Вопросы, на которые нет ответов

Почему? Этот вопрос хочется прокричать на всех знакомых языках. Почему то, что аккуратно и очень медленно создавалось шесть тысяч лет, рушится так быстро? Почему счастливые и спокойные четыре года должны закончится? Почему им можно остаться вдвоём, а нам нельзя? Почему? Нет ответов на эти вопросы. Что-то из разряда Великого Замысла. Нет логики, абсолютно отсутствует справедливость и милосердие. "Непостижимый" так Ангел называл это. Именно так. Раньше он пытался объяснить почему всё происходит подобным образом и почему это правильно, но Кроули упорно отказывался с этим соглашаться. Ангел, может объяснишь ещё раз? Кроули теперь то уж точно будет внимательно слушать. Но уже поздно. -Ничто не длится вечно. Ангел смотрит на него, а во взгляде читается непонимание и что-то похожее на страх. Такие знакомые голубые, чище небесного цвета глаза, теперь казались тусклыми. Всё казалось тусклым. -Слышишь? -Я ничего не слышу. -В том то и дело. Соловьи не поют. Он стал таким сентиментальным. Демону не положено так себя вести. Он воплощение тьмы и порока, но никак не любви. Забавно, что именно он сейчас пытается неумело показать её. За шесть тысяч лет они совсем отумземились. Стороны перестали играть такое уж важное значение, грань белого и чёрного потихоньку начала стираться. Их серый цвет, их выбор, их сторона. Нет её больше. А может никогда на самом деле и не было. Может Кроули было просто одиноко скучно и он придумал эту игру. Своя реальность на двоих. Азирафаэль всегда ищет возможность поступить по совести, помочь всем и каждому, даже в ущерб себе. Даже в ущерб Кроули. Таков Ангел по своей природе. Правильный. Вот и сейчас, в который раз, чувство долга берёт вверх. -Я прощаю тебя. -Не утруждайся. Едкие слова, потому что не получается подобрать другие, чтобы передать все мысли, потерявшимися мухами кружащиеся в голове. Кроули выходит на улицу. Если уехать сейчас, то точно ничего нельзя будет изменить. Одно чудо, Ангел, одно. Для меня. Он стоит на улице,  опершись на столь полюбившуюся за годы Бентли, и наблюдает как Ангел идёт от своего магазина за Метатроном. Вот так всё и закончится. Мир поделён на чёрное и белое. Они по разные стороны баррикад. История закольцована и всегда возвращается к первоначальном замыслу. Это не изменить. Но если он будет просить очень сильно о чуде оно свершится? Кроули зовёт, одними губами произнося имя. Ангел не слышит или делает вид, но в последний момент всё таки оборачивается, на долю секунды задерживает взгляд. Ну же, Ангел, я ведь здесь. Но тот шагает в лифт. Двери плотно закрываются. Всё. Почему именно в этот раз разум оказался сильнее чувств? Почему всё закончилось, не успев толком начаться? И почему этот приторный вкус кофе на губах никак не исчезнет? Он всегда задавал слишком много вопросов. Вселенная не любит чтобы сомневались в необходимости происходящего. Таких наказывают. И наказывают больно. Когда-то он создал туманность, в которой сейчас ощущает себя крошечной одинокой песчинкой. Говорят, чем выше поднимаешься, тем больнее падать. О да, всё так. Кроули уезжает как можно дальше. Через город, по М25, где-то сбоку промелькивает указатель в сторону Тедфилда. -Придумай что-нибудь или...или я никогда больше не заговорю с тобой. Я ведь придумал, Ангел. В машине тихо. Впервые за годы даже музыка не играет. Хотелось бы мчать с неописуемой скоростью, но от чего-то педаль еле-еле проседает под ногой. Он наконец останавливается. Где-то далеко за городом. Дверца машины хлопнула. Солнце уже садится. Мир продолжает двигаться, а твоя личная вселенная погибла. Небольшое дуновение ветра. Для любого человека это показалось бы обычным явлением, но не для Кроули. Он знал это чувство. Чужое и такое родное присутствие рядом. Они помолчали несколько минут. -Мне надо поговорить с тобой. - Азирафаэль аккуратно коснулся чужого плеча, будто боясь сломать нечто очень хрупкое. -Ангел... - Может ли он так его теперь называть? - если ты пришёл уговаривать меня вернуться Наверх, то это бессмысленно. -Нет, вовсе нет. Я пришёл за другим. Мне нужно попросить прощения у тебя. -Тебе у меня? - Он наконец повернулся чтобы встретиться взглядом с чистыми голубыми глазами. -Да. Знаешь, когда я заходил в лифт, показалось, что услышал твой голос. С меня как будто наваждение сняли, - он помял краешек жилетки пальцами, - им надо было, чтобы я сделал выбор. Прости, что не понял сразу, какой именно является верным. -И какой же является правильным? - воздух перестал поступать в лёгкие. -Остаться с тобой, мой дорогой. Эта добрая и тёплая улыбка. -Боюсь, что даже сотня извинительных танцев не смогут загладить мою вину. -Если это какой-то розыгрыш и через пять минут они снова заберут тебя, то я- -Можешь не заканчивать, я никуда не денусь, навсегда останусь на нашей стороне. -Иди сюда. Долгие объятия, которых так не хватало. Как будто недосказанность, висевшая между ними несколько тысяч лет, перестала раздавливать и душить изнутри. Кроули утыкался носом в светлые волосы, вдыхая знакомый запах. Этот день закончился самым неожиданным и самым удачным из всех возможных способов. -Подбросить до дома? -Конечно, дорогой. Всё хорошо. Страшно даже поверить, что возможна такая свобода. Теперь наконец можно отдохнуть. Как по щелчку пальцев всё наладилось. Может справедливость и милосердие ещё есть в этих мирах? В букинистическом магазине в Сохо точно есть. Мюриэль отправили присматривать за магазинчиком старых пластинок. Удивительно, но не смотря на явные сложности с композиторами Наверху, хорошая музыка всё же пришлась ей по душе. Мэгги и Нина работают вместе, в кофейне. Люди достаточно странные, но по скромным наблюдением, конкретно у этих всё налаживается. Но это не так важно. Важно, что красавица Бентли стоит сейчас на улице и, кажется, иногда чуть-чуть двигается вперёд-назад. Важно, что однотонность книжного магазина, в котором не продают книг, теперь разбавляется зелёными растениями. И важно, что теперь за окном поют соловьи. -В Ритц, Ангел? -Конечно, дорогой.

***

Кроули медленно открывает глаза. Знакомые до тошноты серые стены его квартиры в Лондоне. Звенящая тишина. Он снова получил разрешение жить здесь. Хотя это сложно назвать жизнью. Пустое, бессмысленное существование. Одинокое. Голова тяжёлая после алкоголя. Стеклянный взгляд натыкается на одну из бутылок на полу. Их тут уже скопилось достаточно. -Хах, - он горько усмехается вопросу, вырисовывающемся в его голове сквозь вязгкий туман. Почему счастье реально только в пьяном сне?