саша. — Будем знакомы, Сань!       Вот и познакомились. Вечер обещает быть интересным.       Внутри заведения была просто невероятная атмосфера, везде развешаны плакаты разных зарубежных рок-групп, так и наших отечественных. Чего стоит огромный гобелен с Арией, ещё с участием Кипелова. За барной стойкой, в конце зала, сидели мужики лет за 40 в кожаных жилетках, бритыми головами и с толстыми цепями на руках и шеях. Панки — сразу видно. Половину всей площади занимали столы с лавочками, и совсем небольшое пространство было перед сценой, видимо для танцев. На самой сцене стояли: барабанная установка, электрогитара и бас-гитара на подставках. Позади на стене висел фирменный плакат на растяжках самого заведения. Немного мне вся обстановка напомнила бар «Подвал», хотя разница довольно огромная, но флешбеки одолевали.       На сцену вышло трое парней, лет до 30-ти где-то. В джинсовых жилетках с нарисованными черепами на спинах и названием их группы. Сразу видно, люди заморочились не только с музыкой. — Мы продолжаем наш концерт, спасибо, что вы с нами! — проговорил вокалист в микрофон.       Я замер как вкопанный, наблюдал с неким азартом за происходящим. Музыка оказалась такая драйвовая, особенно с живым инструменталом. Зал активно скандирует, особо заряженные прыгают в такт песен, расплёскивая пиво из бутылок на пол и рядом сидящих людей. В какой-то момент, я поймал себя на мысли, что даже очень неплохо, что сюда попал.       Через пару песен, из толпы ко мне протиснулась Влада, пытаясь что-то спросить, но из-за громкой музыки, я еле разбирал её слова. — Как тебе? — кричит на ухо — Чистый кайф! — в ответ.       Оставшееся время мы провели вместе, танцуя под лиричные треки и пропитываясь энергетикой шумной «панк-вечеринки». Я настолько растворился во всей движухе, не глядя на время и не заморачиваясь ни о чём. Просто получал огромное удовольствие и не хотел ни о ком вспоминать. Сейчас мне хорошо, и это главное.       Последняя исполняемая песня прогремела, музыканты ушли со сцены и все вышли на улицу. Даже казалось, что здесь проезжал паровоз, глядя на количество дыма в воздухе. — Честно сказать, я впервые на подобном мероприятии побывал, и это так круто. — эмоционально. — Я рада, что тебе зашло. Здесь тусовки каждый день, практически. Жаль не часто получается вырваться. Работать тоже надо, — с грустью сказала Влада, — а ты чем занимаешься? — Учусь на строителя. Особо сам не понимаю, зачем пошёл учиться на эту специальность. — О как, понятно, — затянулась сигой, — я в прошлом году уник закончила, с горем пополам защитила диплом, так сказать, для матери галочку поставила. А так, вышка нахрен не нужна, по моему скромному мнению. — Я тоже так думаю, как по мне, лишняя трата времени и моральных ресурсов. — А ты классный, — резко перевела тему.       Влада снова застала меня врасплох, что даже на секунду растерялся. — Ты тоже… интересная, — еле подбирал слова, — я таких девушек ещё не встречал.       Она расхохоталась в голос. То ли от моих слов, то ли от смущения. — Забавный, — еле слышно.       Я чуть наклонился к ней переспросить, что она сказала. — Что ты ск… — резко замолк.       Девушка положила ладони на моё лицо и резко притянула к себе, захватывая мои губы в жёсткий поцелуй. Она слегка прикусила меня за нижнюю губу, я не успел ничего особо понять, как дошло до того, что сейчас стоя на улице, целуюсь с какой-то малознакомой девчонкой. Я схватил её за плечи и резко отстранил от себя. Влада лишь ехидно посмотрела на меня, облизывая свои губы. — Рада была познакомиться, Сань, пока! — помахала на прощание и скрылась за углом бара.       Вот и ходи на такие вечеринки. Теперь ноет губа от её укуса, но её горькие ментоловые сигареты не сравнятся с вишнёвым Чапманом. Никогда.       Благо, мне хватило ума взять с собой наручные часы. Показывали они полночь. Похоже, я загулялся и отгребу от родителей. Ещё, в добавок, от меня несёт как от табакерки и кислым пивом. Ситуация повторяется, чёрт возьми. Но домой в любом случае надо.       Возвращаясь домой тем же путём, каким и пришёл, я заметил, какие яркие звёзды светят в ночном небе. Давно я не видел безоблачную погоду. Воздух словно стал свежее и чище. Машин практически нет на дорогах, город окутала тишина. Жизнь не настолько плохая, когда живёшь одним мгновением — здесь и сейчас. Но только переступив порог дома, пойму, насколько я погряз в дерьме. А пока об этом думать не хочу, бродя вдоль дворов многоэтажек.       Войдя в свой подъезд, по телу начал разбегаться мандраж. Словно, я совершил самое тяжкое преступление. Но по версии матери, так оно и есть, ведь я ненормальный, а что ненормально — вред другим.       Открыв ключом входную дверь, аккуратно переступил порог и вошёл в тёмный коридор. Я разулся в прихожей и пошёл во всём одеянии в свою комнату. Больше оплошностей не допущу, как уже было один раз. Свет нигде не горел, все спали.       На удивление, комната осталась в том же виде, когда уходил из дома. Это хорошо. Скинув с себя всю одежду, я запрятал её за шкафом, чтоб ни одна «собака» не унюхала запахи. Впервые за всё своё бодрствование мне захотелось поесть. На свой страх и риск, я пошёл на кухню, стараясь не греметь посудой. Вспоминая утро, еды в холодильнике прибавилось, даже нашёл свежий супчик рассольник. Видимо, мать после работы сварила. Чтоб не жужжала микроволновка, я отдельно на плите погрел в ковшике порцию супа. И так поздно приперся, так и телефон не брал. Боюсь представить, что было тут, если было вообще.       Я спокойно хлебал суп, как в проёме кухни появился отец. — Где был? — негромко, но серьёзно. — Гулял, — коротко. — Почему так поздно? — Так получилось. — А если тебе по башке настучать хорошенько, будешь с собой телефон брать? — риторически. — Он сел, оставил дома. — Сядешь ты дома, и больше никуда не выйдешь. Из-за тебя, поганец, у матери давление поднялось, еле откачал её успокоительными. Я то знаю, что приползёшь как миленький, не девка красная. Мать пожалей хотя бы, — грозно, — как пожрёшь, ляжешь спать и утром поедешь в колледж, иначе… сам знаешь, — показывает кулак, — усёк? — Понял. — коротко.       Отец вышел из кухни и обратно ушёл в их с мамой комнату. Давно я его таким злым не видел, но спасибо, что не орал. Мать бы вигз страшный подняла, ругаясь со мной. Хоть поем нормально и спать лягу, я так устал сегодня, но усталость приятная. Всё же интересная эта девчонка Влада, только вот жаль вечер закончился на странной ноте. Интересно, со всеми она так на первой встрече сосётся или только я удосужился такого внимания. Только жаль её, конечно. Внутри у меня даже ничего не ёкнуло, но она об этом никогда не узнает, да и вряд ли когда ещё с ней встретимся. Но Зевс у неё и вправду забавный. Наверное, он уже привык так с ней ходить везде, прячась в глубоких карманах. Разве громкая музыка не влияет на слух грызунов. Удивительно, что ещё он до сих пор жив.       Спустя сутки, я поставил телефон на зарядку и включил его. Мне пришло уведомление пропущенных звонков 26 штук от матери, и пару от Костика ещё с самого утра. Наверное, хотел узнать, где я есть.       Зайдя в свои соц.сети, я увидел несколько диалогов, где висели сообщения от Евангелины, Костика и лично от куратора. Видимо, она дозвонилась до родителей, поэтому отец сказал, чтоб завтра шёл в шарагу. Вот ведь настырная женщина. Константин Мусин Ты где? Скоро? 8:45 Сегодня к нам на кураторском часе приходил Недорубов. Рассказал про зачёты в июне по истории и философии, и раздал темы на исследовательскую работу по истории, которая считается допуском к сессии. Её нужно сделать до конца мая. У нас неделю не будет ни истории, ни философии, будут замены. Он куда-то уезжает что ли, как поговаривают. Сам он нам ничего не сказал, только про его отсутствие. Твою тему я узнать не успел у него, он смылся. Надеюсь, у тебя всё хорошо. 17:48